Поломанные куклы. Ожп/L

Помощница против воли. — Признаю, это было слишком самонадеянно, - протягивая руки вперёд, девушка слышит щелчок наручников на запястьях. Вокруг — тёмное помещение, по которому разливается приглушенный свет от ноутбука, стоящего где-то в центре. Однако он едва ли влияет на освещённость комнаты. Вглядываясь в изображение на ноутбуке, замечает букву L, выведенную каллиграфическим шрифтом. Оборачивается в противоположную сторону и замечает нескладную фигуру человека, сидящего в странной позе. Усмехается. — Предлагаю сделку, - произносит спокойным голосом парень напротив, а после встаёт и, подойдя к ней, наклоняется к лицу, останавливаясь в жалких миллиметрах от него. Безусловно, многие девушки смутились бы от подобных действий, но не она. Любой человек, имеющий представление об истинном предназначении этих действий, она уверена, вёл себя в точности, как и она, не поддаваясь смущению. В конце концов, сохранявшему спокойствие разуму, было прекрасно понятно, что именно таких эмоций от неё и добиваются. Волнение и неловкость — те ещё вещички, при которых можно и сболтнуть чего лишнего. Потому лишь ухмыльнулась, ожидая подобного от него. Слишком банален. Правда, она ожидала большего от столь прекраснейшего детектива! — Меня не смутить так просто, великий детектив! Неужели действительно думаете, что это вызовет у меня ожидаемую для вас реакцию? - хриплый смех ему прямо в лицо и парень отходит в сторону. — Ты отреагировала согласно моим подсчётам, - не смотря на девушку, детектив автоматически потянул руку ко рту, прикусив большой палец. — Конечно, конечно, - кивает девушка и вновь громко смеётся, но в следующую секунду произносит с сосредоточенным лицом - Условия сделки? — Забываю про то, что ты взломала Интерпол. И снимаю наручники с рук, - кусая палец, заинтересованно рассматривает свою собеседницу. — Какая немыслимая щедрость, мне даже не верится! - хмыкает она и скептично продолжает - Боюсь представить, что требуется взамен от меня. — Полное молчание касательно моего имени и остальной информации. — Господин детектив, пусть это и первая наша встреча лицом к лицу, но я немного разобралась в вашей личности. Не забывайте, что я училась на психолога, - важно кивнула головой. — Хм, - взгляд чёрных глаз будто смотрел прямо в душу, словно открывая вид на все самые потаенные вещи в твоём подсознании - И что же ты можешь обо мне сказать? — Если бы дело было только в этом, вы бы просто засадили меня в хорошо охраняемую камеру. — Возможно, ты действительно не так глупа, как я предполагал. — Благодарю вас, о великий детектив! - воскликнула девушка, поднимая закованные в наручники руки перед своей грудью, и убрав всякий намёк на улыбку, продолжила - Вы откровенный человек и всегда говорите прямо. Следуйте своим принципам и сейчас. — Помощь в деле Киры. — Как же мои скромные навыки в хакерстве могут вам помочь? - удивлённо вскидывает брови. — У тебя их нет. Взламывая базу Интерпола, ты сильно наследила там. Было слишком легко выйти на тебя. — Сочту за комплимент. — Это был не комплимент. — И что же от меня тогда нужно? - поджав от недовольства губы, спросила задержанная. — Ты должна выяснить, является ли Ягами Лайт Кирой. И, безусловно, я не могу быть уверен в твоей невиновности, касательно дела Киры. — И как вы себе это представляете? Здравствуйте, Ягами Лайт. Я психолог и по просьбе нашего великолепного детектива, я должна проверить, являетесь ли вы Кирой. Так, что ли? - удивлённо восклицает раздраженная девушка. Чувствует, что свобода сокращается в геометрической прогрессии. — У тебя есть право поступать, как сочтёшь нужным. Меня интересует лишь результат. — У меня нет выбора, верно? — Есть. Либо помогаешь мне с расследованием, либо остаёшься в камере на пожизненное заключение. — Эй, почему пожизненное? Да там лет десять максимум! - срывается на крик, тяжело дыша. — Уйми эмоции и, - шепчет на ухо остаток фразы - При необходимости я могу выйти на то, что ты убила нескольких человек. — Всегда удивлялась, что вы считаете себя справедливостью. — Я не считаю. Я являюсь справедливостью, - с полной уверенностью произносит он. — Мило, - фыркает она. *** — Доброго дня. Господин Рюдзаки обратился ко мне с вежливой просьбой помочь расследованию по делу Киры. Надеюсь, мы сработаемся, - дружелюбно улыбнулась девушка, пытаясь найти глазами подозреваемого. — Синдзюро Асахи, - представился взрослый мужчина, подойдя к ней ближе. — Ей можно доверять, - подметил детектив, сидя в кресле и даже не повернув голову в их сторону. — Мы с Рюдзаки давно знакомы, вы можете не бояться рассказать мне свои настоящие имена, - догадавшись о причине сказанными сейчас словами детективом, уточняет новенькая в штабе. Что же, он может её похвалить. Почти не соврала, что вжилось ей под кожу и стало настоящей привычкой. Знакомы они уже достаточно, пусть лица друг друга не видели долгое время. Но это же такая мелочь, верно? — Тогда можете звать меня Соитиро Ягами. — Приятно познакомиться, господин Ягами. Можете звать меня просто Мелисса, - широко улыбнулась девушка, одновременно пытаясь понять, кем ему приходится Ягами Лайт. Должно быть, сын. Ай-яй, грустно наверное, если твой ребёнок является главным подозреваемым в каком-то преступлении. Особенно, если это подтвердится на мировом уровне. — Тода Мацуда! - первым делом в глаза бросается яркая улыбка. А чуть позже и взлохмаченные волосы чёрного цвета на голове совсем молодого парнишки. Стажёр, что ли? — Сюити Аидзава. — Хидэки Идэ. — Хирокадзу Укита. — Кандзо Моги. — Мелисса Уэйн, в таком случае. Рада познакомиться со всеми вами. Постараюсь всеми силами помочь вам в расследовании. Улыбается, широко-широко и даже не лжет, что так ей привычно. У неё нет выбора, заставят помогать всеми силами. Как жаль, что нельзя вернуть время назад. *** — Почему там не было Ягами Лайта, вашего главного подозреваемого? - спросила девушка, когда группа расследования разошлась. — Ты нервничала, - лишь подметил детектив, не давая ответа на вопрос. — Я не вижу связи между его отсутствием и вашим ответом, - тяжело вздыхая, произносит Мелисса. — Он хорошо разбирается в людях. Лайт тебя легко раскусил бы, - не отрываясь от экрана, задумчиво отвечают ей. — В любом случае, он должен появиться в штабе быстрее. Я хочу обратно, никогда не любила Японию, - скривившись на последних словах, новый член в группе расследования по делу Киры разворачивается и направляется на выход. *** — Рада знакомству, Лайт Ягами. — Могу я узнать ваше имя? Должен же я к вам как то обращаться, - слегка склонив голову и мило улыбнувшись, поинтересовался парень. Что же, если он действительно Кира – то чертовски обаятельный. *** — Не против составить мне компанию на прогулке, Мелисса? - очаровательно улыбнулся Лайт, подойдя к девушке. "Ну как я позволила уговорить себя, провести целый день в обществе Лайта?" - вертелось в голове девушки весь оставшийся день. И, когда наступало молчание, в собственной голове она продолжала корить себя. Впрочем, был ли у неё выбор? Ложью будет, если она ответит да. Только вот, это уже слишком. Нет, Мелисса вполне может понять посещение университета, где им доводится общаться исключительно в перерывах между лекциями. Довольно спокойно можно воспринять и краткий промежуток после или непродолжительную остановку на перекус. Особенно, учитывая факт того, что подобное случалось редко. И то, чаще всего по наставлению детектива. А значит, по её воле. И она даже не имела ничего против его нахождения в штабе. Их окружали добропорядочные стражи порядка, готовые пожертвовать жизнью в этом деле. И значит, в случае необходимости помогут. Не стоит исключать таких банальных вещей, как шок и страх, но тем не менее... А вот вспомнить чего-то подобного, где она обещает человеку, чей псевдоним вызывает непонятливый ужас и уважение у любого человека, с самого утра и до поздней ночи шляться с главным подозреваемым по Токио. Где и обещанной помощи ждать особо неоткуда, ведь те прославленные стражи порядка не идут с ней, держа за ручку. И тут придётся полагаться только на себя. И пусть она уже почти что готова пожертвовать своей жизнью во благо дело, но хотелось бы умереть более... героически. Но опять же, был ли выбор у Мелиссы? Был ли у неё выбор вообще, начиная с того момента, как она переступила порог? А если точнее, то все это уже началось, как только ей пришлось пересечь границу и оказаться в ненавистной Японии. Не следует забывать, где именно старуха с косой занесла свое оружие, забирая самого близкого человека. И ничто не даст забыть свою слабость. Впрочем, её мнение здесь навряд ли что либо значит для людей, составляющих её окружение в последнее время. Именно поэтому, когда Ягами предложил исправить их... пусть и не самое ужасное, но слегка неудачливое знакомство, проведя персональную экскурсию, а Эл сразу же высказал свое согласие, не оставалось ничего иного, кроме как выдавить сквозь зубы свой положительный ответ. И до конца дня пришлось шататься по улице, внимательно следя за Лайтом и в попытках уловить любое подозрительное движение. И Мелисса была полностью уверена, что за лёгким диалогом скрывалось такое же желание подозреваемого. Только уже не доказать вину девушки в преступлениях, а... самая обыкновенная манипуляция. Хотя, нет. Не самая обыкновенная, парень был профессионалом, это была аксиома без всяких сомнений. Как забавно получается, они вдвоём хотят использовать друг друга в своих целях, но так мило улыбаются. ...Интересно, был ли Эл искренним с ней? Хотя бы раз. *** — Эл Лоулайт, я не собираюсь в этом участвовать! - взмахнув руками, полетела к нему девушка. — Не называй меня настоящим именем. Если Лайт... — По поводу него я здесь и появилась! - возмущённо вскрикнула, перебивая детектива. — Слушаю, - прикусив палец, Эл слегка прищурился. — Я прекрасно знаю, что ты обыкновенный хам, который не считается не с чьим мнением, но это переходит все границы! Он только выпустился из школы, а ты мне с лёгкостью даёшь разрешение на его пытки! - громко ругается Мелисса, готовая в любой момент ударить раздражающего детектива. — Ты с ним сблизилась, так? - не дожидаясь действий от разъяренной собеседницы, он продолжил - Будь внимательней. Сообщай обо всем. — Т-ты... ты... просто идиот! - прошипев последние слова, она ураганом вылетела из помещения. — Вернётся, - тихий шёпот детектива нарушает тишину. *** — Он предложил мне встречаться. Думаю, это хороший шанс с ним сблизиться, - задумчиво говорила девушка, сидя рядом с парнем, поедающим пончик. — Да, ты права. Ты должна ответить ему согласием, - жуя сладость, произносит детектив — И без тебя знаю, - фыркает и складывает руки на груди. — Только будь аккуратней. Теперь взаимодействий будет намного больше. — Знаю я, знаю. — Рад, что ты стала серьёзно к этому относится. — А? — Прекратила свои глупые попытки вывести меня на эмоции, - не отрываясь от пончиков, пробормотал парень. — А, вы про это. Я никогда и не пыталась вывести вас на эмоции, господин лучший детектив, - не сдерживает улыбку на лице, а рядом раздаётся лишь тяжёлый вздох. *** Привычные мешки под глазами молодого парня увеличились, став в разы темнее и больше. Бледная кожа приобрела ещё более белый оттенок и сам парень больше походил на трупа. — Иди спать, Эл, - устало раздаётся от девушки. — Нет. — Я знаю, что ты страдаешь хронической бессонницей, но тебе стало хуже. Ответа не следует и Мелисса тяжело вздыхает и бормочет под нос: — Подсыплю тебе в торт снотворное. Больше она не могла застать детектива, поедающего торт. *** — И почему ты такой тяжёлый? - таща за собой тело парня, бурчала она. Устав наблюдать за раздражающим её детективом, который очевидно хотел себя просто загнать в могилу, она выполнила свое обещание. Пусть и не в торт, но тем не менее... И сейчас она тащила его на ближайший диван, чтобы он смог нормально поспать. А не десять минут в сутки, при этом в своей любимой позе. А ещё ей было слегка страшно. Прежде она не видела его в гневе. Да и Ватари мог появиться в любой момент. *** — Один барашек. Два барашка. Три барашка, - считает девушка, находясь в кровати. Руками натянула одеяло до самого горла, а сама пытается заснуть и избавить себя от бессонницы - Да бесят меня эти бараны! Не помога-ают они, не помогают! Мне хватает одного барана в повседневной жизни, чья рожа снится мне уже в кошмарах! Хнычет Мелисса, резко встав в кровати. Кричит это ещё несколько минут, одновременно пытаясь избавиться от чувства, что Эл выскочит сейчас из под кровати с радостным криком. Её сон и так сократился до трех часов в сутки. А сейчас она даже не может уснуть. В последнее время везде видит этого чёртового детектива, который пугает её до чёртиков. Последний раз ей показалось, что его глаза смотрят на неё в темноте. Впрочем, они такие же тёмные, как и чернота этой жуткой комнаты в ночное время суток. Порой ругает себя за эти слабости. А порой едва ли удерживается, чтобы не записаться на курсы к психотерапевту. Каждому психологу нужно следить за своим ментальным здоровьем, ведь они не пьют волшебные таблеточки, которые создают вокруг купол, не пропускающий психические расстройства. Казалось бы, вместо детектива должен быть Ягами. Слушая двадцать четыре часа в сутки о том, что он и есть этот страшный убийца, начинаешь верить. Особенно зная, что Эл никогда не ошибается. Пусть и сам недалеко ушёл от Киры, ведь она далеко не раз замечала его жестокость. Он готов на все, чтобы доказать свою правоту. И, каким бы святым не казался в глазах японской полиции, является больным на голову, уверенный лишь в том, что он – справедливость. Правда, она бы посмеялась с этого спектакля, наблюдая за их борьбой. Так похожи и находятся по двум разным сторонам. Это было бы забавно зрелищем, находись она на первых рядах среди зрителей. Только вот она является одним из главных актёров. А если быть точнее, то очередной пешкой в руках детектива. Как и все остальные вокруг, ведь этим заигравшимся плевать на их жизни. А ей нет. Ей важна своя жизнь. Только вот выбора нет. Попробует сбежать – смерть моментальная. Не попробует – смерть медленная. Словно она стоит и размышляет, какой яд выбрать. А самое ужасное, что второй может оказаться в разы более болезненным. *** Очередной кошмар снится, а Мелисса сжимает одеяло в кулаках и резко открыв глаза, тяжело дышит. Это так ужасно, когда каждую ночь тебе снятся кошмары. А ещё ужаснее, если эти кошмары реальны и уже случались. А ты каждую ночь видишь свои же воспоминания. И гнобишь себя за то, что ничего не сделал. Она ведь могла спасти её, верно? Помочь и спасти жизнь столь близкого человека. Только вновь поступила так трусливо, поджав свой облезлый хвост и убежав далеко-далеко. Бросив там умирать, чтобы спасти свою жалкую жизнь. И в это же время Мелисса думает, что единственный монстр в штабе вовсе не детектив. Какая разница, кем он себя считает. Он не убивал, даже чужими руками. Не убегал трусливо, бросая жертву одну. Он может быть жесток, но все люди не могут быть идеальными. А ещё, такая частая в последнее время мысль, исчезает. Быть может, она и правда слишком близко общалась с Лайтом. А все это была лишь его слишком идеальная игра, в целях отвести подозрения. Он убийца. И пусть его руки не были в крови, он виноват в смертях тысяч людей. И ничто не в силах смыть эти грехи с его рук. Считает себя богом, ставит выше остальных. Но сам лишь человек, к которому по счастливой случайности попала сила богов. Мелисса уверена – он не достоен этой силы. А ещё она первый раз за все пребывание здесь собственными руками хочет отправить Киру на эшафот. Хочет искупить свою вину хотя бы этим. И перестаёт думать о собственной сохранности. И теперь остаётся, работает с делом по своей воле. *** — Ты уверен, что Лайт и есть Кира? - однажды спрашивает Мелисса Уэйн, когда в штабе остаются лишь три человека. Она, Эл и Ватари. — Да, - уверенно произносит парень, даже не взглянув на подсевшую к нему помощницу. — У тебя есть причины так думать? - вновь спрашивает и даже не уточняет, что за причины. — Да. Мелисса все это время смотрела на камеру, показывающую спящего Ягами. И лишь теперь переводит взгляд на детектива, внимательно наблюдая. А он просто грызёт пончик, смотря на экран. И Уэйн кивает. Просто кивает, вновь отведя взгляд на камеру. И обещает себе, что отбросит всякие сомнения касательно того, что Лайт – обычный парень с хорошими мозгами. Несмотря на всю тяжесть этого обещания, наблюдая за таким умиротворенным парнем. А ещё тяжело вздыхает, вспоминая их встречи. Слишком горько становится от того, что это была лишь игра. Но Мелисса Уэйн всегда выполняет обещания и клятвы. Мелисса Уэйн храбрая девушка, готовая броситься на помощь близким в любой момент, даже ценой собственной. В отличии от жалкой Мелоди Коул. *** Хочется реветь. Просто сесть и расплакаться, ведь слишком тяжело. Она давно сломана, но сейчас наступит тот самый выплеск эмоций. И эту сломанную куклу разорвёт на части. Такое давление слишком тяжело для нее. Вспоминаются моменты из детства, когда все вокруг требовали от девочки слишком многое. Когда она написала песню и выступала с ней на сцене, учась в младшей школе. И как тогда на неё были направлены сотни глаз, а все вокруг требовали идеальности. Когда она получала недостаточно высокую оценку, а потом слышала крики. И как на следующий день замазывала синяки. И как потом даже этот человек покинул её, оставляя одну в этом ужасном мире. И пусть этот человек вовсе не был ей близок, было больно. Больно, как и от смерти всех остальных. Почему же она так гонится за жизнью, когда все тянет туда, в другую сторону? Где будет вечная темнота... Что же, должно быть, это и есть её шанс искупления. И пожалуй, сейчас у неё осталась лишь одна цель – поймать Киру. А это сейчас слишком сложно. Обещание горит, словно клеймо, выжженное ярким огнём. А всё вокруг говорит об обратном. А Эл молчит. Он уверен, что Лайт – Кира. И не говорит о причинах даже сейчас, когда никто ему не верит. Преступники вновь умирают. А Лайт Ягами сидит здесь, в их самопровозглашенной тюрьме, под чётким контролем. И определённо точно не убивает. Это просто невозможно. И ей хочется биться головой об стенку. Как же тяжело порой безоговорочно довериться человеку. И Эл, не слушая кого-либо, держит его под замком, не выпуская. А Лайт отчаянно кричит, умоляя о свободе. Мелисса каждый день ходит в сомнениях. Когда-то придётся выбрать, а она не может. Не может поверить в его виновность, но и детективу верит. И спасает от нервного срыва лишь то, что пока она может просто ходить и пытаться узнать, виновен ли Лайт. Пока один вопрос не вырывается от заключенного: — Мелисса! - срывается на крик парень - Ты веришь мне? А Уэйн вгоняется в ступор. Ищет ответа, но его нет. Останавливается и не может даже вздохнуть. Это и есть момент, когда ей нужно сделать выбор? — Не молчи! Прошу... А выбор слишком сложен. Невозможно смотреть в эти умоляющие глаза и говорить "нет". — Мы же столько времени проводили вместе... Неужели, ты не веришь мне? Манипуляция? Хочет перевести на свою сторону? Добавить ещё одну пешку, чтобы шансов было больше? Эл или Лайт? — Мелисса? - на выдохе произносит и замолкает, пытаясь услышать хотя бы что-то. Что-то, что сможет дать ему ответ. А потом сглотнув, опускает голову. Словно молчание уже и есть ответ. — Я... я, - глаза мечутся по сторонам, но никого рядом нет. Никого, кроме сидящего в углу детектива, которому было абсолютно все равно на происходящее. А Лайт подскакивает, услышав женский голос. Надеется, что получит ответ. — Я верю, - выдыхает девушка, а на лице подозреваемого появляется улыбка - Эл. Извини, Лайт. Только последние слова он не слышит. Они были слишком, слишком тихими. А ещё микрофон был отключён, когда она произнесла три последних слова. Мелисса этого не замечает, как и Ягами. Также не замечает и цепкого взгляда чёрных глаз, неотрывно следящих за её действиями. Их прищура, а позже и совсем незаметной улыбки. Зато хруст от любимых мятных леденцов слышит отчётливо, что приводит её в чувство. И сильное напряжение немного смягчается, когда взгляд опускается на руки и видит леденец, завернутый в фантик. *** Сегодня Лайт должен выйти на свободу. Этой ночью, сидя рядом с детективов, ей пришлось услышать от него такое простое, словно случайно брошенное: "А я планирую выпустить завтра Ягами отсюда." Проверка это, а может ещё что-то? Но она не так умна, чтобы понимать все ходы двух великих людей, стоящих по разным сторонам шахматной доски. Неужели, это и правда лишь игра для всемирно известного борца за справедливость? Ей представить страшно, как важен этот день Лайту, ведь он наконец сможет почувствовать себя каплю свободнее, находясь без тяжких цепей, обременяющих его. А ещё, отправившись спать после очередного разговора, Уэйн потерпела лишь неудачу. Глаз сомкнуть не могла. Образ Киры и Лайта постепенно совместился и в этом человеке она могла разглядеть обе личности. И пусть убить её он не в силах, но это развяжет ему руки. И не так важно, что убийства продолжаются и по сей день. Она определилась, кому можно доверять. Даже если кажется, что это полный бред сумасшедшего. Потому что в таком случае – она такая же сумасшедшая, как и он. *** В который раз она недооценивает Эл? Не менее, чем в сотый. Как же она могла быть так глупа и поверить, что его выпустят на волю просто так? Что с Ягами снимут все подозрения? Порой хочется просто упасть на пол и запустив руки в волосы, лежать так несколько часов. И как бы печально не было, её к этому тоже привлекли. Ведь, по словам умнейшего из умнейших: "Ты ничего не делаешь в штабе, от тебя никакой пользы. Будешь следить за Лайтом в его привычной среде обитания, а также докладывать мне о каждом подозрительном действии с его стороны. И не пытайся ничего скрыть, иначе пожизненное в камере покажется настоящей благосклонностью." Мелисса, конечно же, начала возмущаться. В первую очередь, почему она должна в это вмешиваться. Когда её грубо проигнорировали, она с не меньшим усердием начала доказывать, что в этом высказывании можно увидеть сравнение Лайта с каким-то редким животным, что крайне грубо. А Эл её лишь стукнул и отошел в сторону, крикнув что-то вроде: "Это не обсуждается." *** Лайт был предоставлен ей на двадцать четыре часа в сутки. Она могла понять логику детектива, почему ей поручили это. Безусловно, находиться в напряжении сутками крайне сложно и нервы сдадут рано или поздно, а человек выдаёт тайну. Только они уже пробовали его садить в камеру, следя через экран столько же времени. И что же? Обыкновенный парень, ничего необычного. Но гений будет видеть такого же гения насквозь, верно? Это в любом случае не борьба для простых людей. И пусть она навряд ли принесёт слишком много пользы, ведь прежде ничего подобного не случалось, несмотря на все взаимодействия... Какими бы незначительными не казались эти факты, которые она будет иметь возможно получить, они предоставляют расчетливому человеку широкий простор для манипуляций. А это прекрасное описание для обоих соперников. Главное самой первой не попасться, а остальное не так плохо. Наверное. Нужно всего лишь сымитировать ответную симпатию, постепенно раскручивая ее до состояния влюбленности. Звучит крайне просто, но на деле... Вновь вгоняет в тоску, стоит задуматься. Но детектив прав. Игра на чувствах — одна из самых сложных, но одновременно эффективных наук. И чем умнее игроки, тем изощреннее и опаснее она становится. А ей вовсе не хочется вступать в эту опасную игру! Она все ещё готова видеться с ним в университете, который исправно посещает каждый день, по приказу великого детектива. И в штабе пересекаться тоже готова. Но играть в эту игру на чувствах... слишком опасно. И сейчас, Мелисса отчётливо видит один вариант, выход из ситуации. Это самый бесхитростный и притягательный из всех возможных. Отказаться от борьбы и признать свое поражение. Но устроит ли это её? Вполне, на самом деле. Устроит ли Эл? Определённо, нет. Значит, придётся искать нечто другое. Переиграть главного манипулятор людскими чувствами и если не влюбить, то создать положительное отношение? Крайне маловероятная перспектива, учитывая, что Лайт будет в разы превосходит Уэйн по уму, а также истинах манипуляции. Что же, предстоит лишь ожидать дальнейшего исхода событий. Потому что, несмотря на все жалкие попытки трезво оценивать участие Лайта в деле Киры, подозреваемый, со всей своей неизменной вежливостью и превосходными манерами, начинал нравиться. А это предвещает огромные проблемы, масштаб которых моментально сведёт девушку в могилу, без всяких попыток выбраться. *** Чуть позже, с совсем маленьким промежутком времени, навалилась ещё одна проблема. Видимо, детектив решил, что Мелисса слишком долгое время не принимала должного участия в расследовании и маялась ерундой. А поэтому, помимо Лайта, прикованного наручниками к руке девушки, спихнул ответственность, касательно второго Киры. Амане Миса. И если образ Киры и Ягами перестал двоиться в глазах и представляться двумя совершенно разными людьми, то девушка и вовсе казалась невинной. Ей было жаль Амане, следя за её безуспешными попытками завоевать внимание возлюбленного. И все эти чувства мешали мыслить хотя бы немного рационально. И научить не обращать на это внимание, мог лишь один человек. Встречи с которым сократились до минимума из-за внимательного багажа за спиной. *** Ей совершенно не нравилось то, что она обязана сделать. Желание детектива могло так и остаться лишь желанием, но это первоначально было приказом, которому даже нельзя было попытаться сопротивляться. Наверное, это не так сложно. Просто наладить хорошие, дружеские отношения. Они обе девушки и, быть может, это будет не трудно... нет, это будет сложно, даже очень. И не нравится все это потому, что и Ягами, и Рюдзаки, и Кира, прежде всего, пользуются логикой. Их дальнейшие ходы можно, при необходимом усердии, предугадать. Словно шахматная доска, если сильно постараться и внимательно следить за игрой и действиями противника, выиграть можно. Подготовиться к этому. Но... Миса непредсказуема. Совершенно. Она сплошной комок эмоций, вспыхивающих на миг, а предугадать ее поведение во всем, что не касается возлюбленного шатена, чертовски сложно. Поэтому, пока не было поздно, ещё до заключения в сдерживающие оковы с Лайтом, состоялся невзрачный разговор: — Я могу понять логику, по которой ты спихнул на меня Лайта. Мальчик, девочка, цветочки, все дела. Да, хорошо. - на секунду Мелисса замирает, усмехается и полностью игнорирует постепенно округляющиеся глаза. - Но Миса? Как ты предлагаешь мне с ней себя вести? Напоить? Устроить слезливый вечер на тему «все парни – козлы»? Я, черт возьми, ничего не могу сделать и сблизиться с ней каким-то способом, который хотя бы немного приближен к реальности! — Я учел все факторы, способные оказать влияние на ситуацию. — Эл сделал глоток ароматного кофе и отставил белую чашку на блюдце. — Вы с Амане Мисой почти одного возраста. Обе лишились родителей. При таком количестве совпадений тебе легко удастся наладить с ней контакт. *** — Эл, отдай мне ключи, - не выдержала однажды девушка, ещё не лишенная каких-то моральных принципов. — Зачем? - взгляд скользнул по руке Мелиссы, перебегая на стоящего рядом Ягами. Который, на удивление, даже выглядел не так идеально, как обычно. — Он – парень! - воскликнула Уэйн, показывая указательным пальцем на непонимающего Лайта. — И? — Ты издеваешься? Сколько это может ещё продолжаться? Знаешь ли, это не особо приличное занятие, когда парень и девушка моются вместе! - недовольно пробурчала она, пытаясь сложить руки перед собой и потерпев неудачу даже в этом. — Не вижу ничего, что может мешать делу, - лишь ответил ей детектив и потеряв всякую заинтересованность в разговоре, полностью сконцентрировался на кусочке торта. И давая понять, что разговор окончен. — Ты... ты просто бесчувственный! - не дал ей закончить тираду Лайт, вовремя подоспевший и утаскивающий разозленную девушку. *** — Я не могу полностью полагаться на тебя, - говорил ей Эл, когда связывал одной цепью себя с Ягами. — Не доверяешь? - вырывается хриплый истеричный смешок. Она то уже доверилась ему, полностью и безоговорочно. Решила, что будет следовать до конца, даже если цена этому – собственная жизнь. И не имеет значения, что к этому решению привело прошлое, которое никогда не сможет забыться. — Нет, - слегка мотнув головой, что растрепанные волосы немного спадают на его глаза, которые он тут же небрежным движением убирает куда-то назад, отрицает он. — А что тогда? - лишь горько усмехается. — Мелисса, ты отдаёшь лишнюю энергию на переживания о нормах этики. Благодаря этому, ты можешь не заметить детали, которая может быть мне важна. Безусловно, твоя помощь крайне важна, но я не могу так сильно рисковать, - и закончив предложение, на запястья символично послышался: "щёлк". Она должна быть рада, верно? Теперь остаётся лишь Миса, с который нужно наладить дружеские отношения. Работа сократилась и теперь можно меньше... нет! Она столько времени следила за ним, тратила последние нервные клетки, а теперь просто так сдаться? Эл крайне умен и расчетлив, но и у него есть физические слабости. И моральные, безусловно. И все же, он тоже не может наблюдать сутками, не отрываясь. Даже если все эти усилия напрасны, но она обязана... обязана найти Киру и отомстить за смерти всех тех людей, погибших от сердечного приступа! — Нет. — Всё в порядке, Мелисса? - спрашивает прежде молчавший Лайт, чьё мнение сейчас в последней очереди волновало детектива. Впрочем, его не волновало ничье мнение, кроме собственного. И, может быть, Ватари. — Мелисса? - чёрные глаза смотрят в упор, не отрываясь. И несмотря на то единственное сказанное слово, именно оно выбивает воздух из лёгких. — Со мной все в порядке. Но ты заставил меня, заковав в эти наручники и велишь сдаться теперь, не дойдя до конца? Я могу показаться не самой приятной личностью, но сдаваться я не собираюсь! - слишком эмоционально воскликнула девушка, а потом хватает детектива за руку, тихо прошептав - Делай что хочешь, но я не уйду. *** Девушка вскакивает с кровати, тяжело хватая нужный воздух своим ртом. — Я не... н-не хотела... правда, - судорожно шепчет куда-то в темноту, глотая слёзы, стекающие по лицу - Извините меня, п-пожалуйста. Мелисса почти задыхается от собственных слёз. Сердце разрывается и всего, чего она хочет – прекратить эти мучения. Слишком тяжёлая ноша, но... она заслужила, верно? Сама виновата, что сейчас так мучается. Она должна метаться в такой же агонии, как и они, ожидая своей смерти. Как же она ненавидит себя. Это слишком, слишком сложно оставаться единственной живой среди всех близких и чувствовать за это вину. Особенно припоминаю, что шанс спасти был. Словно червяк, эти болезненные воспоминания всплывают вновь и вновь, когда наступает ночное время. Это и есть её наказание? — Мелисса? - доносится тихий вопрос откуда-то рядом, заставляя испуганно подпрыгнуть. Открывает от самобичевание лишь на минуту, но все вновь возвращается... — Что с тобой? - он правда... правда волнуется о ней? Ему на самом деле есть до неё дело? Она... она может быть чем-то большим, чем нужная кукла в руках умелого кукловода? А Уэйн раскаивается. Говорит о всем, что происходило в её несчастной жизни. Не жалеет слов, пусть и постоянно сбивается своим судорожным голосом. Сорвалась. Не выдержала. Когда-то Мелоди Коул имела сильный стержень, а также полную уверенность в себе. Мелисса Уэйн была создана, как улучшенная копия Мелоди. Но несмотря на все надежды, одно лишь имя не в силах помочь человеку. Это не изменит личность, а Мелисса так и не изменилась в лучшую сторону. А представлялась лишь сломанной, давно выброшенной куклой. И была лишена даже тех качеств. — Ты не виновата в произошедшем. Вся ответственность лежит исключительно на личности убийцы, а эгоистичное желание спасти свою жизнь присутствует у каждого живого организма. Не стоит винить себя, Мелисса, - непривычно ласково отзывается детектив. А потом улыбается. Когда-то у них состоялся небольшой диалог и Уэйн осознала, насколько же непонятлив Эл касательно всего, что касается социально-этнических норм. И объяснила, что если человеку нужна поддержка, то не стоит перечислять количество процентов, возможных на удачу. Нужно улыбнуться и сказать, что все наладится, даже если это не так. И конечно, можно обнять. И пусть ему все ещё следует поучиться в этом у своего напарника-противника, но чему-то он смог научиться. И это грело душу. — В... все наладится, - она не удивиться, если узнает, что он первый раз в своей жизни пытается по-человечески поддержать. И тем не менее, он быстро адаптируется. И большой моло... Следовало бы ему сказать, что объятья – не способ задушить. *** Этим утром шёл сильный дождь. Никак не мог прекратиться. А она никогда не любила дождь. А грустный взгляд сидящего рядом парня, очень огорчал. "Когда они успели так сблизиться?" - задавала себе так часто этот вопрос Мелисса. И не переставала себя корить. Ведь опять будет больно. Опять будет слишком тяжело переживать потерю близкого, как и раньше. К смертям невозможно привыкнуть, как бы часто они не встречались в твоей жизни. Но... может, может она искупит вину участием в этом деле? Судьба, несмотря на свою ветреность и непостоянность, повернётся к ней своим лицом и ярко улыбнётся? И с детективом все будет хорошо... Он имеет недостатки, как и любой другой человек. Но в какой-то степени, его можно назвать хорошим человеком. И все равно, что Уэйн старается избегать этих противных слов: "хороший" и "плохой". Всегда казалось, что люди разделяют этими словами всех на неудобных и удобных для себя. И тем не менее, он стал ей дорог. Несмотря на запрет, который напоминал о себе каждый день, она его ценила и очень им дорожила. И, пожалуй, готова броситься в ледяные объятья старухи, лишь бы с ним было все хорошо. В конце концов, её жизнь давно пошла под откос от счастливой. Ему повезло немного больше. — Мелисса, - обращается к ней в то утро борец за справедливость, грустно улыбнувшись - Ты в силах пообещать мне, что доведёшь это дело до своего логичного завершения, несмотря на все препятствия? — Я... д-да. Обещаю, - сглотнув, поднимает взгляд на детектива и одновременно опускает чашку с горячим чаем на блюдце, заботливо пододвинутое к себе руками человека напротив. Эл кивает и сосредоточенно мешает свой напиток, пытаясь довести десяток сахарный кубиков и жидкости до однородной массы. Она всегда удивлялась, как он может выпивать столько сладкого за раз. — Не хочешь выйти на крышу? - нарушает молчание и лишь на мгновение переводит свой взгляд на девушку. — Там же сильный ливень... Не боишься заболеть? - скептично хмыкает и тянется за свежей клубникой, лежащей совсем рядом. — Я-то пойду при любых обстоятельствах. И предлагаю лишь тебе. — А какова вероятность, что я соглашусь? - с задором спрашивает Мелисса, забрасывая в рот ягоду и не особо наслаждаясь её вкусом. Какая-то... безвкусная. — Девяносто три процента, - и неожиданно для Уэйн, достаёт из кармана растянутых штанов леденец. Мятный. — У вас великолепная дедукция, мистер великий детектив! - заливается своим хриплым смехом и резко тянется за любимой конфетой. Кажется, брюнет даже усмехнулся. Но конфету так просто не отдал. Правда, когда они уже стояли под ливнем, промокая до каждой нитки, в руках девушки послышался шелест обёртки. И мятный леденец очутился во рту, пока его обладательница стояла на крыше, прислонившись к ограде. — Спасибо тебе, Эл.