Глава 3

Таунс зашел вместе с Бет в ее номер. Комната была пропитана запахом ее духов, на кресле располагались ее наряды, на столе стояла доска, на которой была разложена партия с Лихачевым. - Проходи, ты голоден? могу заказать в номер. - Нет, не особо. Ты будешь что-то заказывать? - Нет, честно, сейчас у меня одно желание - сесть на диван и расслабиться. - Может мне не стоило ехать с тобой? Встретились бы завтра, утром перед игрой или после. - Нет, все хорошо, твоя компания мне сейчас намного приятнее, чем одиночество в обнимку с книгой шахматных дебютов или размышлениями о партии с Борговым. - Почему вы не закончили? - Он просто остановил игру и быстро ушел из зала. Я сама не понимаю,что произошло, он просто сделал ход и остановил игру. - Но ты можешь это сделать своим плюсом. - Да, но Боргов тоже не так прост, он сейчас сидит и отыгрывает партию, поэтому шансов у меня немного. Честно, не хочу прямо сейчас об этом говорить, я устала. - Да, хорошо. - Как ты получил визу так быстро? - Редакция помогла. И я теперь ответственный редактор, ну и советское посольство. - Правда? - Да, думали, что я смогу тебя отвлечь. - Если бы они знали… - Бет опустила глаза в пол, вспоминая о ситуации в Лос-Анджеле, о ее подозрениях. Она вновь прокрутила у себя в голове главную причину, по которой они не могут быть вместе. - Ты сердишься на меня, - Таунс считывал ее эмоции, как будто обладал навыками телепатии, хотя на самом деле сам хотел начать этот разговор и очень давно, еще тогда, два года назад, но она села в такси и уехала, - прости. Надо было открыться тебе… - Неет. Ты прости… что не слушала. - Признаться, я тогда... немного запутался. Ты феноменальная. Но мне просто хотелось оставаться друзьями. И ты разбила мне сердце... - Да уж.. это я умею… - Бет вновь опустила глаза в пол, потому что не знала, что сказать Таунсу. Вот еще, за что она любила шахматы, там ты полагаешься только на себя, на свой ум, а в отношениях с людьми все зависит не только от тебя. Хармон привыкла прятать под своей броней великой шахматистки чувства и эмоции, потому что это могло помешать игре, но сама для себя, да, глубоко в душе, но понимала, что это еще и связано с тяжелым детством, потерей близких для нее людей и множеством травм пережитых, но сейчас, когда она находилась хоть и в напряженной, но комфортной обстановке рядом с дорогим для нее человеком. Броня начала спадать еще когда она услышала его голос во дворце, но сейчас она была почти полностью повержена. Бет решила сделать то, о чем мечтала долгими месяцами, она берет Таунса за руку. - Ты меня простишь? - Конечно. - Таунс почувствовал тепло ее ладони на своей, он решил обхватить ее и поцеловать мягкую руку. Таунс ощущал себя немного неловко после сделанного, потому что повисло недолгое неловкое молчание, поэтому решил вернуться к проблеме, которая сейчас намного сильнее давила на Бет, чем их отношения - игра с Борговым. - Считай, я твой ассистент. Что нам нужно сделать, чтобы разбить Боргова? - Ну, - Бет вздохнула, потому что понимала неизбежность ситуации и слов, которые ей придется дальше сказать, но ведь он сам спросил, поэтому остается только правда, - мне... нужны мои… таблетки, бухло, затуманенный мозг, чтобы выиграть. Я не увижу доску без этого. - Думаешь, ты здесь из-за них? - Это то… к чему я привыкла. - Да, но ты и без них прекрасно справлялась, разве нет? - Да, я выбросила таблетки… и тут же спросила портье где их взять… мне они правда нужны… мне так кажется... Таунс понимал, что скорее всего сейчас Бет правит страх, а не здравый смысл, он слушал почти все ее партии, он почти в живую видел ее партию с Борговым, она реально не допустила ни одной ошибки. Сейчас он посчитал, что единственное, чем может помочь Хармон, просто обнять ее, помочь ей успокоиться. Таунс обхватил ее за тонкие плечи и размести ее себе на грудь. - Хармон, ты лучший игрок, которого я когда-либо видел. Ты разбила меня в клочья на своем первом турнире, тебе тогда сколько лет-то было. - Я же тебе сказала - 36. - он посмеялся. - Даже если и так, ты на первом же турнире разгромила лучшего игрока университета, но даже на этом не остановилась. Ты унизила Гарри Белтика. - Он опоздал на игру, а я там совершила ошибку, которая могла стоить мне победы. - Да? И какую же? - Рокировка. Она могла привести к проигрышу. - Но заметь, он не обратил на это внимания, ты разнесла его по всем фронтам. - Но был бы на его месте тот же Бенни, я бы проиграла, как тогда в Лос-Анджелесе. - А потом выиграла, его на чемпионате США. - Даже если и так, Бенни не Боргов, Бенни гениальный игрок, но Боргову он уступает. У меня шансов почти не остается. - На данный момент, ты не совершила ни одной ошибки. - Как и он. - Да, но только он решил остановить игру, а зная русских, они всегда работают в команде, сейчас он сидит и обсуждает вашу партию с другими советскими шахматистами, а значит он в панике, не знает, что делать дальше. Бет, у тебя сейчас есть все шансы его обыграть, понимаешь? - Таунс замолчал, ожидая ответа от Бет, но получил только посапывания. Он нежно провел рукой по ее плечу и поцеловал в макушку, так он сидел с ней еще минут 30. Затем Таунс аккуратно встал, поднял тело Бет, которое было невесомым, как снежинка, и положил ее на кровать, накрыл одеялом, а сам отправился в лобби. - Простите, можно воспользоваться телефоном? - Да, но вообще в номерах есть телефоны. - Я знаю, но моя девушка уснула, я не хотел ей мешать, - Таунс, конечно, наврал портье, но ему было приятно называть Хармон своей девушкой, хотя это было не так. Возьмите. У вас зарубежный звонок? - Да, в Нью-Йорк. - Первые три минуты - бесплатно, за каждую следующую по 50 центов. Хорошо, спасибо. Таунс набрал номер. - Алло, Бенни? Это Таунс. - Алло, да, привет. - Вы уже в курсе новостей? - Да, узнали 20 минут назад. Как Бет? - Спит. - Она пила что-нибудь? Алкоголь? Таблетки? Все вместе? - Нет, она их слила в унитаз. Но, если быть честным, она задумывалась о покупке новых и алкоголе. - Таунс, не допусти этого. - Я знаю, но она переживает, говорит, что это единственный шанс на победу. - Был бы, если бы сейчас ко мне не ехал Белтик, Мэтт и Майк и еще утром Левертов приедет. Таунс, один вопрос, нам нужно расположение фигур на доске, ты сможешь Бет разбудить и узнать. - Нет, пусть спит. Утром выйдет свежий The Times, я разговаривал с их журналистом, он сказал, что опубликует доску с фигурами, поэтому утром бегите в магазин за журналом. - Принято. Ты у нее сегодня? - Да. - Таунс, если она не выспится, то завтра даже с нашими усилиями проиграет. - Бенни, я знаю. - Тогда хорошего вечера, хотя у вас там уже поздняя ночь, поэтому спокойной ночи. - Пока, Бенни. *** *14:00 Таунс проснулся больше двух часов назад, он сходил на завтрак, позвонил Бенни, который уже несколько часов вместе с Гарри, Мэттом, Майком и Артуром изучали партию Бет против Боргова. Он раздвинул шторы, заварил кофе и подошел к постели, на которой спала Бет. Пряди её волос падали на лицо, глаза были закрыты, а рот приоткрыт. Он поставил чашку рядом с её лицом, чтобы запах бодрящего напитка разбудил её, затем аккуратно, еле касаясь провел рукой по ее плечу, чтобы разбудить. - Привет. Ты так быстро уснула. - Который час? - Поздно уже. - Спасибо. - Бет была удивлена такому ходу событий. Ей никогда не приносили кофе в постель, даже те, с кем на спала. Один уехал в Цинциннати утром, оставив ей на холодильнике косяк, другой собрал вещи на утро и съехал, третий вообще сразу после секса начал обсуждать турнир. Таунс даже не спал с ней, но разбудил её чашкой кофе. *звук телефонного звонка* - Я отвечу. Пей кофе! Да, соедините. Вы все там? - Бет перевела удивленный взгляд на Таунса, - Тогда даю. - Алло? - Если пойдет конем, бери его ладейной пешкой. - Бет ожила услышать хотя кого на линии, но не Бенни, с которым за несколько месяцев до турнира они разругались. - Бенни? - Она смотрит на Таунса, который стоит с широчайшей улыбкой и смотрит на неё. - А если слоном, то ответь тем же, но открой ферзевый фланг. - Но как ты узнал? Э… как? - Ваша партия уже в Tiems, у нас 7 утра, но мы уже 3 часа скребем мозгами. - Мы? - Привет, Бет. - Привет, Гарри. Очень рада тебя слышать… - О, погоди, - в трубке прозвучали голоса еще нескольких парней - Тише, парни, звонок меня разорит! Бет, слушай меня. Открывай вертикаль, ясно? - И как это сделать? - 4 способа, в зависимости от его хода. Мы их тут все изучили. Доска под рукой? - Таунс взял свой блокнот, в котором лежала зарисованная партия Бет и протянул ей. - Да, под рукой, да. Так началась многочасовая подготовка Бет к заключению игры с гроссмейстером. Таунс не отходил ни на секунду, записывал то, что она не успевала писать сама, приносил ей воды, передвигал фигуры. И вот подходит час икс - время ехать. - Бенни, здесь уже почти 5… - Ясно. Разгроми его. Они выходят из отеля и садятся в машину, Хармон переживает и заучивает ходы, которые они прорабатывали вместе. - Хармон. - он берет ее за свободную руку. - Успокойся, ты знаешь все варианты, мы все просчитали, все ходы, которые он может сделать. У него нет шансов. - Шансы всегда есть. - Сейчас ты находишься в лучше форме, ты разыграла все исходы игры. Все получится, вот увидишь. - Спасибо, что ты рядом. Мне сейчас это важно. - она сжала руку Таунса, - Ты пойдешь в зал или будешь с прессой стоять? - Я буду в зале. Буду рядом, Бет. - А как же “ты для меня всегда будешь Хармон”? - она засмеялась. - Ты сама сказала, что лучше Бет. - Приехали, - раздался голос водителя. - Все, пути назад нет. - Не волнуйся, я рядом. - Спасибо. Они вышли из машины и отправились в зал. Игра продолжается. *** Пока все идет по плану, Боргов делает именно те ходы, которые они и рассчитывали. Бет достаточно уверенно ведет игру, переставляя фигуры одну за другой, но все же она была права, русские бы сказали “накаркала”. - Пешка с d6 на d5. - Черт. Это мы не предусмотрели. Бет нашла ту самую лазейку, о которой думала, то, что они могли упустить. Она кидает взгляд на Таунса, который точно также, как и она смотрит на доску, видя упущенный ход. Она теряется, боится того, что все, их план полетел коту под хвост. Переводит взгляд обратно на доску, пытаясь сконцентрировать все мысли на возможностях. Как жаль, что нет таблеток, нет затуманенного разума, который спасал ее в самых тяжелых ситуациях. Хармон снова кидает взгляд на Таунса, который уже абсолютно спокоен и впритык смотрит на нее, она увидела в его взгляде поддержку. Бет не знает, что ей делать, но вспоминает их вчерашний разговор о таблетках, алкоголе, обо всем. Она успокаивается, пульс приходит в норму. Она решает поднять глаза в потолок, как делала раньше, когда была маленькой девочкой в приюте, и возможности играть постоянно на доске у нее не было. Она увидела доску! Смогла ее воссоздать. Таунс видел растерянный взгляд Бет, поэтому он попытался совладать с собой, чтобы она не увидела его страха в глазах. Он следит за ее действиями, она тянется к фигурам, а затем отводит взгляд в потолок. Таунс не до конца понял, что происходит, но продолжал следить за ней. Проходит пара минут, Хармон берет в руки фигуру, затем следующую, еще одну и еще одну. - Ничья? - произносит Боргов. Бет стреляет взглядом на Таунса, который как тогда, на чемпионате в Кентукки еле заметно качает головой. - Нет. Игроки делают еще несколько ходов и Боргов сдается, протягивая Бет своего короля. Теперь она чемпионка мирового уровня, совсем юная девушка смогла обыграть Великого Боргова. Таунс подпрыгивает на своем стуле. Она победила. Он был рад больше, чем она, он был горд за нее. *** Бет выходит из дворца под аплодисменты людей на улицы. Подойдя к машине, она не видит в ней Таунса, Хармон начинает искать его глазами и замечает в толпе, у них происходит диалог взглядами: - Ты не едешь со мной? - Я должен выполнить свою работу, Хармон. - Я жду тебя. - Я приеду, а теперь позируй, я фотографирую.