Глава 46. Лошадь опять потеряла подкову

Первый день весны. В дверь виллы лорда Этерно стучат. Франческа замирает в коридоре, прислушиваясь: может, долгожданная почта? Хотя, уже вечер… Франческа с досадой закусывает губу — так поздно обычную почту не приносят, разве что что-то очень срочное. А если срочное — то это для Этерно. Ну, да ладно. В любом случае, ее задача это «срочное» забрать и передать лорду. Леди-управляющая идет в сторону лестниц, пытаясь скрыть досаду на лице. Он писал ей ровно каждую неделю, очень длинные письма. И только вот на этой неделе письмо почему-то не пришло, хотя уже два дня, как должно было бы. Ступает на верхнюю ступеньку, делает несколько шагов вниз. Выглядывает в холл, замечая, что у них гость. Тот что-то говорит открывшему ему дверь слуге, откидывая капюшон дорожного плаща. И Франчи едва ли не падает со ступеней, крепко вцепляясь пальцами в перила. Сердце леди сначала пропускает несколько ударов, а затем принимается колотиться, как бешенное. По телу разливается такое приятное, покалывающее тепло. Будто почувствовав на себе ее взгляд, младший орландский принц задирает голову, встречаясь с ней взглядом. Улыбается. Франческа сбегает вниз, бросается к нему, крепко прижимаясь и пряча лицо у него на плече. Не ожидавший такой бурной реакции Раймундо таращит глаза, мягко притягивая ее в ответ: — Франчи, ты чего? — улыбка умиления сама собой расцветает на его лице, когда вечно холодная к нему леди не отвечает, лишь притягивает его к себе еще крепче. *** За ужином, Этерно отпивает глоток вина, наблюдая за притихшей леди-управляющей, то и дело поглядывающей в сторону принца и немедленно стыдливо отводящей глаза в сторону. Принц выглядит чуть сбитым с толку, но горящие глаза его не заметит только слепой. Лорд откашливается: — Никак лошадь опять подкову потеряла, м-м-м, Ваше Высочество? Раймундо перехватывает по-доброму насмешливый взгляд лорда, улыбается краешком рта: — Именно, — кивает Раймундо, — вот прямо на въезде в Ваш город! Если б не это — я успел бы до заката в Анвард. Мой брат намеревается покинуть столицу на некоторое время вместе со своей прекрасной королевой, но он должен сначала дождаться моего возвращения. Этерно качает головой: — Эти наши дороги, ну в самом деле, просто какое-то препятствие на пути в столицу. Я обязательно разберусь! Франческа пропускает паясничество мужчин мимо ушей. Она честно пытается сконцентрироваться на том, о чем говорят за столом, но у нее никак не получается. Этерно приходится закусить губу, чтобы не рассмеяться ее такой искренней реакции на долгожданное возвращение принца. Несмотря на полный ступор леди, ужин проходит довольно весело. Обожающий спонтанных гостей Этерно с интересом расспрашивает о Приморье, где принц провел всю зиму и даже позволяет себе шутку о том, что сейчас странное поколение пошло. Если раньше молодые люди ходили на свидания и много разговаривали, то сейчас, явно, принято влюбляться в письмах. — Еще история принцессы Лючии не успела забыться, — Этерно ухмыляется, глядя на принца. Тот отвечает чуть смущенной улыбкой, едва заметно пожимая плечами. Понимает, к чему лорд клонит. Они действительно писали друг другу такие длинные письма этой зимой. И это было так приятно, засиживаться допоздна за написанием, и еще приятнее — получать ответ… Они расходятся спать сразу же после ужина. Этерно должен отбыть по делам ранним утром, Франчи, понятное дело, встанет, чтобы его проводить. А принца ожидали во дворце уже сегодня ближе к ночи, поэтому ему еще предстоит придумать отмазку. И идея Этерно с подковой и плохими дорогами кажется Раймундо совсем не дурной. *** Франчи пялится в потолок, лежа в своей постели, приблизительно с час. Сна — ни в одном глазу. Скорее всего, от осознания, что в соседней, гостевой комнате сейчас тот, кто когда-то раз и навсегда украл ее покой. Франческу одолевает недостойное леди искушение заглянуть в его спальню и посмотреть на него спящего. Она еще несколько минут взвешивает все за и против, а затем, зная, что утром будет очень стыдно за такое непотребство, выскальзывает из-под одеяла и выходит в коридор. Мягко опускает ладонь на дверную ручку, молясь, чтобы дверь не заскрипела. На носочках заходит внутрь и так же мягко прикрывает за собой дверь. Случайно задевает металлическую вазу у двери и та издает характерный звон. Леди едва сдерживается, чтобы не выругаться. Затихает, пока звон не сходит на нет. Прислушивается. — Раймундо? Ты спишь? — шепотом зовет. Ответа не следует, лишь мерное дыхание. Франчи подходит к его кровати. Принц почему-то не задернул шторы и теперь лунный свет мягко обволакивает его. Светлым волосам и бледной коже так идут эти голубые простыни. Франческа не сдерживает рваного вздоха — он кажется таким беззащитным и одновременно таким прекрасным. Чуть растрепавшиеся волосы, слегка разомкнутые губы… Франческа мягко опускается на край его кровати, не в силах отвести от него взгляда. Тянется к нему и едва ощутимо касается ладонью нежной кожи на щеке: — Такой красивый. — шепотом срывается само собой. — Я так по тебе скучала… Становится легче. Будто тяжелый груз падает с плеч. Просто разобраться с самой собой. Признать очевидное. Расставить все по полкам и решить, что делать дальше. Решить, что правильно. — Я очень боялась тебя к себе подпустить. Хотелось, чтобы все было правильно, а я и ты вместе — это не правильно. У таких историй почти что не бывает хороших концов. Таким — не по пути. Франческа на миг прикрывает глаза, прислушиваясь к собственным ощущением. Становится немного стыдно. — Но весь этот период, когда ты был далеко — я поняла, что ошибалась. Я ошибалась, осуждая Этерно, положившего всю свою жизнь на алтарь быстротечной любви его юности, которой он продолжает жить по сей день и радоваться ей так искренне. Снова смотрит на умиротворенного сном, лежащего на боку, к ней спиной, принца. Пытается запомнить каждую деталь: расслабленную ладонь на мягкой подушке, слегка смятое одеяло, касающееся подбородка, блик луны на светлых волосах, чуть подрагивающие светлые ресницы. — Ты делаешь меня настолько счастливой, каждый день, каждую секунду. В моем сердце столько тепла и благости, что, кажется, оно вот-вот не выдержит и вырвется наружу, так ему тесно. И даже если нашей истории суждено продлиться всего одну весну, одну неделю, одну ночь… Того тепла, которым наполняют меня твои глаза хватит на целую жизнь! Целую счастливую жизнь. Я не смогу по-настоящему грустить ни дня, зная, что у меня когда-то было что-то настолько замечательное, как ты. Франческа замолкает на какое-то время. Снова прикрывает веки. С губ сам собой срывается вздох. — Я так сильно тебя люблю… Абсолютно забыв, что это не ее каждодневная фантазия перед сном, тянется, чтобы оставить едва ощутимый поцелуй на краешке его губ. Осторожно опускает ладони с двух сторон от него, чтобы на них опереться и ни в коем случае не потревожить сон самого прекрасного на свете принца. Затаив дыхание, накрывает его губы своими, всего на одно мгновение. И взвизгивает от испуга, когда ей отвечают. Франчи отскакивает, как ошпаренная, ударяясь локтем о высокий подголовник кровати. — Осторожнее, — глаза принца смотрят участливо снизу вверх, — больно? — Что ты делаешь?! — заполошно выдыхает леди. Принц чуть приподнимает бровь: — Ты оказываешься ночью в моей постели, ласкаешь меня и целуешь, и это я — что делаю? — Я не ла… — Франчи осекается. Она коснулась его щеки всего один раз, еще в самом начале. — Как давно ты не спишь?! Раймундо улыбается: — С того самого момента, как ты звоном ознаменовала свое появление в моих покоях. Франчи тихо стонет: — Почему тогда не отозвался? Принц вздыхает. Это же очевидно: — Чтоб ты завершила то, за чем ко мне пришла. Стоять! — Хватает резко дернувшуюся в сторону леди за талию, рывком укладывая обратно на постель и в следующее мгновение усаживается на нее сверху, придавливая собственным телом. — Франчи, побеги сразу после похищенного поцелуя мы уже проходили. Но на этот раз я видел твое лицо. И вообще, пора взрослеть, так только подростки делают. Успокаивающе оглаживает ее волосы и лицо, дожидаясь, пока перестанет дергаться под ним и вырываться. Франческа смотрит на него снизу вверх чуть испуганно, но так доверчиво, что его будто молнией прошибает от глубины ее взгляда. Его уже и так разорвало нежностью на тысячи осколков то, как она говорила ему о своих чувствах, думая, что он не слышит. Уже во второй раз. Ну нельзя же так, не все сразу… Берет ее лицо в ладони, продолжая нежно поглаживать кончиками пальцев: — Ты будешь моей леди? Франческа округляет глаза от удивления, а затем чуть хмурится: — Ты задаешь мне этот вопрос… в постели, сидя сверху на мне? В ее фантазиях это происходило в благоухающем цветами парке. Летом. В беседке, оплетенной вьющимися растениями, за которыми они бы спрятались для поцелуя, когда она скажет «да». Или хотя-бы на скамейке. Белой. У журчащего фонтана. Раймундо честно задумывается, даже оглядывается по сторонам: — Согласен, не самое лучшее место. Когда наши дети об этом спросят, мы соврем им что-нибудь или же просто чуть приукрасим и упустим деталь с постелью и ночным платьем. Кстати, очень красивое. Тебе так идет кремовый цвет. — Может для начала меня отпустишь? — Нет, — принц чуть крепче сводит бедра, — сначала твой ответ, а потом можешь идти на все четыре стороны. Леди щурится: — Вне зависимости от моего ответа? — Франческа!!! Франчи тихо смеется, смотрит на него таким влюбленным взглядом, что по телу принца пробегают мурашки: — Сочту за честь, Ваше Высочество. *** Принц просыпается от стука в дверь. Щурится от света, заливающего его спальню. Света… Он проспал. Они проболтали всю ночь напролет, уснув где-то ближе к рассвету, когда птицы уже начали петь. Раймундо поворачивает голову к жмущейся к нему Франчи. Та так забавно ныряет с головой под одеяло, пытаясь спрятаться от нового дня. — Да? — хриплым, сонным голосом отвечает принц — Раймундо, мне нужно уехать. Завтрак на столе, лошадь — в конюшне. — А вторую подкову она там случайно не потеряла? — дразнит принц. — Раймундо, имей совесть! — доносится из-за двери голос лорда. — У нас здесь, конечно, не Анвард, но и не глухомань с бездорожьем! Принц смеется: — Жаль. Этерно не сдерживает смешка, переводя взгляд с закрытой двери в гостевую спальню на широко распахнутую дверь в пустую комнату его леди-управляющей. Незаправленная кровать и все еще задернутые шторы говорят сами за себя: — Я поехал. Франчи, буду к вечеру, не забудь пожалуйста, что завтра у нас гости!