Хуамин

Джей Джей ощущает себя призраком. Или тенью, которая в нарушение законов физики появилась в полдень и которой не должно существовать. Кажется, что всякий, кто проходит мимо, видит скрытое за маской лицо американской героини. Один звонок — возможно, он уже сделан — и вот-вот прибудет толпа телохранителей Симонова. Джей Джей сглатывает слюну и, кажется, делает это слишком шумно: проходящий мимо худощавый парень в очках точно услышал. «Тебе кажется. Спокойно», — Джей Джей делает глубокий вдох, помня, что выражать своё состояние, сутулясь, озираясь и как-либо ещё нельзя. Она — там, где должна находиться, и никак иначе. Джей Джей скользит мимо гостей Хуамина: в основном женщины и мужчины в деловых костюмах. Тут и там слышна негромкая китайская речь вперемешку с русской — не более понятной. «Интересно, Кесселя на Платформе тоже преследовали мысли, что его вот-вот раскроют? Или разведчиков учат, как не загоняться и делать своё дело? Или психопа... пограничные социопаты в принципе не сомневаются?» Симонова не видно. Зато на территорию медленно въезжает группа автомобилей. Застыв у панорамного окна второго этажа, выходящего на главный вход и прилегающий к нему парк в китайском стиле, Джей Джей наблюдает, как молодые парни открывают задние дверцы пожилым мужчинам. Все азиаты. У одного из них в руке парадные ножны. «Меч Цзянь. Подарок Симонову...» — всплывают в памяти строчки из статьи. «Представители китайской стороны прибыли»... Джей Джей вздрагивает, когда миуронаушник " оживает«. Кесселя слышно чётко и без помех. — А Симонов где? «Понятия не имею». Время тянется. Хочется пить. Схватив одну из представленных бутылочек, Джей Джей выходит на лестницу и, убедившись, что рядом никого, снимает маску. Она почти опустошает бутылочку, когда Кессель, до этого целый час бесяще хрустевший чипсами, оживляется. — Симонов прибыл. Швыршув бутылку на подоконник и перепрыгивая через несколько ступенек разом, Джей Джей мчится вниз. Она успевает к моменту, когда двери разъезжаются в стороны, пропуская двух крепких мужчин: телохранителей Симонова. Наблюдая с расстояния, безопасного настолько, насколько это вообще возможно, Джей Джей видит, как заходит сам владелец оружейного концерна. Его тяжёлый взгляд, нос с горбинкой, голос-рык, которым Симонов отдаёт какой-то приказ одному из телохранителей, вызывают ассоциацию с хищным, смертоносным зверем. А ещё он действительно высокий: идущий по правую руку от Симонова мужчина не самого низкого роста ему лишь по плечо. Сзади — остальные телохранители, их фото Джей Джей уже видела. Кроме шагающего рядом с боссом. Гладко выбритый, в таком же деловом костюме, как и все. Русые волосы зачёсаны назад. Его глаза... «Блядь!!!» «Не ори, тем более, ругательства. Тем более, на английском», — ворчит Кессель, но Джей Джей насрать и на него, и на тот факт, что она снова невольно озвучивает мысли, ибо идущий рядом с Симоновым повернул голову, и его взгляд Джей Джей узнает из тысячи. Ведь это было последнее, что она видела, падая с высоты... — Громов не цель Исаева, — Джей Джей отступает на третий этаж, где планируется выступление и где женщина в костюме не будет привлекать внимание. А делегация проходит к лифтам. — Громов и есть Исаев. Впрочем, Кессель не удивлён. Его голос наоборот наполнен самодовольством. «Я же говорил. Исаев не изучал досье на живого человека: он зубрил легенду для самого себя. Уверен, что Симонов в курсе данного перевоплощения, ведь по легенде Громов работает на него уже давно». А вот что Симонов ещё знает — нужно выяснить«. — На каком они этаже? «На четвёртом. В зале для переговоров. Китайцы как раз вручают Симонову меч. Исаев-Громов строчит кому-то СМСки, причём, с той самой минуты, как они вошли в лифт. И нет, содержимое я не ви... Гадство, камеры отключились!» Кессель замолкает. Время снова ползёт. И в этот момент Джей Джей видит, как прямо на неё идут настоящие актёры. Нырнув в уже привычные двери запасного выхода, она жалеет, что не курит: удобно было бы выдать необходимость укрыться за позыв вредной привычки. — Как обстановка? «Доступ только что вернулся. Всё тормозит, и мне это не нравится, но выбирать не приходится. Делегации встретились в зале переговоров, Симонову вручили меч...» — ...И теперь он может размахивать с трибун не только винтовкой. «Точн...» — Кессель хочет ответить. Не успевает: его слова тонут в пронзительном вое сирены. — Что ещё?! — Джей Джей приходится кричать, хотя, наверное, это не лучшее решение. Услышав, как открываются двери на разных этажах, она возвращается в коридор, по которому уже идут на эвакуацию потоки людей. Двигаясь против течения и ловя на себе недоумённые взгляды, Джей Джей закрывается в туалете. «Пожарная тревога. Эвакуация. Участники встречи также покидают свои места, но по отдельному выходу, который закрыли от остальных. Я не вижу, что у них происходит, потому что видеонаблюдения там нет, но предполагаю, что сейчас члены делегации пройдут мимо твоего этажа... да дьявол, камеры опять отключились», — Кессель шумно дышит, и Джей Джей его понимает, ведь у них снова всё идёт наперекосяк. В царящей суматохе она принимает единственно-верное решение: отступить. В конце концов, они знают, где искать Исаева, а это уже результат. — Покидаю здание. Джей Джей прислушивается к происходящему снаружи. Судя по взволнованному гвалту, люди всё ещё идут на эвакуацию. Что ж. По крайней мере, она унесёт из Хуамина новое имя Исаева, но главное — знание о том, рядом с кем его теперь искать.