15. Хозяйка

Антон не соврал - стоило глотнуть поднесённого им утром отвара и похмелье сняло как рукой. Остался только лёгкий недосып, тяжелящий голову - сегодня все спали беспокойно и недолго. Саня подорвался с постели первым и сразу пошёл узнавать, готов ли контракт. Затем долго вчитывался в чернильные строки на желтоватом пергаменте - архаичные привычки клановцев давали о себе знать. К счастью, менять пришлось всего пару пунктов. Из одного, где речь шла об оставлении Сани и агентства в покое, вычеркнули приписку «имеет силу до наступления смерти вышеозначенных лиц», заменив на «до, во время и после прекращения физического существования» - испытывать на себе чудеса некромантии не хотелось, а Карина вообще была мертва уже много лет. В часть об «оказании услуг по превращению гражданки Жанны Андреевны Карташовой в вампира» добавилось несколько фраз, исключающих возможность взятия Жанны под магический контроль и немаленькая сумма в рублях - на случай, если обращение всё-таки окажется невозможным. Договор, как и положено, скрепили кровью - всех членов агентства, кроме Карины, и трёх патриархов, символизирующих собой клан. Подписание проходило в кабинете Виктора. Обшитые чёрным деревом стены, бархатная мебель, подёрнутые патиной бронзовые статуэтки, перемежающиеся фигурками из слоновой кости и прочим антиквариатом - всё это словно сужало комнату, сдавливая гостей и превращая и без того неширокое пространство в гроб. Пока они по очереди проливали кровь на бумагу, Дима во все глаза следил за старейшим патриархом - кажется, Тоха упоминал, что того зовут Милош. Однако сегодня дед ничем себя не выдавал - лишь бурчал что-то под нос, пока кровь из разрезанного пальца отбивала дробь по бумаге. Впрочем, теперь Дима был точно уверен, что он не так прост - оставалось лишь выяснить его истинные намерения. Но всё это происходило днём - а сейчас, пока на город спускались сумерки, Дима сидел на скамье и пялился в мутную бутылочку оборотного зелья. — А точно не отравлено? - задал он вопрос в воздух в третий раз. — Я тебе масс-спектрометр? - буркнул над ухом Саня. — Как смогли уже проверили. Могу своё придержать пока, чтобы тебя вытащить, если что. — Правильный подход. Ян всегда говорит о важности трипситтеров, - осклабился Тоха. — Давай, Димас, пей. Если что - Родина тебя не забудет. — Тебе легко говорить. Вряд ли твой батя решит травить наследника, - Дима наклонил флакон с жидкостью, меняющей цвета даже при малейшем движении. Сейчас оно стало розоватым, хотя только что было тёмно-синим. — И вообще, всегда надо знать, с каким веществом имеешь дело. Это первое правило трансмутации! — Другого выхода всё равно нет, - пожала плечами Жанна. — Это нам с Кариной повезло женщинами родиться. А контракт уже заключён. — И то верно. Ладно, - Дима собрался с силами и откупорил пробку на пузырьке, швырнув её в мусорку. — Раз, два, три! - зажмурившись, он осушил флакон одним глотком. Секунду ничего не происходило, а затем он почувствовал циркулирующее по телу тепло. Кажется, пока изменений не было - интересно, сколько… — Ааа! Женщина! - с притворным испугом в голосе воскликнул Тоха. — Ой, Дима! - Карина всплеснула руками и восторженно округлила глаза. — Нифига ты теперь красотка! — На, держи, - в ответ на его немой вопрос Жанна порылась в сумке и протянула карманное зеркальце. Дима поднёс его к лицу, и на него взглянула вполне миловидная блондинка. Пшеничные, слабо вьющиеся волосы спадали на плечи, обрамляя лицо - слегка широковатое, зато с милыми ямочками на щеках. Двухдневная щетина исчезла, будто её и не было. Всё ещё не до конца веря в происходящее, Дима ощупал свободной рукой лицо, а затем осторожно положил ладонь на грудь. «Ого. Похоже, трансформация успешна…» — Подожди, дай тоже попробую! - заржал Тоха, протягивая руку. — Дружеская помощь для лучшей конспирации! — Своё давай пей, придурок - а вот необычно высокий голос казался чужеродным и едва напоминал собственный. — Хотя ты, если к Паучихам спиной стоять будешь, и без зелья за девушку сойдёшь. — Пффф! - Тоха фыркнул и показал язык. — Сам знаешь, наша внешка под глаза смотрящего подстраивается. Чтоб выглядеть располагающе для всех. Может, поэтому ты меня так видишь? — Саня тоже вампир, но женственней Оли не выглядит, - отбрил Дима. — Блин, а сколько эффект держится? Мы там обратно в парней не превратимся на глазах изумлённой публики? — Полсуток, вроде, - отозвалась Жанна, вооружаясь палеткой. — Так, Дима, поворачивайся. Если у вас макияжа не будет - точно раскроют, без него на торжественные приёмы не являются. — А я ассистирую! - вставила Карина, с готовностью зависая у Жанны за плечом. — Что делать надо? — Хайлайтер, сестра - потребовала Жанна, и Карина тут же вложила коробочку ей в ладонь. — Начинаем наш модный приговор! — Погодите! - Дима тряхнул головой. — Дайте сперва на остальных глянуть, мне же интересно! Аудиенция всё равно только через два часа, ещё три раза мне новое лицо нарисовать успеете. Саня, Тоха - пейте давайте! Видите же, я не сдох! — Александр, есть предложение. Давайте на брудершафт, - Тоха снова заулыбался, блестя стёклами очков в темноте. — Раз уж судьба нас друг другу в соратники назначила. Ну и просто, - он на секунду посерьезнел, - в знак того, что мы не в контрах, хоть я и клановец. — А давай, - кивнул Саня. — Предложение принимается. Только без поцелуев! — Как скажешь, - кивнул Тоха. Вампиры переплели руки и практически одновременно осушили свои флаконы. На миг их силуэты размылись, задрожали и смазались - будто акварель, на которую капнули водой. Однако через мгновение всё встало на свои места. Дима кинул Сане зеркальце, и тот пристально вгляделся в свой новый облик. Волосы вампира удлинились лишь капельку - получилось некое подобие стрижки пикси. Зато губы стали полнее и выразительнее, а черты худого острого лица слегка сгладились. Впрочем, получившаяся девушка всё ещё была скуластой и с выдающимся подбородком. А вот с фигурой Диме, кажется, повезло больше: талия Сани стала женственней, а плечи - уже, но остальные изменения практически полностью скрывала кожаная куртка. — О, ты томбойка не хуже Руневич! - прокомментировал Тоха. — Шевелюра короткая, ещё и доска. Хотяяя… Ну, шесть из десяти. Блин, а прикольный у меня голос! — Как же так, - сочась сарказмом, всплеснул руками Саня. – Специально же превращался, чтоб тебе больше нравилось! А хотя подождите! - в его новом голосе прорезалась стервозная нотка. — Впредь воздержись от комментариев, короче. — Да ладно! - заулыбалась Карина. — Не слушай его! Ты теперь как будто из наших, ну, нефоров там! Только всяких побрякушек не хватает, зато кожанка на месте. — И вообще, очень красивый… красивая! - Жанна зарделась, что особенно ярко выделялось на человеческом лице. — А тебе легко говорить, Антон! По-моему, кое-кто сейчас лучше меня выглядит! — Не соглашусь, - тут же отозвался Саня. — Но изменения очевидны, это да. — Смещённый центр тяжести не перевешивает? - усмехнулся Дима, глядя на однокурсника. Лицо Тохи практически не изменилось, - словно и не пил ничего, - но вот тело… Глаза аниме-девочки на его толстовке, расположенные ровно на уровне груди, растянуло ещё раза в два, а длиннющие ноги от ушей были заметны даже под джинсами. «Тоня» определённо была самой симпатичной из новоявленных дам. Что ж, подлецу всё к лицу - хоть женское тело, хоть мужское… — О чём… ОГО! Нифига! - направив на себя фронталку, Тоха сбился на середине предложения. — Ща, надо Яну скинуть, чтобы охренел! - вампир принялся щёлкать затвором, крутясь туда-сюда и нажимая на кнопку. — И Оле! Смотрите, ща, ща! Сап, двач, я тян, пруфы будут! Ара-ара! - кривлялся вампир, записывая кружок и взмахивая руками, как сумасшедший. — Сенпай, бака! Ямете кудасай! — Тяжёлый случай, - со вздохом произнёс Саня, вставая со скамьи, чтобы подсесть ближе к Жанне и Карине. — Ладно. Девочки, красьте нас и пойдём уже. Чем быстрее это кончится, тем лучше. — А ты к каким девочкам обращаешься? - Жанна недоумённо завертела головой под хихиканье призрака. — К нам или к своим новым подругам? — От моих новых подруг, увы, толку ноль. Одна, вон, глаз на лбу намалевала, - кивнул он на прихорашивающегося Диму, - а другая… Щас так увлечётся, что вообще про миссию забудет. Помогать-то будете или нет?

***

Здание Паучих находилось прямо в центре города - офисная высотка, втиснутая среди таких же стеклянно-бетонных драконьих зубов. С маскировкой хозяйки постарались на славу: вокруг даже сновали «бизнесмены», якобы спешащие по делам. Правда, отправлялись они недалеко: если проследить за иллюзией, та обычно заворачивала в тупик или закоулок и просто растворялась в воздухе. А вот периодически выходящие наружу женщины в строгих костюмах таким не страдали - они были вполне телесными, прятали уши за причёсками и почему-то никогда не улыбались в полную силу. — Вижу цель, - Жанна вздрогнула, когда в голове послышался голос Сани. Невидимая Карина отправилась прочёсывать здание, чтобы выяснить, где находится искомый документ. А вот парни, - точнее, теперь уже девушки, - сидели в близлежащей кафешке и ждали, пока Жанна проложит дорогу. Маскировка им требовалась для второй части плана: заявляться к вампиршам сразу всей компанией было бы глупо. Но и превратиться заранее оказалось хорошей идеей: похоже, Паучихи незаметно владели всем районом. Даже когда они вошли в кафе, Жанна мельком заметила, как улыбчивая бариста убирает под стойку пакет с чем-то алым. Но пора было сосредоточиться на цели. Девушка с мелированными прямыми волосами и в очках куталась в шерстяной плащ на ступенях у высотки, выдыхая дым тонкой сигареты. — Простите, - Жанна тронула её за плечо. Вампирша смерила её недоумённым взглядом. Глаза зелёные - видно, линзы нацепила. Тут же наклонившись к самому уху новой знакомой, Жанна шепнула ей заранее известный пароль. — Отвергнут всеми навсегда, я стал души своей вампиром - всегда смеясь над целым миром, не улыбаясь никогда! — Поняла, - лицо Паучихи просветлело после секундного замешательства, и она улыбнулась так, чтобы лишь на секунду обнажить клыки. Забавно: когда-то томик с этими стихами, тайком от отца протащенный в дом мадам Ришар, был любимой книгой Жанны, а теперь знакомые строчки казались пошлым позёрством. — Добро пожаловать в нашу шёлковую колыбель. Меня зовут Катарина. Как твоё имя? — Анна, - она представилась чужим именем и подала протянутую руку. Докурив, Катарина отправила окурок в месиво под ногами и поманила её к дверям. Жанна успела заметить табличку с вывеской «фирмы» у входа в здание - эмблема с чёрным пауком, ждущим добычу на переливающейся серебристой паутине. — Я сбежала из дома, потому что отец пьёт. Мне некуда больше идти, а вы привечаете девушек, которым нужна защита, - она изобразила дрожащий голос. - И я готова стать вампиром, правда! Все части «Сумерек» видела! — Конечно, мы поможем, - похоже, провожатая купилась на легенду, приняв её за наивного подростка. — Проходи. Я наведу кое-какие справки, а потом ты пойдёшь к нашей покровительнице. Мы зовём её Старшей Сестрой. Внутри здание выглядело совершенно иначе, чем снаружи. Огромные окна высотки явно были зачарованы, и, казалось, не пропускали внутрь даже толики света. Жанна почуяла несколько магических ловушек, пропускающих посторонних внутрь только вместе с кем-то из клана. Придётся деактивировать, чтобы впустить парней. Кое-где попадались редкие магические огни, но для существа, не обладающего ночным зрением, здесь царила полная тьма. Она обволакивала и успокаивала, как прикосновение родной матери. Никакой цыганской роскоши тут тоже не было - казалось, она очутилась в самом обычном доме с аккуратным евроремонтом, только очень большом. Одна из дверей открылась, и наружу выглянула девочка лет двенадцати, волоча за собой плюшевую собаку. Увидев Жанну, она округлила глаза и, подпрыгивая от восторга, закричала куда-то вглубь комнаты: — Новенькая, новенькая! Новенькую привели! — Амелия, успокойся, - за её спиной возникла другая вампирша лет восемнадцати на вид. Прикид её был готическим - тёмный топик в сеточку, густо подведённые глаза и анкх на шее. — Добро пожаловать, сестра. Выглядишь супер! - та подмигнула, и Жанна слегка смутилась от комплимента. — Извини мелкую, очень уж болтать любит. Увидимся на инициации! — До встречи, - бросила Жанна, следуя за целеустремлённой Катариной впереди. Пока что Паучихи были совсем непохожи на Ланиев. Не шелестели вычурные платья, по полу не стучали каблуки - вампирши ходили в удобной одежде. А ещё пили кофе в общих комнатах, заплетали друг другу косы и красили глаза, читали… Проходя мимо одного из общих пространств, Жанна заметила двух спорящих женщин. Притормозив, она прислушалась к разговору. — Стих именно об этом! - напирала стройная, как тростинка, девушка в серебристом платье и с хвостом длинных светлых волос. — Очевидно же, что… — Милочка, - вздыхала в ответ вторая, с седым пучком, чуть тронутым морщинами лицом и строгим взглядом. — Поймите, этого не может быть, потому что Ахматова говорила мне лично… Жанна решила не подслушивать и засеменила вперёд, пытаясь сосредоточиться на задании. Получалось плохо - мысли всё время соскальзывали на Паучих. Они больше напоминали общежитие или даже огромную семью, чем нафталиновую диктатуру Ланиев. Просто место, где женщины могут получить силу и быть свободными от рамок. Разве это так уж плохо? В конце концов, раньше это было и её мечтой. — А здесь здорово, - шепнула она Катарине, усыпляя бдительность. — Вы принимаете всех девушек, да? — Почти. Жди здесь, ладно? - та нырнула за тяжёлую резную дверь, не дожидаясь ответа. Жанна осталась снаружи, разглядывая резные узоры. К глодающему внутренности страху за друзей добавилось новое мерзкое чувство - ощущение смутной неправильности происходящего. Решительно тряхнув каре, она отогнала мысли прочь - не зря же Саня говорил, что все клановые вампиры одинаковы! А этих она ещё и знала от силы минут десять. — Старшая Сестра примет тебя, - Катарина выскользнула из кабинета змеёй и распахнула дверь, точно услужливый метрдотель. — Удачи, милашка. Надеюсь, ты ей понравишься. Сглотнув, Жанна шагнула в приятный полумрак комнаты, присматриваясь к убранству и нащупывая охранную магию. Не тронный зал, а скорее кабинет какого-нибудь начальника средней руки: длинный стол, диван и журнальный столик в углу, полки с документами по левую руку… Выбивался из образа разве что стеллаж, заставленный дорогим алкоголем. В придвинутом к столу кресле Жанна различила женский силуэт. Точнее, фигурой Сестра больше напоминала жилистого, худого мужчину. Впечатление усиливал деловой костюм и брюки. Впрочем, тонкие полоски золотых серёг и длинные, пепельные волосы до пола выбивались из образа. Сложив руки перед собой, она смерила Жанну оценивающим взглядом и поднялась из кресла. Та осторожно сделала шаг ближе и только теперь заметила, что правый глаз вампирши был слепым - с подёрнутым белой катарактой зрачком и серебристой радужкой вместо нормальной алой. — Добро пожаловать, Анна, - вампирша поднялась из кресла и протянула Жанне руку, растягивая слова. — Что привело тебя искать утешения под покровом тьмы? Однако ответить Жанна не могла - застыла, парализованная страхом. Она сразу заметила ряды шрамов на щеках Сестры, но только теперь разглядела их истинный масштаб. У вампирши практически не было щёк - казалось, нижняя челюсть висит на тонких полосках кожи и вот-вот грохнется на пол. В тёмных провалах виднелись дёсны, острые зубы и алые мышцы - и это зрелище казалось до жути неправильным. «Что у неё с регенерацией?! Разве вампир, сосущий людей, не должен за секунду восстанавливаться?» — З-здравствуйте, - промямлила она, пожав руку, когда Сестра явно начала терять терпение. — Простите, я… — Засмотрелась на мои украшения? - усмехнулась та, указывая на кресло у стола. — Не ты первая, так что не волнуйся. Если интересно - уже почти не болит. — Кто… это сделал? - выдохнула Жанна, проваливаясь в мягкую обивку. — И зачем? — Люди, - вампирша изобразила горестную улыбку и Жанне поплохело окончательно. — А точнее, мужчины. Пятнадцатый век, охота на ведьм… И всех сопутствующих. Сначала меня поймали крестьяне. Выбили глаза осиновым колом, обмазанным чесноком и солью. Один я восстановила, но во втором он торчал слишком долго. Хотели сжечь на месте, но приехали настоящие инквизиторы. И вот тогда… - она провела пальцем по кожаным лоскутьям, точно по струнам. — Слышала когда-нибудь про железную грушу? Висит груша - нельзя скушать. — Читала, - Жанну передёрнуло. Сердце наполнилось уже не страхом, а жалостью и ненавистью к тем, кто мог сотворить такое с её родственницей. — В к-книжке. — Я убила их всех, - задумчиво произнесла Сестра, подтягивая к себе бутылку виски. — Пообещала одному вечную жизнь остатками окровавленной пасти, и он снял серебряные оковы. Но до конца не восстановилась. Твари использовали яды, блокирующие регенерацию. Впрочем, если бы шрамы затянулись, я бы снова прорезала их сама. — Зачем? Ой, то есть… Простите, если лезу не в своё дело, но… — О нет, дорогуша. Тебе надо это знать, если хочешь остаться с нами, - Сестра плеснула виски в стаканы и предложила один Жанне. Та решила забить на Санины протоколы и выпила залпом - сейчас ей это определённо требовалось. Паучиха же напряглась, как отрыгивающая шерсть кошка и выпростала из глубин горла склизкий белёсый хоботок. Окунув его в стакан и сделав пару глотков, она втянула отросток назад и продолжила вещать. — Всё дело в памяти. Ты уже видела нашу семью, верно? — Да, - Жанна горячо закивала. — Если честно, тут очень мило. Мне понравилось. — Почти каждая здесь стала жертвой общества, созданного мужчинами, - произнесла Сестра, как бы говоря сама с собой. — Неудивительно - мы привыкли к унижениям с самого начала времён. Лилит ушла от Адама, не согласившись стать верной тенью - и церковники окрестили её матерью демонов. Ева вкусила плод познания, позволивший людям не быть слепыми животными - и стала виновной в страданиях всех вокруг. Умеешь читать и врачевать скотину? Ведьма. Посмела сама решить, с кем тебе спать? Потаскуха. Бросила пьющего отца, который избивал тебя в детстве? Неблагодарная тварь. — Или выскочка, - тихо произнесла Жанна. — Если хочешь стать чем-то большим, чем то, какой тебя хотят видеть. — Ты понимаешь, - Сестра откинулась в кресле, удовлетворённо кивая. — Впрочем, другие сюда и не приходят. В этом и состоит различие между нами и другими кланами, - она скривилась, будто увидела на столе клопа. — Для них вампиризм - дополнение к власти, которую они узурпировали, способность причинять ещё больше страданий. Для нас же - средство защиты. Гарантия, что тебя не оставят истекать кровью в переулке, предварительно оприходовав. Даже наоборот - каждый, кто попробует, окажется на этом месте сам. Именно поэтому мы должны уничтожать мужчин. Планомерно и безжалостно, пока не останемся одни на этом свете. — Уничтожать? - Жанне показалось, что она ослышалась. До этого момента она лишь кивала, вспоминая прошлую жизнь. Косые змеиные взгляды, когда она, не сдержавшись, слишком громко смеялась на приёме. Сальные ухмылки молодых дворян, шерудивших руками по её корсету во время танца в попытках незаметно облапать. В голове всхрюкивал над очередной шуткой про ненужное девицам образование отец; вздыхала мать, бледной тенью склонившаяся над вышивкой; эхом отражались от стен душной комнаты повторения идиотских правил этикета, оставшихся неизменными чуть ли не со времён “Домостроя”. Но было и другое - правда, уже в этой, новой жизни. Вот они с Димой, поглощённые азартом, соревнуются в стрельбе по банкам из пневмата Горгоны, и друг радостно даёт Жанне пять, когда та разбивает последнюю. Вот Саня несёт её, вырубившуюся за книгой, на диван и накрывает одеялом, а утром они вместе учат новый ритуал, и он нежно ведёт её рукой по страницам. Арсений из четы некромантов, подарившей агентству здание, с гордостью рассказывает про ум жены, Ян сажает на плечи весёлую Олю во время тусовки в МаГУ… А вот Антон - несмотря на свои… особенности, договорившийся с отцом и полезший в логово врага ради помощи едва знакомой вампирше. И что - уничтожить их за причинённые другими обиды? — Конечно! - горячо подтвердила вампирша, словно в ответ на её мысли. — Если у тебя на кухне завелись тараканы, ты же не будешь разбираться, какой из них портил продукты, а какой ел из мусорного ведра? Тем более что все замарали дом своими грязными лапами. Я понимаю, такая риторика непривычна, но у нас ещё будет время это обсудить. А пока расскажи мне свою историю, девочка. Что-то же привело тебя сюда, верно? — Конечно, Сестра, - подавив бушующее возмущение, Жанна постаралась не выдавать прикрытия. На секунду она усомнилась в себе, но теперь чаша весов качнулась обратно - даже несмотря на сочувствие к Паучихам. — Не переживайте. Я всё расскажу.

***

— Баю-баю, зыбаю, Ванька шёл за рыбою, Только, мамке на беду, Потонул он на пруду. Баю-бай, баю-бай, Спи, Ванюша, засыпай - Мы пока повоем, А потом зароем… Перейдём Калинов мост Снесём тебя на погост… — Стоп! - скомандовала мадам Ришар, когда полёвка в руках Жанны безвольно обмякла. Только биение маленького сердца выдавало, что в грызуне ещё теплилась жизнь. — Дальше не надо, а то убьёшь. Незачем губить попусту. Даже une petite souris. Но теперь ты поняла, какая это сила? — Не верится, что деревенские взаправду дитяткам поют, - поёжилась Жанна, осторожно опуская спящую мышку в траву. — Понимаю, для чего, но… — Лучше быстрая смерть во сне, чем медленная от голода. Да и не во всяких устах песня имеет силу. В древности их вообще знали только les sorciers, а уж потом в народ ушло. Но даже в словах обычных людей часто скрыта великая мощь. А в наших - тем более. — Мадам Ришар, а почему вы меня этой премудрости сейчас обучаете? - Жанна подняла глаза на загорелую, кудрявую француженку в скромном платье гувернантки. Та казалась невероятно свободной и гордой - неужели и Жанна сможет стать такой же? — Вроде, мы к l'étude des sorts de protection должны были только через месяц перейти. Ришар резко замолчала и поджала полные губы, отводя взгляд. Они сидели на берегу реки под раскидистой ивой. Рядом лениво текла река - порой в её журчание вклинивался звонкий смех фараонок и водяных, катающихся на мельничном колесе за излучиной. Воздух полнился медовым ароматом цветов и трав, над перекатом танцевали синие стрекозы-красотки, мерно работали косами деревенские парни на соседнем берегу… Но теперь в этой безмятежной идиллии чувствовалось что-то тревожное - словно из-за далёкого леса на них наползала гроза. — Возможно, скоро меня здесь не будет, - вздохнула Ришар, прервав молчание. — И… - эта часть явно далась ей труднее, - никого из твоей семьи. Ces choses ne sont pas liées les unes aux autres - вроде как меня просто уволят, а что будет потом со страной, я не знаю. Дар предвидения никогда не был моей сильной стороной. Но грядёт что-то страшное. Поэтому я хочу научить тебя всему, пока я здесь. — Я слышала нечто подобное, - среди пышущего жаром дня Жанна вдруг почувствовала холод. — Взрослые шепчутся об этом в кулуарах, но сами не понимают, о чём говорят. Но этого же может и не случиться, oui? — Oui, - кивнула Ришар. — Однако защита не помешает. Я видела, как на тебя смотрели парни на балу. Если что - сможешь без насилия ускользнуть из ситуации, что будет тебе не по нраву. — Это точно, - Жанна вздрогнула и прижалась к гувернантке, упав в её тёплые объятия. Смешливые серые глаза Ришар скользнули по ней, а рука успокаивающе потрепала по голове. Жанна всем сердцем надеялась, что та ошибается - как не хотелось расставаться с мудрой наставницей и единственной подругой! — Как представлю, что мне с одним из них обручаться придётся - оторопь берёт. — Именно об этом - сегодняшний урок, - Ришар тряхнула смоляными кудрями. Наконец проснувшаяся мышка огляделась и юркнула в траву. — Конечно, я не предлагаю петь ухажёрам колыбельные. Достаточно будет просто завести с ними беседу. Всё дело в словах, интонациях, подборе фраз. Это работает медленнее, чем простые заклинания, но тебе и не понадобится быть быстрой. Прислушайся к себе. Что ты чувствуешь? — В сон клонит, - неожиданно для самой себя осознала Жанна. — Но я думала, на солнце разморило… Incroyable! Как..?! — Сейчас разберём в подробностях. Я начала плести заклятие со слова «смерть»...

***

— Надеюсь, вам понравилась история, Сестра, - закончив рассказывать, Жанна взглянула на лежащую без движения вампиршу, распластанную на столе. — Простите, но вы искали врага не там. Впрочем, неважно, - она постаралась успокоить бурлящие внутри эмоции, пока накладывала на комнату полог тишины, чтобы никто не услышал её снаружи. Закончив, Жанна поднесла к уху телефон: — Приём. Парни, вы тут? Ага. Выдвигайтесь. Да, спит, - Жанна снова покосилась на главу Паучих. — Не волнуйтесь, надолго. Встречаемся у чёрного хода. Нет, Карину ещё не видела. И да, - она на секунду замялась, - пожалуйста, не убивайте никого, даже если вас атакуют. Я не уверена, что они это заслужили.