Разряд

      Дух Молний в скуке отбрасывает в сторону очередной заклинательский свиток, чьё содержание было настолько нелепым и предсказуемым, что ей хочется мерзко рассмеяться. Всё то, что ей приносят слуги, вообще не отличалось ничем от бульварных подделок, которые нечестные торговцы пытаются выдать за настоящие пособия по магии. Ничего, хотя бы отдалённо напоминавшее содержимое библиотеки её клана… За окном тем временем начинается настоящий ливень, хотя ещё недавно сияло солнце. Должно быть сестрицу Миру снова что—то расстроило. Дух кривит тонкие губы, вставая с кресла и подходя к стеклу, наблюдая за тем, как скатываются по нему небесные капли. Щёлкает пальцами и на горизонте сверкает лиловая молния, раздаётся гром. Чтобы не расслаблялась, Госпожа Морей. Не она одна может портить погоду по настроению. Ливень почти сразу же становится более спокойным, местами показались солнечные лучи — намёк понят. Повелительница Грома поворачивается обратно к своему столу, уже давно заваленному горами свитков, пергаментов и учебников. Большую часть из них она уже перечитала вдоль и поперёк, особо возмутительные труды сразу же испепеляла или бросала в огонь своего камина. Прошла уже почти сотня лет с момента её вознесения, как Духа, но в своей цели восстановить не то, чтобы клан полностью, но хотя бы собрать разворованные труды её предков, не продвинулась совсем. Это ранило больше, чем все потери, которые она пережила, как человек. ***       Их клан располагался в глубинах северных земель, со всех сторон окружённый пурпурными горами и тенистым лесом, почти весь год был спрятан под покровом снега. Случайные путники сюда забредали редко, а если и забредали, то оказывались и не случайными вовсе. От таких мгновенно избавлялись пограничные стражи, в числе которых иногда бывала Алинеа — Дочь Бури и наследница титула главы клана Воронов. Её способности к магии были исключительными настолько же, насколько прекрасной её внешность. Но настолько же отвратительным был и её характер. Рядовые люди не перечили ей, но за спиной перемывали кости и плевались ядом. Алинеа обо всём этом знала, но не реагировала. Она выше их всех, одним щелчком пальца может сломать шею любому неугодному. Так зачем тратить время и силы на жужжание безобидного комарика над ухом? Девушка, до того шедшая по безлюдному саду, остановилась, приподнимая левый локоть на уровень плеч. Не прошло и пары секунд, как, цепляясь когтями за меховую накидку, на неё приземлился ворон, зажимавший в клюве небольшой свёрток. Алинеа раскрыла свободную ладонь и ворон положил на неё записку, вновь взмахивая крыльями и устремляясь обратно в небесную высь. У каждого в их клане был своя собственная посыльная птица, которою ученики получают в возрасте пятнадцати лет, а после заботятся о ней всю дальнейшую жизнь. В этом же возрасте в их клане начинают тренироваться в алхимии и нейромантии, закаляя свой дух и тело. Развернула бумажку, буквы на той стали появляться не сразу, будто отправитель только сейчас начал писать текст. Чернила искрились, отражаясь лиловым от тусклого света солнца, едва проходившего через грозовые облака. «Я жду тебя».       Алинеа свернула записку, пряча во внутренний карман шубы. Её наставница всегда была немногословна, даже несколько хладнокровна. В этом они похожи. Может поэтому Дух Молний и выбрала её себе в качестве ученицы. Она не была уверена, в какой момент вообще ею стала — когда начала себя осознавать матушка уже учила её манерам при общении с Духами. Дважды в неделю наставница приходила к ней и учила, иногда оставляя свитки с заклинаниями низкого уровня, для практики. Алинеа в тайне их усердно копировала, пряча в специальном отделе их библиотеки — все для клана, всё клану. Что-то ей подсказывало, конечно, что наставница Виктория знала об этом, но никто из них не заводил разговор на эту тему. Да и свитки ей продолжали доверять, значит против не были. Девушка тем временем добралась до учебной комнаты, стучась и не дожидаясь ответа, сразу вошла. — Почтенная наставница, — Алинеа поклонилась, глядя на статную высокую фигуру у окна. Женщина выглядела зрело и величественно. От одного её облика по коже будто пробегал электрический ток, а люди с волей послабее и вовсе падали ниц, благоговея. Дух не повернулась, продолжая смотреть в окно: — Как успехи? — Я выучила управление шаровой молнией, наставница. Но меня настоятельно просили не практиковать её в пределах крепости, но и выйти в лес мне пока не было дозволено с прошлой нашей встречи. Виктория нахмурилась, переводя недовольный взгляд на ученицу: — И это твоё оправдание? Когда запрет матриарха Клана тебя вообще останавливал? — Вы правы, но ситуация особая, — Алинеа выпрямилась, встречаясь взглядами. — В последнее время участились нападения со стороны соседствующих Кланов. Чтобы не провоцировать конфликт пока что мы затаились. Дух покачала головой, всё ещё сверля глазами ученицу. — В таком случае мы идём сейчас. Широкими шагами она вышла из комнаты, уплывая в коридор. Алинеа поспешила за ней, радуясь. Не смотря на всю боль, практика была её любимой частью обучения. Это чувство власти, могущества… Оно не сравнится ни с чем. *** В туманном лесу было тихо. В их краях даже немногочисленные пташки пели редко, а остальные животные и вовсе предпочитали не попадаться на глаза людям, передвигаясь бесшумно, будто призраки. Они стояли в ведьмином кругу, пока Дух осматривала окружающую их обстановку при помощи внутреннего элементарного чутья. Оно имеется у всех Повелительниц стихий, позволяя обнаружить поблизости союзников, живых существ и, конечно же, тёмные проклятия. — Восставший мертвец, — наконец произнесла наставница, поднимая руку и указывая на восток. Поняв без слов, Алинеа отправилась в указанном направлении, ловко перепрыгивая все препятствия и оставаясь при этом абсолютно бесшумной — это первый навык, которому обучают в их Клане детей. Через пару минут она увидела его. Перекошенного, хромающего. Местами гнилая плоть свисала, обнажая внутренности и кости. Этот умер уже давно, но, раз его не поймали её соратники раньше, вреда не успел доставить. Девушка остановилась, замерла, даже дышать перестала. Её всегда завораживало наблюдение за этими тварями, ведомыми лишь жаждой крови и мести. Они никогда не останавливались перед целью, проявляли нечеловеческую жестокость. Будучи помладше, она один раз натравила одного такого на нерадивого парнишку из их Клана — тот постоянно кичился своими способностями, считая, что может составить ей конкуренцию. Не смог. Монстр разорвал его, украшая кишками соседствующие деревья. А потом Алинеа убила этого монстра, принеся родителям мальчика его голову. Тогда они сочли её за героиню, пытавшуюся спасти их сына. А она даже имени его не вспомнит. Улыбка на лице девушки померкла, стоило вспомнить, зачем она здесь. Подняла левую руку, мысленно обращаясь к потокам её стихии вокруг. Вены налились ярко-фиолетовым цветом, воздух вокруг руки задрожал, электризуясь и искрясь. Между кончиками пальцев начала образовываться сфера. Мертвец, почуяв её, обернулся, являя до боли знакомые нашивки. Алинеа свела тёмные брови, но не отступила, шар нарастал, пока враг не двигался, смотря прямо на неё. Неприятная мысль кольнула её — это один из налётчиков её клана, что должны патрулировать границы. Он узнал её даже после смерти, а оттого не напал. Молния засветилась, обозначая свою боеготовность. Девушка не собиралась отступать от воли наставницы, выпуская всю ту энергию, что удалось собрать. Монстра смело, будто пушечным ядром, впечатывая в толстый ствол древней ели, а после — ещё и выворачивая, парализуя и поджаривая вспышками молнии. Всё в лучшем виде, Алинеа всегда всё схватывала на лету. По позвоночнику прошлась волна боли, застревая где—то в шее и не давая нормально дышать ещё минуту. В глазах потемнело, а руки свело судорогой, но это уже вошло в привычку. Покуда она не станет Духом, эти боли будут постоянными, такова плата за магию, смертным недоступную. Сзади послышались тихие, саркастичные аплодисменты. — Ты делаешь успехи. Но было бы ещё лучше, если бы ты не вынуждала меня тратить время на то, чтобы вытащить тебя из крепости. — Прошу прощения, наставница Виктория, — Алинеа скрутило, но она, годами выдрессированной выдержкой, выдала это за поклон учителю. — Ты знаешь, кто это был? — Восставший, низшего ранга… — Я говорю о личности, а не о силе. — Кто—то из наших. На его куртке нашивка с вербеной. Дух замолчала, многозначительно рассматривая теперь уже окончательный труп. Его глазные яблоки почернели, а кожа поджарилась от слишком высокой температуры. Одежда и вовсе была почти испепелена, так что вряд ли теперь кто-то вообще узнает несчастного. — Забудь о нём, — наконец выдала свой вердикт Госпожа Бурь. Алинеа коротко кивнула, выдвигаясь следом за наставницей. Некоторое время шли по лесу в тишине, пока Дух снова не заговорила: — Приближается Собрание. Ты поедешь. Ах, Собрание. Алинеа слегка склонила голову на бок. Ежегодная встреча глав всех пяти кланов, проводимое с целью укрепления мирных взаимоотношений, налаживания торговли и далее по списку, который оглашают простым членам клана. По правде же, мероприятие целиком и полностью посвящено взаимной ненависти друг к другу и пассивной агрессии. — Матушка говорит, что не стоит риско… — Ты поедешь, — повторила Виктория с нажимом. — Это моё следующее наставление, как твоего учителя. Если ты помнишь, Духу нужно не только колдовать, но и уметь общаться с людьми в разных ситуациях. Один на один с враждующими кланами — да, опасно. Но полезно. — Я поняла вас, — Алинеа вновь поклонилась, поднося правую руку к сердцу. Вскоре Дух отправилась по своим делам, оставляя девушку с новым свитком и списком задач на ближайшую неделю, поскольку сама будет занята и приходить не сможет. Другой бы ученик на месте Алинеа возможности сбавить нагрузку, но она была слишком дотошна, а потому лениться не планировала. По дороге в крепость отправила ворона к матриарху, дабы уведомить о решении ехать на Собрание Кланов. Матушка, естественно, выбор не одобрит, но отпустит. Всегда отпускает, зная, что дочь не из тех, кто делает глупости. *** Оставшись вечером одной в своей комнате, она никогда не ложилась сразу спать. Дело не в том, что она, как некоторые девки их Клана, прихорашивалась, да даже не в многоэтажных делах проблема. Просто наедине с самой собой с Алинеа слетала маска бездушия, за которой она весь день прятала ту самую боль. Боль от использования заклятий Духов. Запирала засов, при этом тотчас падая на пол и тихо воя, кусая губы до крови. Со временим она привыкла к постоянным тянущим ощущениям, будто в её жилах продеты нитки, как у марионетки, и безжалостный кукловод постоянно за них дёргает, то бросая куклу в огонь, то в водоворот. Тяжелее всего становилось ночью потому, что последний барьер рушился, ведь нет больше нужды ни перед кем держать лицо. Сейчас она прижимала уже нагревшуюся бутылку от вина к своему лбу, распластавшись посреди каменной комнаты будущего матриарха. Вокруг была тьма — свечи и камин потушены, как дополнительные раздражители для её уставших глаз. Любой другой человек на её месте от подобной практики бы давно простыл или застудил себе что—нибудь. Но Алинеа практиковала настоящую, истинную магию, её тело давно закалилось. Но про психику то же самое сказать вряд ли получится. Клан Воронов испокон веков практиковал тёмную магию, но не вредил людям, а помогал, так что Духи их не трогали, пока никто не переходил границу дозволенного. Они разговаривали с мёртвыми и проникали в чужие сны, исцеляя рассудки заблудших душ. Но тёмная магия со временем вредила здравомыслию. Алинеа же, практиковавшая и тёмную силу, и магию Духов, чувствовала себя вдвойне хуже. Противоположные по элементам частицы противоборствовали в ней, стараясь поглотить носительницу только себе и изгнать другого. Она слышала голоса давно умерших, видела призраков там, где их быть не могло, и в то же время умирала от разрыва и мгновенного восстановления внутренних органов, от жара и озноба одновременно. Она никому не говорила об этом, ни матери, ни наставнице. Целителей их клана также намеренно игнорировала. Её выздоровление кроется в вознесении. Стоит ей стать Духом, как боль уйдёт. Не знала наверняка, но была уверенна. Но со временем боль стала совсем не выносимой. С тяжёлым вздохом Алинеа поднялась с пола, на коленях подползая к тумбе у кровати. Пару минут назад её вырвало ужином, со рта до сих пор капал желудочный сок, перемешанный со слюной. Вид у неё был и впрямь сумасшедший. И единственное лекарство, дававшее ей покой хотя бы на время сна, припрятано в двойном дне верхнего ящика. Белый кристаллический порошок, запрещённый официально практически во всех государствах. Доставать его сложно, но действует безотказно. Извлекла немного из шёлкового мешочка, дрожащими руками высыпая в ладонь. Опыт научил её нужной дозе, чтобы проспать всю ночь, а утром вставать вовремя, как ни в чём не бывало. Конечно, периодически она чувствовала головокружения и сонливость, но никогда не отступала от долга службы. Судорожно вдохнула порошок в нос, закашлявшись. Её трясло, но теперь оставалось лишь ждать. Ждать, пока подействует, пока вытеснит боль. А потом наступит тяжёлый наркотический сон, во время которого её не будет беспокоить абсолютно ничего… Если кто-то узнает, то ей конец. Если кто-то узнает, то Алинеа просто убьёт его. Она должна вознестись. Иначе за что ей всё это? Медленно перебравшись на кровать, замоталась в тяжёлые одеяла из звериных шкур, медленно проваливаясь в беспамятство. Сны ей никогда не снились — по крайней мере, она об этом не помнила. Утро же дало о себе знать слипшимися от слёз веками и звоном в ушах. А ещё солнечными лучами, что пробивались через ставни прямо ей на лицо. С ночи действие порошка ещё не пошло полностью, а потому боли ещё не вернулись в том же количестве, как до его приёма. Утро было единственным временем, когда Алинеа вообще может делать что—либо, не обращая внимания на боль. А потому время тратить не стоило зря. Ватными ногами откинула покрывала, поднимаясь и спускаясь на холодный пол босыми ногами. Осмотрела себя в медное зеркало, недовольно покачав головой. Она и не помнила, как вчера в приливе жара скинула с себя даже нижнее бельё. Остатки ужина, извергнутого обратно в этот мир, засохли вокруг обескровленных губ, а длинные чёрные волосы превратились в гнездо для её ворона. Дёрнув колокол для вызова слуг, потребовала набрать ванную, а до тех пор стала заметать следы её вчерашнего раздрая, в чём уже поднаторела. До Собрания остаётся ещё пару дней, а значит ей нужно привести в порядок документы и архивные записи, которые она возьмёт с собой для подкрепления своих слов. Конечно же, необходимо провести тренировку нового заклинания от Духа Молний. А ещё посмотреть, как идут дела у новичков, которых только привезли в крепость на обучение, и у патрульных на границах. Дел всегда было много. — Госпожа, ванна готова, — раздался голос из-за двери. — Позвать слуг для помощи в омовении? — Нет. Вы свободны. Ответа не последовало, слуги уже поняли, что их госпожа не любит лишних слов, а потому научились улавливать моменты, чтобы сбежать от неё как можно скорее — лишь бы не попасть под жестокую горячую руку. Алинеа же, схватив чистую одежду, отправилась в ванную комнату, находившуюся в соседней от её спальни. Воздух в ней был пропитан влагой и жаром, возле бадьи разложены банные принадлежности. Спокойно… Откинула вещи на стол, тут же погружаясь в горячую воду с головой, проклиная все невзгоды внешнего мира. Просидев так примерно минуту, вынырнула, жадно хватая воздух. Всегда ободряло. Мочалкой принялась растирать онемевшие от холода и сна конечности, между тем проводя по лицу тонкими пальцами, разгоняя отёки. При её статусе выглядеть уставшей или не в духе непозволительно, а потому Алинеа всегда была идеальна, как и её одежда. Просидев так неполные полчаса медленно выползла, чувствуя себя гораздо лучше, чем вечером. Если быть честными, ей бы хотелось побыть наедине со своими мыслями ещё немного — редко выпадает случай, когда она слышит их так же отчётливо, как сейчас. Однако, её идиллию прервали стуком в дверь. — Ну, кто там? — рявкнула Алинеа, прикидывая, какое наказание для нерадивого служка будет привлекательнее и зрелищнее. — Госпожа Алинеа! Простите, срочное дело! Этот слуга бы не посмел… — напуганный голос тараторил из-за еловой двери, запинаясь. — Ближе к сути, — уже накинувшая на себя одежду, но всё ещё с мокрыми волосами, девушка вышла из ванной комнаты в холодный пустынный коридор. — Прошу прощения! — паренёк младше неё самой на вид согнулся в глубоком поклоне, лишь бы не злить вспыльчивую госпожу ещё сильнее. — Отряд патрульных, что отбыл всего пару часов назад из крепости, вернулся. Половины людей нет совсем, остальные — сильно ранены и не могут сражаться. — Где они? — В главном дворе, вместе с лекарями. Алинеа широкими шагами отправилась в указанном направлении, по пути с помощью магии царапая записку матриарху и призывая ворона. Слуга последовал за ней, стараясь не отставать ни на секунду, но всё ещё мысленно молился Духам, чтобы его, как гонца с плохой вестью, не вздёрнули на соседнем суку. А он знал, что госпожа вполне может. Да все знали… Кроме, пожалуй, главы Клана. Грозовые тучи сверкали пепельными всплесками, выпуская раскаты грома. Собиралась гроза, и Алинеа не могла быть уверена, что не приложила к её созданию свою руку. Одних из лучших бойцов их клана, к тому же тех, кого она хотела взять в свою свиту на Собрание, вывели из дееспособного состояния на очень долгий срок, а кого—то — навсегда. Окровавленные, с разбитыми лицами и переломанными ногами, с руками, на которых не доставало пальцев. Невооружённым взглядом видно, что их мучали. Кто—то напал на их патрульных, кто—то поймал их и пытал. У неё начал дёргаться глаз, соседствующие Кланы в конец обнаглели, если считают, что это сойдёт им с рук. О, нет, Алинеа лично проследит, чтобы каждый причастный к сегодняшнему и всем предыдущим подобным происшествиям получил в десять раз больше. Да, наставница Виктория говорила о смирении и терпении по отношению к людям — муравьям, что часто не следуют задуманному свыше плану. Говорила и о том, что не стоит привязываться к смертным. Но сейчас дело было в другом — это удар по её личной гордости. Это её Клан. Это её слуги. Её имуществу угрожают, её имущество ломают. Она такого не потерпит. — Сколько из отряда не вернулись? — Около дюжины, госпожа, — ответил всё тот же мальчишка. — Мы ещё не выяснили точно. Наши люди слишком напуганы, они говорят, что против них использовали магию. Алинеа повернулась, смотря на бледное лицо паренька. В её тёмных глазах начали блестеть разряды молний, отсвечивая фиолетовым. Магия издавна была их оружием, оружием их Клана. И они тщательно следили за тем, чтобы это оружие не попало в чужие руки. Другие кланы всячески пытались заполучить пособия и свитки, как торгом, так и силой, но до того предателей не находилось. И вот сегодня выясняется, что злейшие враги наконец разузнали секреты Воронов. — Где конкретно произошло нападение? — Возле Кир-пруда… Госпожа, куда же вы?! Вы ведь не поедете туда сами?! Возгласы слуги остались незамеченными сквозь грохот копыт по каменным улицам меж клановых строений и домов. В затуманенным гневом разуме не нашлось идей лучше, кроме как выплеснуть свои эмоции на прямых виновников происшествия, пока они не сбежали, труслива поджав хвосты. Тяжёлые ворота крепости отворились, следом за ними рухнул мост, соединяющий Клан Воронов с внешним миром. Впереди было небольшое сухое поле с выцветшим чертополохом, а дальше — бескрайний тёмный лес, в своих недрах скрывающий Кир-пруд — священное место для каждого члена клана, ведь именно там проводилось посвящение, как и почти все праздничные обряды. Он был достаточно глубоким и большим, но вода всегда была там кристально чистой, будто бы растаяла из хрустальных ледников северного моря. Но самое главное — он был всего в получасе пешего хода от самой крепости, что непозволительно близко для налётчиков других кланов. И упоминания не стоит, что на лучшем скакуне Воронов, который, естественно, по праву принадлежал Алинеа, добралась до Кир-пруда она за несколько минут. Остановилась поодаль от берегов, сходя с тропы и скрываясь в тенях травы и деревьев. Коня оставила позади, не привязывая — чтобы смог сбежать, в случае опасности. Животина умная и значит дорогу обратно к замку найдёт. Затаила дыхание, подкрадываясь танцующей тенью всё ближе. Песок, омываемый водами, был залит кровью, отчего сам Кир-пруд приобретал алый оттенок. Где-то к крови примешивались внутренности людей, чуть подальше, собранные в кучу, лежали трупы Воронов. Их птицы сидели на ветвях ближайших елей, хором напевая тревожную мелодию прощания. С первого взгляда можно было подумать, что нападавшие уже ушли, но с противоположной стороны дороги из леса послышались раздражающие своим весельем голоса: — Это последний. — Ах, капитан, здорово мы им! Будут знать, проклятые, как носы задирать. — И где же их хвалёные мастера магии? — Если это они и были, то Клану Воронов не долго осталось. Отряд вышел из леса, двое налётчиков впереди процессии тащили ещё одно тело в чёрной мантии. Тело судорожно хрипело — Ворон ещё жив. И всё же они кинули его к остальным. Парень начал обессиленно скатываться вниз с кучи, на что раздражённые пришельцы из Клана Змей — Алинеа определила их принадлежность по проколам на губах — ногами запинывали его обратно, будто сдувшийся мячик. Выпрямившись во весь свой немалый рост, Алинеа вышла к ним, привлекая внимание хрустом веток под ногами. — А! А ты ещё что за херь? — обратил внимание один из пинающих. Алинеа промолчала. — Капитан! Да это же сам будущий матриарх. Тот, кого они называли капитаном — высокий, но худой, будто щепка, мужчина в маске вышел вперёд, наигранно кланяясь, не выражая этим поклоном ни капли уважения, только насмешку. — Вы навредили моим людям, — тихо начала Алинеа. — Просим прощения, ваше вашество. Мы будем так ещё. — Не будете, — улыбнулась, предвкушая удовольствие. Кир-пруд и так залит кровью, ничего страшного, если она добавит ещё немного. — Потому что сегодня была ваше последняя вылазка из логова. Мужчина сверкнул глазами, вытаскивая длинный тонкий меч из ножен. — А я-то уже подумал, что вы воспитанная госпожа из великого клана. — Не умеешь думать — не берись. Отряд позади капитана рассредоточился, намереваясь окружить её и взять числом. Алинеа всё ещё стояла на месте, позволяя обходить её, всё ещё спокойно улыбаясь, с надменностью глядя в глаза главному в этой шайке. Наконец он не выдержал зрительного контакта, нападая, явно надеясь на быструю развязку, ведь у наследницы даже ножа с собой не было. Рука девушки засветилась, когда она схватила сталь ладонью, защищая тем самым и её от ранения, но и передавая разряд молнии в Капитана. Тот странно дёрнулся, захрипев, но оружие не выпустил, завороженно глядя на танцы искр. Один из более смелых его пособников попытался зайти сбоку, но Алинеа отшвырнула мужчину, будто тряпичную куклу, освобождая руку, державшую меч. Посмотрела на абсолютно целую плоть, а после на странные попытки капитана подняться. — Неужели слишком мало? Признаю, ты выглядишь слабее, чем есть на самом деле, но тебе это не поможет. Хрупкая низкая фигура, по-видимому женская, стояла чуть поодаль всё время, бормоча что—то под нос. Завидев слабое сияние между её вытянутых рук, Алинеа улыбнулась шире. Эту она оставит живой чуть дольше, чем остальных. Между тем капитан наконец вновь твёрдо встал на землю, готовясь снова напасть, на этот раз вместе с остальной группой. По одному их шансы были ничтожны — это уже осознал каждый член команды. Потому налётчики Клана Змей обступили её, отрезая путь к их магу, после чего попытались напасть снова. Капитан оказался лицом к лицу с Алинеа, нанося быстрые свистящие удары, стараясь задеть девушку. Алинеа уклонялась, отступая назад. Круг постепенно становился всё уже — ещё несколько шагов и её спина наткнётся на обнажённые клинки. Резко остановилась, поднимая руки: — Al’ta ren! Низкий рёв её голоса разлетелся по округе, вместе с тем молния, будто ласковый зверь, обернулась вокруг ног, отбрасывая всю группу в стороны и в то же время убивая. О, да, в этот удар Алинеа вложила гораздо больше энергии — всех семерых мгновенно поджарило, отчего в воздухе запахло палённой плотью. Возможно, она даже немного переборщила, ведь те не успели даже осознать боль, погибая в тишине. Теперь осталась одна лишь женщина-маг. Алинеа повернула голову к ней, глядя на сгорбившуюся фигуру. Кажется, она вполне справляется со своим убийством сама — видимо, в момент колдовства сделала что-то не так. Может от недостатка знаний, может от испуга. Но факт — она совершенно беззащитна против зверя с налившимися кровью лиловыми глазами. Медленным шагом, чтобы растянуть процесс и продлить удовольствие, Алинеа подошла к девушке. Та дрожала, будто осиновый лист на ветру, кашляя и глотая воздух. Алинеа сорвала с неё капюшон и маску, обнажая совершенно детское лицо и застывая в недоумении. — Ты же ребёнок. Чего забыла в отряде налётчиков? Девочка собралась было что-то ответить, но снова зашлась кашлем, на этот раз выплёвывая кровь. Она слишком юна для колдовства, её тело не выдерживает, отторгая тёмную энергию. Клан Змей действительно только-только заполучил магию в свои руки, раз не знает даже элементарных основ. При таких раскладах вряд ли она вообще знает что-то, что заинтересовало Алинеа. — Кто твой учитель? — настаивала она, поднимая лицо девочки наверх, натягивая светлые волосы. — Наш наставник… У нас не принято знать имена… Алинеа дёрнула уголком губ, неприятно ухмыляясь. — Откуда у него магические знания? — натянула сильнее. Девочка вновь закашлялась, едва процедив: — Я не знаю… Принёс свитки, нам знать не положено — откуда… Кровь, что вытекала из её рта становилась всё темнее и гуще. Алинеа понимала, что вместе с ней выходят и сгустки тёмной энергии, девочку сейчас буквально разрывает изнутри. Равно как и её саму… — Что ты чувствуешь?.. — вдруг неожиданно для себя непривычно тихо спросила Алинеа, несколько приспуская натяжение чужих волос в кулаке. — Больно… режет. И холодно. Помоги мне, умоляю, помоги… Ты ведь можешь? Девочка подняла голову, с надеждой заглядывая в потускневшие серые глаза. Она могла бы. Но это будет предательством её клана. Девочке лет тринадцать на вид, таких мальков ещё не посвящают в дела кланов, а значит и знать та ничего не могла. Смертельно ядовитый скорпион в голове Алинеа неприятно кольнул её осознанием. А кто помогал убивать её слуг? Куча трупов так и валялась, парень, которого только притащили, когда она пришла, уже умер от кровопотери, стеклянным взором наблюдая за наследницей Клана Воронов. — Ты убивала до сегодняшнего дня? — глаза девочки испуганно расширились. — Ты получала удовольствие, пуская кровь моим людям? Или, быть может, тебя тренировали на животных? На воронах, может быть? — кровь Алинеа вскипала с каждой минутой всё сильнее. Собрав в кулак тёмную энергию, она ударила девочку под рёбра, отбрасывая её тем самым к краю воды. Та закричала, черпая в рот окровавленный песок, процесс в её теле ускорился в десятки раз. Алинеа подошла к ней, ногой переворачивая на спину и надавливая на бок девочке. — Отвечай, змеиная падаль. Ты просишь помочь тебе? А что взамен? Ты говоришь, что ничего не знаешь. Но, если вдруг что вспомнила, то я готова слушать. Ну? Надавила ещё сильнее, с извращённым удовольствием наблюдая за переменой эмоций на лице девочки. Она хрипела и извивалась, пытаясь избежать давления, но лишь больше пачкалась в песке и собственной крови. Её взгляд становился всё более и более размытым, радужка зрачка стекленела, отражая тяжёлые грозовые облака. Прошло несколько минут, когда Алинеа наконец убедилась, что девочка умерла. Тайны Клана Змей остались нераскрытыми. Кто предатель в Клане Воронов — всё также неизвестно. Но ничего, она выяснит всё это и виновникам не поздоровится. На горизонте засверкала молния. Кажется, её наставница вместе с Духом Воды даровали кому-то дождь. Она засмотрелась на переливы света вдалеке, совершенно позабыв, что одной ногой стоит на стремительно холодеющем свежем трупе в луже крови. Красиво. С дороги послышался шум копыт — видимо матриарх послала ей вслед ещё солдат, на всякий случай. Будто бы существовала такая проблема, с которой Алинеа не в силах сама разобраться. Отпихнув от себя тело, пошла навстречу всадникам. Действительно, группа Воронов в количестве десяти человек ошарашенно оглядывали побережье. Командующий слез с лошади, передавая поводья другому, и поклонился будущему матриарху, ожидая приказа. — Наших отвезти домой и похоронить по всем традициям, — коротко ответила Алинеа, призывая своего скакуна свистом. Тот, не смотря на всю суматоху с боем, далеко не ушёл, возвращаясь к хозяйке почти мгновенно. — А что делать с ними?.. — слуга указал кивком головы на поджаренные трупы Змеев. — Мм—м… — Алинеа задумалась на секунду, а после сладко улыбнулась, предвкушая забаву от своей выдумки. Через полчаса вороны умерших солдат понесли головы убитых ею налётчиков чужого клана в их логово. *** Вместе с отправленными «письмами счастья», Алинеа хотела ещё положить знаки с тел убитых Воронов, но подумала, что это будет слишком вызывающе, так что идею пришлось отбросить. А жаль. После того, как проблема с доставкой была улажена, девушка отправилась обратно в крепость, где ей предстояло встретиться с матриархом, наверняка недовольной и собирающейся отчитать её за, если так подумать, далеко не самый разумный и безопасный поступок. Так или иначе, но о реальных силах Алинеа сейчас знала лишь Дух-наставница, остальных же в тайну не посвящали. Мать знала больше, чем рядовые члены Клана, но картину полностью тоже не видела. Оружием Клана становиться не хотелось — Алинеа собиралась править, а не оберегать. Конечно, свои границы она отстоит, как сделала это сегодня, но слуги существуют для того, чтобы им приказывать, а не наоборот. В любом случае, пока её боятся — всё под контролем. Пришедшие с опоздавшей помощью Вороны были оставлены расчищать священный берег Кир-пруда и доставлять мёртвых родным. Алинеа, уже подъезжая к тяжёлым воротам заметила недовольный взгляд матриарха на себе. И вправду, подняв голову, она увидела свою мать, недовольно взирающую на неё с укреплённых каменных стен. Приветственно, но медленно и с почтением кивнув, девушка въехала в Клан Воронов, практически сразу отдавая поводья конюшему. И широкими шагами направляясь к матери, которая — Алинеа была уверена — уже шла к ней навстречу. Так и оказалось. Пересеклись они на середине пути, но говорить не стали. Матриарх без слов указала идти за ней, Алинеа лишь ещё раз поклонилась, на этот раз, как подобает. Недовольство матери было почти физически ощутимым, даже несмотря на то, что шла она впереди и дочь видела лишь её спину. Ещё через пару минут они оказались в приёмной Главы Клана, и стоило только двери закрыться, как женщина мгновенно оказалась перед ней, обнимая свою дочь. Не то, чтобы это было неожиданностью, но всё ещё неприятно. Алинеа, поджав губы, приняла неловкие попытки обнять её в ответ, но выглядело это действительно нелепо. Через пару десятков секунд унижения закончились. — Как ты? Цела? — дождавшись кивка от дочери, матриарх потрясла её за плечи. — Ты вообще понимаешь, что творишь? А если бы с тобой что—то случилось? — Всё в порядке, матушка, — натянула подобие улыбки. — Если ты и дальше будешь такой же безрассудной, то что-нибудь точно случится. — Не случится, это была всего лишь шайка разбойников, ничего больше. — Алинеа, они разобрались с отрядом наших налётчиков! Матриарх не понимала спокойствия и одновременного безрассудства этой несносной девчонки, но, глядя на её расслабленное самодовольное лицо, начала успокаиваться и сама. В конце концов, её ребёнок не из тех, кто отступает перед лицом опасности и в то же время обладает достаточной силой, чтобы выступать этой самой опасностью для других. Идеально подходила на роль наследницы Клана, её гордость, но Алинеа всё же не доставало чуть больше благоразумия и мудрости, чтобы занять пост матриарха. Последние, конечно, за многовековую историю Клана попадались разные, но ещё ни один из них не привёл Клан в упадок. — Если бы опасность была слишком большой, я бы не вступила с ними в бой, — пауза. — Но я хочу поговорить с тобой о другом. — Ты выяснила, откуда Клан Змей достал нашу магию? Алинеа отрицательно покачала головой. — Так тебе уже тоже доложили. Нет, не выяснила. В их отряде был всего один маг, к тому же, маленькая девочка. Научить-то её научили, но в подробности не посвятили. Матриарх нахмурилась, облокачиваясь спиной на письменный стол. — Если мы не найдём предателя, то все секреты нашего Клана рано или поздно станут известны врагам. Ты всё ещё хочешь поехать на Собрание? — Да, хочу. После нападения мне точно не стоит менять решения, это могут посчитать за страх перед другими кланами или, ещё хуже, за слабость. Женщина кивнула, подходя к большому витражному окну. Её кабинет был расположен в одной из самых высоких башен крепости, оттого, в ясную погоду, через стекло можно было увидеть очертания других крепостей и соседствующих небольших селений. *** Близился день Собрания. Алинеа, вместе со свитой, организовали небольшую процессию. Все служащие были в напряжении, между собой перешёптываясь. Для них эта поезда была сравнима с добровольным походом прямо в пасть к кровожадному зверю, не меньше. Алинеа, комфортно расположившаяся в повозке с мягкими подушками, их опасения не разделяла. По мимо враждующих кланов, на Собрании будут присутствовать ещё и немало тех, кто готов их поддержать в случае опасности. Ближе к полудню этот своеобразный караван — пока Главы Кланов решали свои вопросы, слуги торговали и обменивались тем, что создали их кланы — отправился в путь. Дорога не была дальней, но пару дней займёт так точно, и, пожалуй, единственное о чём сожалела Алинеа, так это то, что с наставницей до отъезда встретится не получилось. В остальном же у неё всё было схвачено. Даже лекарственный порошок смогла протащить незаметно от слуг и матриарха. Но, поскольку уединиться хотя бы на пару часов возможности нет, принимать его приходилось меньшими дозами, но чаще и стараться контролировать себя куда сильнее, чем обычно, дабы слуги ничего не заподозрили. Её не беспокоили по малейшему вопросу, конечно же нет, Вороны слишком боялись. Но вот если возникал вопрос с дорогой или привалом, то узнавать мнение главной было необходимостью. Терпеть их общество придётся и при получении писем, и при трапезах. Через несколько часов пути процессия выехала на тракт, покинув узкий ветвистый проезд к их клановой крепости. Алинеа всё это время пыталась занять свою голову изучением нового заклинания, которое дала наставница. При становлении Духом другие избранные разбираются со своими стихиями на интуитивном уровне. Но это занимает слишком много времени, а последнее, как всем известно, — деньги. Хотя в случае Повелительниц, скорее, почитатели. Верующие и их пожертвования. К тому же, некоторые даже не осознают того факта, что стали хранителями определённой стихией, пока их не ткнут носом в это факт другие люди или Духи. Не говоря уже о том, что такая низкая квалификация новоиспечённых Хранительниц подрывает доверие масс к ним. Девушка всегда считала, что традиции Духов Молний избирать себе наследниц ещё с малолетства и обучать их — не только магии, но и ведению дел политических — это самый выгодный и простой вариант из всех. Ко всему этому стоит добавить, что Алинеа гордилась и продолжает гордиться те фактом, что её способности оценили ещё до того, как она научилась внятно слова произносить. Если не это настоящее предназначение, то что тогда? Но в этот момент что—то пошло не так. Обычно, даже не смотря на боль, она всегда чувствовала, как приструнить энергию вокруг, как придать ей те формы и объёмы, которые были нужны. Сейчас же Алинеа будто потеряла зрение, обоняние и слух одновременно. Чувствовала, что энергия витает вокруг неё кожей, но ухватить ту не могла, постоянно пропуская между длинных костлявых пальцев. Возможно это всё действие её препарата. И без учёбы она ощущала себя не в самом адекватном состоянии, голова кружилась, а перед глазами метались тени, которых в реальности совершенно точно быть не могло. Всё ухудшала ещё и нещадная тряска кареты. Ни в коем случае Алинеа не была неженкой — с детства, пока отец был ещё жив, её гоняли только так, натаскивая на пост будущей главы, а после добавились и тренировки Духа. Так что стойкость по отношению к таким достаточно бытовым вещам она выработала давно, но это всё равно не мешало желать удобств. И спокойствия вокруг, причём последнее даже важнее. Отсутствие новых успехов в магии её огорчало. Раньше, когда другие отдыхали, Алинеа занималась, благодаря чему и является сейчас лучшим Вороном из всего выводка не только её поколения, но и всех ныне живущих. Она нахмурилась, недовольно поджимая губы. Головная боль резко усилилась, когда повозка остановилась. Алинеа ленивым движением приподняла занавеску на окне дверцы, с презрением глядя на бегущую к ней служанку. Та, приблизившись, не посмела смотреть на госпожу, сразу же склоняясь в поклоне: — Докладываю, мы встретили людей из Клана Медведей, они тоже едут на Собрание и желают продолжать путь вместе. Девушка посмотрела в сторону дороги. И вправду, там стояли чужие обозы. Клан Медведей давно считался союзником Воронов, а потому отказывать им было бы неправильно. Но и присоединение к ним обозначало, что далее главы или же представители Кланов должны ехать какое—то время вместе, беседуя. Очередная формальность, но не соблюсти её было бы оскорблением. А судя по тому, что она не видит, чтобы к её повозке шёл кто—то из высокопоставленных людей, именно Медведи ждут, что их посетят. Алинеа тихо, но тяжело вздохнула, отпуская слугу и пряча получше во внутренних карманах мешочек с белым порошком и свиток от наставницы Виктории. Конечно же, в других Кланах знали о том, что её выбрали в качестве будущего Духа Молний, но это не означало, что можно светить перед чужими взорами секретными магическими техниками. Наконец выбравшись из повозки, она подозвала к себе одну из тех служанок, что раздражали её своим поведением меньше остальных, и направилась к началу процессии, где и должны были её ожидать. Между делом осмотрелась. Они ещё не выехали из Древнего леса, но деревья тут росли уже реже, чем возле их крепости, что позволяло разглядеть окрестности. Тонкие и почти голые стволы молодых сосен открывали вид на горы, что опоясывали север их континента. О, про эти горы ходило много легенд. Начиная от богов и драконов, заканчивая порталом в тёмный мир. Естественно, в большинстве из них не было ни крупицы истины. Но вот тьма там действительно обитала. Неизвестно почему, но именно в этих местах издавна сформировалось огромное количество тёмной энергии, из—за чего вокруг древнего хребта постоянно происходят различного рода аномалии. Но, вопреки возможным предположениям, Духи сюда захаживают редко, а причина в наличии кланов поблизости. Собрания проходят как раз в недрах одной из гор — они её называют Кланивешта — куда ведут широкие и просторные пещеры. Внутри устраивают праздничный пир, ярмарки, а меж тем главы кланов решают свои, около политические вопросы. Всё это заканчивается церемонией прощания до следующего собрания. Самые выдающиеся герои из каждого клана отправляются в отдалённые закоулки пещер, зачищая возможную там нечисть и, с помощью особых ритуалов, поглощая тёмную энергию, пусть и в относительно малом количестве. Если человек оказывался талантлив в сфере магии, то открывал в себе врождённую способность к колдовству, а если даже и нет, то тёмная сила, будто броня, опутывала его тело, укрепляя против внешних невзгод. Меж тем, Алинеа со служанкой дошли до нужной кареты. Дверь им открыл высокий широкоплечий пожилой мужчина, чьё лицо было изъедено шрамами. Он угрюмо посмотрел на девушек, но ничего не сказал. Вышел на дорогу, освобождая проход внутрь: — Прошу, госпожа Алинеа. Алинеа поднялась в повозку, игнорируя предложенную руку помощи от мужчины. Занавески на малочисленных окнах практически не пропускали свет, но даже в этой полутьме она смогла разглядеть своего спутника. Им оказался юный наследник Клана Медведей — парень, чуть старше неё самой, но уже успевший повидать настоящую, суровую жизнь, проведя несколько лет в паломничестве. Другие девушки между собой шептались о его красоте и тёплом нраве, а вот сама она, что по детству часто проводила с ним время, напротив, считала слишком назойливым и болтливым. Они не виделись много лет. Оба выросли, но, кажется, Варгус чуть больше. — Рада встрече, господин Варгус. *** Дух Молний пребывает в смятении с тех пор, как ей доставили помятое и промокшее под вчерашней бурей письмо. Гонцом был не её младший дух, даже не посол от какой-нибудь знатной семьи. Нет, обычный мальчишка, завернувшийся в шкуру медведя от дождя. В письме говорится о смерти главы Клана Медведей. Это своеобразное приглашение на похороны порождает в ней множество сомнений. С одной стороны, почтить память бывшего союзника нужно, с другой стороны… Что же, теперь ни для кого в этом мире не секрет, что она презирала все остальные кланы, кроме её собственного. Так что будет ли лицемерием отказаться? Ехать на свою старую родину она не хочет. В очередной раз ворошить воспоминания, копаясь в обломках своей крепости — тоже. Но вот для Варгуса это значило бы многое. Да, он уже мёртв. Согласно письму, ушёл в мир иной по старости лет в окружении верных соратников. Тихо и безболезненно. Получается, с той ситуации, семью он так и не завёл? Вот же идиот. Хмыкнув, Алинеа кидает бумажку в камин, где огонь счастливо её поглотил практически мгновенно. — Госпожа! — подаёт голос изумлённый мальчишка, что принёс несчастное письмо. Дух прерывает его резким движением руки. — Переночуй в нашей резиденции. Тебя накормят и отогреют, а после возвращайся обратно. — Мне нужно что-то передать старейшинам? — Нет, моё отсутствие им и так всё объяснит. Мальчишка кланяется, оставляя женщину один на один со своими мыслями. *** Парень, до того, казалось, пребывавший в полусне, вдруг резко подался вперёд, вставая и ударяясь головой о потолок кареты, по инерции присаживаясь обратно на своё место. — Алинеа! Какой я тебе господин? — он потёр лоб большой рукой, взъерошивая тем самым и одну из своих густых бровей. — Такой же, как и твой почивший отец. Прими мои соболезнования, — её тон оставался серьёзным, не смотря на придурковатую улыбку собеседника. Осознав смысл сказанных только что слов, Варгус в момент перестал улыбаться. Он поджал губы, жестом приглашая девушку сесть на против. — Мой отец ушёл из жизни всего пару дней назад, а в соседних кланах уже все об этом знают? — Не все, но главы — точно. — Жаль, я бы хотел скрыть это до конца собрания. А то выходит, что оставил клан без защиты. Алинеа покачала головой, устраиваясь поудобнее. Кажется, парень нисколько не стеснялся её компании, говоря фривольно и открыто. А потому и она не видела смысла таить свои мысли. — Уверена, в твоём клане полно сильных воинов, способны продержаться недельку без нового главы. — Алинеа, мой клан в упадке. До того смотревшая в окно на двинувшуюся процессию, она перевела взгляд на Варгуса, всё ещё серьёзно смотрящего на неё. — Ты ведь понимаешь, что это не та информация, которую стоит говорить человеку из другого клана? — Мы провели много лет вместе. А наши кланы — союзники уже несколько веков. Я доверяю тебе. Более того, у меня есть к тебе предложение, но озвучу я его чуть позже. Но да, сейчас дела у нас обстоят далеко не лучшим образом, особенно в плане количества способных сражаться людей. Договаривая, он снова начал улыбаться, уже несколько натянуто. Алинеа продолжала молча смотреть на него, ожидая пояснений, но их не последовало. Варгус погладил свою густую бороду, уже закрывавшую полностью ему шею. То, что она видела перед собой, совсем не вязалось с образом беззаботного и даже несколько избалованного мальчишки, постоянно плачущего по мелочам, из её памяти. Что же, она тоже с тех пор поменялась. — Лучше расскажи-ка, как там твоя наставница поживает? — У неё всё прекрасно. Она продолжает учить меня и наставлять, но в последнее время я вижу её всё реже. В столице, как она говорит, не спокойно. — И каково это, знать, что скоро станешь божеством? Алинеа умолкла, продолжая сверлить его взглядом. Такие вопросы всегда её раздражали, даже выводили из себя. Они всегда звучат так, будто бы она не заслужила этого своими потом и кровью, а получила всё просто так, за красивые глазки. Эти гадкие, ничтожные людишки даже не подозревают о том, через что она проходит каждый день, но смеют насмехаться и обесценивать?.. — Я понятия не имею, когда именно стану божеством, как ты выразился, — медленно начала цедить Алинеа. — Это было первое. Теперь второе — каждый день я тренируюсь, не только физически, но и духовно, чтобы стать достойной. И третье, ничего важнее благополучия клана Воронов у меня нет. Какое-то время Варгус смотрел на неё с лукавством в глазах, а после громко рассмеялся, ударив несколько раз ладонью по подлокотнику: — Ты, как и всегда, слишком серьёзно ко всему относишься. Я просто хотел узнать, как у тебя дела, но вновь напоролся на гнев. — А ты как всегда слишком легкомыслен, — не смогла остаться без ответа Алинеа. Дальше ехали молча. Варгус продолжал глупо улыбаться, то и дело поглядывая на неё лукаво. Алинеа старательно делала вид, что его не существует, да и едет она одна. К тому моменту, как солнце почти село, караваны остановились для привала. Едва их повозка встала, девушка поспешно её покинула, не желая более нужного находиться с человеком внутри. И дело было даже не столько в его личности — стоит признать всё же, что и у него есть заслуги, можно даже сказать, что она его уважает, в некой степени. Но в сути, Алинеа просто стало больно до невыносимого. Они ехали вдвоём несколько часов и действие наркотика стало сходить на нет. Последние полчаса так и вовсе обернулись для неё пыткой. Но отточенный годами этикет соблюла, и на том хорошо. Ловкие Вороны уже разбили им лагерь, в том числе и отдельную палатку для госпожи. Входить внутрь не разрешалась, пока сама госпожа не прикажет, и сейчас это было единственное место, в котором Алинеа могла трусливо спрятаться, чтобы переждать приступ. Устроилась на ложе, глубоким вдохом принимая новую дозу обезболивающего. Всех слуг она выставила вон, с приказом не беспокоить её до утра. Грудную клетку сдавило, будто бы на неё наступил великан из детских сказок. Алинеа хрипела при каждом вздохе, изо всех сил стараясь вести себя как можно тише — никто не должен даже предположить, что она сейчас слаба. Девушка не доверит эту тайну никому. Она — будущее Клана, а потому и право на человечность не имеет. Как там говорилось? Любая власть — насилие над человеком? Сейчас она была на грани того, чтобы согласиться с этим утверждением. Если бы не возложенные на неё обязанности, то… То, что? Алинеа уставилась в потолок шатра, широко раскрытыми глазами. Прекрасно зная — зазубрив — ответ на вопрос «кто я?», она совсем не могла подобрать слов для «что я есть?». И в правду, никогда раньше она не задумывалась над тем, что было бы, родись она не у матриарха? Или, если бы её не выбрал Дух? Чем бы она занималась, к чему бы стремилась? Какая-то непонятная, но очень неприятная мысль крутилась около границы её сознания, но Алинеа старательно отбросила её в сторону от себя. Нет никакого «если». Есть только то, что она имеет сейчас. А остальное — не важно. На том и решив, Алинеа уснула. ***       Кланов было всего пятеро. Вороны, Медведи, Змеи, Волки и любители отсидеться в стороне при малейшей заварушке — Барсуки. Можно ли было вообще выбрать себе ещё более бесполезное животное? Конечно, каждый член клана пытается оправдаться какой-то старинной легендой, связанной с их основателем, но и на деле их способности оставляют желать лучшего. Барсуков мало, к тому же, они особо ничем не занимаются — собирают травы, варят из них лекарства, да настойки, да изредка берутся за заказы от местных жителей по изгнанию нечисти или диких животных, поскольку воинов у них, по сравнению с другими кланами, всего ничего, а оттого каждый — на вес золота.       Вот и сегодня, их процессия была самой малочисленной, зато приехали первыми и заняли самые удобные пещеры. И самые ближние к выходу, что тоже немаловажно.       Прошло уже несколько часов после того, как приехали Алинеа с Варгусом. Первым делом шли приветственные встречи с представителями других кланов, но перед этим девушка, которую наследник Клана Медведей так настойчиво собрался сопровождать, смогла выбить своё право сперва разместить её людей, дабы те не оставались как сироты на пристани, не знающие, что делать. Под шумок успела переодеться и принять ещё дозу. Дорога вымотала, а нерасторопные служки так и вовсе выводят из себя уже одним своим видом, но нужно продержаться.       Пока ждала действия порошка, Алинеа начала осматривать своё жилище на ближайшие несколько дней. Её закоулок пещеры был дальше всех остальных, но в этом были лишь плюсы. Воздух сюда поступал чуть хуже, чем в другие её части, а оттого огня здесь жгли меньше — для ставших в последнее время слишком чувствительными глаз — это тоже было подарком. А самое главное — никто не ходил так далеко, опасаясь монстров и призраков. Но Алинеа бы отреклась от наследницы матриарха, если бы её пугал каждый шорох. Она уже бывала на Собраниях раньше, последние два раза посещала их самостоятельно, а до того посещала их с матерью.       Вход был занавешен толстой шкурой, все её личные предметы, что она брала с собой в поездку, уже перенесены сюда и аккуратно разложены, повторяя обстановку комнаты в крепости. Хоть что-то младшие Воронята сделали хорошо.       Снаружи её верно ждал, увы, не пёс. Варгус стоял, будто даже неуверенно, озираясь по сторонам. Алинеа, глядя на это, лишь фыркнула. Родись она высоченной детиной мужского рода, с размахом в плечах, как орла крылья, то заставляла бы других испытывать неловкость, от её компании.       — Ты готова? Мы можем идти? — Варгус заметил её приближение, вновь улыбаясь.       — Можем. Уже известно, кто приехал от других кланов?       Двинулись, возвращаясь к центру всей этой системы пещер, где и проходили все важные мероприятия.       — От Барсуков — старый Калсий.       — О, Духи, он ещё жив? — с сарказмом ответила Алинеа. Ей никогда не нравился этот старик, готовый в любой момент рассыпаться. И таким он был уже тогда, когда девушка только-только родилась.       — Не паясничай, очень тебя прошу. Он очень мудр.       — И очень стар. Неважно. Меня больше остальные двое интересуют.       — От Змей приехал молодая наследница Белинда, ей собираются передать титул главы клана в следующем году.       — Белинда, значит. Почему она? Есть же старшие братья?       — Один из них погиб на охоте за призраком. Второго убили недавно.       Алинеа повернула голову на собеседника. Убили, значит? Кто бы посмел?       — Как недавно?       — Меньше недели назад. Он отправился патрулировать территорию клана вместе со своей свитой, где их и пришили. А головы доставили прямо к воротам их крепости, но никто не видел, как, — Варгус хмурился, с любопытством глядя на поджавшую губы девушку. — Ты что-то знаешь об этом?       — Нет, совсем нет. Нужно будет выразить ей наше сочувствие.       — А оно у тебя разве есть?       — Конечно же нет. Первый день знаешь меня, что ли? — возможно, этому человеку она открывалась чуть больше, чем остальным, хотя раздражал он её всё также сильно. — Не отвлекайся. Волки?       — От Волков всё та же матриарх Теодора.       Алинеа скривила рот. Эта женщина ей не нравилась больше остальных глав. Слишком двуличной она была даже по её меркам, а уж насколько озлобленной… За свой клан любому глотку перегрызёт, да и это, пожалуй, единственная её хорошая черта. Но часто поступает необдуманно и агрессивно, уже несколько раз между Воронами и Волками были полномасштабные вооружённые конфликты, но каждый из них неизвестно как, вскоре заминался.       Между тем, Алинеа и Варгус дошли до богато украшенного просторного шатра. Именно внутри находился так называемый стол переговоров, за которым они проведут ближайшие дни. Варгус приподнял занавески у входа, пропуская девушку вперёд. Главы других кланов уже находились внутри, да и пребывали они раньше — их территории просто были ближе. Оба наследника поклонились в лживом почтении, ведь Алинеа знала, что её союзник также недолюбливал всех присутствующих, пусть и не говорил никогда об этом в слух даже ей, предпочитая дипломатично лыбиться, будто дурачок.       — Приветствую уважаемых глав, — в один голос произнесли они, не дожидаясь ответа, сразу выпрямляясь и проходя ближе к столу.       На тот уже выставили обеденные блюда, но трапезу без них не начинали, это было бы слишком неуважительно. Алинеа села, занимая место между Варгусом и Калсием, острым взглядом очерчивая силуэты остальных двух людей за столом. Теодора улыбнулась, установив с ней зрительный контакт, но улыбка больше походила на звериный оскал, не предвещающий мирного завершения всех этих переговоров. Алинеа же, дразня, ответила ей улыбкой снисходительной, почти расслабленной. Она не собирается бояться эту женщину, какой бы страшной и непредсказуемой она не была.       После посмотрела на Белинду. И впрямь, её лицо было слишком похоже на то, которое она видела, когда упаковывала головы. Для подарка. Значит, она убила наследника клана Змей? Что же, это было приятной неожиданностью. Жаль, что она не знала об этом тогда, не убивала бы так быстро. Или взяла бы в заложники…       Но тогда выходит, что наследник самолично отправился в чужие земли, чтобы поглумиться над обычными солдатами, калеча и убивая. Алинеа никогда не считала себя образцом морали — благопристойности да, но не морали — но даже для неё это было слишком низко. И что же сейчас происходит внутри клана Змей? За короткий срок огибают двое из трёх возможных наследников… Самым логичным решением было бы заподозрить оставшегося в живых, мол, устранил конкурентов. Но насколько Алинеа знает, у Змей слишком строгая иерархия, им с пелёнок мозги задалбливают беспрекословным подчинениям старших, так что такие ходы чужды для них. К тому же, Белинда наверняка всегда находилась в окружении слуг. Даже сейчас, за «обедом перемирия», куда брать слуг считалось моветоном, она привёл с собой двоих девочек, возрастном примерно, как та, которую Алинеа убила у Кир-пруда. У этих пресмыкающихся пунктик на несозревшие плоды?       В любом случае, головы были доставлены к воротам, а у Белинды наверняка нашлось алиби. Как теперь узнать, подозревают ли Змеи её?       Не говоря уже о том, что у них с Воронами давние конфликты…       — Госпожа Ворон, а что думаете вы? — вдруг обратилась к ней Теодора, довольно скалясь, понимая, что подловила момент, когда девушка перестала следить за разговорами.       — Если я не озвучиваю свои мысли, значит ими и не стоит сотрясать воздух понапрасну.       — Наша дорогая наследница имеет ввиду, что территориально кланы должны оставаться на своих местах, — перебил её Варгус. — Иначе это будет нарушением договора, который мы заключили за этим же столом пятьдесят лет назад.       В иной ситуации она была бы недовольна его вмешательством, но сейчас оно и впрямь было необходимым. Слишком увлеклась своими мыслями.       — Договора расторгают и корректируют, господин Варгус, — вкрадчиво произнесла Белинда, оставляя в покое столовые приборы и облокачивая голову на локти, упёртые в стол.       — Значит, двое за и двое против, — Алинеа наконец поняла, к чему клонят эти двое. Их желание перепилить земли было понятным, она бы тоже хотела урвать кусочек получше для Воронов, но в прошлый раз подобные решения приводили только к кровопролитиям.       Не стоит забывать и ещё тот факт, что девушка, пусть и добилась многого, но всё ещё не заняла титул матриарха, а потому решать судьбу клана полноценно не может. Если матушке что—то не понравится, то она вправе лишить свою дочь права наследования. И тогда все планы Алинеа рухнут в миг, как карточный домик. А планы у неё грандиозные. Конечно же, остаётся ещё и её ученичество у Духа Молний, но и та вполне могла счесть её позор недостойным для будущего божества.       — А что думаете вы, господин Калсий? — учтиво наклонил голову заглядывая в глаза мужчине, Варгус.       — Я, кха, не знаю, что и думать, право. Мой клан находится в отдалении от всех ваших, а те земли, что вы так жаждете переделить, кха, не коснутся нас ни краешком. Но меж тем, предложение у меня есть. Предложение, не более.       — Мы вас слушаем, почтенный Калсий, — сверкнула хищными глазками Теодора.       — Сейчас ведь больше всего земель у кланов Медведей и Волков. Почему бы не отдать часть Воронам и Змеям, дабы у всех было поровну?       Волчица мгновенно потеряла интерес к старику — справедливости ради, среди собравшихся, его, быть может, немного уважал один лишь Варгус, да и тот как—то странно, не свойственно ему дёрнулся от предложения Калсия. Не от жадности, но, будто, уже имел другие планы.       — Каждый себе желает урвать лакомый кусочек, вряд ли хоть один из нас станет добровольно отдавать свои владения, — начала Алинеа, пальцем проводя по краю своего кубка. — Если мы не придём к согласию, то это вызовет очередной раздор, коих у нас и без того много.       Боковым зрением она поймала заинтересованный взгляд Белинды, в разговор тактично не вступавшей практически с самого начала. Она молчала, но слушала предельно внимательно, запоминая.       — Что представляют эти земли? Священные для каждого северянина места и плодородные почвы. Есть вариант поделить их также, как когда-то был поделён главный тракт.       — Госпожа предлагает сделать их общими? — прошипела Змея, обмахиваясь веером. Лето было в самом разгаре, но в пещерах всё равно достаточно прохладно, зачем ему обдуваться? Привычка? Или она нервничает?       — Да. Пользоваться по очереди и также по очереди их охранять.       Теодора нахмурилась, обдумывая. Алинеа поджала бледные губы, прикидывая, что ещё может предпринять эта ведьма.       Предложение девушки было практически нейтральным. Волки хотели подвинуть Медведей подальше от себя, а Змеи — о, она не сомневалась, — подобраться к крепости Воронов. С одной стороны такой вариант исполнял их желания, но лишь временно. Если земли будут под их контролем ограниченное количество времени, то и манёвры их будут скованными правилами.       Их отвлёк всплеск криков снаружи шатра. Не тревожных, но радостных. Люди начали праздник, на время отвергая пустившую корни в их кости вражду друг к другу. Но также это обозначало и окончание обеда — основная часть переговоров происходила в последующие дни. Первой повисшую в полутьме тишину прервала Белинда. Ни сказав не слова, она встала, своим телом отодвигая стул. Две из её свиты подошли ближе, будто хотели придержать молодую госпожу под руки, но не двинулись более. Немного пожевав губами, она, будто нехотя, поклонилась оставшимся за столом главам:       — Люди собрались отдыхать, и нам пора бы уже. Хорошего вечера.       После чего вышла из шатра, не оборачиваясь, вместе со служанкой. Следом за ней откланялись Теодора и Калсий, оставляя Варгуса наедине с девушкой. Вообще, она хотела остаться одна, чтобы наконец спокойно поесть, но парень вдруг ляпнул очередную несуразицу:       — Я хочу прогуляться на ярмарке. Составишь мне компанию?       — Да.       Она и сама не знала, почему согласилась. Быть может, просто относилась к своему приятелю детства чуть снисходительней, чем к другим. В конце концов, вместе они провели много времени.       — Я обещаю тебе купить что-нибудь повкуснее этого, — Презрительно зыркнул Варгус на оставленные на столе блюда.       Быть может, и он понимал её чуть лучше, чем другие. ***       Было шумно, на вкус Алинеа даже чересчур. Но сладости, которые против её воли запихнули ей в рот сильными руками, — вполне ничего. Раньше девушка, а до того ещё просто целеустремлённый ребёнок, не слишком понимала вообще смысл вкусностей, считая, что у пищи всего две функции: утолять голод и придавать сил. Медвежатина же шла по левое плечо от неё, довольно улыбаясь. Так и хочется ткнуть чем-нибудь в глаз. А лучше в оба сразу.       — Ты хотел о чём-то поговорить?       — Вообще, да. Но гораздо больше я хочу провести время в компании близкого человека, — Варгус замолчал на несколько минут, сравнивая в руках ткани из клана Барсуков. — Совсем скоро пройдёт церемония и я стану полноправным главой клана. И, я чувствую, что недостаточно хорош для этого.       Алинеа молча и с сомнением воззрилась на него. С чего бы этому детине вообще так думать? Если память её не изменяет, чего она ещё никогда за собой не замечала, то и он опережал многих по силе и уму ещё в ребячестве. К тому же, был единственным ребёнком прошлого главы, отчего его подготовке времени уделяли больше, чем практически любым другим клановым делам.       — Понимаешь, я не ты.       После этих слов девушка и вовсе едва не подавилась. Так значит, она его самоощущение своим существованием попустила?       — И хорошо, вторую меня этот мир не переживёт.       — Я рад, что ты пытаешься научиться шутить. Но я серьёзен. В отличие от своего отца я слишком мягкотелый, что ли. Добрячок-простачок. А если конкретнее — просто идиот с жаждой помочь всем и каждому.       Вдруг остановившись, он повернулся к ней лицом. Какое-то время смотрел в глаза, молчал, а после — тяжко вздохнул.       — Пойдём туда, — Взял за руку, отводя в сторону от гуляний и шума праздника. Будто собравшись с силами, начал цедить сквозь зубы:       — Я всегда уважал тебя, ты знаешь. И буду уважать и дальше, что бы не случилось. Я вижу, сколько всего ты делаешь для своего клана, в то время как я просто прогуливал нещадно свою жизнь. Я восхищаюсь тобой, и даже больше — люблю, давно и искренне. И я приму любой твой ответ, но задать этот вопрос хочу уже много лет.       Пауза.       — Ты станешь госпожой моего клана?       В воцарившейся вмиг тишине — или её просто оглушило — Алинеа отчётливо услышала, как по её венам движется кровь. Услышала и сбитое, неровное дыхание мужчины перед собой. Да, он определённо вырос, за время своего паломничества.       — Нет. *** Уже ночью, смотря в глубь темноту пещер, Алинеа почувствовала сильную усталость. Стать госпожой чьего-то чужого клана равносильно замужеству. Будь она чуть глупее и доверчивее, то согласилась бы, даже не имея ответных чувств к Варгусу. А, впрочем, она их и не имела вообще. Он был приятным воспоминанием из детства, но не больше. Узнать, что сам мужчина воспринимал её как-то иначе, казалось неправильным, будто бы это вообще другой человек. Перевернулась на другой бок, чувствуя, что левая рука уже онемела почти полностью. Если бы и согласилась… Они бы поженились, возможно, даже бы изображали на публике счастливую семью, ведь, как ни крути, а Алинеа жаждет, чтобы всё было идеально. По логике и похожим случаям, то были записаны в их исторических книгах, в таких случаях объединялись и кланы. Но ни Медведи, ни Вороны бы не захотели переходить под знамёна других. Тот же раскол происходил бы и внутри супружеской пары, Алинеа бы ни за что не позволила клану Воронов кануть в лету архивных дел. Как и Варгус вряд ли бы захотел из дикого зверя и хозяина леса становится птицей-падальщиком. Иными словами, её согласие привело бы к ещё более худшему положению обоих кланов, чем оно есть сейчас. Перевернулась на спину, тяжело вздыхая. Боль отступала постепенно, волнами, будто бы отлив моря, но сон всё никак не шёл. И всё же, сегодняшняя ситуация заставила её задуматься. Совсем скоро она станет взрослой, и матушка передаст ей титул матриарха. Но дальше и её ждёт замужество и рождение детей. И в то же время, вот-вот Алинеа станет Духом Молний. У Духов вообще бывает семья? Потомство? За время ученичества, она выучила все трактаты о жизни Хранительниц наизусть, а потому была уверена — в истории таких случаев нет вообще. По крайней мере официальных. Духи передают свою силу тем, кого посчитают достойным, если бы они могли иметь детей, то разве не отдавали им магию, чтобы устроить лучшее будущее? Но что будет с её кланом? Нет наследника — нет будущего. После становления Духом, Алинеа проживёт ещё приблизительно пять столетий, во время которых ещё сможет управлять делами Воронов самостоятельно. Но что потом? Самым логичным вариантом из тех, что приходил ей на ум — передавать вместе с силой Духа и титул главы клана. Так она будет уверена, что следующим лидером после неё будет человек разумный. Главное вовремя найти себе достойную ученицу. *** Следующие дни проходили как нельзя уныло и скучно. Бумаги, подписи, выступления перед людьми, обеды с знатными семьями — всё по кругу. Варгус прятал взгляд, будто обесчещенная девица, но ни слова лично Алинеа не говорил. Теодора и Белинда, будто догадываясь о чём-то язвительно переглядывались, то и дело улыбаясь, но молчали.       Сама же несостоявшаяся невеста со свойственным ей безразличием делала вид, будто и вовсе ничего не было. Так проще сохранять лицо. И всё же в глубине души она ощущала какое-то гадкое чувство. Это была не привычная злоба, какая могла бы быть от предательства — а она считала его предложение именно предательством — но и не печаль от собственного отказа. Нет, Алинеа была уверена, что сделала всё так, как было нужно. Варгуса она не любит — да и умеет ли это делать вообще? И будущее ей важно исключительно её людей, исключительно судьба её Клана Воронов. И в чём же тогда дело? Была ли это неловкость? Точно нет. Тогда что?       Во время очередного совместного чаепития Калсий рассказывал какие-то байки, а остальные четверо представителей кланов усиленно делали вид, что им очень интересно — ещё одна дань традиции, на этот раз чтобы отдать дань уважения самому старшему главе. Алинеа то и дело поглядывала на вход в шатёр, надеясь, что вот-вот объявят конец всего этого бродячего цирка или вломится гонец. Да вообще любой способ прервать этот бесконечный поток бессмысленных слов её бы устроил.       — …Ибо сказано так в древних трактатах, да—а. Кха… И им следовать нам велено, дабы чтить память предков и их свершения.       Теодора уже почти смогла придушить старика одни лишь взглядом, как вдруг прозвучал тревожный рог.       «Хвала Духам», — подумала Алинеа, хотя и виду не подала.       Этот рог принадлежал клану Змей — у каждого клана была уникальная техника изготовления, а потому и звук отличался, дабы опознавать своих и чужих. Торопливая служанка, дна из тех девочек, которые окружали Белинду во время первой встречи на этом Собрании и которых не отпускала от себя ни на шаг, быстро выскочила наружу, чтобы разведать. Спустя полминуты она вернулась, низко кланяясь:       — Пришли вести из дома, госпожа, — кажется, за все эти дни она впервые подала голос.       — Вели впустить гонца, — она кивнула и выползла обратно за шторку. Белинда, вновь обмахиваясь веером, ядовито улыбнулась другим главам. — Надеюсь, вы не против?       Никто ничего не сказал, однако Варгус явно был недоволен. Алинеа тоже напряглась: дела клана — сугубо дела клана. Оглашать их при всех как минимум не осторожно.       Гонцом оказалась ещё одна девочка всё того же раннего отрочества. Низко поклонилась главам, макушкой почти упираясь в горные породы под ногами. Змея велела ей подняться, после чего она развернула письмо и неуверенно глянула в сторону других присутствующих, но наследница её клана жестом приказала ей всё же читать. С запинками и срывающимся от волнения голосом, негромко начала:       — Госпоже Белинде от главы клана Змей. Довожу до вашего сведения, что расследование по делу смерти вашего старшего брата завершено, мы наконец-то нашли виновных.       Теперь понятно, для чего это было. Вкидывают обвинения при свидетелях, в чьей правоте простые люди сомневаться не посмеют. Алинеа улыбнулась, уже предвкушая следующие слова.       — Ими же являются патрульные клана Воронов.       Варгус резко выпрямился, вскидывая взгляд на девушку. Гонец застопорилась, сглатывая вязкую слюну и вновь поглядывая на своего господина, но тот нисколько не поменялся в лице, ожидая продолжения.       — Доказательством являются люди, которые видели, как вороны несли головы наших собратьев к крепости и линия маршрута, по которому ныне покойный наследный господин и его свита патрулировали местность, проходящая по границе с кланом Воронов.       На этом она закончила, снова склоняясь, но теперь бросая полные ужаса и ненависти взгляда на Алинеа. Белинда встала, оглядев всех собравшихся, а потом встретилась взглядом с госпожой Воронов. Вопреки ожиданиям, она нисколько не была смущена или напугана ситуацией, напротив, смотрела на неё с вызовом и предвкушением.       — Итак, госпожа Алинеа. Я прошу вас объяснится, дабы не выносить всё это на суд народа.       Алинеа откинулась поудобнее на стул, развалившись и вытянув длинные ноги, после чего сложила ладони у себя на животе.       — Если кто и должен здесь объясниться, то это вы, госпожа Белинда.       Теодора улыбалась, сидя дальше всех в полумраке. В то время как Калсий уже почти получил ещё один удар, от такого потрясения. Змея обмахнулась веером, пытаясь и себе придать более уверенный вид.       — Что вы имеете ввиду?       — Как выразились в вашем письме, «граница с кланом Воронов» по всем документам пролегает вдоль тракта, верно?       Белинда кивнула, синхронно с Варгусом, жадно глотавшим каждое слово девушки.       — А тех головорезов чьи останки мы отправили обратно к вам, наши патрульные нашли у Кир-пруда. Напомню, что он находится всего в нескольких минутах езды от нашей крепости. Но вместо извинений и скорейшего отбытия из центра наших земель, ваши люди напали на моих, искалечили половину, а другую — убили. Наша реакция всего лишь соответствовала ситуации, тем более, что они не хотели сдаваться без боя, а масок мы с них не снимали. Я бы назвала это недоразумением, будь ситуация менее серьёзной.       Повисла тишина такая, что упади иголка — все бы услышали даже в другом конце пещеры. Белинда с вызовом посмотрела на неё:       — То есть вы признаёте свою вину?       — Я не считаю свой клан виновным в данной ситуации, если вы об этом. Зато считаю, что ответственность должны нести оба клана.       На фоне всего этого закашлялся Калсий, хватаясь истощённой старческой ладонью за ворот своих одеяний, судорожно пытаясь расслабить его, задыхаясь. Варгус отвлёкся, стараясь помочь ему прийти в себя. Этой заминкой воспользовалась Змея.       — Вы убили моего старшего брата! Вы убили будущее моего клана! И говорите что-то о нашей ответственности? — изобразив из себя горюющую сестру, Белинда едва ли не брызгала своей ядовитой слюной вокруг себя. Если бы Алинеа была чуть менее уверена в себе, то точно почувствовала себя уязвимой перед таким всплеском эмоций.       Она пыталась сыграть на чувствах других. Теодора и так на её стороне, Калсий легко поддаётся манипуляция, да и Варгус, судя по его сложному выражению лица задумался было. На крики и шум к шатру начали сбегаться люди со всех кланов. Белинда, обмахивая веером раскрасневшуюся шею, выползла наружу, активно жестикулируя свободной левой рукой.       — Слушайте все! Клан Воронов убил наследника Клана Змей!       В толпе прошла волна удивлённых вздохов. Кто-то начал активно перемывать кости, кто-то ругался, кто-то пытался защититься. Последними, безусловно, были Вороны.       Алинеа смотрела на всё это выступление бродячего цирка со скучающим выражением лица. Они и так уже сидели долго за делами, а от крика у неё и вовсе разболелась голова. Матушка была права, что это Собрание не принесёт ничего хорошего. Раз уже и так на них спустили всех собак, то стоило идти до конца и как можно скорее покинуть это место, чтобы обезопасить её людей. С тяжёлым вздохом встала, выходя к народу, вставая бок о бок с Белиндой. Забавно, она только сейчас заметила, что выше этой соплячки почти на целую голову. Толпа неодобрительно загудела при виде неё.       — Клан Ворона не принимает обвинения, — усиливая свой голос магической энергией, медленно и чётко произнесла она. — Клан Змей нарушил территориальный договор, вступив на наши земли без разрешения. Их лазутчики убили и покалечили наших людей, пытая их самыми жестокими способами.       Стало тише, но Алинеа знала, что этим всё не кончится. С презрением посмотрев на ядовитую гадюку рядом с собой, выпустила немного энергии вокруг себя, тем самым легонько его толкая. Слишком слабо, чтобы она смогла ей что—то предъявить, но достаточно, чтобы хоть немного выпустить свою злобу и раздражение.       Вены на руках будто бы начали чесаться изнутри.       — Мы ждём официального письма для начала разбирательств, госпожа Белинда. За сим откланяюсь.       И, наконец, полностью игнорируя её существование, двинулась в сторону их лагеря, дабы отдать приказы о сборах. ***       — Алинеа, подожди!       Вороны уже перенесли всё необходимое в повозки снаружи пещер и готовы были выезжать в любой момент, как вдруг их главу кто-то окликнул. Этот кто-то оказался Варгус, запыхавшийся, схвативший госпожу за руку. Та поморщилась, с силой освобождая её.       — Алинеа, пожалуйста, послушай, — он говорил сбивчиво, с неверием глядя ей в глаза.       — Я слушаю, но трогать девушку, к которой ты никакого отношения не имеешь — неприлично, господин Варгус, — ответила она, вздёргивая подбородок.       — Слушай, я верю тебе. Правда. И пусть я считаю, что ты не совсем права в данном случае, я готов оказать любую поддержку твоему клану. Воины, оружие… Да что угодно!       — И в чём же я, по-твоему, неправа? — в её взгляде стало читаться убийственное намерение.       — Ты убила их. Можешь не отпираться, я знаю, что ты сделала это лично. Ты поддалась эмоциям и поставила свой клан в затруднительное положение.       От сию минутной расправы его спасало только то, что он был, Тёмный побери, абсолютно прав. Да, она психопатка с манией величия и жаждой крови, но сейчас исправить Алинеа ничего не могла, только обороняться.       — Позаботься сначала о своих людях, Варгус. А о моих я позабочусь сама, — она хлопнула его по плечу, после чего села на лошадь и больше не оборачивалась.       И кто бы мог предположить, что это был последний раз, когда они виделись. ***       Вернувшись в клановую крепость, Алинеа первым делом отправилась к матриарху. Встала на колени перед ней, покаявшись и рассказав всё, что случилось. Матриарх выслушала всё спокойно и внимательно, то и дело расхаживая по своему кабинету взад-вперёд. Ругаться она не стала, хотя и понимала серьёзность произошедшего.       — Ты правильно сделала, сказав, что мы ждём официальной бумаги для разбирательств. Но и без внимания оставить твой проступок не могу.       — Я понимаю, — Алинеа склонилась ниже к полу, глядя на свои исцарапанные до крови в попытках отвлечься от боли ладони.       — Ты проведёшь ближайшие три дня в Хладных пещерах, одна, без еды. Ты очень сильно подставила клан, я вынуждена принять меры.       — Благодарю матриарха за благосклонность.       Алинеа ещё посидела полминуты, прежде чем встать. Хладными пещерами назывались подземелья под крепостью, куда отправляли провинившихся. Иногда там запирали и смертников, что порождало нежить для тренировок подрастающего поколения. Девушка знала об этом месте не понаслышке: ещё до того, как она отпраздновала свою десятую зиму, Алинеа отправилась туда медитировать по настоянию Духа Молний. Тогда—то она впервые самостоятельно расправилась с восставшим мертвецом, даже не имея при себе оружия — использовала энергию природы вокруг себя, как это делала её наставница, хотя к обучению заклинаниям они ещё не переходили. Магия всегда давалась ей очень просто, будто была какая-то врождённая интуиция, подсказывающая, как легче овладеть ей.       Каких-то жалких три дня в тишине и покое не страшили её. Напротив, это отличная возможность успокоить разум после всего произошедшего, чтобы после с ясностью в голове вернуться к делам клана. Единственное, что действительно наводило на неё ужас в этой ситуации — порошок заканчивался. И она знала, что в её комнате больше нет, есть только те крохи, что остались после поездки на Собрание. Уже несколько лет Алинеа плотно сидела… будем называть вещи своими именами, раз уж сегодня она расщедрилась на честность. Этот наркотик она принимала почти ежедневно уже года четыре как минимум. И она понятия не имеет, как отреагирует её тело, когда обезболивающее вдруг исчезнет.       Чтобы не пугать себя ожиданием, едва покинув кабинет матриарха, Алинеа сразу направилась к лестнице, ведущей в подвальные помещения. Вороны, встречавшиеся ей на пути, было немало удивлены, но гораздо меньше тех, кто стоял в этот момент на посту. Не смея противиться приказу матриарха, стражи впустили наследницу внутрь, открывая тяжёлые железные двери.       Внизу было темно и сыро. А ещё неумолимо холодно.       Да никто бы в здравом уме не пошёл бы туда добровольно — мелькнули мысли в головах обоих стражников одновременно. Алинеа улыбнулась — её голова давно уже была больна, возможно, даже больше, чем она готова признать сама.       Не собираясь медлить больше ни секунды, начала спускаться по ступенькам. Вороны у входа ещё некоторое время смотрели ей в след, но, видимо, убедившись в том, что она не собирается выходить в ближайшее время, всё же закрыли дверь обратно. Послышалось три поворота ключа в железном замке. Вот и всё, госпожа Бурь заперта в пещерах.       Стоило двери захлопнуться, Алинеа вынужденно остановилась. Здесь не горели свечи или факела — а зачем, если сюда никто не ходит? Единственным источником освещения были грибы, произрастающие на каменных стенах, но и те были дальше, ещё ниже, глубже в земной тверди. Но вот ступени были в кромешном мраке. Через некоторое время её глаза привыкли, она смогла разглядеть очертания лестницы и неровного потолка. Двинулась вперёд. Из-за своего высокого роста ей то и дело приходилось нагибаться, чтобы не удариться лбом о камни.       Воздух тяжёлый, затхлый. Обжигающий горло своим льдом. Алинеа была в той же одежде, в которой уезжала на Собрание — лёгкая накидка из меха и дорожный костюм, на особую защиту от холода также не претендовавший. Чтобы чувствовать себя комфортней, пришлось энергией искусственно разгонять кровь по организму.       Лестница кончилась. Алинеа наконец-то смогла выпрямится, вдыхая полной грудью и выпуская изо рта пар. Она уже почти забыла те ощущения приятного покалывания по всему телу — настолько много здесь магической энергии, к тому же её природы. Магия ведь тоже живая — так утверждала наставница Виктория. И магия знает своих, ластится к ним, будто домашний зверь. Боль сначала усилилась, а потом… просто исчезла?       Широко раскрытыми глазами девушка уставилась в темноту. И вправду, сколько бы не прислушивалась к своему телу, но боли, уже вросшей в её кости и душу, больше не было. Так всё это время, чтобы избавиться от мучений, достаточно было наполниться энергией? Спуститься в подвал собственного замка?       Если бы не шанс, что её могут услышать стражи у двери, Алинеа бы громко рассмеялась, с безумным весельем осознавая мелочность своей проблемы, вокруг которой вертелась её жизнь в последние года. Её затрясло, дыхание сбилось. Всю юность травить себя этой дрянью, чтобы узнать, что всё на самом деле так просто?       Села на колени прямо на пол, посреди коридора. От каменного пола тянуло холодом, но ей нужно было успокоиться, а лучший способ в таком случае — медитация. Вокруг столько энергии, так что места лучше просто не найти. Её мысли метались между тем, что Алинеа должна делать сейчас, и тем, что могло бы быть, знай она раньше… И пусть сейчас уже ничего изменить нельзя, чувство горечи не уходило. Даже несмотря на то, что старалась изо всех сил контролировать потребление того вещества, с каждым днём всё отчетливее понимала свою зависимость от него. Новый способ исцеления-то нашла, но как теперь бросить старый?       Закрыла глаза, сосредотачиваясь на ощущениях в мышцах. Ничего… ничего не болит. Не тянет, не ноет, не рвётся и не ломается. Просто… просто обычное тело обычного человека? Оно же так должно ощущаться? Веки становились всё тяжелее и тяжелее, пока, в конце концов, Алинеа не начала проваливаться в сон, долгий, глубокий и долгожданно умиротворяющий. ***       Три дня давно прошло. В этом она не сомневалась, её чутьё, натренированное годами, позволяло с точностью до часа опознавать время, даже не наблюдая за светом небес. Но за ней так никто и не пришёл… В чём дело? Где-то ошиблась? Сон сбил её ощущение времени?       Алинеа поднялась с пола. Покидать эту обитель, ставшую ей практически колыбельной, не хотелось, но обязанности не ждут. Поправив одежду и съехавший в бок высокий пучок, девушка двинулась к лестнице, но вдруг остановилась. Её уха коснулся чей-то стон.       Призрак.       Почему она не заметила его раньше? Почему он не напал?       Повернулась, наращивая светящийся шар в левой ладони, чтобы разогнать тьму вокруг.       Призрак и правда был. Бесформенный белый силуэт, висящий в воздухе в углу пещеры. Чем конкретнее форма у восставшей нежити, тем сильнее их жажда убийств и крови, а этот же больше походил на туман, потому и не тронул её. Но всё же это было странно. Всех образовавшихся в этих темницах существ выгоняли на полигон не позднее, чем через три дня. Мог ли он осознанно прятаться от служителей клана, не желая становиться подопытным кроликом? Какой бы не была причина, оставлять его тут было не вариантом, но и сейчас заниматься им некогда. Махнув рукой, Алинеа вернулась к двери.       Прислушалась. Тихо.       Куда делись все люди? Стража? Она не слышала даже дыхания, хотя практика магии усилила все её чувства. Но сколько бы не стояла, всё равно не было ни единого шороха, кроме биения её собственного сердца. Что-то точно произошло там, снаружи.       Отойдя на пару ступенек от двери, Алинеа оценила преграду. На замке и по периметру железной двери были наложены особые обереги, не дававшие нежити выбраться. Выбить её девушка тоже не смогла бы, даже у неё на это не хватит сил. А значит остался только один способ.       Вытянула правую руку, призывая к себе магию Духа — уж её-то никакие обереги не сдержат. Шаровая молния раскалила воздух, разрастаясь от её ладони всё больше и ярче. Посчитав, что уже достаточно, Алинеа выпустила её. Дверь слетела с петель, с грохотом падая на каменный пол замка и продолжая плавиться уже на нём.       Но даже на этот шум никто не пришёл.       Девушка быстрыми шагами направилась по коридорам, призывая своего ворона, но и тот не откликнулся. Обстановка накалялась. Уже ближе к выходу на тренировочную площадку — место, где всегда было полно людей, — она перехватила небольшую группу юных Воронят.       — Госпожа! — их заплаканные лица вдруг озарились светом надежды.       — Что произошло? Где все? — как всегда, она была спокойна.       Дети принялись плакать сильнее, пока старший из них попытался объяснить:       — Матриарх не велела вас беспокоить, но… Снаружи, за стенами крепости… Там люди с оружием, они…       — Крепость осадили? — сердце пропустило удар.       Мальчик кивнул, мгновенно потемнев лицом.       Алинеа рванула к воротам крепости, уже понимая, куда подевалась вся стража.       На главной площади, где и находились ворота, собрались все взрослые люди клана, способные сражаться. Чуть поодаль теснились подрастающие Воронята, что только недавно начали практиковать владение оружием. Увидев Алинеа, они все воодушевились. Даже если и не любили госпожу за крутой нрав и жестокость, каждый знал — она сильна. Она — избранница Духа Молний.       Проигнорировав восторженные возгласы своих людей, Алинеа пробежала мимо них, забираясь на стену.       — Матушка!       Матриарх стояла вместе с несколькими своими приближёнными, задумчиво глядя в низ. Услышав окрик дочери, её лицо мгновенно поменялось:       — Я же сказала им не выпускать тебя.       Так вот куда делись стражи.       — Я сама вышла. Что происходит?       Женщина отвела глаза, глядя на тех, кто их окружил. Поджала губы, явно не желая отвечать:       — Волки и Змеи, — матриарх повернулась лицом к осаждавшим. — Прибыли вчера под наши стены, взяли в плен тех, кто патрулировал. Переговоры ни к чему не приводят, и никто из наших не может дозваться своих воронов. Мы не можем выйти и не можем попросить помощи.       — Они выдвигали каких-либо требований?       — Нет. Они… будто ждут кого-то. ***       Вечер простояли в напряжении, но ничего не произошло. Заснули лишь немногие, остальные слишком опасались ночного нападения. Матриарх ушла вниз, чтобы подбодрить людей, а Алинеа осталась на стене. Волки и Змеи стояли бок о бок. Первые рубили деревья у окраины леса, а вторые, вооружившись луками и стрелами, недобро поглядывали на тёмные стены крепости. Их нападение — лишь вопрос времени. Но не понятно, зачем тянут?       Больше всего на свете ей хотелось сейчас связаться с наставницей. Та всегда находила выход из ситуаций и безусловно помогла бы. Не говоря уже о том, что её авторитет Духа мгновенно бы остудил пыл этих мстителей. Говоря о наставнице Виктории, они же последний раз виделись больше недели назад, значит, что она вот-вот должна прийти, дабы продолжить обучение. Алинеа воодушевилась — это бы спасло её клан и избавило от многих проблем.       Только бы она успела до того, как эти жалкие собаки решат напасть.       Девушка не сомневалась в том, что они смогут отбить атаку — в конце концов, по силе она уже почти сравнялась с наставницей — но это будет дорого стоить Воронам. Набравшись решительности, Алинеа вернулась в свою комнату. В замке было пустынно, ведь все люди собрались в общем зале, готовясь к предстоящим трудностям. А потому на верхних этажах каждый шорох отдавался эхом, не говоря уже о торопливых шагах. Её спальня стала казаться совсем чужой. Место, в котором она отдавалась боли и страданиям, считая свою ситуацию безвыходной, вдруг перестало иметь для неё какое-либо значение. Алинеа села на колени перед громадным сундуком. В нём хранилась её одежда, не слишком новая и не слишком нарядная. Но там же, внутри, хранился ещё один её секрет. С замершей душой, Алинеа достала с самого дня тонкий продолговатый свёрток. Ласковым движением развернула его, обнажая блестящий эфес клинка.       Это был подарок на её пятнадцатый день рождения от наставницы Виктории. Тогда Алинеа только-только начинала делать успехи в практическом освоении магии Духа, и клинок был специальным. Тонкая рукоятка, украшенная аметистами, плавно переходила в длинное, практически невесомое лезвие. Всё оружие было выполнено из особого метала, упавшего с небес. Отличительной особенностью этого материала была проводимость магической энергии Духов. Такие клинки не только не портились под её действием, но и двукратно усиливали атаку. Алинеа не пользовалась им до того, считая, что справляется и так, и решив придержать до особого случая. И, видимо, этот случай наконец настал.       Гладкий, блестящий, быстрый и лёгкий… Идеальный меч, чтобы срубить зазнавшимся мразям головы.       Алинеа уже собралась было вернуться, но на пороге комнаты остановилась, делая пару шагов назад. Та самая тумбочка, в которой она раньше прятала ту отраву.       Та самая тумбочка вылетела из окна башни, разбиваясь на мелкие щепки и разлетаясь по всей округе.       Да, стало легче.       Со спокойной душой, Алинеа направилась вниз, прижимая клинок к груди. Уже начало рассветать, а потому народ начал нервничать ещё сильнее. Бездействие и со стороны осаждающих, и со стороны самих Воронов вызывало негодование, но оно мгновенно рассеялось, стоило воинам вокруг крепости зашуметь, будто приветствуя кого—то. Матриарх и Алинеа переглянулись, быстро поднимаясь, дабы посмотреть, что же там происходит.       Практически свесившись вниз, девушка узнала того, кому были так рады Змеи и Волки.       Виктория.       Её наставница, гордо восседая на вороном жеребце, въезжала в толпу людей, переговариваясь с Теодорой и Белиндой.       «Так, значит, эти двое тоже тут», — хмыкнула про себя Алинеа. Она лично заберёт их жизни за такую наглость.       Однако, вместо раскаяний или даже переговоров, Дух повернулась лицом к осаждавшим, начиная торжественную и воодушевляющую речь. Заслышав её, Алинеа побледнела, с неверием уставившись на наставницу. Увидев изменения на лице своей дочери, матриарх испугалась:       — Что там? Что она говорит?!       Алинеа молчала, всё ещё не в силах справиться с шоком.       Кто-то из приближённых советников встал рядом с ней, прислушиваясь к едва доносящимся сквозь ветер словам. Едва не упав от прилива чувств, он выдохнул:       — Она… Дух… Дух говорит, что мы… Госпожа Гроз назвала клан Воронов преступниками и рассадником тьмы, предателями… Она призывает уничтожить каждого члена нашего клана.       Матриарх едва не лишилась сознания. Как? Как?!       Она подбежала к краю стены, выглядывая. Своими глазами видела, как люди других кланов обнажают оружие и тащат осадные лестницы… Но откуда такие лестницы в кланах? Ответ был один — это всё давно было спланировано.       Нет… Нет! Может, может можно ещё что-то сделать? Попытаться снова призвать к переговорам? Они ведь не делали ничего плохого, это просто недоразумение.       Поддавшись, эмоциям, матриарх замерла на месте, не замечая ничего вокруг.       — Мама!       Алинеа выпустила молнию, но промахнулась.       Стрела, выпущенная Белиндой, попала прямо в грудь матриарха клана Воронов. Толпа, окружавшая наследницу Змей, одобрительно заголосила, радуясь чужому горю. Вороны засуетились, отбиваясь от первых атак на стенах, а меж тем Волки уже тащили таран к воротам крепости. Алинеа оттащила матушку в сторону от сражающихся, невидящим взглядом уставившись на обескровленные губы. Она ещё была жива, но обе понимали, что это ненадолго. После таких ран не выживают. Матриарх протянула окровавленную руку к щеке дочери, ласково ей улыбаясь.       — Мы с отцом всегда гордились тобой. Даже если клан Воронов сегодня падёт, я знаю, что ты — выстоишь.       Алинеа медленно встала, обнажая клинок. Какой смысл в этом всём, если она не сможет защитить клан? Белинда… Она лично изуродует её труп, а до того будет мучать ядовитую гадюку пока все слои её шкуры не слезут от боли.       Оставив умирающую матушку, она с разбега перепрыгнула через укрепление стены, мгновенно оказываясь с наружи крепости. Создала взрыв в том месте, куда падала, смягчая приземление и отбрасывая стоящих там Волков. Уже на земле, Алинеа без разбора выбрасывала энергетические заряды во все стороны, наконец-то больше не сдерживая себя. С этой стороны стен не было её людей, а значит не за кого было переживать.       Вороны, увидевшие, что их предводитель перешла к активным действиям, смело ринувшись в бой, будто восстали из мёртвых, также переходя к сражению и защите крепости.       Алинеа же была уверена, что наследницу Змей будут защищать до последнего, но каково же было её удивление, когда та сама отогнал своих подчинённых, выходя с ней на бой один на один.       — Ты! — выкрикнула она. Да, все беды начались с этих гадюк. Значит их и прикончить надо первыми.       Белинда улыбнулась, обмахиваясь веером, как ни в чём не бывало.       — Что — я?       — Ты ответишь сегодня за каждое прегрешение твоего клана.       Алинеа напала, со всей яростью замахиваясь клинком. Она была готова к физическому сопротивлению, даже к украденным секретам тёмной магии.       Но никак не к ответной молнии.       — Очнись, тупая баба! Даже Дух отвернулась от вас! — с жуткой улыбкой потянула Змея, взмахом веера выпуская ещё одну молнию в сторону девушки.       Она ничего не понимала, абсолютно ничего. Как? Откуда он знает магию, которой её обучала наставница?!       — Ты — просто пешка. Как и весь ваш поганый клан. Просто испытание для меня. Дух выбрала не тебя, нет, она бы никогда не выбрала такую зазнайку! С детства она занималась лишь мной, а ты была нужна лишь для отвлечения внимания! Но все лавры тебе, да?! Не дождёшься!       С каждым сказанными словом Белинда бесилась больше и больше, всё яростнее и яростнее размахивая веером. Спокойная злоба в глазах Змеи постепенно превращалась в настоящее бешенство, безумное, неподконтрольное. Алинеа оставалось только уклоняться, то и дело призывая щиты. Слишком многое поменялось за последние часы.       — Что ты несёшь вообще?       И всё же Алинеа чувствовала, что Змея гораздо слабее неё. В безумном гневе, Белинда разбрасывалась энергией, совершенно не щадя своё пока ещё человеческое тело. Даже если она и знает, как управлять стихией, то такими темпами долго не продержится.       — Ну! Хватит прятаться! — в бешенстве выкрикнула Белинда, плюясь кровью.       Сейчас.       Алинеа скопила достаточно заряда, готовясь одним выстрелом уничтожить её, как вдруг сзади раздался взрыв такой мощи, что и её, и всех, кто находился рядом, отбросило в сторону. Наступила её очередь плеваться кровью и глотать горькую молодую траву. Едва подняв контуженную голову, она не поверила глазам.       Крепость клана Воронов пала.       Взрыв уничтожил её целиком, оставляя лишь груду камней, окрашенную в ярко-алые пятна. На фоне этого, возвышалась фигура Повелительницы Грома.       Все убеждения и знания, весь внутренний мир Алинеа в один момент рухнул, схоронившись где-то под останками крепости. Ярость и обида на наставницу, которой она безоговорочно доверяла всю жизнь, жгла изнутри. Не смотря на вернувшуюся боль, она встала, с трудом выпрямляясь и расправляя плечи, с вызовом глядя на Викторию.       Та же сделала несколько шагов к ней навстречу, в свободные руки призывая молнии.       — Наставница! — вскочила Белинда, радостно подбегая к ней. — Мы победили. Я прошла испытание!       Но та даже не посмотрела на неё, не разрывала зрительный контакт с всё ещё оглушённой Алинеа. Змея же, оскорблённая таким безразличием, проследила за взглядом Духа и продолжила щебетать:       — Я поняла. Мне нужно убить её? Тогда вы передадите мне ваши силы?!       Алинеа, к которой едва начал возвращаться слух, аж поперхнулась от такой наглости. Нет, определённо девчонка не могла стать новым Духом. Виктория наконец обратила на неё внимание, презрительно хмыкнув. Вскинув руку, она отбросила её в сторону, судя по хрусту, ломая той несколько костей.       — Убить её? Она раздавила бы тебя щелчком пальцев, — Виктория придвинулась ближе к Алинеа, улыбаясь.       — Объяснитесь? — дрожащим голосом потребовала девушка.       — Если ты так хочешь, то да. Духи имеют власть безграничную, верховенствуют людьми на протяжении пяти веков. Какими, по-твоему, они должны быть?       — Справедливыми.       — Ты права. Но вся справедливость разбивается о привязанности, эмоции. А ты…       — А я ничем в жизни не дорожила, кроме клана, — закончила за неё Алинеа.       Наконец, всё встало на свои места. Они искали предателя, выкравшего их тайны, среди своих. Поражались наглости других кланов в конфликтах. А искать причины надо было в том, в ком никто и никогда бы не посмел сомневаться.       Пусто. Внутри так пусто. Чем теперь заполнить эту дыру? Можно ли её вообще заполнить?       Виктория искусно играла людьми, будто фигурами на шахматной доске. Заставила поверить Змей, что за ними настоящий преемник Духа, а Волков, что они правы. Раз за разом подрывала авторитет Воронов, ослабляла их и делала врагами в чужих глазах.       И всё для того, чтобы создать идеальную наследницу.       Алинеа вытянула клинок, направляя его на наставницу, горько улыбнувшись, спросила:       — Вы позволите мне в последний раз почувствовать себя человеком?       — Для этого я и пришла сюда лично. Пришло время твоего вознесения. А теперь — бей.       ***       Их редко ставят в пару — Алинеа и Зару. В основном из-за характеров, ведь обе просто невыносимы в работе в команде. А ещё потому, что сама Алинеа предпочитает разбираться со всем в одиночку, да и Зара тоже большую часть времени считает сестёр обузами. Но силу Духа Молний признаёт.       Их отправили на север. Если Зару не подводит память, то её сегодняшняя напарница родом со здешних мест, потому роль проводника оставила ей. Сама же Повелительница Пламени едва успела вернуться после, кхм, зачистки своего родного гнезда, как у ворот ей вручили послание, что Алинеа уже отправилась в путь. Пришлось догонять.       Сейчас же Зара откидывается чуть назад, приподнимая лицо к небу и глядя на звёзды между хвойных ветвей. Беркут под ней недовольно хрипит время от времени, явно недовольный таким медленным темпом, который выбрала Алинеа. И Зара его прекрасно понимает. Пожалуй, единственным плюсом её спутницы было то, что говорить с кем-то она считает ниже своего достоинства, а потому едут они в блаженной тишине. Зара ещё раз прокручивает в голове содержание прошения. Если кратко, то им нужно изгнать ледяных исчадий, что в последнее время стали выходит за пределы их обычной зоны обитания. Первый шаг заключается в убийстве, второй — необходимо найти их гнездо, а после сжечь его. Вообще, она прекрасно могла бы справиться одна, но раз уж Госпожа Бурь едет с ней, то так тому и быть.       Широкий тракт сменяется узкой каменной дорогой, когда Алинеа вдруг едва слышно вздыхает. Такое проявление эмоций для неё нетипично, потому Зара вмиг сосредотачивается, пытаясь понять, что послужило для этого причиной. Но вокруг ничего особенного — лес на горизонте, поля, да груда кирпичей в стороне, по-видимому, обрушившаяся некогда крепость. Хотя вокруг него разбросано подозрительно большое количество костей, как отдельно лежащих, так и полноценных скелетов. Удивительно, что здесь всё ещё не пробудился ни единый призрак… Хотя…       — В этих же землях были расположены кланы тёмных магов? — решает поинтересоваться Зара, чтобы узнать достоверность своей догадки.       — Да, — кивает Алинеа, не смотря на неё.       Зара хмыкает, сочувствия к брошенным под открытым небом трупам испаряется, будто бы и не было.       — Тогда заслужили.       — Что заслужили?       Алинеа впервые за весь путь оборачивается на неё. В тусклых глазах мелькают всполохи молний.       — Смерть, что же ещё, — Зара ничуть не смущена её эмоциями. Если сейчас они подерутся, то это будет даже приятно, за такой долгий и скучный путь-то. — Маги тьмы сделали всё возможное, чтобы мы не проявляли милосердие по отношению к ним.       Дух Молний ещё несколько минут смотрит на неё, а потом отворачивается, равнодушно бросая:       — Как знаешь.       Остаток пути проходит также в тишине, что не может не разочаровывать Зару. Что-то, но вот вывести на эмоции Алинеа у неё никогда не выходило, а в спаррингах она всегда отказывается участвовать.       Лишь к утру они добираются до земель, украшенных инеем, будто кружевами. Лошадей оставляют чуть поодаль, чтобы те были в безопасности. Всего через пятнадцать минут пешего пути они слышат ледяных исчадий. Ещё через пять — видят. Исчадия льда похожи на людей внешне, если не учитывать непропорционально длинные руки и когти, способные пробить даже самую прочную броню. Они не одиночки, их порождает гнездо, как правило несколько десятков за раз. Пещеру, где они укрываются, нашли также без проблем. На удивление близко смогли подобраться незаметно: исчадия отвлеклись на бой со стаей волков, которых смогла на них натравить Зара.       Всего двадцать шесть особей и само гнездо. Если убрать тех, кого оно уже породило, то останется совсем беззащитным.       Зара вынимает меч из ножен. С нежностью, почти любовно проводит по клинку ладонью, призывая к его поверхности пламя — так будет быстрее. Изначально, Дух Огня собиралась разделиться, но Алинеа настояла против, опасаясь, что их по одиночке могут задавить числом, так что пришлось согласиться. Жаль только, что развернуться во всю силу будет неудобно, но Повелительница Грома вроде не из тех, кто под руку лезет, так что терпимо.       По знаку готовности они подходят ближе к пещере, а после одновременно призывают свои силы, делая ставку на эффект неожиданности.       Одной цепной молнией Алинеа выводит из строя сразу нескольких исчадий, парализуя. Пользуясь тем, что остальные ещё в замешательстве, Зара мчится вперёд, отрубая головы или пронзая грудь там, где у живых людей должно было бы быть сердце, но у монстров сосредоточение тёмной энергии. Пламя, танцующее на лезвии её меча, испепеляет эти сгустки и тела ледяных исчадий вмиг рассыпаются, превращаясь в безобидный рыхлый снег. Между тем Алинеа разрядами продолжает испепелять тех, что стоят ближе прочих, искры сверкают, рассекая тела монстров.       Зара, не собираясь отставать, бежит дальше, свободной рукой вызывая струю огня и, будто щитом, снося всех на своём пути, оставляя только лужицы и пар. В разгаре боя она не слышит, как к ней подходят сзади, но слышит, что того хитреца успешно поджаривают очередной молнией.       Недолгие четыре минуты и вход в пещеру для них полностью свободен. Зара даже немного жалеет, что всё закончилось слишком быстро, как вдруг из-за заснеженных елей раздаются удары. Женщины переглядываются, одновременно понимая, что это на самом деле шаги. Шаги кого-то очень большого и тяжёлого. Спустя пару мгновений пред их взором предстаёт ещё одно исчадие льда, но до невозможности огромное! Таких больших просто не должно существовать, что это за аномалия? Зара, выделявшаяся особенно высоким ростом, редко, когда встречала оппонента, на которого не смотрела бы сверху вниз. Но эта детина высотой достигает двухэтажный дом!       — Задержи его! — бросает Алинеа, скрываясь в глубине пещеры.       — Сделать что?.. — с изумлением бросает ей в след Зара. Что она задумала? Разве не должны они просто убить его, как и прочих? — Ах! Ладно.       Зара встаёт посреди прохода — своды пещеры достаточно высокие, а потому этот уродец без проблем может туда пройти, чего допустить нельзя. Дух усиливает пламя на клинке, делая его чуть длиннее, иначе не сможет дотянуться ни до чего, кроме ног чудища.       Тот, в свою очередь, ещё полминуты смотрит на неё своими пустыми глазница, а потом начинает реветь, да так громко, что у Зары на мгновения закладывает уши. С трудом, но она выдерживает эту атаку, не отвлекаясь. Монстр, явно разочарованный неудавшимся манёвром, просто начинает бежать прямо на неё. Зара отскакивает в последний момент, посылая огненный шар куда-то вверх и попадая ему плечо. На том месте мгновенно образовывается источающая пар дыра, а рука исчадия остаётся болтаться на честном слове. Однако, вместо того, чтобы как все нормальные воплощения тьмы принять свою участь и дождаться смерти, этот зачерпывает целой рукой горсть снега, формируя себе новое и работающее плечо.       Глаза Зары мгновенно округляются, ещё ни разу на её памяти подобный воскрешённый не регенерировал. Вновь подконтрольной ему рукой, чудовище со всей силы ударяет по тому месту, где стоит Дух. Она снова формирует огненный щит и закрывается им сверху, прогибаясь под ударом и падая на колени. Мгновения растягиваются, монстр продолжает давить сильнее, не обращая внимания на тающую руку. Зара сжимает зубы, чувствуя, как её позвоночник начинает больно хрустеть.       В один миг всё заканчивается, но она даже не успевает понять, как. Монстр вдруг отпускает её, отходя в сторону и смиренно замирая. Зара неверующее смотрит на него, прежде чем замечает выходящую из пещеры Алинеа.       — Что ты сделала? — рычит Зара, чувствуя, что-то нехорошее.       — Подчинила своей воле гнездо, которое его породило. Если оно продолжит и дальше создавать таких необычных и сильных существ, то оно может нам пригодиться, — спокойно отвечает Алинеа, с нескрываемой гордостью рассматривая нового слугу.       — Ты с ума сошла, баба?! Никогда в жизни Духи не будут пользоваться тёмными силами! — Зара пускает поток огненной магии по венам, ускоряя регенерацию.       — Тёмные силы могут даровать нам власть. Настоящую, не такую, что есть у нас сейчас, когда каждый граф или барон ставит себя выше, — продолжает Алинеа.       Терпение Зары вмиг подходит к концу. Не произнося более ни слова, она поднимается и подходит к присмиревшему исчадию льда, а после поднимается ему на плечи, с размаха отсекая голову. Ледяная гора под её ногами рассыпается, опуская обратно вниз. С тяжёлым вздохом, Дух убирает меч в ножны, со всей искренностью смотря в лиловые от магии глаза напротив:       — Я не забуду тебе эти слова. И, клянусь, больше глаза с тебя не спущу. Даже не думай повторять это снова.       Алинеа лишь улыбается.