Глава 10. Шрам на щеке

В университете Зоя, казалось, совсем потеряла страх. Или, скорее, её страх переродился в отчаянную, почти истеричную наглость. Она поняла, что я не бегу жаловаться Нике или Дане, и решила, что я — лёгкая добыча. Это случилось в четверг, после второй пары. Я стояла у своего шкафчика в коридоре, доставая учебник по гражданскому праву. Вокруг сновали студенты, стоял обычный гул. Внезапно чья-то рука с силой захлопнула дверцу моего шкафчика прямо перед моим лицом. Я отшатнулась и увидела Зою. Её глаза горели недобрым огнём. — Ну что, принцесса, — прошипела она, нависая надо мной. Кира и Рита тут же выросли у неё за спиной, отрезая пути к отступлению. — Думаешь, если твои дружки-бандиты кого-то там побили, ты теперь королева универа? — Зоя, отойди, — тихо сказала я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — А то что? — она издевательски изогнула бровь. — Позовёшь свою подружку? Или Даню? Ой, прости, он же у нас теперь механик! Руки в мазуте, не до тебя небось. Её подружки мерзко захихикали. — Знаешь что? — продолжила она, понизив голос до ядовитого шёпота. — Ты здесь никто. Просто блондинистая выскочка. И никакие «Драконы» не сделают тебя своей. Ты всегда будешь одна. Ясно? Она резко оттолкнула меня плечом и пошла прочь, гордо вскинув голову. Кира и Рита последовали за ней, бросая на меня презрительные взгляды. Я стояла, прислонившись к холодному металлу шкафчиков, и чувствовала, как внутри закипает бессильная ярость. Но я не собиралась рассказывать об этом ни Нике, ни Дане. Я не хотела быть для них обузой, девочкой, которую нужно постоянно защищать от школьных хулиганок. Они рискуют жизнью в настоящих разборках, а я буду жаловаться на глупую Зою? Нет. Я должна справиться с этим сама. Вечером я решила сходить на Level X. Даня был сегодня занят на работе — у них там какой-то срочный заказ на переборку движков. А мне невыносимо хотелось сесть за руль. Хотелось скорости, контроля, ощущения мощи под пальцами. Это помогало очистить голову. Придя на базу, я сразу направилась к парковке. Мой взгляд упал на белую красавицу — «Белый Призрак» Ники. Он был идеален. Строгие линии, хищный капот... Мне захотелось именно его. Я подошла к одному из механиков — парню с лицом, перепачканным в мазуте. — Привет. Можно мне ключи от той белой машины? Покататься хочу. Он смерил меня скептическим взглядом с ног до головы. — А ты водить-то умеешь хоть? А то Зам мне голову оторвёт, если я её ласточку поцарапаю. — Умеет-умеет! — раздался сзади знакомый голос. Я обернулась — ко мне шла Ника. Она была в своей обычной одежде, без формы. — Давай ключи, — скомандовала она механику. Тот без лишних слов протянул ей связку. Мы пошли к машине. — Куда хочешь поехать? — спросила Ника, открывая водительскую дверь и протягивая мне ключи. — Не знаю... Просто хочу покататься по городу. Ника хитро прищурилась: — О, тогда я с тобой! Всё равно делать нечего. Она забрала у меня ключи и сама села за руль. — Садись давай! Прокатимся с ветерком! Мы выехали на ночную Москву. Закатное солнце окрашивало всё вокруг в невероятные оранжевые и багряные тона. Небоскрёбы Москва-Сити казались отлитыми из червонного золота. Ника вела машину агрессивно и красиво. Она не гнала под двести, но чувствовала дорогу идеально. Мы проскочили на мигающий жёлтый под носом у возмущённого таксиста, плавно вошли в затяжной дрифт на развязке (машина слушалась её беспрекословно), а потом выехали на пустую набережную и понеслись вдоль тёмной воды. Ника остановилась на обочине вышла из машины: —Прыгай за руль! —Я? —А кто ж еще? Мы пересели Ника откинулась на спинку кресла. — Давай! Ты же умеешь! Покажи класс! Я была в шоке от такого доверия, но руки сами вспомнили всё то, чему учил Даня. Я плавно переключила передачу и повела «Призрака» дальше по набережной. Ощущение было непередаваемым: управлять такой мощной машиной ночью, когда город принадлежит только тебе... Это было чистое волшебство. — Вот это да! — восхищённо крикнула Ника с пассажирского сиденья. — Ты реально крутая! Даня хорошо тебя научил! Мы катались так около часа: то я за рулём, то она. Пока небо не стало совсем тёмным, а оранжевый свет заката не сменился холодным неоном городских огней. Когда мы накатались и вернулись на базу, было уже около десяти вечера. Мы присели на скамейку недалеко от парковки, чтобы перевести дух. — Слушай... — вдруг сказала Ника, глядя на огни города. — А можно я у тебя переночую? А то мне до квартиры пилить и пилить... На метро неохота тащиться в такую даль. Я просияла: — Конечно! Я с радостью! А то давно я не была дома не одна. Мы доехали на призраке до моего дома и поднялись ко мне. Квартира показалась мне другой с приходом Ники. — Неплохо у тебя тут! — оценила она, скидывая кеды и проходя в комнату. — Уютно. Мы решили, что Ника будет спать на диване. Душ принимать не стали — слишком устали от поездки и эмоций. Мы решили просто поужинать тем, что было в холодильнике. Выбор пал на доширак. Мы сидели на полу в комнате, заваривали лапшу кипятком из электрического чайника и смеялись над глупыми шутками из интернета. Атмосфера была лёгкой и домашней. Когда мы поели и улеглись на диван, Ника вдруг повернулась ко мне. — Слушай... Я тут подумала... Надо бы тебе куртку «Драконов» дать. Я удивлённо приподнялась на локте: — Мне? Но разве так можно? Я же не в банде... Ника фыркнула: — Ты практически в ней. Ты с нами ешь, спишь, ну почти, за рулём наших тачек сидишь. И ты под нашей защитой по умолчанию. Я спрошу у Реджи. Думаю, он разрешит. Мы замолчали на минуту. А потом я вдруг вспомнила то, что давно не давало мне покоя. — Ника... — тихо позвала я. — Мм? — А как ты... ну... за такое короткое время стала заместителем? Замом самого Реджи? В комнате повисла тишина. Ника вздохнула и села на диване, подтянув колени к груди. — Ну... Во-первых, я просто хорошо умею драться. Это факт. А во-вторых... мы с Реджи как-то сразу поладили. Понимаешь, у него никогда не было настоящего заместителя. Были друзья, были бойцы... Но Зам — это другое. Это тот, кому он доверяет спину безоговорочно. Тот, кто понимает его с полуслова. Она помолчала, глядя в темноту за окном. — Своих друзей он обычно держит на расстоянии вытянутой руки. Чтобы не привязываться слишком сильно. Чтобы их потом не смогли использовать против него. А со мной... так не получилось. Я тоже села: — Ника... а ты знаешь... как появились «Краовавые Драконы»? Она кивнула: — Да, конечно. Драконам примерно три года... В Москве есть группировки гораздо больше и старше. Но наша... она другая. Её создал Реджи. И она начала рассказывать историю, которую я никогда не забуду. — Он не всегда был таким... лидером с ледяным взглядом. В детстве он был обычным пацаном из спального района Москвы. У него были родители, обычная квартира... Но когда ему было двенадцать лет... всё рухнуло. Однажды вечером они возвращались из магазина через парк. На них напали какие-то отморозки. Не за деньгами — просто ради жестокости. Они убили его родителей прямо у него на глазах... Один из них схватил Реджи за волосы и потащил на свет фонаря. Парень кричал... Он был в шоке... И тогда один из убийц просто полоснул его ножом по щеке — от скулы до подбородка — чтобы он заткнулся и «не мешал смотреть». Он сказал что-то вроде: «Смотри внимательно, щенок». Реджи спрятался в кустах после того как они ушли. Он всё видел. Он слышал их крики... но был слишком напуган и ранен, чтобы помочь или позвать кого-то сразу после того как его ударили ножом по лицу... Он просто сидел там всю ночь рядом с остывающими телами своих родителей... Его отправили в детдом после того как их нашли утром . Шрам на его лице — это след той ночи . В детдоме он быстро понял закон выживания: либо ты бьёшь первым , либо бьют тебя . Он научился драться так , что к нему боялись подходить даже старшие пацаны . Он собрал вокруг себя таких же одиночек — брошенных , злых детей улиц . Они стали его первой «семьёй» . Когда им исполнилось шестнадцать , они ушли из детдома и создали «Кровавых Драконов» . Не ради денег или власти над районом . Ради того же принципа выживания : мы — семья . И теперь никто из нас не даст своих в обиду . Никогда больше . Я слушала её рассказ , и мне стало невыносимо жалко Реджи . Тот шрам на его лице ... это след той ночи . Суровый лидер с ледяным взглядом оказался просто мальчишкой с огромной дырой в сердце , который всю жизнь пытался заполнить эту пустоту верностью своих людей . Мы ещё немного поговорили о чём-то отвлечённом и легли спать . Ника быстро засопела на диване рядом со мной , а я ещё долго лежала с открытыми глазами в темноте комнаты . Я размышляла о том , что она рассказала мне о Реджи . И думала о том , что было бы очень круто , если бы Ника почаще оставалась у меня ночевать . С ней было так спокойно и уютно , как будто мы снова стали маленькими девочками во дворе моего детства , только теперь нас защищала не маленькая девочка с пластырем на щеке от хулиганов постарше , а целая армия «Кровавых Драконов» .