Глава 8. Новый свет

9 лет до Битвы при Явине. Татуин. Дюнное море. Неделя спустя. Неделя прошла. Семь дней. Сто шестьдесят восемь часов. Каждый из них был похож на предыдущий - песок, солнце, тишина. Оби-Ван почти не спал - каждую ночь он просыпался от одного и того же кошмара: сломанный меч, красный свет, голос Вейдера. Он видел его лицо - то, что осталось от лица Энакина. Он видел его глаза - жёлтые, горящие ненавистью. Он слышал его голос: «Ты сделал меня таким. Ты сделал меня этим». Он просыпался в холодном поту, сжимая пустую рукоять, которая когда-то была его светом. И каждый раз он чувствовал одну и ту же боль - пустоту. Дыру в том месте, где когда-то была Сила. Дыру, которую он не мог заполнить песком, усталостью или надеждой. Он сидел на пороге пещеры и смотрел на восход. Два солнца медленно поднимались над горизонтом, окрашивая небо в оранжевый и розовый. Песок был тихим. Пустыня была спокойной. Но внутри него всё бурлило. Он думал о Падме. О её улыбке, о её голосе, о её глазах. Он думал о том, как она смотрела на него в последний раз - усталая, но спокойная. Она знала, что уходит. Она знала, что оставляет детей. Она знала, что он будет защищать их. И она верила в него. «Оби-Ван... спаси их...» Он не спас Энакина. Он не смог спасти его от тьмы. Но он спасёт его детей. Он должен. Это единственное, что у него осталось. Он смотрел на пустую рукоять в своих руках и думал о том, как много раз он держал её в бою. Как много раз она спасала его жизнь. Как много раз она была продолжением его руки, его воли, его души. Он вспоминал, как она сияла синим светом в темноте. Как она рассекала воздух с противным шипением. Как она побеждала зло. Теперь она была просто мёртвым металлом. — Я не могу так больше, — сказал он в пустоту. — Я не могу сидеть здесь и ждать, пока всё решится само собой. Мне нужен меч. Мне нужна сила. Он сжал пустую рукоять. — Мне нужен новый кристалл. Он смотрел на неё и чувствовал, как внутри него что-то сжимается. Кристалл был не просто инструментом. Он был частью его. Он был его светом. Его путём. Его душой. И без него он чувствовал себя неполным. Неживым. Он чувствовал себя так, как чувствовал себя девять лет назад, когда только пришёл на Татуин. Пустым. Потерянным. Без цели. Он встал и вышел из пещеры. Песок скрипел под его ногами. Ветер был слабым, но тёплым. Он смотрел на пустыню и думал о том, как много раз он смотрел на неё за последние девять лет. Каждый день. Каждый закат. И каждый раз он думал, что это его последний. Но сегодня он думал о другом. Он думал о том, что он должен уйти. Что он должен найти новый кристалл. Что он не может оставаться здесь, пока Империя уничтожает всё, что ему дорого. Он повернулся и пошёл в Мос-Эйсли. Ему нужно было узнать, что происходит в галактике. Ему нужно было понять, куда он должен идти. Утро того же дня. Мос-Эйсли был таким же, как всегда - грязным, шумным, вонючим. Узкие улицы, забитые торговцами, контрабандистами, беженцами. Воздух был спертым, пропитанным выхлопными газами, дешёвым алкоголем. Оби-Ван шёл по улице, натянув капюшон на лицо, и старался не привлекать внимания. Кантина «Чалмун» находилась в конце главной улицы. Она была старой, обшарпанной, с вывеской, которая мигала и потрескивала. Оби-Ван зашёл внутрь и сел в углу, где его не было видно из-за колонны. Он заказал воду и стал ждать. Кантина была почти пустой - несколько контрабандистов за дальним столом, старый тви'лек за стойкой, двое фермеров, которые обсуждали цены на воду. Голоэкран на стене транслировал новости. Оби-Ван смотрел на экран и чувствовал, как внутри него нарастает тревога. — Сегодня Империя объявляет о полной зачистке месторождений световых кристаллов в системе Илум, — говорил диктор. — Все ресурсы будут перепрофилированы для нужд Имперского флота. Любое несанкционированное использование кристаллов карается смертной казнью. Оби-Ван замер. Кружка с водой застыла на полпути ко рту. Илум. Планета, где он нашёл свой первый кристалл. Где он стал джедаем. Где он чувствовал себя живым. Где он был счастлив. Теперь Империя уничтожала её. Он вспомнил холодные пещеры, звон льда, свет кристаллов, отражающийся от стен. Он вспомнил, как он стоял там, дрожа от холода и страха, и как кристалл выбрал его. Он вспомнил тепло, которое разлилось по его телу, когда он взял его в руки. Теперь всё это было уничтожено. Империя не просто уничтожала месторождения - она уничтожала память. Она уничтожала саму возможность джедаев существовать. — Также сообщается, — продолжал диктор, — что все известные месторождения кристаллов во Внешнем Кольце взяты под контроль Империи. Любые попытки добычи или контрабанды будут пресекаться самым решительным образом. Оби-Ван поставил кружку на стол. Его руки дрожали. Он знал, что это значит. Империя не просто уничтожала месторождения - она уничтожала саму возможность джедаев существовать. Без кристаллов джедаи не могут строить мечи. Без мечей они беспомощны. Это был геноцид. Медленный, жестокий, систематический. И он не мог ничего сделать, чтобы остановить его. Он смотрел на экран и чувствовал, как внутри него закипает гнев. Холодный, яростный гнев, который он держал взаперти девять лет. Гнев на Империю. Гнев на Вейдера. Гнев на себя. — Ты слышал? — спросил бармен, старый тви'лек с лицом, похожим на печёную картошку. — Они закрывают всё. Никто не сможет найти кристалл. Даже если захочет. — Я слышал, — ответил Оби-Ван. — Зачем тебе это? — спросил бармен. — Ты же не джедай. Оби-Ван посмотрел на него. Он хотел сказать, что он - джедай. Что он всегда им был. Что он должен найти новый кристалл. Но он не мог. Он не мог рисковать. — Нет, — сказал он. — Я не джедай. Но он знал, что это ложь. Он был джедаем. Он всегда им был. И он должен был найти новый кристалл. В кантину вошли трое штурмовиков. Белые, блестящие, с бластерами наготове. Они остановились у входа и оглядели зал. Оби-Ван опустил голову, натянул капюшон глубже. Он не хотел привлекать внимания. — Проверка документов, — сказал один из них. — Предъявите удостоверения личности. Оби-Ван почувствовал, как внутри него всё сжалось. У него не было документов. Только старые, поддельные, которые он купил у джавы пять лет назад. Они могли выдержать проверку, если офицер не будет слишком внимательным. Но штурмовики были внимательными. Они всегда были внимательными. Он медленно встал из-за стола. Он не хотел привлекать внимания. Он хотел просто уйти. Но штурмовик уже смотрел на него. — Вы, — сказал он. — Документы. Оби-Ван замер. Он смотрел на штурмовика и чувствовал, как внутри него нарастает паника. Он не мог показать документы. Он не мог позволить им увидеть его лицо. — У меня нет документов, — сказал он. Штурмовик нахмурился. — Почему? — Я их потерял. — Где? — Не помню. Штурмовик смотрел на него. Потом сделал шаг вперёд. — Сними капюшон, — сказал он. Оби-Ван колебался. Он знал, что если снимет капюшон, его могут узнать. Он знал, что если его узнают, он умрёт. Он знал, что если он умрёт, Люк останется один. — Я не могу, — сказал он. — Почему? — Я... болен. У меня заразная болезнь. Вы можете заразиться. Штурмовик замер. — Ты лжёшь, — сказал он. — Я не лгу. Штурмовик смотрел на него. Потом он поднял бластер и направил его на Оби-Вана. — Сними капюшон, — сказал он. — Или я сниму его сам. Оби-Ван смотрел на него. Он знал, что у него нет выбора. Он должен был снять капюшон. Или сражаться. Он не мог сражаться - у него не было меча. У него не было силы. У него не было ничего, кроме страха. Он медленно поднял руку к капюшону. И в этот момент в кантину вошёл Коди. Он двигался быстро, бесшумно, как призрак. Он появился из ниоткуда и встал между Оби-Ваном и штурмовиком. — Простите, — сказал он, улыбаясь. — Мой друг здесь. Он немного... не в себе. Он потерял свои документы, и он боится. Я принёс его документы. Вот они. Он протянул штурмовику старые, потрёпанные бумаги. Штурмовик взял их, посмотрел на них, потом на Оби-Вана. — Это твой друг? — спросил он. — Да, — сказал Коди. — Мы работаем вместе. На бойне. Штурмовик смотрел на них. Потом вернул бумаги Коди. — Следите за своими документами, — сказал он. — В следующий раз мы не будем так добры. Он повернулся и пошёл к выходу. Штурмовики последовали за ним. Оби-Ван выдохнул. Он чувствовал, как его сердце колотится в груди. Он смотрел на Коди и чувствовал, как внутри него что-то сжимается. — Спасибо, — сказал он. — Не благодарите, — сказал Коди. — Я следил за вами. Я знал, что вы пойдёте сюда. — Как ты узнал? — Я знаю вас, генерал. — Коди усмехнулся. — Вы всегда ищете новости. Вы всегда хотите знать, что происходит. Они вышли из кантины. Солнце было высоко, жара усиливалась. — Ты слышал новости? — спросил Оби-Ван. — Да, — сказал Коди. — Империя уничтожает кристаллы. — Мне нужен новый кристалл. — Я знаю. Они шли по улице, обходя толпу. Оби-Ван чувствовал, как песок скрипит под ногами. — Я не знаю, где найти его, — сказал он. — Все месторождения уничтожены. Империя контролирует всё. — Есть другие места, — сказал Коди. — Есть другие планеты. — Где? — Я не знаю. — Коди посмотрел на него. — Но вы знаете. Я знаю, что вы знаете. Вы были джедаем. Вы знаете, где искать. Оби-Ван молчал. Он думал о том, что сказал ему Йода. «Ты знаешь это место. Ты был там. Ты помнишь его. Ты должен найти его сам». — Я знаю, — сказал он. — Я знаю, куда я должен пойти. Вечер того же дня. Оби-Ван сидел в своей пещере, скрестив ноги, и пытался медитировать. Он закрыл глаза. Он пытался очистить разум. Он пытался почувствовать Силу. Но она молчала. Она молчала уже девять лет, и он привык к этой тишине. Но сегодня он чувствовал, что она не была пустой. Она была ожидающей. Он сидел в тишине, слушая ветер снаружи, и думал о том, как много раз он сидел так, ожидая ответа. И каждый раз он чувствовал только пустоту. Но сегодня он чувствовал что-то другое. Он чувствовал, что кто-то слушает. — Йода, — сказал он вслух. — Если ты слышишь меня... мне нужна помощь. Тишина. Только ветер снаружи. Только песок, который скрипел под порывами ветра. Только его собственное дыхание. Он сидел и ждал. Он думал о том, как много раз он ждал ответа от Квай-Гона. И как много раз он не получал его. Но сегодня он чувствовал, что это будет по-другому. — Я знаю, что ты там, — продолжил он. — Я знаю, что ты чувствуешь меня. Я знаю, что ты можешь говорить со мной. Пожалуйста. Мне нужна подсказка. Мне нужен новый кристалл. Империя уничтожает все месторождения. Я не знаю, где искать. Он сидел в тишине. Он ждал. И вдруг он услышал голос. Голос Йоды — тихий, скрипучий, похожий на шёпот ветра. Он был далёким, как будто доносился из другого мира. — Ты ищешь кристалл, Оби-Ван. Оби-Ван открыл глаза. Он смотрел в пустоту пещеры, но видел Йоду. Маленького, зелёного, с жёлтыми глазами, которые светились мудростью. Он стоял на болоте, среди тумана и гниющих деревьев. Он был таким же, как десять лет назад — старым, уставшим, но живым. — Да, — сказал он. — Я ищу кристалл. Без него я не могу защитить Люка. — Кристалл не даёт силу, — сказал Йода. — Сила даёт силу. Кристалл — только инструмент. — Я знаю. Но я не могу сражаться без меча. — Ты сражался без меча, — сказал Йода. — Ты сражался с Ревой. Ты победил её без Силы. Ты доказал, что ты — джедай даже без оружия. — Я не могу сражаться с Вейдером без меча, — сказал Оби-Ван. — Я не могу защитить Люка без меча. Мне нужен новый кристалл. Йода помолчал. Оби-Ван видел, как его глаза смотрят куда-то вдаль, как будто он видит что-то, чего не видят другие. — Есть место, — сказал он. — Место, где кристаллы ещё есть. Место, которое Империя не нашла. Место, которое знаешь только ты. — Где? — Ты знаешь это место, — сказал Йода. — Ты был там. Ты помнишь его. Ты должен найти его сам. — Почему ты не скажешь мне прямо? — Потому что ты должен найти его сам, — сказал Йода. — Потому что только тогда кристалл выберет тебя. Потому что только тогда он станет твоим. — Я не понимаю. — Поймёшь. Когда придёт время. Голос исчез. Оби-Ван сидел в тишине, глядя на пустую рукоять в своих руках. Он чувствовал, как внутри него что-то меняется. Он чувствовал, как его решимость становится сильнее. Он чувствовал, как его страх уходит. — Я знаю это место, — сказал он. — Я знаю, где я должен найти кристалл. Ночь. Коди пришёл к пещере, когда солнце уже село. Он двигался бесшумно, но Оби-Ван услышал его шаги. Он всегда слышал его шаги. Он сидел на пороге пещеры и смотрел на звёзды. Звёзды на Татуине были бледными, размытыми из-за песка в атмосфере. Но иногда, когда ветер стихал, можно было разглядеть их по-настоящему. — Генерал, — сказал Коди, остановившись у входа. — Вы хотели меня видеть. — Да, — сказал Оби-Ван. — Садись. Коди сел на корточки рядом с ним. Он смотрел на Оби-Вана и ждал. Его лицо было уставшим, но спокойным. Он смотрел на звёзды и думал о том, как много раз он смотрел на них с Оби-Ваном. — Я должен уйти, — сказал Оби-Ван. — Мне нужен новый кристалл. Я должен найти его. — Я знаю, — сказал Коди. — Я слышал новости. Империя уничтожает всё. — Да. Поэтому я должен уйти. Коди помолчал. Он смотрел на Оби-Вана и думал о том, как много раз он видел его таким — уставшим, сломленным, но живым. — Я пойду с вами, — сказал он. — Нет, — сказал Оби-Ван. — Ты должен остаться здесь. Ты должен защищать Люка. — Я могу защищать его, даже если уйду. — Нет, — сказал Оби-Ван. — Ты должен быть здесь. Ты должен наблюдать за ним. Ты должен быть его тенью. Если я уйду, кто будет следить за ним? Коди смотрел на него. Он думал о том, как много раз он брал на себя такие задания. Как много раз он рисковал своей жизнью, чтобы защитить других. — Вы доверяете мне? — спросил он. — Да, — сказал Оби-Ван. — Ты единственный, кому я доверяю. Коди кивнул. Он знал, что это правда. — Я останусь, — сказал он. — Я буду наблюдать за ним. Я буду защищать его. Я не подведу вас, генерал. — Я знаю. Они сидели в тишине. Ветер шумел снаружи, поднимая песок. Оби-Ван чувствовал, как внутри него что-то сжимается. — Коди, — сказал Оби-Ван. — Спасибо тебе. За всё. За то, что ты здесь. За то, что ты сделал. За то, что ты остался. — Не благодарите меня, генерал, — сказал Коди. — Я делаю это, потому что должен. Потому что я верю в то, что вы делаете. Потому что я верю в мальчика. Они смотрели на звёзды. Оби-Ван думал о том, как много раз он смотрел на них с Коди. Как много раз они говорили о прошлом, о будущем, о надежде. Он думал о том, как много раз он сомневался, правильно ли он делает. И как много раз Коди убеждал его, что он прав. — Когда вы уходите? — спросил Коди. — Завтра, — сказал Оби-Ван. — На рассвете. — Вы знаете, куда идти? — Да. Я знаю место. Я был там однажды. Давно. Я должен найти его снова. — Будьте осторожны, генерал. — Я всегда осторожен. — Врёте. — Да, вру. Коди усмехнулся. — Возвращайтесь, — сказал он. — Мальчик будет ждать вас. — Я вернусь, — сказал Оби-Ван. — Я всегда возвращаюсь. Они сидели в тишине, глядя на звёзды. Оби-Ван чувствовал, как внутри него что-то успокаивается. Он знал, что он должен уйти. Он знал, что это правильно. Но он знал, что Коди будет здесь. И это давало ему силу. Следующее утро. Оби-Ван стоял на краю бархана и смотрел на ферму Ларсов. Солнце только начинало подниматься, окрашивая небо в бледно-оранжевый цвет. Песок был тихим, ветер - слабым. Он знал, что сегодня он должен уйти. Но он хотел увидеть его. Ещё раз. Последний раз перед тем, как уйти. Он смотрел на ферму и видел, как Люк сидит на пороге дома и чинит какой-то механизм. Он был сосредоточен, не отвлекался. Его руки двигались быстро и уверенно - он уже научился работать с техникой. Он был старше, чем в прошлый раз, когда Оби-Ван видел его. Он вырос. Он стал сильнее. Он был похож на Энакина - те же светлые волосы, та же линия челюсти, та же сосредоточенность. Но он был другим. Он был добрым. Он был чистым. Оби-Ван смотрел на него и чувствовал, как внутри него что-то сжимается. Он не мог подойти к нему. Он не мог говорить с ним. Он не должен был вмешиваться. Но он хотел. Он хотел подойти к нему. Он хотел сказать ему, что он - надежда. Что он - будущее. Что он - всё, что у них осталось. И вдруг Люк поднял голову. Он посмотрел прямо на бархан, где стоял Оби-Ван. Он посмотрел прямо на него. Оби-Ван замер. Он не мог двигаться. Он не мог дышать. Он смотрел на Люка и чувствовал, как внутри него что-то обрывается. Люк не мог видеть его. Он был слишком далеко. Но он смотрел прямо на него. Он смотрел на него и улыбался. Оби-Ван не знал, что делать. Он хотел уйти. Он хотел спрятаться. Но он не мог двигаться. Люк помахал ему рукой. Оби-Ван почувствовал, как внутри него что-то оборвалось. Он поднял руку и помахал в ответ. Люк улыбнулся ещё шире и вернулся к своей работе. Оби-Ван стоял на бархане и смотрел на него. Он чувствовал, как слёзы подступают к глазам. Он не плакал уже много лет. Он думал, что разучился. — Ты не знаешь меня, — прошептал он. — Ты никогда не знал меня. Но я знаю тебя. Я знаю, кем ты станешь. Я знаю, что ты сделаешь. И я буду ждать тебя. Он повернулся и пошёл прочь. Он чувствовал, как его ноги дрожат, как его сердце колотится в груди. Он знал, что это правильно. Он знал, что он должен уйти. Но он также знал, что он вернётся. День того же дня. Оби-Ван вернулся в пещеру и начал собираться. Он взял рюкзак, положил в него воду, пайки, аптечку, запасную батарею для фонарика. Он взял старый плащ, который защищал его от песка и солнца. Он взял пустую рукоять сломанного меча и положил её в карман. Он смотрел на неё и чувствовал, как внутри него что-то сжимается. — Ты не сломан, — сказал он ей. — Ты просто ждёшь. Ждёшь, когда я найду новый кристалл. Он убрал рукоять в карман и вышел из пещеры. Коди ждал его у входа. Он стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на Оби-Вана. Его лицо было спокойным, но в глазах была тревога. — Вы готовы? — спросил он. — Да, — сказал Оби-Ван. — Я готов. Они стояли в тишине. Ветер шумел, поднимая песок. — Я оставляю тебя здесь, — сказал Оби-Ван. — Я оставляю тебя с ним. — Я не подведу вас, генерал. — Я знаю. Они посмотрели друг на друга. Оби-Ван чувствовал, как внутри него что-то сжимается. — Я вернусь, — сказал он. — Я знаю, — сказал Коди. — Вы всегда возвращаетесь. Оби-Ван улыбнулся. — Да, — сказал он. — Всегда. Он повернулся и пошёл в пустыню. Он чувствовал, как его ноги дрожат, как его сердце колотится в груди. Он знал, что это правильно. Он знал, что он должен уйти. Но он также знал, что он вернётся. Рассвет. Оби-Ван шёл по пустыне. Солнце поднималось над горизонтом, окрашивая небо в оранжевый и розовый. Песок был тихим. Пустыня была спокойной. Но внутри него всё бурлило. Он шёл и думал о том, куда он идёт. Он знал, что должен найти новый кристалл. Он знал, что это может занять много времени. Он знал, что это опасно. Но он знал, что это необходимо. Он шёл и думал о Люке. О мальчике, который ждал его. О мальчике, который был надеждой. О мальчике, который был будущим. — Я вернусь, — прошептал он. — Я вернусь к тебе. Ветер поднял песок, и он исчез в дюнах. Он шёл вперёд, чувствуя, как его ноги ступают по песку. Он чувствовал, как ветер холодит его лицо. Он чувствовал, как внутри него что-то меняется. Он чувствовал, как его решимость становится сильнее. — Я найду новый кристалл, — сказал он. — Я найду его, и я вернусь. Я вернусь к тебе, Люк. Я вернусь.