Часть 9. Рыжие косы и вскипающий огонь

Сон, как и обычно, вселял в него ощущение невероятной радости, а по окончании он ощущал себя максимально хорошо, тепло и радостно. Так было и в этот раз. Однако его не покидало чувство, что во время нахождения на лечении его каким-то образом сделали ещё лучше, чем он был до инцидента с пожаром. Он странным образом ощущал себя бодрее, лучше, даже веселее. Странные волны приятных мурашек периодически пробегали по его рукам - по тем самым рукам, которые, казалось бы, не один раз горели. Может, это такой остаточный эффект от подобных травм? Если так, он оказался очень везучим. Или доктора императорского корпуса оказались очень умелыми. И мир как будто выглядел не таким уж серым, а скорее наоборот - он словно заиграл красками жизни. Не зря люди тратят огромные деньги на отпуск. Для Джениуса пребывание в столь элитном подразделении столичной медицины действительно было сродни отпуску уровня весьма зажиточных людей. Он сам никогда бы не потратил столько денег на отпуск, который пройдёт, а деньги уже не вернуть. Он вечно откладывал и копил на какие-нибудь предметы, которые ему не хватало с детства, и считал глупостью тратить деньги на что-то настолько мимолётное. Однако сейчас он ощущал себя настолько хорошо, что будто бы уже начинал менять свои убеждения. На экране его компьютера, который он почти никогда не выключал, замигало сообщение со странички социальной сети. Он любил там проводить время одинокими вечерами, лелея себя надеждой, что кто-то из его знакомых оттуда когда-нибудь заинтересуется им и его жизнью, напишет ему, пригласит в бар на дружескую встречу, до которых Джениус был так голоден. И обычно всё было тихо целыми неделями. Однако в этот раз его ожидало целое письмо. Письмо от девушки. Сердце в груди у парня заколотилось. “Джениус, вы меня помните?” - столь учтиво начиналось длинное письмо от некой рыжеволосой девушки. “Это Мэри, вы сожгли мою перчатку в реанимации” Парень читал каждую строчку неспеша, с упоением, смакуя буквально каждый момент прочтения и каждый приятный импульс от этого прочтения. Отношения с женщинами не были его сильной стороной, потому любое внимание со стороны прекрасного пола ему невероятно льстило, даже если оно не сулило ему ничего глубже беглой дружбы, не говоря уж о романтике. “Как вы себя чувствуете? Давайте увидимся с вами? Например, сегодня вечером. Адрес я вам написала ниже.” Самые приятные строки письма он перечитывал несколько раз, раз за разом согревая себя приятными ощущениями от прочтения. Каждый раз это порождало тепло внутри него, такого голодного до тепла. Только в этот раз тепла было невероятно много. Его переполняло волнение, как будто Мэри уже находятся непосредственно рядом с ним. С таким же волнением он начал воображать вечернюю встречу. Ему трудно было вспомнить, когда в последний раз он проводил время в компании женщины. У него и друзей-то было немного, а уж тем более такая роскошь, как свидания, была для него бесконечно далека. Даже обычное дружеское общение с женщинами было для него такой же роскошью. То один из редких моментов, когда его начинала интересовать его собственная одежда. Он открывал шкафы в поисках самого адекватного образа. Очень много старых футболок, толстовок и лишь пара рубашек. А пиджак и вовсе только один - бежевый. Выбор был невелик, но что делать - он выбрал самые опрятные синие джинсовые штаны, нашёл единственный не потрескавшийся ремень, белую полу-официальную рубашку и приготовил их прямо на не заправленной кровати. Дальше он ринулся к пуфику с обувью и стал искать что-нибудь приличное. И нашёл - пара чёрных остроносых туфель, которые, однако, нужно было почистить. Для этого у него было всё необходимое. В соседнем ящике он достал маленькую коробочку гуталина и мягкую обувную губку. Он открыл баночку с гуталином, чуть обмакнул в него губку и стал натирать свои туфли. За несколько минут они буквально преобразились - в них стало намного больше блеска и элегантности. Довольный своей работой, Джениус отставил туфли в сторону, оставляя гуталин на них высыхать. Ему словно бы снова было 18 лет, и он будто бы волновался перед встречей с девушкой, как в первый раз. Он лихорадочно забежал в душ и принялся намывать себя, причёсывать себя, доводить до идеала настолько, насколько это было возможно с помощью воды из под крана и мыла. Расхаживая по комнате в рубашке, трусах и носках он много раз воображал, что будет говорить Мэри при встрече, при прогулке - в общем при самых разных ситуациях. Он всё любил заранее моделировать в своей голове, и общение с девушками - не исключение. С невероятным волнением он старался просчитать каждый возможный сценарий общения этой девушки с ним. Джениус настолько глубоко погрузился в эти репетиции, что не заметил, как настал вечер, и настала пора выдвигаться. Он аккуратно натянул джинсы, надел отполированные туфли, надел пиджак, подошёл к зеркалу и гордо оглядел себя. Его глаза сверкали интригой и предвкушением. А также волнением, которое он изо всех сил пытался скрыть. Ему даже удалось присесть в грави-гондоле. Правда, кто-то всё же наступил на его сияющие туфли несколько раз. К нервозности добавилась ещё нотка злости и агрессии, но ему было жалко портить свой образ потенциальной потасовкой, поэтому он сдерживался всю дорогу, а как только вышел, тут же принялся протирать свои туфли, присев прямо на улице. Он хотел выглядеть максимально хорошо. -Джениус? -А? Да! Мэри, это вы? - слегка растерянно отвечал парень, завидя силуэт девушки, окликнувшей его. -Ну что вы там стоите? Пойдёмте. Девушка подошла к нему, улыбнулась тёплой улыбкой и повела внутрь какого-то одновременно гротескного и величественного здания с колоннами, величие которых слегка омрачала изредка обваливающаяся краска. -Куда мы идём? -Я здесь работаю. Это театр. Вы извините, я ещё не знаю ваших вкусов, но посмела предположить, что подобное времяпровождение может быть не чуждо служащему городской судебной канцелярии. -Вы знаете…что? - он запнулся на полуслове. -Пойдёмте скорее, это одна из классических постановок, хоть и очень старых. Джениус немного растерялся, поняв, что разговор поддерживать у него пока не получается и решил молча следовать за девушкой. Он с невероятным очарованием смотрел на её сказочно длинные рыжие косы. А ненавязчивый и мягкий запах духов девушки растапливал в нём ещё больше тепла. Её приятный бархатистый голос ласкал его неискушённый слух. Неудивительно, что его речь развалилась на отдельные слова, когда он открыл рот. Это была постановка по какому-то уже давно умершему писателю. Про какие-то две семьи, чьи дети были влюблены друг в друга, но вместе быть они не могли. Удивительно, но при его невероятно сильном волнении от нахождении в компании девушки, он так же уделил внимание и постановке. При всём своём бунтарстве, он не был далёк от просвещения и его ум ликовал от такого культурного досуга. Словно бы он оказался в одном из классических романов, по которым неоднократно строил в своей голове потенциальные отношения со своей несуществующей спутницей. И всё же он не мог отказать себе и не смотреть на сидящую рядом с ним девушку хотя бы краем глаза. Её аккуратное лицо и множество веснушек на белоснежных щеках очаровали парня. Волнение в нём усиливалось, хотя он по-прежнему старался его скрывать. Время пролетело незаметно, ибо редко ему удаётся одновременно и удовлетворить свой просвещённый ум и насытить своё сердце теплом от нахождения в обществе девушки, да ещё и столь красивой. Сидя с ней в буфете, парень испытывал ещё больше трудностей - ему очень трудно было не смотреть на неё, не разглядывать. И всё же он запомнил её зелёные, невероятно умные глаза. Он в жизни ничего такого не видел. -И всё же, как вы себя чувствуете? Вас доставили после такого жуткого пожара, однако вы…бодры и веселы, - с лёгкой улыбкой проговорила девушка своим бархатистым голосом -Я…сам не знаю. Я вообще ничего не знаю ни о том, что тогда случилось, ни о том, что со мной было. Помню только…что было больно, - парень смущённо улыбнулся и опустил взгляд. - Но я удивлён не меньше. Мне казалось, мои руки очень сильно пострадали, будто бы горели! Представляете? -О, ваши руки и правда горели. -Да ладно? - с округлившимися глазами переспросил парень -У вас был сильнейший жар, и в руках он ощущался отчётливее всего. -Да уж…я почти ничего не помню из того, что случилось. Но…я помню вас! Это же вы были там? Почему вы ко мне пришли? -Я там живу неподалёку, и видела, как вы помогали какой-то девушке. Видела, как вы собирались защищать её от тех негодяев. -Ну я…это была работа, - новый смущённый ответ последовал от парня. -Зачем вы скромничаете? Немногие относятся к своему долгу с такой самоотдачей. -Наверное…да и я не мог поступить по-другому. С ней поступили…несправедливо. Далее Джениус живописно рассказывал о судебном процессе, о том, как он старался уговорить судью защитить девушку от своего мужа-душегуба, и как у него был целый план, чтобы защитить её вне зала суда. Он чувствовал себя невероятно воодушевленно. Ещё бы - он рассказывал о правосудии и о своей роли в нём. Он чувствовал себя настоящим рыцарем, сражающимся с драконом. -Это всё невероятно занимательно! Очевидно, вы - человек высокой морали. Не думала, что в нашем государстве такие ещё есть. -Больше, чем вы думаете, хех, - парень попытался явно отвести внимание от себя, хотя оценка девушки ему невероятно льстила. -Не проводите меня? -Да...конечно! Без проблем, - парень просто засиял как звезда в космосе. И неважно, что уже было далеко за полночь, а завтра ему нужно было снова выходить на работу, и он явно уже не выспится. Плевать. Ведь у него был шанс провести с этой девушкой ещё несколько минут. Он изо всех сил пытался за ней ухаживать - помогал ей встать из-за стола, подавал её серое пальто, которое она надела поверх её голубой шерстяной толстовки и синих джинс. Её одежда была самой обычно, однако её голос и её глаза выделялись на этом фоне. Такими роскошными он их считал, что в своей голове представлял её девушкой с весьма изысканным вкусом, у которой наверняка найдётся не одно умопомрачительное вечернее платье или несколько стильных деловых костюмов. Грави-гондола, как всегда, не отличалась комфортом, однако это было неважно. Весь путь до её дома он не отрывал от неё глаз, разглядывал черты её аккуратного лица, засматривался на узоры её волос и пытался лишний раз заглянуть в глаза, которые так манили его. Они чуть прошли пешком от остановки до её дома. И действительно - она проживала на той самой улице, где и произошёл этот мистический пожар. Он на несколько секунд остановился и уставился на следы пожара на бетоне. Картинка словно ожила в его голове. -Всё в порядке? - обратилась к нему Мэри, глядя на него и держа его под руку. -А? Да…воспоминания нахлынули. -Это ведь было прямо здесь. Неудивительно. Хотите зайти на чай? На улице холодно, чуть согреетесь, вам же ещё предстоит путь домой. -Что вы, Мэри…я бы с удовольствием…но я не…- парень безнадёжно растерялся, явно не ожидая такого хода конём от столь очаровательной девушки. -Как хотите, Джениус. Благодарю вас, что проводили меня, вы настоящий джентльмен. Девушка повернулась к нему и легонько улыбнулась. -Я рада, что с вами всё хорошо, - продолжила она. - Буду рада однажды увидеться с вами снова. -Что вы, это вам спасибо! Вы слишком добры ко мне. Спокойной ночи! Мэри ничего не ответила, а лишь молча открыла дверь, зашла внутрь и зажгла свет внутри. Парень развернулся и, предаваясь приятным ощущениям побрёл в обратном направлении. В такое время ожидать проходящую мимо грави-гондолу пришлось бы довольно долго, да ещё и прохладно по ночам. Однако его согревали мысли о столь приятно проведённом вечере. Тёплый взгляд девушки был у него перед глазами, а её нежный бархатистый голос звучал у него в голове. Он шёл и улыбался как влюблённый мальчишка. Проходя по той же улице в обратном направлении, он снова остановился и снова запустил в себе череду воспоминаний. То была невероятно тёмная ночь, свет пары фонарей, и те негодяи, что избивали его. Затем он лежит на земле и защищается руками. Затем взрыв, огонь. Картинки проносились перед его глазами невероятно быстро. По его лбу побежал пот. Ему стало жарко, он быстро снял свой пиджак, расстегнул пару пуговиц на рубашке, но холоднее ему не становилось. Пот бежал его его лицу, он тщетно пытался его вытереть руками, но руки были ещё горячее лба - капли пота словно испарялись на них! -Что за ерунда? Неужели простыл? О, блин… Парня одолела досада от осознания, что его невероятное здоровье после лечения куда-то улетучилось, и он снова стал периодически болеющим заурядным парнем. Тем временем, он продолжал заворожённо смотреть на парковку - картинки произошедшего проносились перед ним снова и снова с невероятной скоростью. -Да почему мне так жаааркоооо! - буквально прорычал он. В его голосе была уже не только досада, но и злость. Он терпеть не мог чувствовать себя дискомфортно вне дома, где он мог всегда привести себя в порядок - охладиться, согреться, напоить или накормить себя. От злости от отчаянно дёргал разгорячёнными руками, особенно правой, как вдруг она раскалилась и цветом стала похожа на расплавленный металл. Из неё последовала яркая линия, обрамлённая языками пламени, прожигающая бетон и траву. Горячая рука прожгла метра вперёд три прежде, чем огонь прекратился. Джениус поверхностно и взволнованно дышал через рот, смотрел выпученными глазами на дело рук своих. Точнее руки. Картинки перед его глазами стали проноситься ещё быстрее, лоб его окончательно вскипел, и парень свалился на землю без чувств.