Глава 76 Сестринское Безумие

      Горная тропа предательски петляла под серым небом, когда Лиза Аррен и ее свита направлялись к назначенному месту встречи. Ее руки так крепко сжимали поводья, что костяшки пальцев побелели, и каждые несколько минут она нервно бросала взгляд на облака над головой.       — Миледи, — глубокий голос Джона Ройса прервал ее тревожные мысли. — Мы должны добраться до места встречи в течение часа.       — Это безумие, — отрезала Лиза пронзительным голосом. — Нам следовало остаться в Орлином Гнезде. Орлиное Гнездо никогда не пало…       — Орлиное Гнездо никогда не сталкивалось с драконами, миледи, — твердо прервала ее леди Аня Уэйнвуд. — И я, например, предпочла бы не испытывать его защиту от драконьего огня первой.       Вдалеке прогремел гром, заставив Лизу вздрогнуть. Или это был гром? Каждый звук, доносившийся сверху, заставлял ее сердце учащенно биться с тех пор, как три дня назад над Долиной появился огромный черный зверь, его крылья закрывали солнце, словно какое-то ужасное предзнаменование.       — Петир бы знал, что делать, — пробормотала Лиза, в основном самой себе. — Петир всегда знает…       Лорд Ройс и леди Уэйнвуд обменялись обеспокоенными взглядами. — Лорд Бейлиш здесь ни при чем, миледи. Мы должны принять это решение сами.       — Принцесса требует, чтобы мы преклонили колени, — прорычал лорд Хортон Редфорт. — Долина не преклоняла колена со времен завоевания Эйгона.       — И что же тогда сделала Висенья Таргариен, лорд Редфорт? — Резко спросила леди Уэйнвуд. — Она прилетела на своем драконе в Орлиное Гнездо, и молодой король прокатился на спине Вхагар. Этого было достаточно, чтобы вся Долина преклонила колени.       Молодой рыцарь, ехавший в хвосте их отряда, внезапно крикнул: — Приближаются всадники!       Отряд из Долины остановил своих лошадей. Сквозь горный туман показались фигуры на лошадях. Во главе их ехала маленькая женщина с серебристо-золотыми волосами, которые, казалось, светились даже в тусклом свете. Рядом с ней ехал высокий рыцарь в белых доспехах, а за ними — двадцать всадников, несущих трехглавого дракона дома Таргариенов.       У Лизы скрутило живот, когда она увидела не только знамена Таргариенов, но и прыгающую форель дома Талли. Ее собственная семья пришла засвидетельствовать ее покорность.       — Сестра! — Голос Эдмура Талли разнесся по поляне, когда все подошли ближе. Он сидел верхом на лошади рядом с беловолосой Принцессой Драконов, а Черная Рыба и Кейтилин стояли по обе стороны от них.       Руки Лизы крепче сжали поводья. Из всех сложностей, к которым она была готова, встреча с семьей была не из тех, к которым она была готова. Острый взгляд Черной Рыбы, казалось, пронзал ее насквозь, точно так же, как это было, когда она была девочкой и он поймал ее на какой-то шалости.       — Леди Аррен, — ясный голос Дейнерис Таргариен прорвался сквозь напряжение. — Ваша семья была так добра, что согласилась сопровождать меня. Они очень красноречиво говорили о важности Долины для королевства.       — Правда? — Голос Лизы прозвучал громче, чем она хотела. Она чувствовала на себе пристальный взгляд сестры.       Черная Рыба погнал свою лошадь вперед. — Ну же, племянница. Нет необходимости в таких формальностях. Мы здесь для того, чтобы облегчить этот переходный период.       — Долина не нуждается в послаблениях, — отрезала Лиза и тут же пожалела о своем тоне, увидев, как Дейнерис слегка приподняла бровь.       Джон Ройс вкрадчиво вставил: — Миледи имеет в виду, что мы понимаем ситуацию. Принцесса Дейнерис совершенно ясно выразила свою позицию.       — Так же ясно, как дракон, кружащий над нами, — сухо добавила леди Уэйнвуд.       Словно по сигналу, тень Каннибала промелькнула над головой, заставив нескольких лошадей нервно переступить с ноги на ногу. Лиза заметила, что ни принцесса, ни ее родственники Талли не вздрогнули при виде чудовища.       — Сестра, — впервые заговорила Кейтилин, ее голос был мягким, но твердым. — Север выступает на стороне дома Таргариенов. Речные земли на их стороне. Долина не должна оставаться в одиночестве.       — Долина всегда стояла особняком! — Возразила Лиза, но лорд Ройс многозначительно откашлялся.       — Возможно, — сказала Дейнерис, — нам следует продолжить этот разговор внутри. Я распорядился подготовить павильоны, и нам нужно многое обсудить о роли Долины в королевстве, которое мы строим.       Когда они спешились и слуги начали уводить их лошадей, Эдмур подошел к Лизе. — Ты хорошо выглядишь, сестра. Хотя я слышал, что в последнее время ты редко покидаешь Орлиное Гнездо.       — В Орлином Гнезде безопасно, — пробормотала Лиза.       — От драконов нигде не спастись, — заметил Черная Рыба, проходя мимо них. — Запомни это, племянница.       В главном павильоне группа расположилась вокруг большого стола. На нем были разложены карты Семи королевств, на которых были отмечены передвижения войск и их принадлежность к определенной партии. Лиза обнаружила, что сидит между Кейтилин и леди Уэйнвуд, чувствуя себя все более и более загнанной в угол.       — Ситуация проста, — начала Дейнерис. — Король Джейхейрис продвигается через Простор. Север, Дорн, а теперь и Речные земли поддерживают наши притязания. Верность Долины укрепит нашу власть над восточной половиной Вестероса.       — А если мы откажемся? — Спросил лорд Редфорт, хотя по его тону можно было предположить, что он уже знал ответ.       Кейтилин заговорила прежде, чем Дейнерис успела ответить. — Тогда вас ждет та же участь, что и Харренхолл. Это то, чего вы хотите для Долины, милорды? Для Орлиного Гнезда?       — Кэт, — начала Лиза, но сестра перебила ее.       — Нет, Лиза. Ты должна это услышать. Мы — твоя семья. Мы здесь, чтобы помочь тебе сделать правильный выбор — единственный выбор.       Черная Рыба наклонился вперед. — Твоему сыну Робину в ближайшие годы понадобятся сильные союзники. Долина не может вечно оставаться изолированной.       Лиза почувствовала, что вот-вот расплачется. Все ускользало из-под ее контроля. Она заставила себя сделать глубокий вдох, чтобы ясно мыслить. — И положение моего сына будет в безопасности?       — Гарантирую, — подтвердила Дейнерис. — На самом деле, я бы приветствовал его при дворе, когда он подрастет. Королевство должно быть объединено не только силой, но и дружбой и семьей.       — Семья, — Эдмур подчеркнул это слово, многозначительно посмотрев на сестру. — Долг. Честь.       Слова Талли поразили Лизу, как физические удары. Она оглядела стол, увидела выжидающие лица своих лордов, ободряющие взгляды своей семьи и осторожный нейтралитет в выражении лица Дейенерис. Над ними, эхом отражаясь от гор, раздался рев Каннибала.       — Долина, — наконец произнесла она едва слышно, — преклонит колено перед домом Таргариенов.       — Мудрый выбор, — улыбнулась Дейнерис. — Теперь, может быть, мы обсудим детали этого нового союза?       Оставшаяся часть встречи прошла в суматохе соглашений и договоренностей. Лиза говорила только по мере необходимости, предоставляя лорду Ройсу вести большую часть переговоров. Она остро ощущала, что Чёрная Рыба все это время задумчиво наблюдает за ней.       Когда они, наконец, вышли из павильона, солнце уже садилось за горы, окрашивая небо в кроваво-золотые тона. Теперь была видна массивная фигура Каннибала, взгромоздившегося на ближайшую вершину, словно какой-то чудовищный страж.       — Сегодня вечером мы будем пировать вместе, — объявила Дейнерис. — Чтобы отпраздновать возвращение Долины в состав королевства.       Когда слуги начали готовиться к вечернему торжеству, Кейтилин отвела Лизу в сторону. — Ты сегодня хорошо справилась, сестра. Отец гордился бы тобой.       Лиза чуть не рассмеялась, услышав это. Если бы их отец знал обо всем… но нет, она не могла думать об этом сейчас. Не могла думать ни о чем из этого. Вместо этого она выдавила улыбку и сказала: — Долина должна смотреть в будущее.       Она наблюдала, как ее семья общалась со своими лордами, как Дейенерис очаровывала их всех своей грацией и спокойной силой, а тень дракона над головой напоминала им о силе, стоящей за приятными словами.       Ночь       Огромный павильон тепло сиял на фоне темнеющего горного неба, наполненный звоном чашек и оживленными разговорами. Лиза сидела за высоким столом, наблюдая за происходящим с едва скрываемым беспокойством. Она расположилась между леди Уэйнвуд и лордом Редфортом, стараясь держаться на расстоянии от своей семьи, но у Чёрной Рыбы были другие планы.       — Ты задумчива еще больше, чем когда-либо задумывался Хостер, — сказал ее дядя, занимая свободное место напротив нее. Он, не спрашивая, наполнил ее чашку «Золота Арбора». — Хотя, полагаю, недавние события заставили бы задуматься любого.       — Я не хочу обсуждать последние события, — сухо ответила Лиза, хотя и сделала большой глоток вина.       В дальнем конце стола Эдмур угощал каких-то лордов Долины рассказами о недавних битвах, в то время как Кейтилин и Дейенерис тихо переговаривались, время от времени поглядывая в сторону Лизы. От этого зрелища у нее внутри все сжалось.       — Странно, — задумчиво произнес Черная Рыба, взбалтывая вино в бокале. — Как ты могла так внезапно покинуть Королевскую Гавань после смерти Джона. Кэт написала тебе три раза, ты же знаешь. Ответа не последовало.       Лиза крепче сжала чашку. — Я горевала.       — Правда? — Зоркие глаза Черной Рыбы изучали ее лицо. — Я помню, когда ты была девочкой, ты ни за что не смогла бы солгать. Твой подбородок дрожал бы точно так же, как сейчас.       Она заставила себя сохранять невозмутимое выражение лица, но была спасена от ответа, когда Дейнерис встала, заставив собравшихся замолчать.       — Милорды и леди Долины, — начала Принцесса Драконов, — сегодня вечером мы празднуем не завоевание, а воссоединение. Соединение старой крови с новой целью. Она подняла свой кубок. — За Долину и за семью.       — За семью, — эхом отозвался зал. Голос Лизы был едва слышен.       Кейтилин выбрала этот момент, чтобы подойти и сесть рядом с дядей. — Помнишь, — обратилась она к Лизе, — когда мы были девчонками и пробирались на кухню в Риверране? Ты всегда настаивала, чтобы мы приносили дополнительные пирожные для…       — Я не помню ничего подобного, — резко оборвала ее Лиза. Несколько лордов, стоявших поблизости, посмотрели в их сторону.       Выражение лица Кейтилин смягчилось. — Лиза, мы пытаемся помочь тебе. Что бы ни случилось в Королевской Гавани…       — В Королевской Гавани ничего не произошло, — слишком быстро отрезала женщина. — Мой муж умер. Я уехала. Нам больше нечего обсуждать.       Над ними раздался рев Каннибала, сотрясший павильон. Лиза воспользовалась мгновенным замешательством, чтобы встать, намереваясь убежать, но Эдмур возник рядом с ней.       — Потанцуй со своим братом, Лиза, — сказал он с теплой улыбкой, но тоном, не допускающим возражений. — Как в старые добрые времена.       Ведя ее туда, где уже начинали танцевать другие, Эдмур тихо заговорил. — Знаешь, я видел Бейлиша в Королевской Гавани еще до того, как все это началось. Он спрашивал о тебе.       Лиза оступилась, но Эдмур поддержал ее. — Правда? — с трудом выговорила она.       — Казалось, она очень интересовалась твоим благополучием. Твоими передвижениями. Глаза Эдмара, так похожие на глаза их отца, встретились с ее глазами. — Интересно, ты так не думаешь?       — Я не знаю, — слабым голосом произнесла Лиза. Через плечо брата она могла видеть, как Дейнерис наблюдает за их перепалкой своими тревожными фиалковыми глазами.       Музыка закончилась, и Лиза отстранилась от брата. Но прежде чем она успела отступить, Кейтилин снова оказалась рядом.       — Твой сын, — тихо спросила ее сестра. — Как он со всем этим справляется?       — Робин… в безопасности. В Орлином Гнезде. — Голос Лизы слегка дрогнул. — Где ему и место.       — Возможно, его можно было бы взять на воспитание в Риверран, — предположила Кейтилин. — С семьей. Подальше от… изоляции.       — Нет! — ответ Лизы прозвучал слишком громко, привлекая взгляды. Уже тише она добавила: — Нет, спасибо. Робин нуждается… в особом уходе.       Появился Черная Рыба с новой порцией вина. — Особый уход или особая защита? От чего, Лиза?       Она чувствовала себя пойманной в ловушку, загнанной в угол их заботой, вопросами, понимающими взглядами. Даже лорды Долины теперь наблюдали за ними, и Дейнерис начала пробираться к их группе.       — Я устала, — внезапно объявила Лиза. — Если вы меня извините…       — Конечно, — сказала Дейнерис, появившаяся как раз в этот момент. — Хотя, возможно, завтра, леди Аррен, мы с вами могли бы позавтракать вместе? Есть некоторые вопросы, касающиеся Королевской Гавани, которые я хотела бы обсудить. Наедине.       Угроза, прозвучавшая в этих последних словах, прозвучала как сталь, обтянутая бархатом. Лиза кивнула, прежде чем практически выбежать из павильона, а звуки разговоров и музыки последовали за ней в ночь.       Она должна была быть сильнее. Должна была лучше хранить свои секреты. Ради Робина. Ради нее самой.       Позже       Прохладный горный воздух помог Лизе прийти в себя, когда она стояла на балконе перед пиршественным павильоном. Внизу, под звездами, темным гобеленом простиралась долина, а массивная фигура Каннибала была едва видна на далекой вершине.       — Лиза? — Позади нее раздался тихий голос Кейтилин. — Тебе лучше?       — Эдмур появился рядом с сестрой, предлагая Лизе бокал свежего вина. — У тебя был такой вид, будто тебе нужно подышать свежим воздухом.       — Я в порядке, — Лиза выдавила из себя слабую улыбку, принимая вино. — Просто… потрясена. День выдался тяжелый.       — Ты помнишь, — спросил Эдмур, облокачиваясь на перила балкона, — как мы играли в драконов в богороще? Кэт всегда звали Висенья.       — А ты настоял на том, чтобы быть Эйгоном, — тихо рассмеялась Кейтилин. — Хотя ты ужасно умел отдавать приказы.       Воспоминания нахлынули на Лизу, как теплая вода. — Я хотела быть Рейнис, — пробормотала она. — Потому что она была самой красивой.       Какое-то время они стояли в уютной тишине, пока Кейтилин снова не заговорила, ее голос был мягким, но серьезным. — Отец спрашивал о тебе перед тем, как мы покинули Риверран.       Пальцы Лизы крепче сжали чашку. — А он спрашивал?       — Он нездоров, Лиза. — Кейтилин положила ладонь на руку сестры. — Мейстеры говорят… они говорят, что ему осталось не долго.       — О, — слово прозвучало тихо и потерянно. Что бы сделал Петир? Эта мысль пришла сама собой, как всегда в моменты неуверенности.       — Тебе следует вернуться домой, — сказал Эдмур. — По крайней мере, попрощаться.       Лиза покачала головой, возможно, слишком поспешно. — Я не могу. Я нужна Робину здесь. Он… нежный. Путешествие было бы для него слишком тяжелым.       — Тогда возьми его с собой, — раздался скрипучий голос Черной Рыбы, когда он присоединился к ним на балконе. — Мальчику было бы полезно хоть раз увидеть что-нибудь, кроме гор и неба.       «Оставайтесь в Орлином гнезде, пока я не пришлю весточку,» — написал Петир. Не доверяйте ничьим советам, кроме моих.       — Нет, — сказала Лиза более твердо. — Долине нужен лорд-защитник, особенно сейчас, когда все эти перемены. И Робин… у него свои процедуры, свое расписание…       — Процедуры? — Брови Черной Рыбы поползли вверх. — Для чего именно?       — Его… его нервы. Его трясет. Ему нужен особый уход, особый… — Лиза услышала, как ее голос слегка повысился, и заставила себя успокоиться.       — В Риверране есть мейстеры, — тихо сказала Кейтилин. — Хорошие мейстеры. И семья, которая поможет позаботиться о нем.       — Нет, вы не понимаете. — Лиза отстранилась от них. — Я нужна ему. Только я. Я знаю, что для него лучше.       — Правда? — Голос Черной Рыбы оборвал ее протесты, как удар меча. — Или есть другая причина, по которой ты не хочешь покидать свою крепость?       Лиза почувствовала, как кровь отхлынула от ее лица. — Я не понимаю, что ты имеешь в виду.       — Действительно? — Взгляд ее дяди был острым, как кремень. — Ты весь вечер шарахалась от теней, девочка. Оглядываешься через плечо, как будто ожидаешь, что кто-то за тобой наблюдает. В чем именно твоя проблема, Лиза?       — У меня нет проблем, — но на последнем слове ее голос дрогнул.       — Лиза, — Кейтилин потянулась к ней, но Лиза отпрянула.       — Ты не понимаешь, — повторила она, чувствуя, как стены сжимаются. — Никто из вас не понимает. Я должна остаться. Я должна… защитить Робина. Чтобы уберечь его.       — Уберечь от чего? — Настаивал дядя.       От всех? Истерично подумала Лиза. От драконов? От Таргариенов? От правды о том, что она сделала с Джоном Арреном? От того, что произойдет, когда раскроются планы Петира?       — От всего! — вырвалось у нее. — Мир небезопасен. Королевская Гавань небезопасна. Долина… Долина — это все, что у нас есть.       — Мир меняется, племянница, — сказал Черная Рыба более мягко. — Драконы вернулись. Старые союзы рушатся. Прятаться в горах — не значит вечно защищать тебя или Робина.       — Дядя прав, — добавил Эдмур. — Теперь Долина преклонила колено. Ты снова часть чего-то большего, нравится тебе это или нет.       Лиза сделала еще шаг назад, чувствуя, как перила давят ей на спину. — Ты не понимаешь, — снова прошептала она, но слова прозвучали неубедительно даже для ее собственных ушей.       — Тогда помоги нам понять, — взмолилась Кейтилин. — Мы семья, Лиза. Что бы это ни было, что бы ни случилось в Королевской Гавани…       — В Королевской Гавани ничего не произошло! — Лиза резко повысила голос, привлекая взгляды из павильона. Уже тише она добавила: — Сейчас это не имеет значения.       — Миледи? — Их прервал новый голос, и Лиза чуть не разрыдалась от облегчения, обернувшись и увидев одну из служанок Дейенерис. — Принцесса просит вас прийти. Она хотела бы обсудить подготовку к завтрашнему официальному представлению.       — Конечно, — быстро ответила Лиза, уже направляясь к павильону. — Пожалуйста, извините меня, семья. Долг зовет.       Она скрылась в теплом свете праздничного стола, чувствуя на себе взгляды собравшихся, понимая, что рассказала слишком много и слишком мало одновременно. Но это не имело значения. Скоро она подпишет бумаги, подаст заявление и вернется в Орлиное Гнездо. В безопасное место. К ожиданию следующего письма от Петира, следующего плана, следующего обещания.       Позади себя она услышала, как Черная Рыба тихо сказала своим братьям и сестрам: -Что-то здесь не так.       — Может, нам стоит рассказать принцессе? — Спросил Эдмур.       — Пока нет, — ответила Кейтилин. — Но нам нужно понаблюдать за ней. Для ее же блага.       Лиза притворилась, что не слышит, не чувствует тяжести их беспокойства, их подозрений. Рев Каннибала эхом отдавался от гор, напоминая о том, что ничто больше не может быть безопасным, даже секреты.       Принцесса, или королева, или кем бы она там ни была, сидела в стороне от остальных и разговаривала с лордом Ройсом и леди Аньей. Несколько других лордов и леди тоже слушали речь принцессы Дейенерис.       — Когда падет Королевская Гавань, — сказала Дейенерис, и в ее фиалковых глазах отразился свет свечей, — будет большое собрание. Все дома Вестероса соберутся, чтобы лично присягнуть на верность Железному трону.       Лиза почувствовала, как у нее перехватило горло. Павильон внезапно показался ей слишком теплым и переполненным. «Оставайся в Орлином гнезде», — эхом отозвались в ее голове слова Петира. Жди моего сигнала.       — Мой сын, — осторожно начала она, — у него слабое здоровье. Возможно, я мог бы прислать представителей…       — Об этом не может быть и речи. — Голос Дейнерис прорезал ее оправдания, как валирийская сталь. Выражение лица Принцессы-дракона оставалось приятным, но ее тон не допускал возражений. — Все верховные лорды и леди должны присутствовать. Это не просьба, леди Аррен.       Лорды и леди Долины заерзали на своих местах, наблюдая за происходящим. Лорд Ройс прочистил горло. — Ваша светлость, возможно, можно было бы позаботиться о комфорте лорда Робина во время путешествия…       — Конечно, — улыбнулась Дейнерис. — Мы позаботимся о том, чтобы было сделано все возможное для благополучия вашего сына. Она сделала паузу, сделав глоток вина. — На самом деле, у меня есть несколько заявлений относительно будущего управления королевством. Ваш дядя, сир Бринден, согласился стать Мастером над Законами в Малом Совете.       По залу прокатился одобрительный ропот. Черная Рыба был уважаемым человеком, известным своей честью и справедливостью. Лиза увидела, как ее дядя склонил голову в знак признательности, а Эдмур просиял от гордости.       — Королевству нужны надежные руки, чтобы управлять им в ближайшие годы, — продолжила Дейенерис. — Мы строим что-то новое на пепелище старого. А это значит, что наверняка… изменения потребуются.       Слова сорвались с губ Лизы прежде, чем она смогла их остановить: — А как же Петир?       В павильоне воцарилась тишина. Лиза почувствовала, как сестра резко втянула воздух рядом с ней, увидела, как опасно сузились глаза Черной Рыбы.       Дейнерис слегка нахмурилась. — Петир?       — Лорд Бейлиш, — объяснил Черная Рыба, стараясь говорить нейтральным голосом. — В настоящее время является Мастером над Монетой при Роберте Баратеоне.       — А-а. — Дейенерис с новым интересом изучала лицо Лизы. — И почему Леди Долины так волнует судьба прислужника Роберта?       Лиза почувствовала, что краснеет под этим проницательным взглядом. — Я… мы выросли вместе. В Риверране. Он… друг семьи.       — Правда? — Тихо спросила Дейнерис, и что-то в ее тоне заставило Лизу вздрогнуть. — Что ж, отвечая на ваш вопрос, леди Аррен, скажу, что Малый Совет будет сформирован в совершенно новом составе. Услуги лорда Бейлиша больше не потребуются.       — Но он прекрасно разбирается в деньгах! — Слова вырвались прежде, чем Лиза смогла их остановить. — Он увеличил доходы короны в десять раз! Он…       — Лиза, — предостерегающий голос Кейтилин прорвался сквозь нарастающую истерику сестры.       — Я вынуждена настаивать, — настаивала Лиза, и в ее голосе слышалось отчаяние. -Петир блестяще разбирается в финансах. Доходы короны…       — Достаточно. — Голос принцессы был тихим, но твердым. — Кем бы ни был этот Петир, он не сохранит свой пост. Это окончательно.       — Нет! — крик Лизы эхом разнесся по павильону. — Вы не можете этого сделать!       Рев Каннибала сотряс шатер до основания, и температура, казалось, упала, когда фиалковые глаза Дейенерис посуровели. — Я не могу? Вы забываетесь, леди Аррен. Вы забываете, с кем говорите.       — Лиза, пожалуйста, — Кейтилин схватила сестру за руку. — Прекрати…       — Ты разрушишь все, что мы планировали! — Лиза вырвалась из рук сестры, в ее голосе послышались истерические нотки. — Все, ради чего мы трудились!       Лорд Ройс с серьезным видом шагнул вперед. — О каких планах вы говорите, миледи?       Другие лорды Долины уже поднимались со своих мест, на их лицах было замешательство и подозрение.       Лиза попятилась от них всех, ее глаза были дикими. — Если бы ты не пришла, — она указала трясущимся пальцем на Дейенерис, — если бы не появились твои драконы, все бы получилось! Война бы началась, и Петир был бы со мной!       — О какой войне? — Голос Черной Рыбы прорезал нарастающий гул, резкий и осторожный. — О какой войне ты говоришь, Лиза?       Казалось, что-то сломалось внутри Лизы. Она издала звук, похожий то ли на смех, то ли на рыдание. — Я сделала, как он просил! Я добавила слезы в вино Джона, как и сказал Петир. Я написала Старкам письмо, в котором обвинила Ланнистеров, как он и планировал. Война должна была начаться, но потом… — она жестом указала на Дейенерис, — потом ты появилась со своими драконами еще до того, как Роберт смог покинуть Королевскую Гавань!       Воцарившаяся тишина была оглушительной. Кейтилин побледнела как снег. У Эдмура отвисла челюсть. Лорды Долины застыли от ужаса.       — Ты… — Голос Черной Рыбы был едва слышен. — Ты убила Джона Аррена?       — Из-за Петира! — Голос Лизы приобрел странные певучие нотки. — Он обещал, что мы будем вместе, как только все закончится. Как только королевство будет разорвано на части войной, он придет за мной. Для нас. Но теперь… — Она обхватила себя руками, слегка покачиваясь. — Теперь драконы все испортили.       — Схватите ее, — нарушил тишину приказ лорда Ройса. Охранники двинулись вперед, но Лиза, казалось, ничего не заметила.       — Он любит меня, — прошептала она, и слезы потекли по ее лицу. — Он всегда любил меня. С тех пор, как мы были детьми. Все, что я делала, я делала для него…       — Отведите ее в камеру, — приказала Дейнерис. — Выставьте охрану. Ей не должны быть предоставлены никакие средства связи.       Когда охранники уводили Лизу, она начала смеяться высоким прерывистым смехом. — Вы не понимаете, — бросила она через плечо. — Никто из вас не понимает. Любовь — это яд! Все, что мы планировали… — Лиза была на грани истерики, — Петир и я… наш сын должен был быть в безопасности…       В комнате воцарилась мертвая тишина. Кейтилин вскинула руку, останавливая охранников, которые хотели ее увести. — Что ты только что сказала?       Лиза моргнула, замешательство на мгновение прорвалось сквозь ее истерику. — Что?       Остальные озадаченно переводили взгляд с одной сестры на другую. — Леди Старк? — спросил лорд Ройс.       Кейтилин не сводила глаз с лица сестры. — Ты сказала «наш сын». Что ты имела в виду, Лиза? С каких это пор у вас с Петиром Бейлишем есть сын?       Краска отхлынула от лица Лизы так быстро, что Кэт подумала, что она может упасть в обморок. Черная Рыба резко вдохнул, и на его обветренных чертах проступило понимание.       Лорд Ройс взорвался первым. — ТВОЙ БОЛЬНОЙ РЕБЕНОК! — его голос прогремел по павильону. — Он вовсе не сын Джона Аррена, не так ли? Он твой незаконнорожденный сын с Мизинцем!       Павильон взорвался. Лорды и леди Долины вскочили на ноги, их лица исказились от ярости. Джона Аррена любили почти все в Долине, и он не мог не услышать, что его убила собственная жена и что он пытается выдать незаконнорожденного за своего законного сына.       — Нет! — закричала Лиза, пытаясь броситься вперед, но ее удержали охранники. — Не смейте так говорить о моем милом Робине! Он само совершенство! Он особенный!       Эдмур, пошатываясь, опустился на стул, а Кейтилин в ужасе прижала руки ко рту. Черная Рыба застыл, его лицо превратилось в маску холодной ярости.       Дейнерис подняла руку, и хаос немного утих. — Это серьезные обвинения, — сказала она ровным голосом. — У нас есть доказательства этого, или это просто бред расстроенной женщины?       Лорд Ройс шагнул вперед, его голос дрожал от сдерживаемого гнева. — Мальчик всегда был болезненным, ваша светлость. Его… у него не все в порядке с головой. Мы списали это на то, что с ним нянчатся, но… Он расправил плечи. — Глаза Джона Аррена были голубыми, как и у леди Аррен. Но глаза юного Роберта серо-зеленые — того же необычного оттенка, что и у Петира Бейлиша.       — Он лжет! — Закричала Лиза. — Они все лгут! Мой милый Робин — само совершенство!       — Время подходит, — ледяным голосом добавила леди Уэйнвуд. — Она была в Риверане с обоими мужчинами, когда мальчик должен был быть зачат.       Дейнерис переварила эту информацию с непроницаемым выражением лица. — Ребенку не причинят вреда, — заявила она наконец. — Кем бы ни были его родители, он невиновен в преступлениях своей матери. — Она сделала паузу, встретившись взглядом с лордами Долины. — Однако, если эти обвинения подтвердятся, он не сможет оставаться лордом Долины. Бастард, рожденный в результате супружеской измены, не имеет права претендовать на этот титул.       — Нет! — Лиза бросилась на удерживающих ее стражников. — Вы не можете забрать это у него! У нас! Петир обещал…       — Хватит! — Голос лорда Ройса прозвучал как удар хлыста. — Вы предали все, за что стоит Долина. Все, за что ратовал лорд Аррен.       — Отведите ее в камеру, — приказала Дейнерис. — И как только Королевская Гавань будет отвоевана, Петир Бейлиш будет казнен за измену Долине.       Когда охранники потащили Лизу прочь, а ее крики эхом разносились по павильону, Кейтилин повернулась к своему дяде со слезами на глазах. — Все эти годы… как же мы этого не замечали?       — Потому что мы увидели то, что хотели увидеть, — мрачно ответил Черная Рыба. — А Петир Бейлиш очень хорошо умеет заставить людей увидеть то, что он хочет, чтобы они увидели.       Дейнерис повернулась к лорду Ройсу. — Вы будете регентом Долины до тех пор, пока не будет определен подходящий наследник.       Лорды Долины мрачно кивнули, а крики Лизы затихли вдали, и эхом отдались ее последние слова: — Он любит меня! Он всегда любил меня! Вот увидите!