Экспозиция. Сон

В достаточно большом городе находилось родовое гнездо, в котором проживала семья из трёх человек: мать, дочь и сын. Эта семья была обременена давней трагедией — отец семейства пропал в море ещё десять лет назад. Дочь и мать сознательно заперли себя в доме, а сын, наоборот, тяжело пережив потерю близкого человека, стал уходить в долгие многомесячные путешествия. Для него этот дом умер ещё тогда, далёкие десять лет назад, когда ему было девять. Первое своё путешествие Артём совершил, сбежав из дома в четырнадцать. Оно было недолгим — всего десять дней, — но воспоминаний и эмоций оставило на всю жизнь. Долгая дорога домой наконец закончилась. Молодой человек шёл по улочкам города к своему дому. На вид ему было девятнадцать. Одет он был не стильно, а скорее практично: на нём был плащ, а под ним несколько сумок — одна через плечо и две поясные. На голове красовались закрытые очки с тёмными стеклянными линзами. Дорога, которую он будто давно забыл, выглядела до боли знакомой и унылой. Подойдя вплотную к входной двери, Артём стал рыться по карманам. С трудом найдя потёртые ключи, он попытался вставить один в замочную скважину, но даже не смог провернуть — юноша беспомощно завис над дверью. Когда же он вошёл в дом, его тут же встретили с распростёртыми объятиями. — Артёмушка, сыночек! Как давно я тебя не видела, как же я соскучилась! Эти стены весь цвет потеряли без твоего присутствия, — радостно воскликнула его мать. Нежная улыбка застыла на лице парня. — Здравствуйте, матушка. Я тоже скучал по вам. А где Настенька? Я гостинцев вам всем привёз, мои дорогие, — тихо произнёс Артём. С лестницы, ведущей на второй этаж, послышался голос, а затем появился силуэт восемнадцатилетней девушки — красивой и ухоженной, в отличие от брата. — Надеюсь, ты принёс что-то стоящее. Тебя как-никак полгода дома не было. — Ну… стоящее или нет — решайте сами. Но денег за них я отдал немерено. Не успели слова слететь с губ Артёма, как девушка, уже взрослая на вид, но по-детски радостная, понеслась вниз по лестнице. Положив сумки на пол, Артём оставил их на растерзание сестры. — Что же нам привёз любимый братец? — протянула она, раскрывая сумки. — Пряности… ткани… Неужели чай? — Да, это чай, — самодовольно ответил Артём, не скрывая гордости. Не желая смотреть, как его сумки потрошит «молодая бестия», юноша решил заглянуть в комнату своего отца. В ней было много шкафов и тумбочек, на которых стояло всё знакомое и родное. Он тяжело опустился в кресло и погрузился в раздумья. Его внимание привлекла маленькая кучка железных осколков, лежащая прямо над двумя двухглавыми топорами. Присмотревшись, он заметил, что один из топоров был куда более потрёпан, чем другой. — Странно… В прошлый раз такой явной разницы между ними не было. Но за этим исключением тут всё так же, как я помню… Размышления Артёма прервал резкий голос сестры: — Мать предпочла сделать из этой комнаты музей нашему папаше, — нервно выпалила она. — А что в этом плохого? Отец ушёл благородно, погибнув в море, — недоумённо спросил Артём. — С чего ты взял, что он там умер? — упрекающий выкрик наполнил комнату. Сестра подошла к шкафу и взяла какую-то медаль. Атмосфера заметно накалилась. — Этого не может быть! Наш отец — порядочный человек! — яростно крикнул Артём, резко поднявшись с кресла и испепеляя сестру взглядом. Та лишь презрительно посмотрела на медаль и положила её на место. — Да тише ты. Мама же запирает комнату. А раз она сейчас открыта, мы можем поискать детали этой истории, — чуть смущённо прошептала Настя, оглядываясь на дверь. — Бесполезно. Почти каждый квадратный сантиметр этой комнаты я изучил. Кроме тех писем от нашего дяди ничего нет, — отстранённо произнёс Артём. — Значит, зацепка — в них, — задумчиво сказала Настя. Артём поднялся и достал из ящика стола письма так, будто делал это десятки раз. Он безразлично бросил их на стол. — Любуйся. Тут всё, что могло бы хоть как-то прояснить смерть нашего отца. А я пока пойду чаю с матерью попью. Он уже собирался выходить, когда услышал вслед громкое «фи». В приятной, просторной и светлой комнате сидела милого вида старушка. К ней подсел её сын, выглядевший вполне как завидный кавалер. Минуты две он молчал, прежде чем решиться поднять тяжёлую для них обоих тему. — Мама… как вы думаете, мог ли отец выжить в кораблекрушении и остаться жить на архипелаге? Лицо старушки приняло недоумённое выражение. — А у тебя есть опасения, что это может быть правдой? — Вообще… нет, — запнувшись, сказал Артём. — Ладно, закрыли тему. Тёма, как прошло твоё путешествие? — спросила матушка, с грустью глядя на потухшую искру в глазах сына. Она понимала, как тяжело ему жить в неопределённости уже десять лет. Но ничего не могла поделать. В глубине души женщина всё ещё хранила надежду, что её муж жив, хотя чувство утраты не покидало её на протяжении долгого времени. Она всегда старалась сменить тему, когда Артём заводил разговор об отце: не хотела давать сыну ложной надежды. Потухшие глаза юноши вдруг снова вспыхнули. Он несколько часов рассказывал матери обо всех деталях своего путешествия — даже самых мелких.