Часть 22

      Когда первый свет осветил Асгард, караульные, сменившиеся после ночной стражи, обнаружили на пороге главного входа в Валаскьяльф следующую картину:       Верховный Бог в обгорелом плаще, с птицей на голове, раскинувшийся на спине.       Его супруга, предводительница валькирий, обнимающая его, как подушку.       Разбросанные вокруг них бутылки, шляпы, чей-то украденный пояс и… почему-то весло.       — Что… это? — пробормотал один из ветте.       — Думаю, это наши новобрачные, — ответил другой.       — Будим?       — Он нас казнит…       Они стояли в нерешительности, пока не появилась Рёсква с ведром воды.       — Разойдитесь.       — О, нет…       Она выплеснула воду прямо на их лица.       Локи и Лив вскрикнули от ледяного душа, дёрнулись, столкнулись лбами и застонали.       — Кто… — Бог моргнул, увидел ухмыляющуюся Рёскву и выдал: — Ты. Уволена.       Лив сдавленно рассмеялась, хватаясь за голову.       — Боги, мне плохо…       Рёсква сложила руки на груди.       — Ну и как прошло ваше путешествие?       Локи прищурился, вспоминая.       — Кажется, мы…       Лив сжала переносицу.       — Отлично провели время…

Неделю назад

      После брачной ночи, когда хижина всё ещё хранит следы их бурного союза, в дверь постучался слуга. Локи нехотя открыл, а там послание от вёльв: «Согласно древним традициям, вы должны посетить все девять миров и объявить о браке лично».       Когда муж вернулся к деве сообщить об этой новости, она, завернувшись в меха, хмуро сощурилась:       — Тебя не смущает, что это может быть ловушка? Синдр или Гулльвейг могли подстроить засаду.       Локи, лениво почесав грудь, усмехнулся. На его коже ещё отпечатывались следы её ногтей — тёмные полосы на бледных рёбрах, как руны страсти, начертанные в пылу ночи. Мускулы на животе перекатывались, когда он потягивался, неторопливо подходя к ней — властный, хищный, всё ещё пропитанный её запахом.       — А тебя не смущает, что ты хочешь упустить шанс устроить величайшее турне по мирам? Ну же, Золотко, представь, как мы можем повеселиться.       Лив колебалась, но, посмотрев в плутовские азартные глаза, вздохнула.       — Ладно… Но если это засада, я тебя лично пришибу.       — Обещаешь?       Он просиял: в его голове уже промелькнули картины, как они крадут вино у альвов, спорят с великанами, оставляют после себя шёпот, смех и лёгкие шалости. Он жаждал не только зрелищ — ему хотелось видеть, как она сверкает рядом с ним, свободная и яростная.       А Лив, скользнув взглядом по его довольной физиономии, подумала, что он, как всегда, невыносим, упрям и чертовски убедителен. И пусть этот визит может обернуться чем-то, с ним — даже беда не так уж страшна.       Так начиналось их путешествие. Новоиспечённая пара пронеслась по мирам вихрем пьянства, безумия и хаоса.       И вот как всё было…       Всё началось со Свартальфхейма — назовём это «свадьба в мире цвергов, или как всё пошло не по плану».       После затянувшегося пира карлики объявили об конкурсе.       — Гонки! — повторяли они. — Каждый из вас сядет на кабана и поскачет по подземным туннелям. Кто победит, получает ящик лучшего пива Свартальфхейма!       Локи тут же поднялся.       — Я в деле.       Лив качнула головой, но затем встала:       — Это будет моё пиво.       На улице цверги вывели двух огромных кабанов.       — Они быстрые как ветер! — заорал один.       Кабаны выглядели так, будто уже устали от жизни и просто ждали момента, когда смогут сбросить своих седоков.       Божественная пара села.       — Удачи, Золотко, — ухмыльнулся муж.       — Взаимно, — улыбнулась дева в ответ.       — На старт… Внимание…       Гном рубанул топором цепь, сдерживающую кабанов.       — Поехали!       Кабаны тут же сорвались с места… только в разные стороны.       Лив исчезла в одном туннеле, крича от неожиданности.       Локи летел в другом, вопя:       — Как это управляется?!       Цверги ржали.       Модсогнир задумчиво почесал бороду, из которой торчала крошка от вчерашнего пирога.       — А кто-нибудь сказал им, что эти кабаны — боевые и гонятся за всем, что движется?       Дурин пьяно качнул головой.       — А, разберутся.       Чем всё закончилось?       Лив врезалась в огромную пивную бочку, заливая себя и всех вокруг.       Локи каким-то образом умудрился перескочить на гнома и теперь скакал на нём, словно на лошади, потому тот испугался до ужаса.       Цверги визжали от смеха.       В итоге пиво досталось обоим, потому что никто не смог определить, кто победил.

***

      После пьяного ужаса подземного мира, где они умудрились устроить гонки на кабанах, залить пивом половину главного города и каким-то образом унести с собой ту самую свинью, которую Локи когда-то проиграл, они отправились в Альвхейм.       — У альвов всё будет… спокойно, да? — дева устало тёрла виски.       — О, конечно, — Бог улыбнулся. — Они утончённые, изысканные и…       — И?       — …И они любят вино.       Лив закрыла глаза.       — Нет.       — Да.       — Локи.       — Поздно.

***

      Роальд и Эйнар приняли их со всей красой. Альвы накрыли столы, и всё выглядело невероятно красиво: свежие фрукты, изысканные блюда, тонкие стеклянные бокалы с рубиновым вином…       — О, какое мягкое. — Лив сделала глоток и прищурилась.       — Оно… опасное, — тихо сообщил плут.       — Пф, не смеши меня. После гномьего пойла — это…

Спустя час.

      Валькирия стояла на столе, держа в руках лютню, и орала эльфийскую песню, но с таким количеством мата, что несколько пожилых альвов потеряли сознание.       Рыжий облокотился на спину высокого Роальда и философски произнёс:       — Ты ведь не ожидал, что будет нормально, да?       Он глубоко вдохнул.       — Нет.       Бог кивнул.       — Мудро.       На следующее утро Лив проснулась в хлеву под огромным листом, который явно не отсюда — шершавый, с каплями росы, и такой большой, что мог бы укрыть оленя.       Это что… лист с Иггдрасиля?! — первое, что подумала она.       Пахнет сырой землёй, сеном и… чем-то волшебным. Рядом с ней — бледный утренний рассвет и яркий, почти магический, свет.       — Локи…       — Угу?       — Почему ты сияешь?       Он сонно сощурился, его волосы растрёпаны, а лицо умиротворённое, будто он спал на облаках.       — Потому что я великолепен.       Лив застонала, прикрывая лицо рукой.       — Нет, ты буквально светишься.       Рыжий лениво поднял руку, и с её кончиков заструилось мягкое, золотое сияние, как будто в его венах — жидкое солнце.       Они оба переглянулись, произнося одновременно:       — Вино.       — Вино.       — Суртовы альвы!       — Суртовы альвы!

***

      После сияющего, говорящего кошмара Альвхейма, Лив и Локи поклялись больше не пить. Они продержались три часа.       Ванахейм встретил их ароматами свежей зелени, тёплым солнцем и размеренной жизнью ваниров. Леса шумели, реки блестели, птицы пели — короче, идеальная картина идиллии.       Пир оказался… бурным. Ваниры подняли тосты за новую супружескую пару, и после третьей чарки пара махнула рукой на все запреты.       — Я люблю этот народ! — Она с улыбкой откинулась на стул, в руке у неё плескалось что-то тёмное и подозрительное.       — Ага, — Локи закивал. — Они пьют крепче, чем асуры.       — И при этом никто не орёт, не бьёт посуду и не устраивает дуэли!       — Не подавай им идей… — предупредил Бог.       Но тут встал Ньёрд.       — В честь вас — свадебный подарок!       Лив заулыбалась, небрежно тыкая вилкой в еду.       — О, это мило.       — Вы должны его выиграть.       И их настойчиво заставили соревноваться с другими в гонках на небольших кораблях…       Лодка резко накренилась, чуть не опрокидывая их в воду.       — Боги! — заорала Лив, вцепившись в мачту.       — Спокойно, я всё понял! — Локи схватился впервые за вёсла.       Гонка шла по петляющему каналу, вдоль которого стояли болеющие местные. Они подбадривали своих гребцов, бросая в них рыбу, водоросли и иногда даже свои чарки с остатками браги.       — Мы выигрываем?! — вскрикнула валькирия.       — Понятия не имею! — Трикстер вёл лодку так, словно это был дикий конь.       В какой-то момент они врезались в другую лодку, задели причал и странным образом проплыли под мостом, который был слишком низким, чтобы пройти.       — Им повезло! — заорал какой-то ванир с берега.       — Это было чудо! — добавил другой.       И, конечно, они приплыли первыми.       Когда всё закончилось, пара стояла на берегу, тяжело дыша.       — Что. Это. Было? — простонала Лив.       — Великолепие… — ответил Локи.       Ньёрд подошёл к ним и хлопнул его по плечу так, что тот еле устоял на ногах.       — Ты справился!       — Спасибо, я тоже горжусь собой.       — Теперь это твой корабль.       Лив заморгала.       — Что?       Ньёрд кивнул на ладью.       — По традиции тот, кто выиграл гонку, получает свой собственный корабль.       На закате последнего дня в Ванахейме Лив и Локи сидели на борту их новообретённого корабля, раскачиваясь от ветра и количества выпитого.       — И куда дальше? — лениво спросила Лив, держа в руке чарку с остатками ванирской браги.       Локи достал какую-то карту, которую они случайно «позаимствовали» у Ньёрда, и шлёпнул её перед собой.       — Так, дальше у нас… Муспельхейм.       Лив нахмурилась.       — Там же… Синдр.       — Угу.       — …Не хочу.       — Я тоже.       Они переглянулись.       — Давай просто сделаем вид, что его не существует? — предложила она.       — Отличный план! — согласился плут.       Он взмахнул рукой и поставил на карте жирный чёрный крест поверх Муспельхейма.       — Так… а если кто спросит, почему мы туда не пошли?       Бог задумался, выпил, потом кивнул.       — Просто скажем, что мы слишком хороши для этого места.       Лив ухмыльнулась.       — Или что там плохая выпивка.       — О! Идеальная версия.       Они довольно чокнулись кружками, чувствуя себя стратегами мирового уровня.       — Куда тогда дальше?       Муж ткнул пальцем на карту.       — Ётунхейм.       В общем, всё пошло предсказуемо: крики, смех, огромные бочки с мёдом… Лив вскоре потеряла Локи из виду, но зато нашла себя в какой-то пьянющей компании великанш, которые учили её правильно швырять валуны.       — Смотри, это просто! — заорала одна и швырнула булыжник размером с дом прямиком через ущелье.       Валькирия споткнулась и вытаращилась, пошатываясь.       — Ого.       — Твоя очередь!       Она оглядела валун, который едва доходил ей до плеча, вздохнула, отхлебнула мёда и с трудом подтащила его по земле к краю обрыва.       — Я… не уверена…       Но великанши Агда и Бодилья подбадривали её криками, так что она собралась, встала в стойку… и с проклятьем покатила валун вниз.       Он улетел с удивительной скоростью, но так и не пересёк ущелье, а врезался в склон, с грохотом вызвав ледяную лавину.       — Потрясающе! — взревели они.       Лив отдувалась, потягивая мёд.       — Да, я прирождённая йотунша…       Через время дева наконец нашла мужа, и первое, что она увидела, — это как он, крича что-то неразборчивое, держится за рога козла, который скачет по льду.       — Что, Сурт побери, происходит?!       — Не знаю, Золотко, но это так весело!       Локи, конечно, в итоге слетел с козла, улетев в сугроб, но вышел из него с таким довольным видом, что великаны признали его своим.       Когда они, наконец, покидали Ётунхейм, оба были в синяках, с порванными меховыми плащами и — самое главное — с гигантской бочкой мёда в подарок.       — Я чувствую, что завтра будет больно, — простонала Лив, прихрамывая.       — А я чувствую, что это будет одна из лучших недель в моей жизни! — довольно протянул плут.       Лив и Локи добрались до берегов Хельхейма в состоянии… ну, в принципе, стандартном для их путешествия — пьяном.       — Я тут подумала, — она почесала висок, щурясь на мрачные земли перед ними. — А нормально вообще пьяными в царство мёртвых являться?       — Мы же не просто так, мы в гости, — важно сказал Локи, спотыкаясь о собственную тень.       — Отличное оправдание…

Через время, в чертоге Хель…

      Она сидела на своём троне, как ледяная статуя в царстве мёртвых. В зале стояла тишина, которую не нарушали даже тени. Всё было на своих местах… пока не пришёл он.       Её слуга появился, склонился почти до пола, будто сам хотел провалиться сквозь него.       — Локи… прибыл.       Хель едва заметно повела бровью.       — …Отец?       — И его жена.       — Что им нужно?       Слуга кашлянул, будто слова застряли в горле.       — Празднуют свадьбу. Путешествуют. Пьют.       Хель на секунду задумалась, щёлкнула ногтем по подлокотнику трона.       — Они… пьют в моём царстве?       — …Да.       Она моргнула — редкое явление. Дева прикрыла глаза рукой, будто у неё разболелась голова.       — Великие боги…       Когда наконец вышла на шум недалеко от чертога Эльвиднир, она застала такую картину:       Валькирия, вся в грязи, радостно роет яму.       Бог, стоя рядом, со смехом командует.       Несколько мертвецов по очереди ныряют в могилы, пробуя разные позы.       Один призрак задумчиво пытается пить мёд.       Двое мертвецов явно устроили битву на костях.       Рядом стояла табличка: «Лучшая могила получает бочку мёда».       Лив замахнулась лопатой.       — Прыгай, Локи!       Хель вздохнула. Папаша с прыжка залетел в яму.       — Отец.       Локи поднял голову, радостно засиял.       — Доченька!       Она медленно закрыла глаза, потом открыла.       — Это… что?       — Веселье! — выдала Лив.       — Ты пробовала когда-нибудь закапываться живьём? — с энтузиазмом спросил Локи.       — …Нет.       — А зря!       Хель тяжело вздохнула.       — Ты пьян.       — Я счастлив.       — Ты… Ладно. Только не устраивайте погром.       Рыжий вылез из могилы, радостно обнял её.       — Ты лучшая дочь!

***

      Наутро, отмытые и слегка похмельные, пара снова стояла с картой.       — Ну, мы сделали Хельхейм веселее, — подытожила Лив.       — Определённо, — кивнул плут.       — Твоя дочь всё такая же холодная.       — Зато она нас не убила. Значит, любит.       — Странные у вас семейные отношения.       Дева потянулась, зевая.       — Ладно, куда дальше?       Он посмотрел на карту.       — Ну… Мидгард.       — О, там точно будет весело…

***

      Как только Лив и Локи попали в в первый попавшийся ночной город Мидгарда, а точнее в Вашингтон, девушка сразу нашла свой идеальный трофей — шикарный спортивный автомобиль. Девятьсот одиннадцатый порш кабриолет.       — Хочешь немного скорости? — с дьявольской ухмылкой спросила она.       Трикстер пожал плечами.       — Почему бы и нет?       — Садись!       Бог устроился на пассажирском сиденье, пока она ловко вскрывала машину. Через мгновение мотор взревел, и они сорвались с места.       — ХА! — заорала Лив, переключая передачи. — Обожаю эту штуку!       Локи тем временем осматривал салон, тыкал в экран и щёлкал кнопки.       — Смертные всё усложняют… Что это?       Он указал на ярко-красную кнопку.       Лив мельком глянула и побелела.       — НЕ ТРОГАЙ!       Но он уже нажал…       Машина взревела, и они понеслись вперёд с бешеной скоростью.       — ЛОКИ!       Плут с остервенением вцепился в сиденье, быстро пристёгиваясь.       — Что я сделал?!       — Ты включил закись азота, идиот!       — Это что, огонь внутри колёс?!       — Почти!       Машина летела по шоссе, а брюнетка хохотала, выкручивая руль.       — Держись!       Рыжий оглянулся — за ними уже мигали огни полиции.       — Намечается развлечение, — заметил он.       После удачной погони с полицией пара решила, что им нужен отдых… В их понимании. Они решили посетить круиз.       — Грабим корабль или покупаем билеты? — спросил Локи, покручивая в пальцах украденные ключи уже от другой машины.       — Мы цивилизованные люди, — фыркнула Лив. — Купим билеты… и грабанём корабль позже.       Бог Обмана с гоготом рассмеялся и поцеловал её в висок.       — Вот за это я тебя и люблю!       Лайнер был шикарным — огромный, с бассейнами, барами и толпами богачей, не подозревающими, кто к ним подселился. Лив в шикарном платье с бокалом шампанского, Локи в элегантном костюме с наглой ухмылкой — они выглядели как идеальная парочка, пока…       — Я хочу на сцену, — заявила дева, качаясь на каблуках.       — Хочешь устроить концерт? — он поднял бровь.       — Да, — схватила его за руку. — И ты со мной.       Они ворвались в караоке-зал, выпили текилы и, совершенно не зная слов, начали орать в микрофоны какую-то мидгардскую песню.       — I WILL ALWAYS LOVE YO-O-OU-U-U-U-U-U! — Лив завыла так, что официант уронил поднос.       — AND I-I-I-I-I-I-I! — подхватил Локи, но с такой фальшью, что даже сами боги содрогнулись.       Толпа сначала пыталась их выгнать, но всё-таки втянулась в это сумасшедшее веселье, и через десять минут весь зал уже подпевал, а рыжий зачем-то влез на рояль, изображая звезду.       — Локи, слезь, ты сломаешь инструмент! — заорала валькирия, смеясь во всё горло.       — Пусть этот мир услышит мой голос снова!       — В том-то и проблема!       После караоке они решили испытать удачу в казино…       — Локи, не мухлюй, — предупредила его жена, когда он слишком хитро посмотрел на карты.       — Я?! Как ты могла подумать!       Через три минуты они выиграли все фишки за столом, а через пять минут началась драка, потому что кто-то всё-таки понял, что Локи мухлюет.       — Бежим! — заорала дева, швыряя стакан в охранника.       Они выскочили на палубу, уворачиваясь от преследователей.       — Отличная ночь! — хохотал Локи, хватая Лив за руку.       — Самая лучшая! — Она поцеловала его и добавила: — Давай уже смоемся отсюда.       — Давно пора.       В общем, на оставшиеся миры у них попросту не хватило сил, и они решили вернуться домой, наплевав, что обязаны были скромно посетить правителей…

***

      Асгард уже мирно спал, когда на мосту Биврёста раздались странные звуки. Сначала — громкий хохот, потом чьи-то шаги, спотыкающиеся и неуверенные, а затем…       — Открывайте ворота, усталые пенёчки! — раздался пьяный голос Лив.       — Ваш король вернулся! — подхватил Локи, раскинув руки и чуть не сиганув вниз.       Гулла обвела их шокированным взглядом, но всё же пропустила. Они едва держались на ногах, шатаясь друг на друга, босиком, с мокрой одеждой и каким-то подозрительным пернатым существом, которое цеплялось за плечо Бога.       — Что это у тебя? — пробормотала Лив, глядя на птицу.       — Понятия не имею, но мне кажется, оно нас уважает.       — Отлично.       Они кое-как добрели до главных врат Цитадели и, как только зашли внутрь чертога, заснули прям на пороге…       По сути, это путешествие можно было назвать их медовым месяцем — они оторвались по полной, хотя теперь им предстоит долгое и мучительное похмелье.       Рёсква не могла сдержать смех, слушая их сбивчивый рассказ, ведь новобрачные сами хохотали, едва справляясь с воспоминаниями о своём безумном пути.       Но пора вынырнуть из омута праздника, вернуться к обязанностям. Ведь пока они даже не знают, что их ждёт две новости. И хорошая. И плохая.