Глава 10

      Когда Аннабэль пришла в себя, то увидела, что находится в узком каменном коридоре. Девушка огляделась и, увидев рядом с собой сидящего на корточках Де Мона и нескольких стоявших в отдалении пиратов, немного успокоилась.             - Где мы? - спросила она.             - В боковом туннеле, - ответил встревоженный Де Мон, а потом добавил: - Ну и напугали же вы нас.             - А что, собственно, произошло? - попыталась припомнить маркиза.             - Когда с потолка пещеры начали падать камни, - начал молодой человек, - вы испуганно вскрикнули и потеряли сознание. Я едва успел подхватить вас.             Анна взглянула на него с благодарностью. Де Мон также посмотрел на неё с невиданной раньше нежностью. Они бы смотрели друг на друга очень долго, но тут вмешался Жак.             - Если сеньорите уже лучше, - сказал он, - то нам следует продолжить наш путь.             Остальные пираты, которых было человек пять, дружно закивали в знак согласия. Раздосадовано вздохнув, новоиспечённый предводитель встал и, подав девушке руку, направился вперёд. Они прошли молча около четверти часа, когда проход вдруг сузился и стал такой ширины, что дальше продвигаться можно было лишь на четвереньках. Пришлось ползти. Но не проползли искатели клада и трёх метров, как вдруг оказались в огромном гроте. Поднявшись с колен, все принялись оглядываться. Естественное помещение, в котором они оказались, было настолько велико, что Анна сравнила его с трапезной залой в замке Глемис. Посередине грота было небольшое озеро с прохладной чистой водой, а в центре водоёма находилось возвышение. Вот к этому возвышению и направился Де Мон.             Воды в озере было мужчине по колено, и он быстро взобрался на некое подобие каменной ступеньки, находившейся у подножия возвышенности. Осмотрев каменную глыбу, Де Мон в верхней её части обнаружил нечто, похожее на шов в каменной кладке. Подозвав к себе Жака, который почти перепрыгнул озерцо, они вдвоём принялись толкать верхнюю часть камня. Через несколько минут непрерывных усилий раздался громкий скрежет, и глыба поддалась. Отодвинув крышку, молодые люди поняли, что это был всего лишь саркофаг, защищающий большой сундук.             Не прошло и пары минут, как пираты вытащили окованный ящик из тайника.             - Какой тяжёлый! - жаловались они, перенося сундук через озеро.             Наконец опустив на землю свою ношу, все обернулись в сторону Де Мона, который нервно вертел в руках большой железный ключ с двойной замысловатой резьбой.             - Господин Де Мон, - тихо позвала его Анна, - пожалуй, сундук стоит открыть. Возможно, там уже нет того, что мы искали.             - Нет, есть! - уверенно сказал молодой человек. - И мы сейчас в этом убедимся.             С этими словами он подошёл к сундуку, опустился перед ним на колени и медленно вставил в скважину ключ. Но, попытавшись повернуть его, Де Мон с ужасом понял, что замок не поддаётся.             «Наверное, заржавел», - подумал пират и повторил попытку ещё раз. Результат был тот же. Тогда Де Мон в отчаянии стал поворачивать ключ в разные стороны, грозя сломать его, как вдруг раздался тихий щелчок – замок открылся. Дело  в том, что сундук был с секретом: он открывался не от поворота в одну сторону, как обычные замки, а в две, и то в определённой последовательности.             Открыв крышку дрожащей рукой, мужчина не смог сдержать возгласа восхищения и восторга. В сундуке было два отделения: одно до самого верха было заполнено золотыми монетами, второе – более чем на половину, разными драгоценностями.             Все стояли, как громом поражённые, ибо никто из присутствующих доселе не видел столько золота и драгоценных камней. Де Мон осторожно, словно боясь, что сверкающая картина исчезнет, опустил туда руку. Почувствовав между пальцами прохладу дорогого металла, он зачерпнул полную пригоршню пиастров, а потом медленно разжал руки, наслаждаясь звоном золотых монет.             Тут все остальные тоже бросились к сундуку, сначала осторожно, а потом всё более уверенно, прикасаясь к золоту. Когда пираты настолько осмелели, что принялись швырять друг в друга монетами или засовывать их к себе в карманы, Де Мон, повысив голос, сказал:             - А ну прекратить!             Все взоры тотчас обратились на говорившего. Оглядевши внимательным взглядом всех собравшихся, молодой человек заговорил:             - Сложите всё золото обратно в сундук. Мы доставим его на корабль и только там поделим добычу поровну между всей нашей командой. Теперь, когда я буду вашим капитаном, всё будет по-честному, а не так, как при Эфрейде.             - Кто-то упоминал моё имя? - вдруг раздалось у всех за спиной.             Вздрогнув, пираты обернулись. И что же они увидели? Перед ними стоял… капитан Даниель Эфрейд. Он был весь в пыли, а на его правой руке кровоточила глубокая рана.              - Что ж, не ждали? - проговорил тот с отвратительной ухмылкой. - Думали, что я погиб? А нет. Я жив. Жив! И по-прежнему остаюсь вашим капитаном. А ты, Де Мон, - сказал он, поворачиваясь к последнему, - ты ещё пожалеешь о том, что решил завладеть моими сокровищами и занять моё место. Я капитан «Чёрного дракона» и буду им до конца своих дней!             - Ну что ж, капитан! - воскликнул молодой пират. - Тогда ваши дни сочтены!             И, выхватив из ножен шпагу, Де Мон бросился на Эфрейда. Молодой человек надеялся легко победить раненого разбойника, но всё оказалось не так просто. Даниель взял шпагу в здоровую левую руку и принялся отражать атаки своего противника так искусно, что ему бы позавидовал не один правша. Воспользовавшись заминкой соперника, Даниель перешёл в наступление. И хотя Вито совсем не дурно владел шпагой, стоит признать, что ему пришлось не сладко. Он заметил, что капитан пытается прижать его к краю воды, чтобы потом сбросить в озеро. Разгадав этот маневр, молодой человек бросился на Эфрейда с удвоенной силой. Шпаги скрестились между их пылающими ненавистью лицами, и в этот момент более ловкий Де Мон резко развернулся. От этого поворота капитан пиратов не устоял на ногах и сам плюхнулся в озеро. Его противник отошёл от края.             - Вылезайте, сударь, - сказал Де Мон. - Вам всё равно уже не выиграть.             - Это мы ещё посмотрим! - зарычал Эфрейд и бросился на противника.             Мгновенно развернувшись, молодой человек выставил вперёд шпагу. Даниель, уже занёсший клинок над головой, не смог остановиться и налетел на самое остриё.             В глазах его промелькнуло неописуемое выражение, рука задрожала, и шпага с гулким звоном выпала у него из рук. Эфрейд опустил глаза и увидел клинок, вошедший по самый эфес в центр его груди. Тогда Даниель начал судорожно водить руками вдоль туловища. Все подумали, что у него начались предсмертные судороги. Де Мон подошёл к умирающему, чтобы вытащить шпагу, но тут произошло не предвиденное.             - Тебе всё равно не быть капитаном, мальчишка, - прохрипел Эфрейд, - даже после моей смерти.             Вдруг в руке Даниеля блеснул кинжал, который он с силой вонзил противнику в плечо. Из раны брызнула кровь. Молодой человек ошарашено посмотрел на капитана, который, состроив ужасную гримасу, через мгновение испустил дух.             - Де Мон! - крикнула Анна. - Вито!             Раненый обернулся на её крик, взглянул на неё с сожалением, как будто жалел о чём-то несделанном, и без чувств упал к её ногам.

* * *

            День близился к концу; кроваво-красное солнце медленно опускалось за горизонт. Шлюпка мерно покачивалась на волнах. Над лодкой кружили чайки, нарушая тишину своими жалобными пронзительными криками.               - Господи, неужели нельзя грести быстрее?! - в который раз обращалась Аннабэль к  сидящему с ней рядом Жаку. - Он же может умереть!             - Но, сеньорита, - отвечал последний, - ребята и так стараются изо всех сил.              - О боже, ну почему именно сейчас? - простонала девушка. - Ведь я хотела ему столько сказать.             - Я думаю, что он хотел сказать вам не меньше, - сказал Жак.             Маркиза встрепенулась. Внимательно взглянув на собеседника, она спросила:             - Что же он мог мне сказать? Жак, прошу вас, если вам что-то известно…             - Не знаю, имею ли я право говорить, - заколебался молодой человек, - но, думаю Вито будет не против.             - Не против чего? – в нетерпении подалась вперёд Анна; глаза её взволнованно сверкнули. – Да не мучайте же вы меня!             - Ладно, сеньорита. Чем бы всё это не кончилось, вы должны знать всю правду. Итак, вы считаете несчастного Де Мона обычным пиратом, но он не всегда был таким. И зовут его не так. Его настоящее имя – Викторио де Монти, и он итальянский герцог. Да, я понимаю, мадмуазель, что всё это смахивает на сказку, - кивнул Жак, заметив потрясённое выражение на лице Анны, - но, тем не менее, это правда. Так вот. Когда ему было лет восемнадцать или девятнадцать, он влюбился в девушку из бедной семьи. Кажется, её звали София, но это не столь важно. Но, так как я уже говорил, Викторио был сыном герцога, и его родители были, разумеется, против такого неравного, позорного брака. Но сын не сдавался. Тогда его отец решился на крайние меры – он силой выдал девушку замуж за человека, который вскоре должен был отправиться в Новый свет. Когда Викторио узнал об этом, он, послав отцу проклятие на прощание, сел на первый же плывущий в Америку корабль и направился на поиски возлюбленной. Согласитесь, сударыня, что для двадцатилетнего юноши, привыкшего к роскоши и многочисленным слугам, это был вдвойне отчаянный поступок... Так, на чём это я остановился? Ах, да. Викторио садится на корабль и плывёт к западным колониям. Но за несколько дней до прибытия в пункт назначения на их корабль напали пираты. Всю команду и пассажиров они продали в рабство на тростниковые плантации. Но молодому герцогу де Монти повезло – благодаря своей образованности и манерам он сумел обратить на себя внимание дочери своего хозяина-плантатора. Влюблённая в него по уши девчонка помогла своему возлюбленному бежать. Оказавшись на свободе, Викторио принялся искать Софию. Это было нелегко, но он всё же смог узнать, где живёт её муж. Прикинувшись клиентом последнего, де Монти к своему величайшему ужасу узнал, что София подхватила местную лихорадку и умерла. Сам себя не помня от горя, Вито оказался у пиратов Эфрейда.             - Неужели всё это правда? - спросила маркиза, поражённая рассказом Жака.             - Так мне рассказывал сам Викторио, - ответил пират. - Но он всё время скрывал своё положение и настоящее имя. Так что, кроме меня, его историю никто не знает. Кстати, мы уже приплыли, и сейчас бедному Вито окажут помощь.

* * *

            Со времени описанных событий прошло несколько дней. Аннабэль сидела у постели Викторио и вглядывалась в его лицо. Никогда ещё она не видела его таким бледным. Хотя в этом нет ничего удивительного, коль скоро он потерял так много крови. Когда раненого Де Мона, точнее де Монти, перенесли со шлюпки на корабль, его сразу же осмотрел мистер Гоббс, старый пират, когда-то бывший военным врачом. После перевязки Гоббс сообщил маркизе, что рана хоть и глубокая, но при правильном лечении для жизни не опасная.       И вот теперь Анна сидела подле раненого и молила бога, чтобы он сохранил жизнь человеку, что незримо оберегал её от исходящих от окружающих опасностей, который внезапно стал ей очень дорог, которого она любила... Да-да, любила. Теперь девушка смело признавалась себе в этом. Она точно знала, что это любовь, ибо испытываемое ею чувство не было похоже ни на то первое увлечение, которое она чувствовала к Сержу, ни на симпатию, каковую вызывал у неё Джеймс. Анна знала, что если с Вито что-нибудь случится, она этого просто не переживёт. Она была готова отдать всё, что имела, лишь бы её любимый остался жив.             Тут девушке показалось, что Викторио пошевелился. Потом ещё раз, а через мгновение он медленно открыл глаза. Из груди маркизы вырвался глубокий вздох облегчения.             - Викторио! - прошептала она со слезами на глазах.             - Викторио? - удивлённо проговорил он. - Ты знаешь моё имя? Тогда я, наверное, умер, а ты ангел, явившийся ко мне в образе девушки, которая для меня стала дороже всех на свете.             - О нет, нет! Ты не умер, ты жив. А я не ангел, я Аннабэль, которая… - девушка говорила ещё что-то, но счастливые рыдания приглушали её слова.             - Аннабэль, - прошептал Викторио, - Анна... Ты, наверное, уже всё знаешь? И всё это время была со мной?             - Да, - кивнула уже немного успокоившаяся маркиза, - я всё знаю. Жак рассказал мне. Но мне абсолютно неважно кто ты, герцог или пират. Мне важно только то, что ты жив.             - Анна, милая, - вдруг дрогнувшим голосом произнёс де Монти, - если бы ты только знала, как же я люблю тебя!             - Что?! - переспросила девушка, не веря собственным ушам.             - Я люблю тебя! - нежно повторил Викторио.             Аннабэль на мгновение показалось, что это сон. Он любит её! Любит!!! Девушка, столько раз разочаровавшаяся в мужчинах, уже и не верила, что услышит от кого-нибудь такие слова. Но их произнёс человек, которого она сама полюбила всем сердцем.             - И я, я тоже люблю тебя, - прошептала маркиза, нежно проводя кончиками пальцев по его лицу.             Услышав это, Викторио засиял от счастья и здоровой рукой притянул девушку к себе.             - Значит, я могу надеяться, что ты осчастливишь меня ещё больше и согласишься стать моей женой?             - О да, да! - радостно воскликнула Анна, прижимаясь к груди теперь уже жениха.             - Тогда скрепим нашу помолвку, - с плутовской улыбкой произнёс Викторио и припал к губам невесты долгим поцелуем.             Когда маркиза нехотя высвободилась из объятий своего будущего мужа, она подняла на него глаза, полные нежности, и спросила:             - Я никогда ещё не была так счастлива, как сегодня, Викторио, но… Что же дальше?             - Дальше? - молодой человек на минуту задумался. - А дальше будет всё, как ты захочешь. Теперь всё будет так, как ты пожелаешь.             - И ты откажешься от своей мечты быть капитаном пиратского корабля?             - Я никогда не хотел им быть на самом деле. Единственное моё желание – чтобы мы были счастливы, - и он снова привлёк Анну к себе. - А мы будем счастливы. Обещаю.