Про то как Пьер сладкое кушал

Пьер растянулся на единственном диване в гостиной, с блаженным видом поглощая рогалик с заварным кремом. Крошки сыпались на его свитер, а крем оставил белое пятно на подбородке. Сам он блаженно чавкал, глядя в потолок. В это время Хенрик проходил мимо, таща на плече мешок с картошкой, которую он как раз только выкопал. Увидев француза, он остановился и фыркнул. - Ну и жирдяй! - крикнул он, отчего Лефебрэ чуть не поперхнулся. - Целый день только и делаешь, что жрёшь на диване! Пьер с негодованием и кряхтением поднялся на локте, не выпуская рогалик из руки. - Прошу прощения?! - воскликнул он, размахивая выпечкой. - Это не обжорство! Это... гастрономическая культура! - Культура? - Домбровский устало опустил мешок на пол. - У меня на родине за такую культуру бы заставили картошку копать! - Я сегодня утром дрова колол! - защищался Пьер. - А потом пять рогаликов умял! - парировал поляк, самодовольно улыбнувшись. Шум привлёк Фредриха, который как раз составлял недельное меню на кухне. - Что здесь происходит? - спросил он, выглянув из-за угла. - Пьер, ты снова крошишь на мебель? Хенрик, почему ты притащил картошку в гостиную? - Он меня жирдяем обозвал! - с несчастным выражением лица указал пальцем на поляка француз. - Он им и является! - настоял на своём Хенрик. Шварц вздохнул и сделал пометку в своём блокноте. - Во-первых, Пьер, твой индекс массы тела действительно выходит за границы нормы. Во-вторых, Хенрик, оскорбления запрещены правилами совместного проживания. - он немного задумался и добавил - Всем, кроме меня. В-третьих... - он посмотрел на булку в руке Лефебрэ - ...это уже третий рогалик за сегодня, а до обеда ещё два часа Внезапно с лестницы выглянул Елисей с тетрадью в руках. - "Их спор разгорался, как пламя в камине..." - бормотал он, записывая что-то. - "Два сильных мужчины, один - воплощение грубой силы, другой - утончённой чувственности..." - Елисей! - строго сказал немец. - Что? - поэт поднял невинный взгляд. - Я просто ищу вдохновение! Пьер, воспользовавшись паузой, быстро доел свой рогалик. Хенрик, фыркнув, взвалил мешок обратно на плечо. - Ладно, сиди уж. Но если растолстеешь - на танцы с деревенскими девчонками не зови Пьер улыбнулся во весь рот. - Значит, ты всё-таки признаёшь, что я отличный танцор? - Признаю, что ты занимаешь слишком много места на диване - пробурчал Домбровский, уходя. Фредрих снова вздохнул и протянул французу салфетку. - Вытри лицо. И... попробуй сегодня на ужин съесть на один рогалик меньше - Но Елисей испёк ещё и с малиной! - возразил Пьер. - Тогда хотя бы не кроши, - сдался Шварц.