Пламя ненависти и любви

Вэгги не питала никаких иллюзией по поводу цели нанесенного ей визита. Она тут же схватилась за свое копье и выставила его вперед. — Ты все никак не угомонишься, Лют? Разве тебе не приказали прекратить сражение? — Мне больше никто не указ. — Лют спрыгнула с подоконника и стала медленно приближаться, держа меч наготове. — Так что в этот раз нас не прервут. — Мне даже немного лестно, что ради встречи со мной ты решилась снизойти в Ад и стала одной из тех, кого презираешь больше всего на свете. Но прости: хоть Чарли всегда утверждает, что отель рад любым гостям, я бы все-таки сделала для тебя исключение. Вэгги в одну секунду выпустила крылья и атаковала. Копье, словно продолжение ее руки, рассекло воздух с такой скоростью, что человеческий глаз едва ли смог бы уловить эти движения. Лют парировала удар своим мечом, искры брызнули во все стороны, озарив их напряженные лица. Взгляды девушек были прикованы друг к другу, и в них пылала непримиримая вражда и взаимная ненависть. Грациозный танец смерти продолжался. Копье Вэгги находило бреши в защите Лют, но та отвечала молниеносными выпадами, и ее меч оставлял на коже противницы глубокие порезы. С каждой секундой их движения становились все быстрее, все яростнее. Наконец, Вэгги занесла копье для сокрушительного удара. Ярость Лют сменилась холодной сосредоточенностью. Больше не было места колебаниям — только чистая концентрация. Она перехватила клинок чуть выше, вдохнула полной грудью и, используя инерцию Вэгги, резко развернулась. Копье, потерявшее точку опоры, описало дугу в воздухе. В этот краткий миг Лют обрушила шквал атак. Меч, словно оживший, рубил и колол с невероятной скоростью. Вэгги отступала в отчаянной попытке удержать дистанцию, но Лют действовала неумолимо. Один точный выпад — и копье вылетело из ослабевшей руки Вэгги. Лют не дала ей времени на передышку. Мощным ударом она выбила Вэгги из равновесия, и та рухнула на пол. В мгновение ока меч Лют пронзил ладонь противницы, намертво пригвоздив ее руку к деревянному полу так крепко, что если бы Вэгги попыталась свободной рукой убрать лезвие, то только поранилась бы. Она вскрикнула, но ее голос потонул в другом, более отчаянном оклике: — Вэгги! — Наконец-то наш шум был услышан! — Лют довольно усмехнулась, увидев в дверях испуганную Чарли. — Этому представлению не хватало главного зрителя. Присаживайтесь, принцесса Морнингстар, у вас место в первом ряду. Чарли тут же приняла свою демоническую форму и мощным потоком магической энергии выбила меч из рук Лют. Но он больше не был ей нужен. Смерть от клинка слишком милосердна, и Вэгги ее не заслуживала, нет… Она будет умирать медленно и в невыносимых мучениях. Враги не знали о новых способностях Лют, и это стало ее преимуществом. Хватило одного небольшого огненного шара, направленного в ангельское крыло, чтобы пламя в мгновение ока охватило маховые перья и перекинулось на длинные волосы и одежду отчаянно кричавшей Вэгги. Через пару секунд уже всю Вэгги поглотил демонический огонь. Чарли бросилась к возлюбленной, но Лют знала, что исправить что-либо уже невозможно. Она бы с удовольствием и дальше наслаждалась столь приятной ее глазу и сердцу картиной, но пора было приступать ко второму акту представления. Лют подобрала меч, спрятала его в ножны и, взмахнув крыльями, пронеслась по коридорам, на протяжении всего пути касаясь стен ладонями, с которых слетали огненные языки. Уже через несколько минут весь отель полыхал. Пламя вырывалось из окон, пожирая этаж за этажом. Лют стояла на крыше соседнего здания и наблюдала. Она глубоко вздохнула и почувствовала, как дым обжигает ее легкие. Ее лицо выражало одновременно триумф и бесконечную усталость. Огонь уничтожал воспоминания, надежды, мечты, заключенные в стенах этого отеля. Лют знала, что там, внутри, оставались те, кто не был причастен к ее мести. Может, Чарли успела кого-то спасти, а может — нет. Может, и сама Чарли настолько оцепенела от увиденного, что упустила шанс выбраться из огня. Плевать, все равно они все были виновны либо перед ней, либо перед кем-то другим, в зависимости от их грехов. Все должно было сгореть. Все должно было обратиться в пепел. Как и она сама, давно сгоревшая изнутри. Но прежде… Лют посмотрела наверх. Отсюда ей открывался вид на светлый шар, контрастирующий с темным небом. Рай. Лют не была уверена, куда именно стоит смотреть, поэтому просто закрыла глаза и тихо позвала: — Отец, я готова исполнить Вашу просьбу. Что я должна сделать? Пять секунд, десять… Ответа все не было. Конечно, Лют уже получила все, что хотела, и помогать Богу было не обязательно. Однако в глубине ее осужденной на Ад души сохранилась верность Небесам. И только Лют собралась воззвать к Богу еще раз, как кто-то сзади положи ладонь ей на плечо. Лют обернулась, инстинктивно схватившись за эфес меча, и увидела перед собой двух прилично одетых мужчин-демонов. — Извините, мисс, — мягко проговорил один из них. — Наш господин будет счастлив принять вас у себя. Он хочет с вами побеседовать. Надеемся, вы ему не откажете? — Кто ваш господин? — с подозрением спросила она. — О, вы его, наверное, не знаете, хоть он и весьма влиятелен, — отозвался второй демон. — Но он уже несколько дней наблюдает за вами, и вы его очень заинтересовали. Кажется, он даже восхищен вами, и, поверьте, для грешников это большая честь. Кто это может быть? Неужели снова Бог затеял игры с переодеваниями? Лют нахмурилась, но, помедлив, все же согласно кивнула — и последовала за демонами.

***

Багровый шпиль дворца, к которому привели Лют, вонзался в сумеречное небо Преисподней, словно окровавленный коготь. Угрюмая готика переплеталась с вычурной роскошью, создавая атмосферу угнетающей красоты. Коридоры причудливо, будто лабиринты противоречивых мыслей их хозяина, переплетались между собой и вели к множеству комнат. В одной из них Лют и оставили, чтобы она могла как следует подготовиться к встрече с местным оверлордом. Это оказались приготовленные к приходу гостя покои, причем явно женские. Их сдержанная элегантность резко контрастировала с вычурной роскошью залов. Кровать с резной спинкой, хоть и лишенная показной помпезности, на вид казалась невероятно удобной. Высокий матрас тонул под тяжестью светлого атласного покрывала, украшенного золотой вышивкой. Рядом с кроватью, с одной стороны от нее, возвышался внушительных размеров шкаф для одежды, а с другой — туалетный столик, на которым были разложены косметика и кисти. Ванная комната, примыкавшая к покоям, удивляла своей простотой и чистотой. На полочке стояли флаконы с натуральными маслами и мылом, а на стене висело большое зеркало в резной раме. Белоснежная ванна была наполнена благоухающей травами водой. Лют, закончившая изучать отведенную для нее комнату, лежала в этой любезно приготовленной для нее горячей ванной. Будто она могла замерзнуть этой поистине жаркой ночью!.. Но все же так приятно оказалось просто смыть с тела всю грязь и дать себе хоть немного расслабиться. Закрыв глаза, она чуть глубже погрузилась в воду — и в собственные воспоминания и размышления… — Раз уж ты все равно думаешь об Адаме, можешь занять пальчики полезным делом, и ночь станет еще приятнее. Лют распахнула глаза и увидела, что на бортик ее ванной облокотился заинтересованно наблюдавший за ней Адам. Лют тихо отозвалась: — Пожалуй, лишу тебя удовольствия лицезреть это. И да… С возвращением. Я думала, что у моего истощенного разума уже нет сил даже на то, чтобы поддерживать галлюцинации. — Должен же кто-то следить за тем, чтобы за тобой никто не подглядывал. — Поэтому ты подглядываешь сам? Впрочем, чего ты там еще не видел… Лют поднялась и, закутавшись в полотенце, прошла в спальню. Распахнув дверцы шкафа, она критически изучила находившиеся там наряды, среди которых, к сожалению, не обнаружила ни одних штанов. Кто бы ни был прежней хозяйкой этой комнаты, вкус у нее был весьма специфичный. Впрочем, белье и одежда казались совершенно новыми. Наконец, Лют остановила выбор на облегающем черном платье со шнуровкой и открытыми плечами и, надев его, с удивлением осознала, что оно ей впору. Оставалось только сделать макияж, и она будет во всеоружии — для беседы или, если придется, битвы с этим загадочным оверлордом.

***

Сердцем дворца являлась Тронная Зала, где на престоле восседал высокий, худощавый мужчина в темных брюках и бордовой рубашке с объемными, широкими рукавами. Лицо его скрывала ярко расписанная маска с глубокими, запавшими глазницами, за которыми зияла бездна. Из ее пасти, раскрытой в вечном крике, торчали острые, зазубренные клыки, готовые разорвать жертву на куски. Верхнюю ее часть украшали костяные наросты, делавшие ее вид еще более устрашающим. Неожиданно из-под маски раздался громогласный, нечеловеческий, словно механический голос: — Всем слугам покинуть зал! Те демоны, что привели к господину гостью, и те бесы, что здесь прибирались и прислуживали, спешно покинули комнату, оставив Лют наедине с оверлордом. Она вновь неосознанно сжала рукоять меча, но мужчина не спешил не только нападать, но и вставать. Он только поднял руку и потянулся к маске, намереваясь снять ее. Сердце Лют забилось чаще. Сейчас она узнает, кто призвал ее к себе. Грешник? Адорожденный? Или, может, все-таки Бог?.. Едва маска оказалась снята, как ее хозяин мягко, чуть смущенно улыбнулся и сказал уже своим, настоящим, до боли знакомым голосом: — Мне не привыкать носить маски, правда, Лют? Перед ней был не враг и не тот Бог, которого она ожидала увидеть. Нет, на троне восседало ее личное божество. Адам.