Глава 8

      Резкий звон колокола бесцеремонно вторгся в зыбкое предрассветное марево. Звук был настолько отчетливым и вибрирующим, что, казалось, сами каменные стены форта вздрогнули, возвращая этот гул многократным эхом. Разведчики замерли в седлах. Стройные ряды всадников в зеленых плащах выглядели неподвижными изваяниями на фоне рассвета. Воздух был плотным, тяжелым от влаги; в нем отчетливо были запахи разгоряченных лошадиных тел, острой сосновой смолы и сырой, потревоженной копытами земли. Ожидание оказалось почти осязаемым, оно давило на плечи, заставляя дышать чаще. Лица бойцов — и тех, кто уже не раз видел смерть, и совсем юных ребят — выражали стойкость и спокойствие.       — Командир, все готово, — раздался четкий, уверенный голос одного из офицеров. Эрвин сидел на своем коне, возвышаясь над строем. Его фигура воплощала саму уверенность, хотя в воздухе буквально искрилось напряжение. Он едва заметно кивнул, сохраняя на лице маску ледяного спокойствия, однако в его взгляде, обычно таком холодном и аналитическом, промелькнула искра, напоминающая блеск обнаженного металла. Командир медленно скользил глазами по рядам подчиненных, и угадывалось немое прощание, вроде он старался запечатлеть в памяти черты каждого, кто сейчас отправится за ним в пасть бездны.       — Тридцать секунд до подъема ворот! — прокричал часовой, и его слова, усиленные каменным мешком стен, пронеслись над головами, заставляя сердца совершить лишний, болезненный толчок. Секунды внезапно растянулись, превращаясь в бесконечные мгновения, когда каждый удар пульса кажется оглушительным.       Я поудобнее перехватила поводья, чувствуя, как под пальцами подрагивает сильная шея моего белого коня. Холодный утренний воздух обжигал легкие, но я продолжала вдыхать его полной грудью, пытаясь унять предательскую дрожь в руках. Логан и Ханджи находились совсем рядом, их присутствие ощущалось как единственное утешение.       — Как думаете, что нас ждет на этот раз? — тихо спросила, голос слегка дрожал, выдавая внутреннее напряжение. Я посмотрела на друзей, ища поддержки в их глазах.       — Не переживай, — ответил Логан, ободряюще улыбнувшись. Его волосы, как обычно, были растрепаны, а глаза лучились уверенностью.       В следующее мгновение мир наполнился грохотом. Тяжелые массивы ворот пришли в движение со стоном, достойным пробуждающихся титанов. В образовавшийся просвет хлынул ослепительный, почти нереальный свет восходящего солнца. Он окрасил серые камни в кроваво-золотые тона, создавая величественную и одновременно зловещую картину. Сердце замерло от этой красоты, за которой скрывался первобытный ужас.       — Вперед! — мощный приказ Эрвина хлестнул по нервам, не оставляя места сомнениям. — Пятьдесят седьмая вылазка за стену начинается! За мной!       Конь командира рванул с места, и в ту же секунду сотни копыт выбили бешеную дробь по мостовой. Мы неслись навстречу туману, окутавшему внешние земли. Пыль поднималась столбом, забивая горло, а свежий аромат хвои мгновенно сменился едким, горьким привкусом дыма и тем самым необъяснимым запахом, который исходит от застарелого страха. Битва за выживание началась.       Вскоре яркий свет сменился гнетущим полумраком городских руин. Дома с проваленными крышами походили на скелеты огромных существ, их пустые окна-глазницы провожали нас безмолвным упреком. Длинные тени ползли по улицам, заваленным обломками цивилизации, и в каждом закоулке чудилось шевеление.       — Десятиметровый! — пронзительный крик Ханджи разорвал гнетущую тишину. Тревога заставилп всех вздрогнуть.       Я резко обернулась, взгляд метнулся к двум солдатам из группы поддержки, которые, согласно плану, должны были сопровождать их только до границы города. Их уже не было. Они вышли за пределы стен, оставив отряд один на один с опасностью. Сердце сжалось от неприятного предчувствия. Мы остались одни.       — Рассредоточиться! Занять позиции! — скомандовал один из офицеров. Разведчики слаженно разошлись, занимая выгодные точки среди обломков. Пальцы крепче сжали рукояти клинков.       Внезапно небо над руинами прочертила кровавая полоса — сигнальная ракета.       — Неужели… — начала я, но не успела договорить.       — Титана засекли! — крикнул Логан.       Я, не мешкая, ответила тем же сигналом, подтверждая, что информация принята. Адреналин, словно расплавленный свинец, потек по венам, вытесняя остатки утреннего холода. Следом в вышине распустился зеленый цветок — сигнал Эрвина. Направление сменилось. Наш отряд, подчиняясь воле командира, мгновенно перестроился, маневрируя в узких проулках с пугающей быстротой.       Чудовище появилось внезапно. Титан-бегун несся на нас, и его движения, лишенные человеческой координации, казались пугающе стремительными. Я пришпорила лошадь, чувствуя, как внутри закипает решимость.       — Стой! Нельзя атаковать в одиночку! — крикнул мой друг, но его уже не слышала.       Мир вокруг перестал существовать. Я встала в седле, балансируя на пределе возможного, и, дождавшись нужной секунды, с силой оттолкнулась. Тросы УПМ с характерным свистом впились в кладку ближайшего здания. Огромная туша рухнула, поднимая тучи вековой пыли, а я уже мягко опускалась в седло, будто этот смертельный танец был для меня обычным делом.       Вскоре к нам присоединилась группа специального назначения. Олуо, Петра, Эрд и Гюнтер двигались безупречно, а впереди них, сохраняя привычную дистанцию, летел капитан Леви.       — Капитан Эмма? — удивленно спросила Петра.       — Теперь работаем вместе, — коротко ответила, твердо и уверенно. Снова зеленый сигнал в небе. Леви коротко бросил:       — Олуо, ответ. Зеленый дым потянулся за нами. Среди бойцов я заметила Эрена, его лицо было бледным и напряженным. В этот момент к нам подскакал гонец, тяжело дыша.       — Разрешите доложить! Правый фланг разбит! Построение частично нарушено! Нужно передать левее! — доложил подъехавший гонец.       — Петра, слышала? Давай, — сказал Леви.       — Есть! — ответила Петра и умчалась передавать сообщение. Почти сразу справа взметнулась черная струя дыма.       — Черный сигнал?! — воскликнул Эрен.       — Эрен, ответ, — приказал Леви. Эрен выпустил черный сигнал. — Безобразие, — процедил Леви. — Пропустили аномального в строй.       Мы въехали под своды гигантского леса. Вековые деревья, верхушки терялись где-то в облаках, стояли плотной стеной, превращая день в сумерки. Тени здесь были причудливыми, почти осязаемыми, а воздух — прохладным и густым, с резким запахом прелой хвои и старой смолы.       — Эмма! Капитан Леви! — голос Эрена, пропитанный тревогой, прорезал шум ветра, шуршащего в кронах гигантских деревьев. Леви даже не обернулся. Его спина была прямой и неподвижной.       — Чего тебе? — бросил он.       — Наша колонна тут одна! Мы не заметим приближающихся титанов! Угроза с правого фланга до сих пор не исчезла! Мы не сможем защитить повозки! — выпалил Эрен на одном дыхании, его слова отразились от стволов деревьев, подчеркивая напряжение момента.       — Спасибо, просветил, а то я, идиот, не знал, — с язвительной интонацией произнес Леви. — Конечно, не сможем.       Я невольно поморщилась, чувствуя, как внутри закипает раздражение от его манеры общения. Логан, ехавший чуть поодаль, помрачнел. Тяжелое молчание повисло в воздухе, смешиваясь с ароматом сырости.       — Т-тогда почему…? — растерянно пробормотал Эрен.       Капитан не стал отвечать словами. Он лишь обвел рукой эти исполинские стволы, давая понять, что сама природа здесь стала частью замысла.       — Это ловушка для титанов, — вслух произнесла я, опередив Эрена и озвучив мысли Леви. — Эрвин хочет поймать титана. Мои слова прозвучали в тишине леса особенно резко.       — Значит, у командира Эрвина есть план, как поймать титана в этом лесу? — спросил Логан дополняя мои слова.       — Да, — коротко подтвердила. — Этот лес – идеальная приманка.       Леви недовольно дернул плечом. Я ощущала на себе недоуменные взгляды остальных, но мне было все равно. Оставлять их в неведении сейчас казалось жестокостью, граничащей с безумием. Воздух вокруг буквально вибрировал от невысказанных вопросов.       Мы продолжали движение, когда позади снова взметнулся черный дым.       — Черный сигнал?! — резко обернулся Эрен, сжимая поводья до побеления костяшек. Там, в просветах между деревьями, разыгрывалась трагедия: двое наших пытались сдержать натиск, но было ясно, что это их последние мгновения.       — Прямо позади нас, — подтвердил Олуо.       — Это как раз тот, на которого наткнулся правый фланг, — добавил Эрд.       — Второй еще сражается! Давайте выручим! — воскликнул Эрен, готовый броситься на помощь товарищам.       — Эрен, смотри на дорогу и не оборачивайся! — резко одернула его Петра. — У тебя есть приказ! Выполняй!       — Ты хочешь, чтобы я отвернулся от своих товарищей?! — в ужасе воскликнул Эрен.       — Именно! Капитан Леви отдал приказ, и мы должны ему подчиняться.       — Я не понимаю, почему мы им не помогаем?! Почему капитан ничего не объясняет?! — почти крича, обратился Эрен к остальным членам отряда.       — Потому что он решил пока не объяснять! — рявкнул Олуо.       Логан склонился к моему плечу, его голос звучал едва слышно.       — Эмма, не думаю, что капитан Леви делает это из вредности, — тихо сказал он. — Скорее всего, у него есть веские причины скрывать свои планы. Помнишь, как Эрвин говорил о необходимости держать некоторых разведчиков в неведении ради безопасности всей операции? Это может быть как раз такой случай.       — Обнажите мечи, — холодно приказал Леви. — Если появится враг, у нас будет лишь мгновение.       Клинки с сухим щелчком вышли из ножен. Мы с Логаном переглянулись — за маской спокойствия капитана скрывалось нечто иное. Тревога. Внезапно один из разведчиков, летевших сзади, был смят чудовищным ударом и отброшен, словно сломанная кукла. Тварь двигалась невероятно быстро.       — Быстрее! Ускоряйтесь! — крикнула я, пришпоривая своего коня.       — Быстрее! Из-за деревьев нам не уклониться! — кричал Эрд.       — Капитан, давайте используем маневр! Капитан?! — Петра взывала к Леви, но тот будто оглох.       — Быстрее! Не отставайте! — повторила снова.       — Эмма, но что это значит? — крикнул Эрен.       — Мы почти прибыли.       — Давайте ее уложим! — крикнул Олуо.       — Приказываю, заткните уши! — громовым голосом скомандовал Леви.       Яркая вспышка зеленого огня озарила сумрак леса. Ловушка захлопнулась. Эрен смотрел назад, и в его глазах отражалась агония тех, кого мы бросили. Его пальцы судорожно сжимали кожу поводьев.       — Второй еще сражается! Давайте выручим! — его голос сорвался на хрип.       — Эрен, смотри на дорогу и не оборачивайся! — Петра почти умоляла, хотя её лицо оставалось неподвижным.       — Ты хочешь, чтобы я отвернулся от своих товарищей?! Они же погибнут!       — Именно! У тебя есть приказ! Выполняй! — голос Петры окреп, хотя в глубине её зрачков плескалась боль, которую она не могла скрыть.       — Я не понимаю, почему мы им не помогаем?! Почему капитан ничего не объясняет?! — выкрикнул Эрен.       — Потому что он решил пока не объяснять! — Олуо сорвался на крик, раздражение перелилось через край.       Я не выдержала и коротко, горько усмехнулась. «Вот же старик упрямый! Я объясняю, а он нет? Ну ничего, я тебе обязательно за это устрою», — прошипела я под нос, чувствуя, как гнев мешается с азартом.       Эрен в порыве отчаяния поднес руку к губам, готовый нанести себе рану.       — Что ты делаешь, Эрен?! — крик Петры заставил его замереть. — Ты можешь превращаться только под угрозой смерти! Ты обещал!       — А ты прав, — внезапно вмешался Леви, его тон был ледяным. Мы все обернулись к нему. — Если ты этого так хочешь — давай. Как бы его ни подавляли, в какую клетку ни сажали, он никому не подчинится. Титан внутри тебя рвется наружу. Я это вижу. Эрен, разница между твоим и нашим решением лежит в нашем опыте. Но можешь на него не полагаться. Выбирай: поверь в себя или поверь в меня, Эмму и Разведкорпус. Я верю в свои силы и в своих соратников. Мы действуем по плану. Но никто не знает, как может обернуться твоя трансформация здесь и сейчас. Думай сам.       Слова капитана повисли свинцовым грузом. Я мысленно согласилась с ним — на этой войне опыт стоил дороже золота. Доверие было единственной валютой, которая могла купить нам еще немного времени. Эрен медленно опустил руку. Огонь в его взгляде сменился тяжелой решимостью. Он выбрал нас.       Мы продолжали путь, оставляя за спиной эхо криков. Лес становился все мрачнее, каждый звук под кронами деревьев казался предвестником конца. Внезапно впереди, перекрывая шум погони, раздался голос Эрвина:       — Огонь!       Перед нами разверзся ад. Женщина-титан, окутанная едким дымом, билась в стальных сетях, которые впивались в её плоть. Земля ходила ходуном под её ударами.       — Дальше переберете лошадей и переходим на УПМ. Мы с вами расходимся. Эрд остается за главного. Спрячьте Эрена как можно дальше от титана. Лошадей оставляю вам. Эмма, Логан – со мной, — отрывисто скомандовал Леви.       Мы взмыли вверх, оставив позади привычную опору под ногами. Узловатая ветка гигантского дерева приняла нас. Там уже стоял Эрвин, его фигура на фоне дыма казалась высеченной из камня.       — Похоже, она обездвижена, — произнес Леви, подходя к командиру.       — Нельзя терять времени. Вы ловко заманили её сюда, — ответил Эрвин, не сводя глаз с пленницы.       — Благодаря побитым солдатам мы выиграли время, — в голосе Леви прорезалась непривычная горечь.       Я смотрела, как титан извивается внизу, и чувство тревоги только нарастало.       — Эрвин, ты точно уверен в своем деле? Вдруг эта приманка не сработает, и Женщина-титан вырвется? Что тогда?       Командир медленно повернулся ко мне, его голос стал тише, приобретая доверительную интонацию.       — Эмма, в Разведкорпусе завелся шпион. И этот шпион знает о существовании Эрена. Я не могу рисковать, доверяя информацию всем. Я могу положиться только на тех, кто был со мной последние пять лет, кто прошел через ад и остался верен человечеству, кто доказал свою преданность. Этот план… он сложнее, чем кажется. Намного сложнее.       Леви холодно прервал его: — Есть вещи, которые не стоит обсуждать при посторонних, какими бы верными они ни казались. Даже тебе я не могу пока раскрыть все карты. Доверься командованию. Мы знаем, что делаем.       Я с замиранием сердца наблюдала, как Леви и Мик начали атаку. Они двигались синхронно, как два лезвия одного клинка, заходя с тыла. Но в последний миг кожа на руках титана покрылась странным, кристаллическим панцирем, сверкающим в лучах, пробившихся сквозь листву. Звон ломающейся стали эхом разнесся по лесу, и лучших воинов отбросило прочь.       — Что за…?! — выдохнул Логан, бледнея на глазах. Такого поворота никто не ожидал.       – Это какая-то новая способность? – прошептала девушка из арьергарда. Ее лицо мгновенно утратило всякие краски, став мертвенно-бледным, а в расширенных зрачках застыл первобытный ужас, сковавший сердце ледяными тисками.       К Эрвину, преодолевая сопротивление густого подлеска, подлетел запыхавшийся разведчик. Его грудь тяжело вздымалась, а дыхание вырывалось из горла с болезненным хрипом.       – Господин Смит! – выдохнул он, с трудом обретая дар речи. – Приказ принят: готовим взрывчатку. Попытаемся лишить ее конечностей одним ударом!       Разведчик на мгновение заколебался, и тень сомнения промелькнула на его суровом лице.       – Но ведь… если внутри человек, мы можем уничтожить и его. Взрыв такой силы не оставит шансов…       – Эрвин, – я подала голос, стараясь придать ему твердость, – возможно, стоило атаковать одновременно с Леви, с разных флангов. Дезориентация лишила бы ее возможности концентрировать защиту в одной точке. Однако боюсь, что этот панцирь покрывает не только кисти рук. Мы можем столкнуться с полной неуязвимостью.       Смит на мгновение погрузился в раздумья, задумчиво коснувшись подбородка. Его взгляд, обычно острый и пронзительный, сейчас казался отрешенным, устремленным куда-то за пределы этого леса.       – Твои опасения небезосновательны, Эмма. Пределы ее возможностей остаются для нас загадкой. Но для человечества жизненно важно заполучить этот экземпляр невредимым. Нам нужны ответы: кто скрывается за этой маской, откуда взялась такая мощь и каковы их истинные намерения. Безмолвный труп не даст нам ключей к спасению.       – Огонь по моему сигналу, – отрывисто бросил он разведчику, возвращаясь к реальности боя.       В ту же секунду все взгляды приковал к себе Леви. Он стоял на широкой голове Женщины-титана с таким непринужденным изяществом, словно брошенная на поверженного врага перчатка.       – Эй, выходи уже, – его голос, пропитанный ледяным сарказмом, разнесся над поляной. – Не стоит затягивать это зрелище. Неужели ты всерьез надеешься на спасение? «Еще как надеется…», – я почувствовала, как по спине пробежал неприятный холодок. Тревога внутри нарастала, переходя в немой крик интуиции, предупреждающей о катастрофе.       Леви тем временем продолжал, и в его тоне теперь отчетливо слышалась затаенная, клокочущая ярость:       – Ты истребляла моих людей с особым пристрастием. Играла их жизнями, словно хищник с загнанной добычей. Получала ли ты от этого удовольствие? Теперь правила изменились. Мы отсечем тебе всё лишнее — конечности со временем восстановятся, твои собственные, а не этой туши. Нам нужна ты. Живая. И ты заговоришь.       Внезапно воздух содрогнулся. Ужасающий, лишенный всего человеческого крик титана разорвал лесную тишину, заставляя саму кровь стынуть в жилах. Звук был настолько пронзительным и полным невыносимой муки, что бойцы невольно зажали уши, не в силах выносить этот звуковой шквал. Я замерла, чувствуя, как мелкая дрожь бьет тело. В этом вопле, помимо ярости, слышалось нечто первобытное, отчаянное и… пугающе знакомое, словно кричала сама душа, запертая в кошмарной оболочке.       Когда эхо затихло, лес погрузился в зловещее безмолвие, подобное затишью перед сокрушительной бурей. Леви с нарочитым спокойствием извлек клинок из застывшей плоти. Одинокая капля крови, сорвалась со стали и исчезла в изумрудном мхе.       – Надо же, какой сюрприз, – произнес он ровным, почти безжизненным тоном, будто обнаружил не смертоносную аномалию, а пустяковую вещицу.       Мик на полной скорости взмыл к ветке Эрвина. Его лицо, обычно бесстрастное, сейчас выражало крайнюю степень напряжения. Логан, все еще находясь под гнетущим впечатлением от услышанного крика, последовал за мной на крону соседнего исполинского дерева. Отсюда, с высоты птичьего полета, открывался панорамный вид на лесную чащу, которая на глазах превращалась в арену грядущей бойни.       – Эрвин! Титаны! Они движутся прямо на наш отряд! – доложил Мика, едва сдерживая рвущуюся наружу панику.       – Направление? – коротко отрезал Смит, и его глаза превратились в узкие щели, холодные и острые, как бритва.       – Со всех сторон! – этот возглас прозвучал как окончательный, не подлежащий обжалованию приговор.       Ледяная волна ужаса захлестнула меня, сковывая движения. Окружение… В таком замкнутом пространстве у нас практически не оставалось пространства для маневра.       – Быстро! – рявкнул Эрвин, вонзая лезвие в кору дерева, чтобы сохранить равновесие. – Готовьте заряды! К бою! Первая волна с востока!       Из лесного полумрака начали выступать гротескные фигуры. Десятки, сотни чудовищ с пустыми, лишенными разума глазами медленно сжимали кольцо. Их челюсти мерно двигались, будто перемалывая само пространство.       Приказ атаковать был отдан, но произошло нечто невообразимое: гиганты проигнорировали людей. Они целенаправленно двигались к центру поляны, подчиняясь какому-то неведомому, властному зову. Леви с грацией оборвал жизни двух ближайших врагов, но это не изменило ситуации. Титанов было слишком много.       – Они идут к ней! – мой крик эхом отозвался среди деревьев.       Один из титанов, приблизившись к пленнице, с омерзительным хрустом вгрызся в ее плоть. Я замерла, не в силах отвести взгляд. Это противоречило всему, что мы знали о них.       – Солдаты! Защищать женскую особь! – прокричал Эрвин, полагая, что враги стремятся добить раненого сородича.       Но внезапное озарение прошило мое сознание, заставив выкрикнуть приказ, перекрывающий шум битвы: – Отставить! Они пожирают её! Всем оставаться на местах! Не вмешивайтесь в это безумие!       Слова остановили бойцов. То, что развернулось перед нашими глазами, не поддавалось рациональному объяснению: титаны, подобно стае обезумевших падальщиков, рвали особь на части. Воздух наполнился тошнотворным чавканьем и тяжелым запахом крови.       Наступившая после гробовая тишина казалась еще более невыносимой. От могучего существа остались лишь груды костей и обрывки плоти, стремительно испаряющиеся в воздухе.       – Только не говори мне, что… – Леви осекся, глядя на Эрвина. В его голосе, всегда таком непоколебимом, проскользнула тень растерянности.       – Она пошла на это добровольно, – с горькой усмешкой произнес Смит. – Ликвидировала себя вместе со всеми секретами, словно важный документ. Она предпочла смерть в пастях этих тварей плену.       Я скрестила руки на груди, не в силах скрыть своего возмущения. Мои предостережения были проигнорированы, и теперь цена этой ошибки была слишком велика.       – Я предупреждала о ее побеге. Говорила, что нужны иные меры. Вы предпочли рискнуть, и вот результат.       – Эмма, – Эрвин тяжело вздохнул, – ты оказалась права. Мы недооценили врага. Но сейчас не время для взаимных упреков. Нам нужно предугадать их следующий ход.       – Тч, – Леви раздраженно цыкнул, — нас просто обвели вокруг пальца. Мастерски и беспощадно.       Вдруг я почувствовала, как по телу пробежал электрический разряд. Что-то изменилось в самом воздухе. Я резко обернулась к чаще, и в моих глазах вспыхнуло беспокойство.       – Леви, за мной! Они направились к Эрену! Враг не упустит такой шанс. Медлить нельзя! – я уже сорвалась с места, чувствуя, как мышцы напрягаются для решающего рывка.       – Я с вами! – Логан потянулся к мечам, готовый следовать в самое пекло.       – Нет! – я оборвала его на полуслове. – Оставайся здесь. Доложи Эрвину обстановку. Нам нужно прикрытие, но я не позволю тебе погибнуть в этой ловушке. Леви, скорее!       – Тц. Заноза в заднице, – проворчал капитан, однако, не теряя ни мгновения, скрылся вместе со мной скрылся в лесу. Эрен сейчас находился на волосок от гибели.

***

      – Эмма! Ты цела? Что там произошло на самом деле? – Ханджи бросилась ко мне, едва мы достигли безопасного участка.       – Мы… битва была за гранью возможного, – ответила я, и мой голос прозвучал чужим, охрипшим от напряжения. – Она была слишком сильна. Мы понесли невосполнимые потери.       – А Эрен? – голос Алекса дрогнул, в нем читался страх перед неизбежным.       – Жив, – прошептала я, чувствуя, как в горле встает горький ком. – Леви успел вырвать его буквально из челюстей смерти.       – Прямо из пасти?! – Ханджи в ужасе прижала ладони к губам, ее глаза за стеклами очков лихорадочно блестели.       Я поведала им обо всем: о хладнокровном самоуничтожении титанши, о павших друзьях и о том, как Леви, превозмогая травму, совершил невозможное. Слова давались с трудом, они путались и обрывались, словно я пыталась прогнать от себя видения той кровавой бани.       – Это… за пределами понимания, – Логан потрясенно покачал головой. – Капитан совершил чудо.       – Да, – тихо отозвалась Ханджи. – Но цена этого чуда слишком высока. Наш путь усеян телами лучших из нас.       Изнуренные, подавленные тяжестью провала, мы начали отход к внутреннему периметру. Погибшие, казалось, следовали за нами по пятам, а каждый шаг по лесной подстилке отдавался болью в натруженных мышцах. Тишина леса стала враждебной, наполненной невидимыми угрозами.       Мы шли плечом к плечу, и это молчаливое единство было единственным, что удерживало нас от отчаяния. Но вскоре земля вновь содрогнулась. Тяжелый, мерный топот и треск ломающихся исполинов возвестили о новой беде. Из тумана стали выплывать новые тени гигантов.       – Титаны! С тыла! – мой возглас прорезал застоявшийся воздух. В рядах солдат начала назревать паника, но офицеры, подавляя собственный страх, принялись выстраивать оборону. – Держать строй! Раненых в центр! Прикрывать отход! – гремели команды.       Мы действовали вместе, уничтожая преграды на своем пути. Гнев и отчаяние придавали нам сил, превращая каждое движение в смертоносный танец. Адреналин выжигал страх, оставляя лишь холодную жажду выжить. Но ресурсы были на пределе: газ заканчивался, сталь клинков зазубрилась, а врагов становилось всё больше.       И тут над лесом разнесся властный, лишенный сомнений голос Эрвина Смита: – Ускорить темп! В бой не вступать! Бросить раненых!       Эти слова ударили сильнее любого клинка. Оставить своих? Предать тех, с кем делил хлеб и кровь? Это шло вразрез со всем, во что мы верили, разрушая кодекс чести до основания.       Я замерла, глядя на удаляющиеся спины товарищей. Мое доверие к Эрвину было безграничным, но этот приказ рвал душу на куски. Беспомощность и горькое чувство предательства накрыли меня с головой, пока я смотрела на тех, кого мы оставляли во власти голодных чудовищ.