Часть 11

Солнце пригревало скамейку перед университетом, но настроение у девушек было мрачным. Нори, развалившись, доедала свой бургер и смотрела на Мирданию. — Ну что, Халбранд писал тебе что-нибудь после своих королевских извинений? — спросила она, вытирая пальцы салфеткой. Мирдания грустно покачала головой, её взгляд беспокойно скользил по проходящим мимо студенткам. —Нет. Ни слова. — Она нервно скомкала обёртку от своего бургера. — Но я чувствую... У него появился кто-то. Я не знаю кто, но это серьёзно. — Ой, да брось ты, — Диса обняла её за плечи. — Халбранд и «серьёзно»? Эти два понятия в разных вселенных. Он наиграется с новой игрушкой и забудет её. — Нет, ты не понимаешь! — Мирдания вырвалась из её объятий, её голос дрожал от обиды и ревности. — В этот раз всё по-другому, я чувствую! Она с отвращением отпихнула от себя наполовину съеденный бургер. —Просто... Я...Я наверное, недостаточно хороша для него. Недостаточно... — её голос сорвался, и она тихо, словно делая страшное признание, прошептала: — Недостаточно худая. Все замолчали. Нори перестала жевать. — Я заметила, — продолжала Мирдания, сжимая руки в кулаки. — Ему нравятся стройные девушки. Худые. — Она подняла глаза и её взгляд, полный боли и непонимания, упёрся в Гал. — Ну, знаешь... такие, как ты, Гал. Внутри Гал всё перевернулось. Слова подруги прозвучали как приговор и как обвинение одновременно. Она почувствовала, как по её лицу разливается горячая волна стыда. Перед её глазами всплыло сообщение Халбранда: «Ты сходишь со мной на одно свидание». И его взгляд в кафетерии. Его слова о её плечах. Это было доказательством. Доказательством её предательства. Доказательством того, что Мирд права. Ей нужно было что-то сказать. Сейчас. Ей нужно было отрицать всё, лишь бы заполнить это ужасающее молчание и отвести от себя подозрения. — Мирд, послушай меня, — начала Гал, глядя подруге прямо в глаза. — Он — козёл. Самовлюблённый, пустой козёл. И кому какое дело, какие девушки ему нравятся? Худые, полные, высокие, низкие... Не в этом суть. Дело в том, что он пользуется людьми и затем вышвыривает их, как ненужный мусор. Он не стоит ни одной твоей слезинки. Она положила руку на плечо Мирдании, стараясь вложить в прикосновение всю свою искренность, которую только могла из себя выдавить. — Тебе нужно забыть его. Выбросить его из головы и жить своей жизнью. Жизнью, в которой тебя ценят не за твою фигуру, а за то, какая ты есть. А он... пусть подавится своими «идеальными типажами». — Абсолютно верно! — тут же подхватила Нори, с силой швырнув в урну пустую банку из-под колы. — Оглянись вокруг, подруга! Мужиков полно, как грязи. А ты почему-то выбрала главного козла в университете. Нечего из-за него аппетит терять. — Она ткнула пальцем в недоеденный бургер Мирд. — Доедай. Он вкуснее, чем все Халбранды на свете. — Согласна на все сто, — уверенно сказала Диса, обнимая Мирданию за плечи. — Ты прекрасна, Мирд. И ты заслуживаешь парня, который будет смотреть на тебя, как на единственную девушку во всей Вселенной, а не сравнивать тебя с кем-то. Выбрось его из головы. Мы с тобой. Мирдания смотрела на подруг, и в её глазах понемногу начал угасать болезненный блеск. Слёзы высохли, уступив место усталости и слабой, но надежде. Она медленно кивнула и потянулась за своим бургером. — Да... вы правы, — тихо прошептала она. — Он козёл. Гал наблюдала за этим, и камень на душе стал ещё тяжелее. Они были так искренни в своей поддержке. А она... она сидела среди них с ужасной тайной, которая могла разрушить всё это в одно мгновение. Она защищала подругу словами, предавая её на деле. И это знание жгло её изнутри сильнее любого стыда. Инцидент с бургером и Халбрандом был мгновенно забыт девчонками, когда Диса, сияя как новогодняя ёлка, поднялась со скамейки. — Кстати, у меня для вас новость! — объявила она, и по её лицу было ясно, что новость радостная. — Мы с Дурином... ну, типа... официально. Встречаемся. Последовал взрыв визга и смеха. Нори тут же вскочила и обняла Дису. —Наконец-то! Я уже начала думать, что вам понадобится отдельный курс физики, чтобы понять взаимное притяжение! Я буду твоей подружкой невесты, договорились? Даже Мирдания, чьё собственное сердце было разбито в хлам, улыбнулась, и в её глазах мелькнула тень здоровой зависти. —Я бы тоже хотела такие отношения... простые, честные. Как у вас. Диса покраснела и отмахнулась, пытаясь сохранить крутизну. —Ой, да ладно вам. Я просто... ну, не хочу идти на Рождественский бал совсем одна, вот и согласилась. И всё. — Ага, конечно, — фыркнула Нори. — Ты просто вся светишься от одной мысли не о бале, а о том, с кем пойдёшь. Ты втюрилась по уши, и мы это видим! — Рождественский бал! — вдруг воскликнула Мирдания, хлопнув себя по лбу. — Я совсем про него забыла! Он же уже скоро, а у нас... — её взгляд обвёл подруг, — ...У нас до сих пор нет парней! Все замолчали, мысленно перебирая свои варианты. Взгляды автоматически перешли к Гал, которая сидела, непривычно тихо, уставившись куда-то в сторону. Она не участвовала в общем веселье, не строила планы. Её молчание было настолько красноречивым, что Мирдания уловила в нём что-то. Не может быть... — Тихоня Гал, — с внезапным подозрением, но всё ещё с улыбкой протянула Мирдания. — Ты что, скрываешь от нас своего парня? Внутри Гал всё оборвалось. Сердце ушло в пятки, а затем с силой ударило где-то в горле. Воздух перестал поступать в лёгкие. Парень. Слово обожгло её, как раскалённое железо. Перед глазами всплыло лицо Халбранда — насмешливое, властное. Его сообщения. Их сделка. — Что? Нет! — её голос прозвучал слишком громко и слишком резко. Она заставила себя расслабиться и фыркнуть, делая вид, что вопрос просто смешной. — О чём ты? О каком парне? У меня учёба, работа... Где мне взять парня? Она старалась говорить легко, но внутри всё было сжато в один тугой, болезненный узел из лжи, страха и стыда. Она сидела среди своих лучших подруг, которые делились с ней самым сокровенным, а она лгала им в глаза, скрывая сделку с тем, кто причинил им всем боль. В этот момент она почувствовала себя самой большой предательницей на свете.

***

Скамейка опустела, когда Диса и Мирд ушли вместе на пару по испанскому. Нори, откинувшись на спинку, изучающе смотрела на Гал. Она видела неестественную скованность в её позе, слишком громкий и поспешный отпор, который она дала Мирд. И самое главное — она видела ту самую тень, которая мелькнула в её глазах, когда та яростно отрицала наличие парня. Это была не просто скромность. Это было что-то другое. Нори медленно выпрямилась, её глаза расширились от внезапного ошеломляющего прозрения. — Не может быть! — она ахнула и тут же прикрыла рот ладонью, чтобы не закричать. Она наклонилась к Гале, понизив голос до драматического шёпота. — Девушка, с которой у Хала всё серьёзно... Это же ты! Галадриэль почувствовала, как вся кровь отливает от лица, а затем приливает обратно, заливая щёки густым, предательским румянцем. Она была застигнута врасплох, словно её поймали на месте преступления с окровавленными руками. Она не успела подготовиться, не успела придумать правдоподобную ложь. — Нори, — её голос дрогнул, и она умоляюще протянула руку, будто пытаясь физически остановить поток мыслей в голове подруги. — Пожалуйста, прежде чем ты сделаешь неправильные выводы... Дай мне всё объяснить. В её глазах читался неподдельный ужас. Это был не страх разоблачения. Это был страх причинить боль. Страх того, что Нори сейчас всё поймёт неправильно и их дружба, их банда, рассыплется в прах из-за её тайны. Нори, несмотря на всё своё обычное ехидство, умела быть серьёзной, когда это было нужно. Она видела настоящую панику в глазах Гал и молча кивнула, давая ей время собраться с мыслями. И Гал выложила всё. Сначала сбивчиво, потом, набравшись мужества, — всё чётче. Про сообщение с извинениями. Про неожиданное предложение Зала. Про их сделку: одно свидание в обмен на извинения перед Мирд. Она не стала приукрашивать, не стала оправдывать его. Она просто изложила голые, нелепые и пугающие факты. Когда она закончила, воцарилась тишина. Нори несколько секунд молчала, переваривая услышанное. —Твою мать... — она медленно выдохнула, качая головой. — Я... я до сих пор не могу в это поверить. Ты идёшь на свидание с этим козлом. — Я знаю, — прошептала Гал, сжимая руки в коленях. — Но, Нори, клянусь, для меня это ничего не значит. Я не заинтересована в нём. Всё, что я делаю... я делаю это ради Мирд. Ты же видела, как она страдала. Он извинился, и ей стало легче. Я не могла просто позволить ему жить дальше, как будто ничего не случилось. Она посмотрела на подругу умоляющим взглядом, в котором читался настоящий ужас. —Пожалуйста... ты никому не должна говорить об этом. Особенно Мирд. Это разобьёт её сердце заново. И Диса... она просто убьёт меня. Ты же понимаешь? Нори смотрела на неё долгим, тяжёлым взглядом. Она видела искренность в её глазах, смешанную с отчаянием. Наконец она тяжело вздохнула и подняла руку, как на клятве. — Хорошо, — сказала она твёрдо. — Я не скажу ни слова. Это останется между нами. Мои губы на замке. — Она сделала вид, что поворачивает ключ у своего рта. — Но, Гал... — её голос стал серьёзным, — Будь осторожна. Играть с огнём — это одно. Заключать сделку с демоном — совсем другое. Гал кивнула, чувствуя, как с её плеч спадает гигантский груз. Она была не одна в этой тайне. И в этом была и слабость, и сила. Теперь всё зависело от того, сможет ли она пройти через это свидание, не сгорев дотла. — Твою мать... — снова ахнула Нори — Это похоже на какой-то дешёвый сериал. До сих пор не могу поверить в то, что это происходит на самом деле.

***

В пятницу вечером компания девчонок без предупреждения завалилась к Галадриэль. Диса, уже полностью готовая, сидела на краю кровати, болтая ногами в блестящих туфлях на каблуке. Её платье переливалось всеми цветами радуги, а волосы были уложены в сложную конструкцию с начёсом. — Гал, ну пожааалуйста! Пошли с нами на вечеринку! — она смотрела на подругу умоляющими глазами, размахивая перед её лицом кисточкой для румян. — Алекс — нормальный парень, не то что некоторые. У него бассейн с подогревом! И его родители уехали! Нори, прислонившись к дверному косяку в своей неизменной косухе и рваных джинсах, с иронией наблюдала за сценой. —Давай уже, Гал, — она щёлкнула резинкой по запястью Галадриэль, которая сидела на полу, скрестив ноги. — Мы все идём. Даже Мирд вытащили на поиски достойной пары для рождественского бала. Ты не можешь нас бросить. Мирдания, стоявшая у окна и смотревшая на темнеющие улицы, обернулась. На её лице была слабая, но искренняя улыбка. Она надела своё лучшее платье — пастельно-розовое и воздушное, — пытаясь вернуть себе хоть каплю уверенности. —Правда, Гал, будет весело. Нам нужна вся наша банда. Мы не хотим идти без тебя. Гал, обхватив колени руками, отнекивалась, глядя в пол. Она бормотала что-то про усталость, про гору невыученных конспектов, про головную боль. Но даже сквозь собственные дежурные отговорки она чувствовала странное, нарастающее внутри волнение. Оно было похоже на низкочастотный гул, исходящий не извне, а из самой глубины её существа. Алекс... Это был друг Элронда. А значит... Хал тоже, скорее всего, будет там. Мысль об этом вызвала не спазматический страх, к которому она привыкла, а что-то иное — острое, щекочущее нервы предвкушение, от которого по коже бежали мурашки. И вот спустя полчаса она стояла одна в своей комнате, пока все остальные ждали её внизу, в лучах заходящего солнца, что окрасили стены в багровые тона. Эхо девичьих голосов ещё витало в воздухе, смешавшись с внезапно наступившей тишиной. Перед зеркалом в её руках лежало платье. Не просто одежда, а нечто большее. Простое, короткое, чёрное платье из мягкого трикотажа. Оно не кричало, а шептало. Оно обещало подчеркнуть каждую линию её тела, каждое движение. Оно было её тайным оружием и её самым большим страхом. Она провела пальцами по ткани, чувствуя, как подушечки пальцев слегка покалывают. Внутри всё сжималось и одновременно расправлялось, как нежный цветочный бутон, готовый раскрыться под тёплым ливнем. Она знала ответ. Знала, почему сегодня её пальцы сами потянулись к этой конкретной вещи в шкафу, почему она с особой старательностью наносила тонкий слой туши, стремясь сделать взгляд глубже, а губы — чуть ярче. Это знание было тяжёлым, тёплым и запретным, как глоток крепкого алкоголя на пустой желудок. Оно пульсировало где-то в самом низу живота, заставляя кровь бежать быстрее и окрашивая её щёки в лёгкий румянец. «Это потому что вечеринка», — сурово сказала она своему отражению, стараясь погасить этот внутренний огонь. «Потому что я хочу выглядеть хорошо для себя. Для девочек. Потому что я просто хочу чувствовать себя... красивой». Но её отражение не обманешь. Потому что это и есть она. В глубине её собственных синих глаз, обычно таких спокойных и холодных, плясали тревожные искорки. В них читалась правда, которую она так отчаянно пыталась погасить внутри себя. Она собиралась не просто на вечеринку. Она шла на минное поле, зная, где заложены ловушки, но всё равно делая шаг вперёд. Ей, против собственной воли, отчаянно хотелось не просто выжить, а победить. Хотелось увидеть в его глазах, когда он её заметит, не привычную насмешку или холодное презрение, а нечто иное. Вспышку удивления? Одобрения? Желания? Мысль об этом заставляла её кожу покрываться мурашками, а дыхание сбиваться. Она с силой выдохнула, пытаясь отогнать эти опасные фантазии, и надела платье. Ткань мягко обняла её тело, сидя идеально, как влитое. И в глубине души она с горьким, сладким ужасом понимала, для кого надела его на самом деле.