ГЛАВА 70

— Ой… — произношу сознательно, понимая, что моя память играет со мной злую шутку, и поворачиваюсь к Егору. Но он словно исчез, и я судорожно выдыхаю, понимая, что мои знания его шкафчиков, он не услышал. — Ты что-то спрашивала? — вернулся Егор с гардероба, с футболками и полотенцем в руках. — Да. А где кофе для кофемашины? — Там капсула уже стоит. Тебе помочь разобраться? — А нет, у меня дома такая же. — и я вижу его взгляд, он с сонного превратился в такой котячий, что мне становится не по себе. Неужели я стесняюсь его? Что? Действительно стесняюсь? Это на меня совсем не похоже. Просто улыбаюсь сквозь себя и молчу. — Хорошо. Молоко в холодильнике. — и Егор делает шаг к нему, открывая двери и доставая пакет, передавая мне в руки. Наши взгляды сново пересекаются, и он так обжигает меня, не зная ещё об этом. Словно кипяток в бурлящем чайнике. Его волосы электризуются в разные стороны, и это выглядит достаточно смешно. Но такая прическа ему даже идёт. Очень. Затаиваю дыхание на пару секунд и забираю молоко, опуская взгляд. Пытаюсь держать себя в руках и не провоцировать пока что лишнее внимание. — Тогда я в душ. Улыбаюсь ему уголками губ и провожаю взглядом до момента пока дверь не захлопывается. Выдох. Вокруг меня знакомое пространство. И теперь дышать становится намного легче. Достаю чашку со шкафа и включаю на сенсоре нужную кнопку. Американо готовится за пару минут, а в воздухе летают феромоны влюблённости. Как же мне хочется его обнять. Прикасаться к нему поцелуями. Греться в ладошках. Держать в объятиях и никуда не отпускать. Рассказать всё, что происходило с ним, и почему я здесь. Но я не могу пока что этой информацией делится, просто не могу. Доливаю молоко и кидаю два сахара. Черт! Я же помню всё, что он любит. Даже сейчас, я могла просто провалить свою миссию, каждый мой шаг здесь, показывает не однозначное поведение. Словно я здесь была раньше. И мне нужно было научиться себя контролировать. Подхожу к окну и наблюдаю за происходящем. Вокруг суета и солнечные лучи обнимают меня за плечи. Мне хочется закрыть глаза и представить, что всё в порядке. Закрываю. На секунду. И сново открываю. Но ничего абсолютно не поменялось. Всё осталось на своих гребанных местах. Я ему ничей. Просто ничей. Закрываю сново. Словно верю в эту манипуляцию и слышу шаги Егора, мне становится судорожно страшно, и глаза я все же открываю. Оставаясь в этой реальности, которую нам прописали чужие умыслы. Поворачиваюсь к нему и подхожу к кофе машине, забирая чашку. Блондин вытирает голову полотенцем, и оставляет его на шеи. На нем по прежнему белый, махровый халат, и вырез на груди приоткрывает его чёрные рисунки. Он такой смешной, и в то же время тёплый, от этого вида я прикусываю губу сильнее. — С лёгким паром! — Спасибо, — хватает он кружку и касается губами ободка. — Только я за сахар не спросила, и положила два. — Кайф. — наслаждается блондин американо. — Ты забыла указать важную деталь о себе. — говорит он прищурившись. — Какую? Сердце начинает биться сильнее, словно ощущая подвох в его словах. Мне становится не по себе, но я стараюсь не показывать этого. — Ты умеешь читать мысли. Я пью кофе только с двумя сахарами. — улыбается Булаткин. И меня отпустило, так быстро, что улыбка в ответ нарисовалась на лице. — Пожалуй это просто интуиция. — И хорошо. А то у меня слишком плохие мысли бывают. — его улыбка, словно мартовского кота, расширяется сильнее. И я совсем не понимаю флиртует он, или шутит со мной. — Спасибо за кофе, я побежал собираться. Из уборки на тебе сегодня только ванна, я там сново залил всё. — Хорошо. Ужин готовить к скольки? — Где-то к семи. Только не уходи, а то запасных ключей у меня нет. — Я буду ждать. — произношу как испугавшийся котёнок. И Егор отставляет чашку на стол, уходя в другую комнату. В мыслях странности. Я словно чувствую себя так тепло, как никогда раньше. Вот сейчас, будто бы я закрыла глаза и оказалась в парихмахерском кресле тремя месяцами раньше. Когда во мне рождались позывы быть к нему так близко, как никогда. И сегодня я сново начинаю его добиваться, словно прохожу новый уровень в игре. Словно получаю другие чувства, где больше трепета и страх дотронуться к нему случайно. Во мне сново рождаются те самые эмоции. Я ощущаю нежность и дрожь в коленках, когда он смотрит на меня. Мне страшно смотреть в его глаза и кажется я сейчас начну заикаться. Со мной творится неведомое. Не понятное этому миру. Сейчас по коже мурашки, через пару секунд всё внутри кувырком. Я испытываю те же чувства, но совсем по-новому. Будто бы я так же поверила, что между нами был только сон… Мысли перебиваются его словами, и в глазах сново рождается невесомая теплота. — Закроешь за мной дверь? — Да конечно, — отвечаю молниеносно и иду к нему на носочках. Егор смотрит в зеркало, и поправляет челку. Его вид серьёзный и уверенный. Кажется он местами даже любуется своей устойчивостью и секундно отстраняет взгляд, переведя на меня. — До вечера. — говорят его губы. И мои в такт улыбаются. — Хорошего дня. Егор покидает квартиру и я цокаю защёлкой, словно отстраняясь от всего происходящего. — Егор! — голос проходится криком в голове. Он легко останавливается, стягивая за веревки капюшон худи на голове и смотрит на меня. Так смотрят словно с надеждой, словно понимая, что или сейчас или никогда. И я срываюсь босиком, бегу по холодному паркету парадного и обнимаю его. Так сильно и в тоже время нежно, что чувствую его руку на талии. Она сильнее сжимает меня и от этого мурашки просто переполняют все мои мысли. Хочется его целовать, кусать и нюхать. Но я просто прижимаюсь и чувствую то тепло, которое было так в дефицит, когда нас разделили по берегам, указали на своё место и растоптали, выкинув все воспоминания и стерев все переписки. Нас не могло не существовать. Да к черту все эти прелюдии! Я любить его хочу открыто. Здесь и сейчас. Смотрю на него, ощущая дикость. Его сухие губы, манят так отдаться этому искушению, свободная рука проходит по моей шеи и приближает сильнее. Его губы целуют мои резко и отрывисто, дыша через не могу, наслаждаясь его страстью, которая взахлёб передаётся мне инстинктивно. Я не чувствую губ, он искусал их до крови, словно вампир, впиваясь в них дерзко и так быстротечно. Его язык во мне рисует узоры, и касается кончиком нёба, сцепляюсь с ним и целую до остатка свободы и вздоха с его губ. Мой любимый мальчик. Мне так тебя не хватало. Словно передаю ему слова поцелуем. Наш конект неизвестен памяти, он есть и продолжает идти от сердца к сердцу. Егор проходит зубами по губам, сильнее покусывая нижнюю и отдаваясь поцелую так сказочно и бешено. Чувствую как его рука сжимает мою шею и отдаляет от поцелуя, показывая, как тяжело быть без его губ и тепла. Смотрю на него. Вижу очертания хрусталиков, синие океаны в раз становятся темными и мне дышать не хочется. Он сжимает меня уверенно и подчиняет себе. Мой любимый доминант. Мне кажется я уже не могу по-другому. Глаза горят софитами и разбивают расстояние между нами. Он прикасается к моей щеке носом и вдыхает знакомый ему запах. Я в ответ мычу и касаюсь его носа своим. — Ты почему не рассказала мне раньше? — произносит Егор хрипло. И я вмиг возвращаюсь со своих мыслей в реальность. Всё внутри будоражит, я делаю вдох и кажется учусь заново дышать. Прикасаюсь к губам, словно ища поцелуй, которого не было. Спускаюсь по холодной двери вниз, и ощущаю боль, которую не забыть, не отдалить, не оставить. Она во мне. Мне так хотелось остановить его, прижаться, говорить о том, как я скучала всё это время. И что это просто был страшный сон. А сейчас он проснулся и теперь у него есть я. Я и была раньше. Просто сейчас он об этом знает. Мне так хотелось, чтобы он хотя бы на секунду узнал об этом. А может и на две… Но подсознание уверено играло со мной, словно заново разбивая чувства и склеивая их. Проверяя меня на прочность. *** Целый день я пыталась приготовить ужин, но всё валилось с рук, как на зло. Я откладывала попытки убрать ванну, так как понимала, что там самый мощный заряд воспоминаний. Там спальня, оковы тепла, которые скрывали его объятия. Душ, где наша близость становилась неким экспириенсом тела и мыслей. Мне так страшно было касаться тех вещей, которые были так близко ко мне. И поэтому я откладывала все попытки исполнить свою миссию на потом. Но с ужином тоже ничего не получалось. Все мысли о том, чем можно его порадовать просто закончились. И я не смогла сдержаться, быть здесь, да ещё одной, куда хуже, чем когда рядом был Егор. Хватаю телефон и набираю Эда. Мне очень нужна его поддержка. И сейчас я понимала, что именно он сможет меня успокоить и настроить. — Алло. — отвечает брюнет. — Привет. Не занят? — Нет, я дома. Ты как? — Эд… — пытаюсь держаться. — Я не понял. Ты расстроена? — звучит он более серьезно. — Мне страшно. — Что случилось??? — Мне страшно находиться здесь со своими воспоминаниями. Здесь всё пропитано ими. Я чуть утром не спалилась со знанием шкафчиков и сколько сахара он любит в кофе. А что будет дальше… — Анют, я знал, что будет сложно. Ты просто помни, ради чего ты это всё делаешь. — Эд, я помню каждую минуту. Но воспоминания просто рвут мою душу на кусочки. — Тебе нужно взять себя в руки. Я уверен, что у тебя всё получится. — Я постараюсь. — Просто представь, что он всё вспомнил. Вот взял и вспомнил. Не знаю, как, но моё состояние из депрессивного в миг превратилось в другое, осознанное что-ли. Я поняла, что теперь в ответе не только за себя, но и за нас двоих. И от этого улыбка сразу разлетелась по щекам. — Он вспомнит. Вспомнит. Я тебе обещаю. — говорю уверенно. — Вот такой настрой мне нравится больше. — Эд… — Да? — Спасибо тебе за всё. Чувствую, как на том конце провода растёт улыбка, и самой становится на душе тепло. Все таки я в людях не ошибаюсь. Договорив до конца и отложив телефон, как не странно этот разговор подействовал на меня, словно глоток свежего воздуха. В голове тут же посыпались новые идеи. И кажется я знаю, что приготовить не только для восприятия вкуса, но и для восприятия его памяти…