Молящимся на звёзды

Разговор с советником президента окончен. Джей Джей подбрасывает смартфон и, позволяя тому перевернуться в воздухе, ловит. Только что правительство повесило неофициально расследование на неё… и на ядерного террориста! От абсурдности происходящего Джей Джей закатывает глаза. Она надеется, что советник президента устроит этим — судя по абсолютной неэффективности, молящимся на звёзды вместо того, чтобы работать — профессионалам из АНБ хорошую взбучку. Впрочем, учитывая, что тот и сам просмотрел готовящуюся ядерную атаку… “Они там все в глаза, что ли, долбятся?" Вопрос, разумеется, риторический. А ещё есть немалая вероятность, что долбиться в глаза АНБ заставляют те же выродки, что подослали к Кесселю убийц. Те, кто жаждали своей же стране ядерного огня, теперь боятся быть разоблачёнными. — Ты не сказала ему про флэшку, — Кессель задумчиво потирает лоб, сама же Джей Джей, будучи полностью опустошённой, откидывается на спинку дивана и старательно игнорирует нарастающую во всём повреждённом теле боль. — Сам знаешь, что члены заговора могут быть где угодно. Где гарантия, что советник президента — не один из них и что он предоставит правильную расшифровку? Кессель кивает. На флэшку с не поддающимися данными он смотрит с безысходной тоской, вызванной необходимостью провести за ноутбуком очередное неопределённое множество часов. — Мне ты доверяешь больше? — Я никому не доверяю, — отрезает Джей Джей. И мысленно продолжает: “Но они скинули меня на автодорогу, а вы со Смирновым подобрали. И какого-то хрена ты ещё здесь, хотя, по идее должен бежать куда подальше с флэшкой и ноутбуком”. Она особенно тщательно следит, чтобы случайно не произнести это вслух. — Ощущение, будто они всем Агентством молятся, чтобы всё как-то само рассосалось — Джей Джей говорит, чтобы говорить. За несколько суток, проведённых исключительно на кровати, тишина успела её достать. — Ты про наш дуэт? Скорее, советник следует принципу “работает — не трогай". Но вообще… — Кессель случайно касается её ладони своей. Джей Джей убирает руку. — С этим человеком я уже сталкивался. Итоговое решение о принятии меня в Гуантанамо в качестве дознавателя, принял он: подпись стоит на бумагах, которые нигде никогда не всплывут. Принял, зная моё досье и поручая те самые пытки, о которых тебе милостиво поведал Дайсон. И чтобы ты знала: господин советник отстранил меня не за излишнюю жестокость. А за то, что, перестаравшись, я убрал пару нужных ему людей, не успев вытянуть всё, что нужно. Провалил техзадание. Перестарался с болевым шоком. Кессель пожимает плечами с лёгкой улыбкой, словно мальчишка, укравший конфету и не сделавший ничего дурного. Джей Джей морщится: от отвращения, от боли, от всего. — Ты можешь ещё что-нибудь сделать с этой флэшкой? — Лично — нет: при всех своих достоинствах я не программист, а моего лучшего хакера ты убила. Нынешние же исполнители ни на что не годятся, но я продолжу искать. А ты залечивай раны: Москва огромная, силы в любом случае понадобятся. Напарница. Кессель поднимает кулак, приглашая “отбить". Игнорируя, Джей Джей поднимается — и всё же оборачивается прежде, чем уйти. Отвешенная ею затрещина хоть и звонкая, но куда слабее, чем стоило бы.