Глава 3. Город, которого не существовало

Когда Черновод открыл глаза, крики всё ещё продолжались. Где-то под ногами. Под его резиденцией. Под островом. Под его спокойной, одинокой, прекрасно организованной жизнью. Он очень медленно повернул голову к Шэнь Юлань. — Объясни. Она выглядела удивительно довольной. Это уже начинало настораживать. — Ну… — протянула она, — технически ты жил на крыше. — Технически я сейчас кого-то утоплю. — Не меня, надеюсь? Я только проснулась. И ведь сказала это так невинно, словно речь шла о чашке утреннего чая. Грохот повторился. На этот раз гораздо ближе. Каменный пол дрогнул, а потом часть стены справа внезапно осыпалась вниз, подняв облако пыли. Из пролома высунулась растрёпанная голова в шапке слуги. Несколько секунд мужчина ошеломлённо моргал. Потом перевёл взгляд на Шэнь Юлань. И закричал так громко, что даже фонари задрожали: — ГОСПОЖА!!! В следующее мгновение он разрыдался. Черновод: — … Шэнь Юлань: — … — Он всегда был таким эмоциональным? — тихо спросил Черновод. — Нет, раньше он был хуже. Слуга тем временем уже пытался одновременно плакать, кланяться и что-то говорить. Получалось плохо. — Госпожа!.. Вы!.. Мы!.. Небеса!.. Печати!.. Рыбы!.. — Почему рыбы? — нахмурилась Шэнь Юлань. — Не знаю! Я переволновался! Она тяжело вздохнула. — Линь-гэ, возьми себя в руки. Ты позоришь наш город перед гостем. Черновод медленно произнёс: — Я не гость. — Правда? Тогда поздравляю, ты теперь местный домовладелец. — Я начинаю понимать, почему Цзюнь У хотел тебя запечатать. Шэнь Юлань широко улыбнулась. — О, он тоже так говорил. Следующий час оказался одним из самых неприятных часов в жизни Черновода. А у него, между прочим, жизнь была крайне насыщенной. Выяснилось, что под островом действительно находился целый город. Древний. Огромный. Запечатанный вместе с хозяйкой. Когда печати разрушились, начали пробуждаться павильоны, улицы, защитные массивы и жители, которых магия сохраняла в подобии сна. И теперь всё это… оживало. Черновод мрачно шёл по длинной лестнице вслед за Шэнь Юлань. Она двигалась легко, почти бесшумно, придерживая длинные тёмные рукава. Золотые фонари вспыхивали один за другим по мере их продвижения вниз. Чем глубже они спускались, тем теплее становился воздух. А потом лестница закончилась. Черновод остановился. И впервые за долгое время действительно удивился. Под островом раскинулся город. Настоящий город. С мостами из чёрного дерева, красными павильонами, каменными улицами и каналами, в которых текла тёмная вода, мерцающая серебром. Повсюду зажигались фонари. Один за другим. Словно просыпались звёзды. На крышах висели связки колокольчиков, тихо звенящие от ветра. Где-то вдалеке уже открывались лавки. Демоны и духи выбегали на улицы, переговаривались, смеялись, плакали. Кто-то упал на колени прямо посреди дороги. Кто-то кричал: — Госпожа вернулась! Кто-то: — Я же говорил, она не умерла! А кто-то уже пытался продать засахаренные орехи. Черновод медленно произнёс: — Под моей резиденцией был целый город. — Угу. — С жителями. — Угу. — И ты решила сказать мне об этом только сейчас? Шэнь Юлань посмотрела на него с искренним недоумением. — Но ты не спрашивал. У Черновода дёрнулся глаз. Совсем немного. К ним уже со всех сторон бежали люди. Или демоны. Или духи. Или всё сразу. Черновод не собирался разбираться. Высокая женщина в зелёных одеждах первой рухнула перед Шэнь Юлань на колени. — Госпожа! Вы наконец вернулись! Следом попадали остальные. Шэнь Юлань тут же скривилась. — Ай-я, прекратите это. У меня сейчас совесть проснётся. — У вас нет совести, госпожа, — привычно ответила женщина. — Верно. Тогда всё в порядке. Черновод наблюдал за происходящим молча. И чем дольше наблюдал, тем страннее себя чувствовал. Он ожидал увидеть страх. Поклонение. Одержимость. Но жители города смотрели на Шэнь Юлань совсем иначе. С теплом. С облегчением. С любовью. Причём такой искренней, что даже воздух вокруг становился мягче. Она знала их имена. Помнила лица. С ходу заметила, что один мальчишка вырос. У другой женщины спросила, перестал ли её муж жульничать в маджонге. Услышав ответ «нет», понимающе кивнула: — Хорошо. Значит, мир не изменился окончательно. Черновод вдруг поймал себя на том, что наблюдает за ней слишком внимательно. Это было нехорошо. Очень нехорошо. Особенно когда Шэнь Юлань внезапно повернулась к нему. — Ты чего такой мрачный? — Я всегда такой. — Нет, сейчас ты выглядишь так, словно пытаешься мысленно утопить весь город. — Я рассматриваю варианты. Она тихо рассмеялась. И этот смех почему-то прозвучал слишком приятно. Черновод немедленно почувствовал раздражение. В этот момент к ним подбежал маленький дух лет восьми с подносом. — Госпожа! Мы нашли в кладовых лунные пирожные! Шэнь Юлань просияла. — Они ещё съедобны? — Не уверены! — Прекрасно. Неси сюда. Черновод посмотрел на пирожные с искренним ужасом. — Им несколько столетий. — И что? — Ты собираешься их есть? — Конечно. — Ты безумна. Шэнь Юлань уже откусила кусочек. Несколько секунд задумчиво жевала. Потом серьёзно произнесла: — На вкус как проклятие. И протянула второе пирожное ему. Черновод посмотрел сначала на неё. Потом на пирожное. Потом снова на неё. — Нет. — Трус. — Я непревзойдённый демон. — А ведёшь себя как вдовствующая матушка при виде острой лапши. Черновод холодно прищурился. Шэнь Юлань победно улыбнулась. И в этот момент он вдруг совершенно ясно понял одну ужасную вещь. В его тихой жизни действительно наступил конец.