Часть 10. Happiness

Ви собиралась совершить двойное предательство. Это было что-то новенькое. Интриги и сплетни, недомолвки и точно рассчитанные дозы правды, тайные соглашения, долгая подготовка для одного смертоносного удара в спину — такой со дна городских улиц рисовалась корпоратская жизнь. Но люди везде одинаковые, и Ви довольно быстро пришлось выяснить и принять две вещи. Во-первых, что Хейвуд — да и весь остальной Найт-Сити — такая же крысиная дыра, как и любая из корпораций. А во-вторых, что у нее к этим играм нет ни склонностей, ни способностей. Так был устроен мир, и пришлось к нему приспособиться: Ви училась долго, трудно, на синяках и шрамах, на заказах, за которые не платили, на ошибках, за которые приходилось платить самой. Это знание въелось ей в кожу и кости, проросло инстинктом, но так и не превратилось в инструмент. Ударам в спину Ви предпочитала открытые драки, и была в них хороша. Увы, прямо сейчас толку от этого было немного: единственный путь на свободу вел через ложь и предательство — предательство человека, который спал рядом с ней, уткнувшись носом ей в шею. Чувство вины было ее собственным. Ви знала это наверняка: только проснувшись, даже не открыв глаза, она вызвала иконку вируса и отключилась от системы. Если раньше ее от мира отделяла прослойка непреодолимой пустоты, то теперь она самой себе казалась завернутой в кокон — плотный, но проницаемый для ощущений. Пусть слабо, но Ви чувствовала тепло Горо и тяжесть его руки, и даже — почти на грани восприятия — прикосновение ткани к своей коже. Значит, не показалось. Она действительно может — нет, не жить, на жизнь ее состояние пока походило с трудом, — существовать без спутниковой поддержки. Неприятно, скорее всего — все еще опасно, но в целом… терпимо. При желании можно сбежать в любой момент. То, что вот прямо сейчас у Ви не было ни малейшего желания куда бы то ни было сбегать, к делу не относилось. Горо не проснулся, когда Ви дотронулась до его кисти и аккуратно провела по ней пальцами от костяшек к ногтям и обратно, потом осторожно сплела свои пальцы с его, и только после этого вернулась в систему. Нет. Даже если прямо сейчас сам Сабуро позвонит ей и скажет, что на крыше ждет ави специального назначения на рейс из Токио в Найт-Сити, и Ви свободна идти — никуда она не пойдет. Не сегодня. Так и продолжит лежать, держа Горо за руку, и улыбаться, как глупый подросток. Представлять, как она отвергает предложение арасачьего Императора, было приятно до невозможности. Ви прокрутила всю сцену в голове трижды, потом вздохнула. Отказывать Сабуро было классно хотя бы потому, что он точно ей ничего такого не предложит, но был еще кое-кто, чье предложение этим утром больше не казалось таким уж невыполнимым. Напротив — оно как будто стало реальней. Она должна связаться с Гончей. Должна рассказать, что у нее получилось запустить вшитые в процессор программы, и они могут двигаться к следующему шагу — каким бы он ни был. Должна взять свою кибердеку, вбить адрес борды, который уже выучила наизусть и… предать доверие Горо. Ви вздохнула. Отпустила руку Горо, поднесла обе ладони к лицу: запекшаяся псеводкровь по большей части осыпалась, оставшись только в порезах, от чего они ужасно напоминали обычные царапины, покрытые свежей корочкой. Она не удержалась — попробовала отковырнуть, и недовольно засопела, когда ничего не вышло. Ну да, логично — состав же не просто так остался в ране, он не дает риалскину разойтись. Защита от дурака, а Ви, значит, тот самый дурак и есть. Она снова вздохнула и потянулась было за декой, но замерла, когда Горо двинулся во сне и крепче прижал ее к себе. Будить его не хотелось, и даже не потому, что пришлось бы отложить разговор с Гончей. Просто… сейчас все так хорошо, а потом он проснется, и скажет что-нибудь вроде “Это было ошибкой” и, чтобы мало не казалось, добавит что-нибудь про долг, честь и Сабуро, и Ви ответит “Ну и ебись со своей “Арасакой”, и все испортится. Пусть это спокойное утро продлится подольше. Цена небольшая — еще одно предательство. Она и так собирается предать Горо, ну, значит, предаст еще и “Кейс”, не зря же у Ви в голове столько времени торчит флагманская дека “Арасаки”? Решение было… не слишком умным. Дека казалась чистой, но нетраннерам корпорации ничего не стоило бы написать софт, который Ви ни за что не заметит, она знала это, но все равно ввела адрес борды. В конце концов, у Гончей было дофига информации на Ви прямо из первых рук, если она не учла возможную слежку… Додумать мысль Ви не успела, потому что вместо интерфейса закрытого раздела она получила сообщением в лицо. “В доступе отказано”. Сначала она подумала, что все-таки ошиблась в адресе, но нет — на саму борду ее пустило без проблем. Значит, дело в коде. Ви сгенерировала новый, отправила на деку, и снова получила отказ. Что за хрень? Может, что-то потерялось при копировании из системы? Нет, это полная ерунда. На всякий случай она вбила код вручную, и тоже без результата. Что, блядь, не так? Ви зажмурилась, сжала ладони в кулаки, и даже не заметила этого. Гончая сменила коды доступа? Кинула ее? Нет, это тупо: фиксерша так старалась уговорить ее, что хакнула целый спутник… спутник “Арасаки”. Если пару секунд назад Ви чувствовала легкую тревогу, то теперь ей стало по-настоящему страшно. Если Гончую взяли агенты корпорации, то это вопрос времени, как быстро они узнают про их связь. Что с Ви сделают за попытку побега? Просто добавят срок к ее контракту или арестуют за кражу собственности “Арасаки”, или, что хуже всего — вернут в “Микоши”? Воспоминания о бесконечной мучительной пустоте цифровой тюрьмы были такими реальными, что Ви показалось, что это происходит с ней на самом деле. К счастью, иллюзия долго не продержалась. — Ви? Голоса Горо в “Микоши” быть не могло, а значит, она тоже где угодно, но только не там. Нужно было успокоиться. Ви понимала, что не может ничего сейчас сделать. Да, у нее был контакт Гончей, но если ее взяли, звонить туда — только хуже себе делать. И даже если Гончая не у корпоратов — не может же Ви разговаривать с ней при Горо? Это все равно, что сдать и ее, и себя. Нет, сейчас одна должна постараться и перестать об этом думать. Позже. Все — позже. — Ви, проснись. Она отключилась от деки и открыла глаза. Перекатилась на спину, встретилась взглядом с Горо, — он нависал над ней, облокотившись на локоть, — и потерла глаза,будто и правда только проснулась. — Кошмар? — И тебе доброе утро. Горо моргнул, потом мягко улыбнулся и, наклонившись, коротко поцеловал ее в уголок губ. — Доброе утро, — исправился он. — Ты была напряжена, почти дрожала. Я подумал, что тебе снится что-то плохое, и решил разбудить. Ну, Горо был почти прав — если подумать, между плохим сном и слишком уж ярким воспоминанием не так много разницы, но Ви все равно ответила: — Нет. Мне ничего не снилось. Она села так резко, что Горо едва успел отдернуться, чтобы они не столкнулись лбами. Ви широко распахнула глаза и с силой вцепилась себе в плечи. — Мне ничего не снилось, — повторила она. — Вообще. Совсем. До меня только дошло. Ни единого сна с тех пор как я… как меня… с тех пор, как я здесь. Это значит, со мной что-то не так? Ви резко обернулась к Горо — он, похоже, не понимал, в чем проблема. — Людям же постоянно что-то снится, так? А мне нет. Это ненормально. Может, у меня мозг отмирает? Мне срочно нужна информация. Ч-черт, где моя дека?.. — Ви, — Горо положил руку ей на плечо. — Тебе не о чем переживать. Ты видишь сны, просто не запоминаешь их. — Почему ты так в этом уверен? — Потому что ты говоришь во сне. От ладони Горо на ее плече будто разошлась ледяная волна, и Ви еще сильнее стиснула пальцы. Она что, ругалась, пока ломилась в закрытый раздел? Она ничего такого не помнила, но могла не заметить. Называла ли она имя Гончей? Выдала ли себя? Ви изо всех сил постаралась, чтобы ее голос прозвучал беззаботно. — Я говорила во сне? Сейчас? — Нет, ночью. Стало полегче, но не то чтобы сильно. Что она выболтала? Что он знает? — И о чем? Горо пожал плечами. — Это было… не очень связно. Мне показалось, ты кого-то искала. Друга, который погиб в “Компеки”. Звала его по имени. — Джеки, — Ви отвернулась. Облегчение накрыло ее и схлынуло, оставив после себя ноющую тоску. — Мне снился Джек, а я не запомнила. Вот ведь… — Зато можно не беспокоиться про мозг. Ви рассмеялась. Это был нехороший смех, нервный, и раньше, чем она поняла, что делает, она отключилась от сети. Инстинктивное решение оказалось правильным: эмоции упростились, и соображать стало легче. Она молчала несколько секунд — но этого хватило, чтобы прийти в себя. — Ви? Она дернула плечом, показывая, что слушает, и Горо продолжил: — Не хочу портить тебе настроение еще больше, но нам нужно поговорить. Вот оно. Начинается. Ви вздохнула, потом пересела так, чтобы быть к нему лицом. — Я знаю, что ты скажешь, — заявила она. — Действительно? — Горо чуть откинул голову назад, приподнял брови; уголок губ дернулся в намеке на улыбку. — И что же я скажу? Ви сцепила ладони в замок, потом потерла их друг о друга и, как могла, скопировала выражение лица Горо. — Мне очень жаль, — начала она своим самым серьезным тоном. — То, что было между нами… не должно было случиться. Возможно, в другое время и в другом месте, бла-бла-бла… но мои обязательства перед “Арасакой” важнее всего, бла-бла-бла… Горо слушал ее очень внимательно, даже кивал иногда. — Я рад, конечно, что ты так много думаешь об обязательствах перед “Арасакой”, — сказал он, когда Ви замолчала, чтобы перевести дыхание. — Но я ничего такого говорить не собирался. Теперь он улыбался уже не скрываясь, да что там, едва смех сдерживал. — Ты… что?! Я тебя придушу. — Попробуй. Ви попробовала. Горо позволил ей повалить себя на кровать и усесться сверху: конечно, Ви не собиралась его душить, это было бы глупо, но она немного злилась на то, что попалась и выставила себя идиоткой, а потому положила ладони ему на шею, — и поняла, что злость улетучилась как только Горо накрыл их своими. — Пожалуй, это будет еще более непростой разговор, чем я думал. Ви рассмеялась, наклонила голову, от чего пряди ее волос — те, что остались длинными, — скользнули Горо по лицу. — Тогда можем его отложить, — сказала она и прикусила губу. — Лично я никуда не тороплюсь. У нас полно времени. — К сожалению, это не так. Что-то в его глазах намекало на то, что время для шуток кончилось, но Ви все равно попыталась. — Все-таки мозг, да? Отмирает? Горо покачал головой, потом зачем-то попытался заправить прядь волос ей за ухо, — не вышло, но руку он оставил у нее на шее. — Мне стоило сказать об этом вчера, но когда я вернулся, ты казалась расстроенной, а потом… — Не тяни, — попросила Ви, и не только из-за того, что хотела поскорее услышать явно плохие новости — скорее, чтобы не дать ему выдать что-нибудь вроде “а потом ты попыталась себя убить”. — Говори как есть. — Через два дня тебя заберут в тренировочный комплекс в Адати. Ви показалось, что в нее с полного разгона врезалась альфа Животных. Сначала отсутствие доступа в закрытый раздел, теперь это. Неужели “Арасака” и правда накрыла Гончую? Тогда почему тренировочный комплекс? Или это такое завуалированное название допросной? В любом случае — через два дня? Два дня?! — Какого хрена? — выдохнула она. — Ты вроде как говорил, что сам будешь меня обучать. — Ви, — Горо попытался встать, но она с силой вжала ладони ему в плечи. — Ви, вспомни, к чему тебя готовят и подумай сама: разве это место выглядит… подходящим? Хорошо, мы можем восстановить твои навыки владения оружием, но ведь этого недостаточно. Тебе нужно заново научиться чувствовать реальное пространство, использовать преимущества, не позволять зажать себя в угол... В Адати будет все необходимое. Ви перестала слушать. Все это не укладывалось в голове, и вместе с тем — все это звучало логично. До обидного. Потому что Горо прав: она должна была понять все это гораздо раньше, а она даже не подумала, потому что поверила. Потому что привыкла ему верить. — Навыки взлома… — продолжал Горо. — Здесь от меня вообще никакого толка. К тому же, тебя ждет еще одна операция. Тебе установят камуфляж как только закончатся тесты новой модели… Ви сползла с него, села рядом, подтянув под себя ноги. — Но ты сказал… — Я помню, что я сказал, — Горо вздохнул. — Я знал, что тебя переведут, но не думал, что это случится так быстро. К тому же, предполагалось, что я смогу быть там с тобой, но обстоятельства изменились. Все из-за сбоя: расследование показало, что это была диверсия. Просто безумие... — То, что кто-то смог натянуть “Арасаку”? — Ви против воли хмыкнула: несмотря ни на что его до сих пор задевало, когда корпорация оказывалась не такой уж всемогущей. — Что кто-то оказался настолько глуп, чтобы напасть на нас в Токио. Она снова хмыкнула, на этот раз — чтобы спрятать нервный смешок. Интересно, удивился бы Горо, узнав, что Ви, пусть и косвенно, к этому причастна? — Или ‘сака кого-то совсем достала, — она пожала плечами. — Не могу сказать, что сильно сочувствую парням из отдела безопасности, или кого там пустили в расход за этот провал? Горо вздрогнул, как будто Ви только что засунула палец в свежую рану и как следует его провернула, но она вроде бы ничего такого не сказала. Или сказала? — Это сейчас не важно, — он снова вздохнул, потом сел, повернувшись к ней лицом. — Из-за этой диверсии “Арасака” хочет ускорить твой… ввод в эксплуатацию. — Что, ресурсов не хватает? — спросила Ви. — Я ни черта не понимаю уже. Что я вообще тут делаю? Раз этот ваш комплекс такой охрененно крутой, почему меня сразу туда не отвезли. — Должны были, — Горо кивнул. — Но я тебя украл. — Ты… что? Ви уставилась на него, не моргая. Если это была шутка, то она ее не поняла. — Я тебя украл, — повторил Горо, как будто и правда подумал, что она не расслышала. — Не в прямом смысле, конечно. Но я знал, как трудно тебе будет принять свое новое положение, и не хотел, чтобы тебе пришлось проходить через это одной. Поэтому я сделал… несколько вещей, которыми я не слишком горжусь, для людей, которые мне не слишком нравятся. В обмен на это мне позволили забрать тебя… на какое-то время. — Ты сам себя слышишь? Звучишь сейчас как один из… этих. — Я, как ты выразилась, и есть “один из этих”. — Я не о том, Горо, — Ви потерла пальцами выбритый висок, как будто это могло помочь мыслям улечься в голове. — Я же знаю тебя, ну? Что там насчет твоих заморочек с честью и всем таким? — Я же пообещал, что сделаю все, чтобы тебя вытащить. — Чушь какая-то… Почти смешно: ты, и украл что-то у “Арасаки”? — Я, очевидно, попал под твое влияние. — А, значит я во всем виновата? Тогда правильно Сабуро тебя пони… — Ви замолчала. — Прости, плохая шутка. Не стоило. — Да, пожалуй, — странно, но не похоже было, что это сильно его задело. — Мне правда жаль, Ви. Послезавтра, утром, тебя заберут, и я не смогу быть рядом. По крайней мере, не сразу: у меня новое задание. — Найти и уничтожить? — она прикусила язык, но поздно, слова уже были сказаны. — Ты правильно догадалась. Я разберусь с теми, кто стоит за взломом. Больше такого не повторится. Ви казалось, что внутри у нее открылась черная дыра, и мир, который только-только пришел в порядок, засосало туда весело и со свистом. Гончая не рассказала свой план полностью, но каким бы он ни был — он совершенно точно пошел по пизде, в этом Ви не сомневалась. И, как будто этого мало, за ней и ее командой отправили именно Горо. Ну, по крайней мере Гончая пока не у корпоратов, но надолго ли? И что теперь делать? Пытаться выйти на контакт, или, наоборот, забыть о разговоре в караоке-баре, как будто его и не было? Если Ви сейчас соскочит, фиксеру до нее никак не добраться, но что насчет того, кто ее нанял? Нужно было что-то решать, причем быстро. — Два дня, — повторила Ви. — Всего два дня. — Непредвиденные обстоятельства. Горо поднялся, обошел кровать. Остановился у Ви за спиной, наклонился и коснулся губами места, где шея переходит в плечо. — Мне жаль, — сказал он, как будто мог хоть как-то повлиять на те самые обстоятельства. — Я должен идти. — Конечно, — Ви вздохнула. — Горо, дай мою деку, пожалуйста. — Деку? Она обернулась, поймала его удивленный взгляд и даже смогла выдавить из себя почти искреннюю улыбку. — Ага. Нужно же убедиться, что у меня мозг не отмирает. Когда Горо ушел, Ви забралась под одеяло вместе с “Кейс”. Сразу же стало жарко, и она включила климат контроль прежде, чем вспомнила, что может управлять данными о своей температуре. Хороший знак. Еще несколько минут назад это бы ее порадовало, но теперь Ви не знала, что и думать. Нужно было выйти в сеть и еще раз попытаться связаться с Гончей, хотя бы для того, чтобы предупредить фиксера об опасности, но почему-то Ви не могла заставить себя сделать это, и еще долго просто водила пальцами по потертой крышке “Кейс”. Старая дека, частичка прошлой жизни… Ви не знала, чего боится больше, того, что ее пустит в закрытый раздел, или того, что нет. Ведь если коды снова не подойдут, то ничего не останется кроме как смириться с поражением, но если все сработает, как должно… тогда ей придется принимать решение. Снова. Да уж, сложные выборы — это не то, в чем она была хороша. Наконец Ви решилась, и код… код сработал. Сообщений от Гончей не было, так что Ви сама вызвала диалоговое окно и вбила: “Ты здесь?” Ответ пришел почти сразу. “Есть новости?” Ви коротко рассмеялась. Новости у нее были — одна, блин, офигительнее другой. “Одна хорошая, две не очень, и несколько вопросов. Например, с кем я говорю?” “С Гончей. В прошлый раз ты не сомневалась. Что изменилось?” “Ты мне скажи. Но сперва я должна убедиться что ты — это ты. Расскажи что-нибудь, что можем знать только ты и я.” “На днях ты была в салоне у Трех Пальцев, он сделал тебе татуировку на правой руке. Потом выгнал, когда ты, в полном неадеквате, требовала у него сделать “все остальные”. Звучит знакомо?” Ого. Так вот что пошло не так с татуировщиком — Ви до сих пор помнила эти события очень смутно, но картинка вырисовывалась... правдоподобная, как будто кусочки пазла встали на места — и подошли идеально. Да, теперь она действительно вспомнила: так все и было. Похоже, Гончая знала про ее похождения в Токио лучше ее самой, но Ви все равно сомневалась. “То же самое мог узнать, скажем, агент “Арасаки”, который за мной следил.” “Резонно. Мы можем продолжить. Или ты можешь просто сказать, в чем дело.” “Сначала объясни, какого хрена меня сегодня не пускало в закрытый раздел? Ты меняла коды?” Ответное сообщение пришло не сразу. “Нет. Борда чистая, генераторы сонастроены, — оба моих раннера подтвердили. Проблема с твоей стороны.” “Не угадала. Проблемы у нас обеих.” “Что ты имеешь ввиду?” “Сможешь вытащить меня из тренировочного центра “Арасаки”? Кажется, в Адати или что-то вроде того?” “Знаю, где это. Теоретически, да, но будет непросто. С учетом того, что ‘сака еще не успокоилась после нашей атаки на спутник — придется серьезно постараться.” “Тогда начинай стараться прямо сейчас, потому что я буду там уже через два дня.” “Ты нашла свой триггер?” Ви чуть не задохнулась от злости. “Тебя вообще не волнует, что я только что сказала?” “Это зависит от твоего ответа. Да или нет?” “Да. Да, черт, я нашла свой триггер, я могу отключаться, могу чувствовать, двигаться и делать все прочее дерьмо, а теперь ответь: как ты собираешься меня вытаскивать?” “Подожди.” Ждать пришлось долго. Сначала Ви сверлила взглядом экран деки, как будто от этого новое сообщение могло появиться быстрее. Минут через десять она снова написала Гончей, но ответа не получила. Диалог оставался открытым, наверное, это значило что фиксерша еще там, на другой стороне. В конце концов Ви, чтобы хоть как-то убить время, вызвала открытый раздел борды, и не удивилась, обнаружив среди топовых тем отключение спутника “Арасаки”. Итак, по официальной версии представителей корпорации это был просто сбой, но местные раннеры уже знали про диверсию, и активно строили теории, кто мог за этим стоять. Имя Гончей не упоминалось ни разу, и Ви решила считать это хорошим знаком. Она как раз была на середине длинного поста, автор которого пыталась доказать, что за взломом спутника стоят нe кто иные, как дикие искины, когда система оповестила ее о новом сообщении. “Завтра вечером.” Ви подождала пару минут, думая что Гончая что-то добавит, но та молчала. “Что — завтра вечером?” “Мои люди отключат спутник еще раз. Сразу после этого упадет сеть твоей мегабашни. Будь готова.” “Вот так просто? Даже не скажешь, что мне делать?” “Тебе? Дождаться назначенного времени, покинуть апартаменты, спуститься на лифте и сесть в такси с верным номером. Справишься?” “Гончая, что ты не договариваешь?” “О чем ты?” “Я только что сказала, что у тебя всего два дня, а ты ведешь себя будто все под контролем.” “Потому что у меня все под контролем. Я не просто так говорила тебе поторопиться с поисками триггера.” “Ты знала, что меня собираются перевести?!” “Нет. Можешь считать, что у меня хорошее воображение и большой опыт работы с корпорациями. И против них, особенно после Найроби. А еще — у меня настоящий талант к изменению планов. Завтра вечером мы отключим спутник. Не беспокойся, ты будешь одна и спокойно сможешь уйти.” “Как-то все очень легко.” “Если бы все было легко, я вытащила бы тебя прямо сейчас. Но я не могу. Нужно время, но мы успеваем. Это не твои проблемы, так что не беспокойся.” “Не беспокоиться? Серьезно? Вот честно, Гончая, мне дохрена не нравится твоя уверенность.” “Странно. Обычно бывает наоборот. Моя команда справится, я не сомневаюсь.” “Может, потому что ты знаешь еще не все? “Арасака” отправила за вами агента, и, поверь мне, он чертовски хорош.” Гончая молчала несколько минут, и Ви испытала странный прилив дурной радости от того, что фиксерша снова ушла связываться со своими людьми: вроде бы ничего хорошего, но было приятно поставить ее на место. Радость, впрочем, быстро прошла. “Ви. Спасибо. Хорошая шутка.” Через пару секунд пришло следующее сообщение: “Я в курсе, что за нами кого-то отправили. Не могли не отправить. Теса с ним разберется. Кстати, она просила у меня твои контакты.” Пришлось напрячься, чтобы понять, о ком говорит Гончая. Потом дошло — латинка из бара. Ви, конечно, не видела ее в деле, но все равно сомневалась, что у нее так уж легко получится справиться с Горо. “Не убедила.” “Очень жаль. Потому что у тебя нет выбора, только довериться мне и моей команде. Я свяжусь с тобой завтра. Твоя задача — не дать себя ни в чем заподозрить. Притворяйся, что все хорошо.” Через пару секунд Гончая добавила: “Да, еще кое-что: постарайся как можно больше времени проводить вне системы. Потом скажешь спасибо за этот совет.” “Обязательно.” “Еще новости есть?” “Нет, это все.” “Отлично. Кстати, что это было? Я имею ввиду, твой триггер? ” Ви долго думала, стоит ли отвечать. Потом все-таки вбила: “Стокгольмский синдром.” Гончая ничего не сказала: отключилась от разговора и запустила скрипт, стирающий переписку. Разговор, который должен был успокоить Ви, встревожил ее еще больше. Гончая излучала уверенность — вот только уверенность эта казалась какой-то наигранной. Конечно, она и ее команда доказали, что могут ломануть “Арасаку”, вот только тогда на их стороне было преимущество из-за неожиданного удара. Теперь такой роскоши у них не будет. По ее, кстати, вине: если бы Ви сразу доверилась Гончей, не требуя доказательств, то первый взлом не понадобился бы. У них было бы тактическое преимущество, и, что важнее — времени было бы больше, чем два дня. У них с Гончей. У них с Горо. Ви вернулась к обсуждению на борде, но теория заговора с искинами уже не казалась ей забавной. Она захлопнула деку, и, чтобы хоть чем-то себя занять, принялась одеваться. Горо, конечно, уже ушел — выслеживать “диверсантов”: лис против гончей и ее стаи, кто победит? Нет, не так: кому Ви должна желать победы? Она добралась до кухни, позавтракала, не чувствуя вкуса еды, хотя вся ее сенсорика была включена и работала как надо, — Ви проверила. Потом вспомнила, о чем говорила ей Гончая, выставила серию таймеров и отключилась от системы. Было лучше. Терпимей. Ви прошлась, прислушиваясь к ощущениям своего тела — и, да, ей не показалось, теперь она чувствовала движение. Все еще заторможенное, как будто спящее, но тело снова было ее. Ви сама не заметила, как оказалась в комнате для тренировок. Перегородку, которую она пробила, уже заменили, и теперь тут все было как раньше, даже гипер-экран снова показывал почти настоящий сад, как в день, когда ее привезли. Это был неожиданный порыв, но Ви поддалась ему и встала в начальную позицию для ката с мечом. Ее руки были пусты, меч пришлось вообразить — она могла бы взять один из тех, что висели на стене в домашнем арсенале Горо, но не стала: все равно ведь ничего не выйдет. Но, к ее удивлению, когда она начала двигаться, тело включилась. Будто со стороны Ви наблюдала за тем, как выполняет движения: идеально четко, едва ли не лучше, чем когда-либо раньше — похоже, ее мозг все-таки построил новые нейронные связи, о которых говорил Горо. Когда сработал таймер, Ви ненадолго вернулась в систему, проверила показатели — и снова отключилась: ей понравилось, насколько легко и естественно она двигалась, а еще… это помогало отвлечься. Не думать. Не психовать. Просто двигаться. Ката для богомолов Горо ей показать не успел, но Ви все равно выпустила клинки и попробовала выполнить с ними заученные движения. Вышло тупо, но интересно. Она довела последовательность до конца, снова встала в начальную позицию и… просто позволила себе двигаться — помня о том, что знает, но не позволяя знанию себя ограничивать. Просто следовала ритму движений, меняя и исправляя те, что не подходили, пробуя новые связки, отбрасывая совсем неудачные варианты. Выпад. Невидимый противник отражает удар, дает ей инерцию, чтобы развернуться. Выпад, столкновение, шаг назад. Выпад, блок, выпад. Шаг назад. Два удара, два блока, разворот. Шаг назад. Три удара, три блока... Сначала Ви пыталась представить, с кем дерется, дать своему невидимому сопернику хоть чье-то лицо. Выходило так себе — похоже, что у нее просто не было врага, которому можно набить воображаемую морду. Сабуро? Ви помнила, что у него теперь новое тело, но мозг упорно рисовал перед ней старую картофелину из “Компеки-плаза”: Император, конечно, мог убить ее одним словом, но на роль противника в драке не подходил. Кого еще можно обвинить? Конструкт Джонни разрушил ее старое тело, переписал личность, но валить это на него самого было бы глупо. К тому же, Джонни был даже не вчерашними новостями — его семь лет как нет, он больше не может повлиять на ее жизнь. Саму себя? Нет, этого она тоже достаточно наелась. Хватит. Ви больше не заботилась о том, чтобы замирать после удара или возвращаться на место, она позволила ритму этого странного боя увлечь себя. Слушала тело, и если оно говорило “бей”, клинки рассекали воздух, и если оно говорило “беги”, ноги выполняли прыжок едва ли не раньше, чем Ви успевала осознать, что дала им команду. Один невидимый противник превратился в двоих, потом в троих, потом Ви перестала считать — просто дралась со всем, что обрушивало на нее собственное воображение: с людьми, с проблемами, с неудачами. Со всем чертовым миром. — Я могу присоединиться? Ви всадила оба клинка в грудь очередному невидимке, выдернула богомолы и резко развернулась, разведя руки в стороны. Крутанулась на месте, представляя, как бросаются врассыпную воображаемые враги, рассмеялась, — и лишь после этого повернулась к Горо. Она хотела сказать “да”, а потом увидела у него в руке меч в ножнах, и вспомнила, для чего он мог ему сегодня понадобится. Теперь вместо невидимых врагов ее снова окружали мысли, думать которые она не имела права, чтобы случайно не выдать себя. — В другой раз. Я закончила на сегодня, — сказала она и втянула клинки — сначала правый, потом левый. — Давно ты здесь стоишь? — Я не следил за временем, — Горо чуть нахмурился. — Засмотрелся. Слышать это было чертовски приятно, несмотря ни на что. Ви поняла, что пока Гончая не звонит ей и не бьет тревогу, ее не слишком волнует, что Горо сегодня выяснил, кого нашел, кого убил. Возможно, ей так казалось потому, что она все еще была отключена от системы. Возможно — от того, что она была не слишком хорошим человеком. Так ли важно? Ви подошла к ближе к Горо, склонила голову к плечу. — И как? — спросила она. — Что — как? — Тебе понравилось, что ты увидел? — Не знаю, что изменилось, но ты движешься иначе. Лучше, естественнее. Как будто тренировалась годами. Я имею в виду — правильно тренировалась. Конечно, остались старые ошибки, как с левой рукой… — Продолжай, — попросила Ви, положив ладонь ему на грудь, но Горо почти сразу замолчал и стиснул ей запястье. — Ви… — Опять? — возмутилась она. — Мне казалось, с этим покончено, нет? — Ты права. Но здесь, в этой комнате, твое поведение неуместно. Здесь мы учитель и ученица. Ви вздернула подбородок, уставилась на него из-под нахмуренных бровей. — А все остальное время? — спросила она. — Кто мы друг другу, друзья? Коллеги? Любовники? Может, тюремщик и пленница? Кто мы друг другу, Горо? Он молчал так долго, что Ви уже подумала, что он ничего не ответит. Она собиралась уйти, но Горо по-прежнему сжимал ей запястье, невольно прижимая ее ладонь к своей груди, и Ви чувствовала, как бьется его сердце. — Человек без чести, — наконец сказал Горо. — И женщина, которую он любит. Ви моргнула. Потом еще раз. Открыла рот, поняла, что сказать ей нечего, и медленно выдохнула. Она вспомнила, что все еще отключена, и вернулась в систему, надеясь, что это поможет ей разобраться, — и удивилась, потому что ее чувства практически не изменились. Она знала кем была: машиной, созданной, чтобы убивать, и даже не потому, что такой ее сделала “Арасака” — это было в ней всегда. Корпорация просто закончила то, что когда-то начали город и мир; но сейчас Ви казалось, что кто-то содрал с нее реалскин и армированную подложку, вырвал усиленные мышцы, вынул органы, позволив ветру ворваться в пустую грудную клетку. Она чувствовала себя... безоружной. Сердце Горо под ее ладонью билось уверенно и ровно. — Ты выглядишь так, будто я сказал что-то для тебя новое. Разве ты не получила мое сообщение? В клинике? — Я не понимаю, — призналась Ви. — Ничего не понимаю уже. — Значит, не получила, — Горо подался вперед, поцеловал Ви в нахмуренный лоб. — Неважно. Не важно ничего, кроме того, что я здесь, и ты здесь. — Ненадолго. Горо все еще держал ее за руку, но Ви почти физически чувствовала, как течет время, и с каждой проклятой секундой что-то в мире меняется, и вселенная расширяется, и ее тащит к точке, где она выходит из мегабашни и садится в такси с правильным номером. Она была здесь — и одновременно с этим она ехала по улицам Токио в неизвестность. Она была сейчас — и в будущем. Была с ним — и одна. Сколько времени у нее осталось? День? Меньше? В любом случае, слишком мало чтобы тратить его на то, чтобы разрываться на части. Ви выбрала: здесь, сейчас, с ним. — Пойдем, — сказала она. — Куда-нибудь, где твои глупые правила не действуют. Горо вышел из комнаты следом за ней, но когда Ви потянула его к дивану, остановил и подхватил на руки, легко, как будто она по-прежнему была сделана из мяса и костей. Ви впервые задумалась о том, сколько весит ее новое тело, и по неосторожности спросила об этом вслух. Горо принялся рассказывать ей про сверхлегкие сплавы, и так увлекся, что пришлось постараться, чтобы его отвлечь: но у нее получилось, — она отвлекла и его, и себя, и все было хорошо. Но часом позже, глядя в потолок и расслабленно перебирая распущенные волосы Горо, Ви снова поняла, что думает о нем — новом вместилище своего разума и души, похожем и не похожем на старое. — Слушай, — сказала она. — Это может прозвучать странно, но ты можешь достать мои старые фотографии? — Старые фотографии? — Горо попытался приподнять голову, но Ви мягко надавила ладонью и он снова прижался щекой к ее животу. — Зачем они тебе? — Татуировки, — ответила Ви, как будто это все объясняло. Горо молчал, и она решила уточнить. — Я не помню их в точности, а доступа к старой системе у меня нет. Я же знаю, как работают корпы. Наверняка где-то хранится сто тысяч моих изображений с разных ракурсов, просто на всякий случай. — Понимаю. Да, думаю, это можно восстановить. Но… зачем? Ви вздохнула. Она не была уверена, что Горо ее поймет. — Я не могу вернуть свое тело, — сказала она. — Но могу изменить это: сделать его похожим на старое, снова стать собой. — Так вот в чем дело, — Горо взял ее за запястье и аккуратно снял ладонь со своей головы. Потом поднялся, провел пальцем по щеке Ви, от чего она довольно зажмурилась, легонько нажал на кончик носа. — А что потом? — Потом? — Допустим, ты сделаешь старые татуировки. Что дальше? Заменишь лицевую пластину, чтобы вернуть старые черты? — А такое возможно? — Все возможно, — Горо кивнул, взял ее лицо в ладони. — Целая индустрия работает на то, чтобы вернувшиеся с другой стороны могли получить все, что захотят. Это недешево, но со временем ты сможешь вернуть свое лицо. Заменить реалскин, чтобы совпадал с тоном кожи. После этого ты остановишься? — Наверное? — Или захочешь вернуть, скажем, — он провел большими пальцами ей по скулам. — Веснушки? Ви рассмеялась. — Даже не думала об этом, но да! Мне нравились мои веснушки! Горо вздохнул, как будто она ответила неправильно. — Мне тоже нравились твои веснушки, — признался он. — А что насчет родинок. Здесь, — он поцеловал ее под правым глазом. — И здесь, — следующий поцелуй пришелся в уголок губ, и еще один — над левой ключицей. — И здесь тоже. Ты вернешь их? — Я… — А шрамы? — перебил ее Горо. Его губы коснулись ее солнечного сплетения, потом — ребер с правой стороны. — Ты ведь солгала, и тут остался шрам, верно? — Да, — выдохнула Ви. — Нет. В смысле, да, шрам остался, но я не соврала, а пошутила. Она шумно втянула воздух, когда Горо опустился ниже и поцеловал ее живот — слева, чуть ниже пупка, прихватив губами кожу, где когда-то был еще один шрам — старый, но почти не истончившийся со временем след от ножевого удара. — Ты и правда смотрел на меня в Найт-Сити, — хрипло сказала Ви. — Раз заметил его. — Конечно, смотрел, — признался Горо. — Не мог не смотреть. Но тогда было не время и не место. — Тебя послушать, так никогда не время и не место. Он поднял голову, встретился с ней взглядом и просто сказал: — Я был не прав. Его пальцы скользнули вдоль несуществующего шрама, в точности повторяя его форму, потом ладонь легла на бедро, двинулась вниз, и Ви почувствовала легкое разочарование, когда Горо поцеловал ее сперва над коленкой, потом в саму коленку. — Ты пропустил один, — сказала Ви. — Прости? — Один шрам. Ничего удивительного, что ты о нем не знал. Ты же отшил меня в Найт-Сити, — Ви приподнялась на локте и перехватила его руку, потянула к себе; положила ладонь на правое бедро, с внутренней стороны. — Здесь. — Здесь? — Горо чуть приподнял брови, его рука скользнула выше. — Или здесь? — Да. — Интересно, — он чуть стиснул пальцы, отпустил, потом погладил ее по бедру, как будто и правда о чем-то задумался; Ви прерывисто вздохнула. — Как ты его получила? — Что?.. — Этот шрам, — объяснил Горо. — Должно быть, у него интересная история. Расскажи мне. — Он очень старый, — начала Ви, но замолчала, когда один из его пальцев скользнул в нее. — Продолжай, я слушаю. — Я тогда… я… — она снова сбилась, — ей и без того не очень хорошо удавалось придумывать связное вранье, а сейчас рука Горо между ног очень мешала сосредоточиться. — Это было давно, и я… носила шорты… короткие… Он прижался губами к ее шее. Ви не знала, чувствуется ли там ее пульс, но если так — он выдавал ее с головой. — Вот и зацепилась, — второй палец проник внутрь, заставив ее задохнуться и прикусить губу. — Обо что? — прошептал Горо. — Пожалуйста, расскажи. Мне очень интересно. — П-проволока, — даже говорить было трудно, не то что выдумывать. — Лезла… через забор… Он чуть укусил ее — сперва в шею, потом прихватил кожу над ключицей; пальцы продолжали двигаться, и Ви зачем-то вцепилась ему в запястье. — Как неосторожно, — сказал Горо. — Ты от кого-то убегала? Или пыталась куда-то забраться? — Я… Горо, я... — Да, Ви? — он взял ее за подбородок, и удержал, когда она попыталась отвернуться. — Скажи это. — Я… соврала про шрам, — призналась она, и почти сразу после этого кончила. — Я знаю, — Горо мягко улыбнулся. — Я всегда вижу, когда ты мне лжешь. Это было как удар под дых, как пощечина, как ведро ледяной воды. Внутри снова открылась пустота, и вся ее хрупкая иллюзия счастья сложилась в нее, как карточный домик. “Нет,” — подумала она, глядя в его глаза. — “Вовсе нет. Потому что я вру тебе прямо сейчас, каждым словом, взглядом, каждым прикосновением, а ты ни хера не знаешь об этом. Не хочу врать, но что это меняет?” Очень хотелось признаться. Сказать вслух и разом покончить со всем, отрезав все пути, но Ви ничего не сказала: подалась вперед, поцеловала Горо и только после этого вернулась в систему.