Часть 5

Хизер почувствовала, как ее взял кто-то другой и сильно прижал к себе, рука сильно заныла. Ей было неудобно и очень жарко, она сильно вспотела. Шерсть шкуры липла к телу и лицу. Ее куда-то принесли и положили на ровную поверхность. Шкуры раскрылись, в глаза ударил яркий искусственный свет от десятка разных ламп над ней. Какие-то горели белым, какие-то красным, какие-то синим. Из-под нее выдернули шкуры. Она поняла, что лежит на металлической поверхности. «Она на смотровом столе!» Ей стало страшно. Металл больно обжигал холодом тело. Яркий свет обострил головную боль. Она посмотрела по сторонам, но никого не узнала. Здесь не было ни Цвеин’де, ни Кан-Тейя. Она лежала в окружении совершенно чужих охотников. Они были совсем не похожи на тех, которых она встречала раньше. Другая одежда, другие маски и совершенно другие жесты. Они сразу стали снимать с нее остатки ее амуниции. Она попыталась приподняться на локте здоровой руки. Хотела согнуть ноги в коленях. Но с ужасом поняла, что ног она не чувствует. Совсем! Они онемели настолько, что она не могла ими пошевелить. Чужаки переговаривались и что-то делали. Металлический лязг каких-то приборов. Они были за пределами яркого света, и она не могла разглядеть, что происходит. На нее кто-то сзади одевал тяжелую черную маску для дыхания. Она была очень большая, и ей пришлось снова лечь, чтобы придерживать ее. Кетт’ор пока нес уману, вызвал еще двух ученых, когда он пришел, его уже ждали. Он вывалил умана на смотровой стол. Уманка была дезориентирована и сильно нервничала. Она испуганно озираясь. Похоже, Аттури она видела впервые. – Откуда это? - Спросил Джах’азк. – Не поверишь, это прилетело с Яутами. Джах’азк удивленно застрекотал, разглядывая унтары, вплетенные в волосы особи. Пока Кетт’ор начал снимать с нее броню. – Это охотник? - Спросил Джах’азк. – Судя по унтарам, да, - ответил Ит’лан. – И похоже, что это самка, - продолжил Кетт’ор, снимая нагрудник, - видели таких? – Пару раз были замороженные самцы на вскрытиях во время обучения, - ответил Ит’лан. – У Яутов совсем плохо с молодой кровью, раз они дичь в свои кланы тащат? Зачем им самка умана в качестве охотника? - спросил Джах’азк. – Здесь их предводитель, можешь спросить у него, - ответил Ит’лан, подходя и поддевая когтем здоровую руку, она вздрогнула от прикосновения, но руку забирать не стала, позволяя осмотреть себя. Он разжал ее кулак, внимательно разглядывая пальцы на руке. – Есть следы обморожение? - Спросил Кетт’ор. – Не вижу, сильно сбиты. – Проверь задние конечности, - сказал Кетт’ор. – Вся дыхательная система воспалена, я дал ей стопроцентный кислород, но он все равно не попадает в ее твей. Воспаление распространилось и на другие органы. Еще сломана правая рука. Это первичные результаты сканирования, - сказал Джах’азк, изучая трехмерную проекцию ее тела. Хизер сначала смотрела на охотника, он прощупал ее руку, потом он перешел к ногам, дотронулся до нее. Его обжигающие прикосновения были невыносимы. Она попыталась вырваться, но с ними это не получится. Ее тут же перехватили. Джах’азк придержал ее за предплечье. Даже беглый осмотр дал понять, что ткани ног стали отмирать. – Здесь есть следы некроза, - сказал Ит’лан. – Отморозила или дефицит кислорода? - Спросил Джах’азк. – Все вместе. Держи ее, Джах’азк, - сказал Кетт’ор, присоединяясь ко второму ученому. Джах’азк не сильно напрягаясь держал беспокойную уманку. – Обе? - Спросил Джах’азк. – Левая стопа полностью, правую можно попробовать восстановить, - сказал Ит’лан, проведя когтем по красной лодыжке. – Подготовить к ампутации, потом займёмся воспалением - распорядился Кетт’ор. – Что делаем с рукой, тоже ампутируем? - Ставя катетер под ключицу, спросил Джах’азк. Уманка снова вертелась, пытаясь подняться и посмотреть, что с ней делают, мешая работать. – Заменим костную ткань. Ит’лан ушел и вернулся с металлическим браслетом из прямоугольных пластин, закрепленных на стальном ободе. Поймал и вытянул левую ногу. Закрепил его на щиколотке. Он пришел в движение и сильно сжал конечность. Все тело Хизер стало неметь, она хотела видеть, что происходит. Ее сильно беспокоил их интерес к ее ногам. На левую ногу одели браслет, вторую держали. Браслет ощутимо сдавил ногу. Огромная лапа на груди не давала ей подняться. Тот, что стоял сзади, поставил капельницу. Боль постепенно стала отступать, голова опьянела, стала тяжелой. Все стало таким неважным. Она посмотрела на того, кто снимал сейчас с нее перевязку с руки наложенную Ирм’ором. «Какие странные у них маски», – думала она. Такие гладкие, как будто из пластика. За его спиной одного из них она увидела тень, сначала подумала: «Это опять эта тварь. Она пришла сюда за ними!», – ее охватил ужас, но потом тень бесшумно подошла ближе, она узнала К’дига. Теперь он был похож на такой же фантом, какой она видела во сне. Но теперь он был наяву. К’диг был без маски, она с трудом привыкла к их виду без шлемов. Он смотрел на нее как-то странно, глаза пустые, мертвенно-белые, отражали свет. Это совсем не тот К’диг, который охотился с ними. Она попыталась позвать того странного охотника, который держал ее. Но никак не могла вспомнить подходящие слова. Память не хотела выдавать их. С трудом вспомнила пару фраз и прошептала. Пришелец наклонился к ней и выслушал, но ничего не сделал. «Они тоже не видят, может этого нет», – подумала она. От этих мыслей ее отвлек браслет на ноге, кажется, он стал нагреваться все сильнее и сильнее, врезаясь в ногу. Потом раздался треск. Уже засыпая, она с ужасом подумала, что так хрустеть могли ее кости. Джах’азк прижал уманку к столу, не давая больше возможности двигаться, давая время лекарствам подействовать. Она стала потихоньку успокаиваться, повернулась и смотрела куда-то в бок, в сторону Ит’лана. Ее губы зашевелились. – Она что-то говорит, есть переводчик? - спросил Джах’азк, наклоняясь ближе к ней. Из слов в перемешу с уманской шипящей речью они смогли разобрать только два якутских слова. Это «сзади» и «беда». Кетт’ор и Джах’азк посмотрели в сторону, где стоял Ит’лан. – Лучше бы тебя разорвали Каинд-Амедах, было бы проще тебя собрать, - мрачно отметил Кетт’ор. Фолинд внимательно выслушал рассказ Цвеин’де. У него не было причин сомневаться в словах предводителя Яутов. Особенно после просмотренной записи с боевого шлема. Теперь его серьезно беспокоили датчики по периметру станции, которые бесконечно срабатывали. Техники сетовали на неисправность из-за электромагнитных бурь, но дело приняло неожиданный поворот. Возможно, эти твари постоянно нарушали периметр их базы. Существа, которых видеть мог лишь их уман. Встал вопрос о возможном заражении станции. Кто-то обязательно уже заразился. Они многократно ходили в горы, хотя бы одну из этих тварей принесли с собой. Интересно, как уман видел этих существ? Хорошо бы его допросить без его предводителя. Фолинд задумчиво постучал когтями по панели. Он решил отправить две группы на разведку. Но не сказал, что конкретно им нужно найти. Сказал: «Спектральный след от утечки химических веществ. Виден в спектре, что указал Цвеин’де». Прочесать всю базу. Все помещения, как технические, так и жилые отсеки. Ему нужно было найти след существ. Через какое-то время ему пришло сообщение. Первый отряд возвращался. А вот второй перестал выходить на связь. Просто пропал. Трое хорошо обученных Аттурийцев не вернулись. Пропали в стенах его базы. Яуты выделенный им отсек не покидали. Посылать на поиски еще отряд нет смысла. Они мертвы. Он лично отправился по маршруту пропавшего отряда. Он хотел взять свой шлем, но, к удивлению, не обнаружил его на месте. Он взял стандартный лабораторный. Пришел на место, где последний раз отметилась группа. Это был командный отсек. Доступ туда имело только руководство. Зараженные могли быть среди членов управляющих базой. Тех, кого он знал. С кем он работал, и не догадываясь, что они уже не те, кем были. Он вошел в модуль. Сейчас здесь никого не было. Он был полностью автоматизирован. Но в случае необходимости служил местом управления. Стыковки, чрезвычайные ситуации, советы – все проходило здесь. Огромное помещение. Множество пультов и огромный голографический дисплей. Тихое гудение техники. Его шаги отдавались эхом. Он прошел вдоль панелей, осматривая стены, пол, потолок. Судя по рассказам, они любили прятаться именно там. В надежде найти хоть что-то. «Последний сигнал от отряда, был здесь» – думал он. «Зараженные хотели уничтожить станцию или покинуть ее? Основа любого живого существа – размножаться…» Обойдя все вокруг, он ничего не увидел. Пустое, покинутое помещение. Уходя, его вдруг отвлекло едва заметное пощелкивание. Он остановился и посмотрел в сторону, ища источник звука. Кажется, сбоил один из пультов. Он подошел к ним. Действительно гудел и щелкал один из пультов управления стыковкой. Он обошел его кругом и присел на корточки перед машиной. Под панелью что-то происходило. Он не слишком переживая за крепления, снял защитный кожух. В электронной начинке произошло замыкание. Причиной стал застрявший в ней дротик. Фолинд вытащил его, отключив подачу питания на панель. Это был их дротик. На нем остались фрагменты запекшегося твея. Чей был дротик и чей твей на нем, осталось узнать в лаборатории. Похоже, отряд принял бой. Он поставил кожух на место, а дротик забрал. Эти существа активизировались. Внезапно нагрянувшие яуты вынудили их действовать. Так даже лучше. Главное – не дать им узнать, что у него есть существо, способное их вычислить. На наручный браслет пришел сигнал. Второй отряд вернулся и требует встречи с ним. Цвеин’де мерил шагами выделенный ему не слишком большой отсек. Их здесь фактически держали в заключении. Его перемещения по станции были ограничены. Жилой модуль, кех-рит, пищеблок и гигиенический модуль. О всех перемещениях ему было необходимо сообщить заранее. Охраны не было. Но он был уверен, что их не выпускают из виду. Как и договаривались, он связался с кланом Ксинда. Теперь осталось его дождаться и его клан заберут. От которого остался он, Кан-Тей и богами сохраненная самка. Он посмотрел на своего первого помощника. Кан-Тей занимался настройкой своего шлема. Почувствовав взгляд предводителя, помолчав, спросил: – Уман все еще жив? – странно что это его интересует, подумал Цвеин’де. – Мне сообщат, если она умрет, - коротко ответил он. – На поверхности продолжается шторм, - сказал Кан-Тей куда-то в сторону. – Да. Фолинд обещал дать шаттл для подъема на орбиту, такой, что выдержит его. Клановый корабль Ксинда не сможет выполнить посадку. Разобьются, как и наш. – А Аттурийские могут, - мрачно отметил Кан-Тей. – Мы пошли разными путями и нет среди них неверного - ответил Цвеин’де. – Наш уман стал видеть этих существ, когда нас накрыла буря - продолжил Кан-Тей. – Она начала их видеть, когда у нее началась лихорадка, - ответил Цвеин’де. – Я изучил сводки. С момента нашего крушения буря, бушевавшая несколько систров на одном месте. Стала смещаться в нашу сторону. В настигнув нас в пещерах, зависла над нами вопреки прогнозам. А когда мы покинули пещеры и пришли сюда, она последовала за нами. – Откуда у тебя эти данные? - спросил Цвеин’де. – Я смог наладить контакт с одним из Аттурийцев, я поделился с ним информацией, а он со мной. – Ты говорил что-нибудь про умана? - Нахмурился Цвеин’де. – Нет. Мы обсудили метеосводки. Я не касался этой темы, а он не спрашивал. – По твоему буря преследует нас? – Разве такое возможно? - спросил Кан-Тей — В силу всех обстоятельств, я начинаю верить, что такое возможно. - прострекотал Цвеин’де. – Как ты думаешь, уманка все рассказала? Хотелось бы услышать ее еще. Она оказалась чувствительна к этим существам, - ответил Кан-Тей. Дверь в их отсек открылась. На пороге стоял Фолинд. Он коротко поприветствовал охотников и без приглашения зашел. – Я хочу говорить с тобой, вожак. – Я слушаю тебя, Фолинд. – На моей станции было совершенно нападение, погибли мои охотники. – Ты полагаешь, я или мой клан имеет к этому отношение? - сухо спросил Цвеин’де. – При других обстоятельствах у меня не было бы сомнений. Сейчас же я считаю, что на станции есть зараженные, подобные тем, с кем вы столкнулись. – Чего же ты хочешь от меня? - Цвеин’де уже понял, к чему ведет Фолинд, но хотел услышать. – Мне нужен твой охотник, обладающий способностями видеть этих тварей. – Сейчас он находится в твоем распоряжении, - отметил Цвеин’де. – Я хочу привести ее в сознание, чтобы она указала на тварей, что прячутся в моих рядах. – Я все еще не понял, чего ты хочешь от меня? - удивился Цвеин’де. – Сейчас это может сильно навредить ей, но у меня нет времени ждать. Гибнут мой персонал. – Ты пришел просить разрешение убить моего охотника? - переспросил Цвеин’де. – Смерть лишь возможный исход. Цвеин’де сжал кулаки. Идея принести своего воина, пусть даже и уману, в жертву на благо Аттури его взбесила. Тем более это решение приходится принимать ему, за нее. Будто он ей владеет, как зверьком. Неслыханная дерзость. Но похоже, в этой ситуации у них не слишком большой выбор. Ведь если на станции есть зараженные, они могут не покинуть ее вовсе. Фолинд может сослаться на какое-то положении о карантине и просто не отпустить их. Что ему подсказывало, Фолинд все равно сделает, то что хочет с его или без его согласия. Аттури не слишком внушается кодексом, честью, субординацией, когда им нужно получить результат. Такое мерзкое чувство беспомощности отвратительно. – Так что ты скажешь, вожак? - переспросил Фолинд. – Я хочу присутствовать при этом – Да, если пожелаешь. – Хиз-ер, – услышала она рокочущий голос. Где-то издалека, из темноты. Незнакомый. Её будили, а она так хотела спать, хотела, чтобы её оставили в покое. –Хиз-ер. Её снова звали. В какой-то момент ей показалось, что она дома. Но это лишь на мгновение. Она за миллионы световых лет от дома. На станции инопланетян. О чём она думала, когда шла с ними? Постепенно приходили ощущения. Она находилась полусидя. Дышать было больно, она начала задыхаться и кашлять. Лёгкие словно обволокло стеклянной плёнкой. «Я делаю вдох, а она лопается, царапая всё внутри». – Дыши ровно, – говорил голос. – Делай паузу, не спеши. – На лицо давила маска. Приходило ощущение своего тела. Она пошевелила руками, забыв о том, что её правая рука была сломана. Сейчас она не болела. Её немного тянуло. Повернула голову и попыталась открыть глаза. Свет не яркий, но всё равно раздражает глаз. Подняла правую руку, она оказалась свободна, вытянула её перед глазами, осмотрев. Тоненькая ровная белая полоска шрама. Как белая нитка от запястья до локтя. Глубоко вздохнула и закашлялась. Грудь просто разрывало острой болью. От этого она окончательно пришла в себя. Она хотела подтянуть к себе ноги. Но едва чувствовала их. Точнее чувствовала правую, а левую до колена. А дальше пустота. Она перевела взгляд на них и застыла. Её окатило ледяной волной ужаса. Левая нога заканчивалась на щиколотке. Культей. Чуть выше блестел вживлённый металлический обод. «Они отрезали ей ногу». – с ужасом поняла она. Рывком хотела сесть, но ей не дали. Тяжёлая лапа с острыми когтями положила её обратно. Она посмотрела на её обладателя. Рядом с ней стоял незнакомый яут в очень странной броне или это всё-таки был комбинезон с бронёй? Она находилась в том месте, куда её принесли, это была какая-то лаборатория. Она впервые видела подобные места. Она была в медицинском блоке. Но он не шёл в сравнение с этим. Столько техники, одновременно изящной и сложной. Такая большая площадь. Ей было крайне некомфортно находиться в таком разбитом состоянии перед чужим охотником. Они презирали слабость, а ей сейчас было ещё и дико страшно. «Это кошмар какой-то. У неё больше нет ноги. Лучше бы я вовсе не проснулась, как теперь жить с ними? Я и так не дотягивала. Даже до самого слабого из них. А теперь калекой, меня убьют на первой же охоте. Этот яут, наверное, презирает её сейчас, за её страх, за её беспомощность. Он обратился к ней по имени, почему? Только Цвеин’де и Вормур так. Остальные звали “уманом”». Она как-то спросила, что это значит? Вормур тогда сказал, что они так называют их расу. – Хизер – еще раз позвал неизвестный охотник, выводя ее из ступора. – Да, – чуть слышно ответила она. – Не вставай резко. Тебе еще не скоро предстоит выйти на охоту. Хизер немного откинулась. Яут убрал руку, царапая нежную кожу. – Мое имя Фолинд, я возглавляю эту станцию. Я из рода Аттури, ты, наверное, никогда не встречала и не слышала о нас? – Аттури? – переспросила она, – это название вашего клана? – Не совсем, – он немного застрекотал, – это название моего народа, как у вас, европейцы, азиаты. – Другой народ. – Верно, твой вожак Цвеин’де дал мне разрешение говорить с тобой. Хизер снова посмотрела на свою ногу. – Тебя не должно это сейчас волновать, – заметив, куда она смотрит, и почувствовав ее страх. Он бил по рецепторам, дразнил его. Она боялась, но чего? Его она не испугалась, даже когда он назвал себя. Про конфликт их народов ей не рассказывали. Ее тело теперь изменилось. Но в этом нет ничего плохого. С протезом он видел даже больше возможностей. Фолинд слышал, что у уманов слабая и неустойчивая психика, которую она сейчас демонстрировала. Ампутация привела ее в ужас. – Твой предводитель рассказал, что ты видела существ, что напали на вас в горах, расскажи мне про них. - Она наконец оторвалась от изучения своей ноги и посмотрела на него. – Они похожи на тень. Передвигаются на четырех лапах. Только головы у них нет, это форма, в которую они чаще всего принимают. В соседнем помещении за прозрачной с одной стороны стеной, стоял Цвеин’де. Чуть дальше сидел Кетт’ор, он вел запись и следил за показаниями. Уману вывели из химического сна раньше, чем наступил устойчивый прогресс. Он предупредил об этом. Самка все еще балансировала между жизнью и смертью. Но Фолинд распорядился иначе. Цвеин’де наблюдал за тем, что происходит в лаборатории. За тем что говорит их уман. Как она себя ведет и о чем спрашивает Фолинд. Самка держалась пока достойно. Но от умана можно ждать чего угодно. У него ее слова и поступки иногда вызывали испанский стыд. Фолинд внимательно выслушал самку. Потом спросил: – Когда Клабит напал на тебя в пещере, ты видела тени на нем или рядом с ним? – Вокруг него парила едва уловимая темная, аура. Они были уже внутри него. Но когда он напал на нас и убил Ирм’ора, ничего подобного я не видела. Это был не он, ауры больше не было. – Ты помнишь, как тебя сюда принесли? Ты была в сознании, видела здесь что-то подобное? Мне передали, перед тем как тебя усыпили, ты сказала «беда сзади», ты помнишь это? Уманка сдвинула короткую шерстку над глазами. – Да, что-то такое помню. Я тогда никак не могла вспомнить подходящие слова. – Ты видела здесь это существо? – Нет. Я видела нечто иное. Я видела К’дига, одного из наших охотников. Он был… - она перебрала синонимы в голове. - это был мертвец, он был фантомом. Фолинд чуть склонил голову на бок. – Я не уверена, что это было по-настоящему. Тогда все перемешалось. Возможно, этого и не было. – Расскажи мне, что ты видела. – К’диг просто стоял, он был похож на тень, но не они. Просто смотрел. Фолинд задумался, потом положил свою руку ей на лоб. Цвеин’де зашипел: «Он не имел права прикасаться к ней. А уманка не должна была позволять дотрагиваться до себя чужаку». Самка чуть вздрогнула, но потом расслабилась. «Уман есть уман,» - подумал Фолинд. К тому же она самка. Охотник бы принял его действия за вызов. А она похоже не против. – Хизер, сейчас я по очереди введу тебе ряд препаратов. Тебе может стать сначала нехорошо. Потом ты почувствуешь себя лучше. Боль и слабость уйдут. Какое-то время ты будешь чувствовать себя в норме. Ты пойдёшь со мной и с твоим предводителем. Мы пройдём по станции. Я покажу тебе отсеки, где я собрал персонал. Внимательно осмотрись. После того как ты выйдешь, сообщи мне, видела ли ты там тени. Я должен знать, кто из персонала заражён. Когда действие препарата будет заканчиваться, тебе будет становиться хуже. Это нормально. К тому времени мы вернёмся. Ты готова? – Да, - ответила она и закрыла глаза. Сначала руку сильно затянуло. Её бросило в жар, сердце забилось так, что было готово вырваться из груди, накатила тошна. Но Потом все ощущения пропали, как будто повернули выключатель. Её резко отпустило. Она действительно почувствовала себя хорошо. Даже превосходно. Состояние близкое к эйфории. Лёгкость в теле и голове наполняли её. Потеря стопы больше не казалась такой сокрушительной. Она готова была идти в бой, даже если она там умрёт. Не важно, всё стало неважным. Она полностью села. Фолинд отошёл и вернулся с чем-то в руках. Взял её ногу. Раздался металлический щелчок. Хизер удивлённо посмотрела. Это был металлический протез, совершенно не похожий на стопу. Металлический каркас, внутри просматривался механизм, шарниры. Но самое невероятное – она смогла им пошевелить. Механическая стопа гнулась практически также, как настоящая. Фолинд положил руку на неё и сдавил. – Чувствуешь? - спросил он. – Да - ответила она. Хизер ощутила давление, но не прикосновение. Ногу она чувствовала так, как будто она онемела снаружи. Он отключил её от катетеров. Она сняла маску и осмотрела себя и место, где она находилась. На ней осталось только её нижнее белье, спортивный топ и юса – так они называли этот элемент одежды, похожий на набедренную повязку. На груди слева остался какой-то прибор с трубками, идущими в её тело, как будто он был приклеен. Она потянула его. Он отозвался резью внутри. «Не трогай. С помощью этого устройства в твое тело попадает кислород. Твои лёгкие сильно повреждены, они пока не могут полностью обеспечивать тебя кислородом», - поворачиваясь к ней, сказал Фолинд. Он положил рядом с ней её доспехи. Часть их: нагрудные пластины, защиту на бёдра и ремни с поясом. Как хорошо, что они оставили ей ее спортивный топ. Нагрудная броня терла и царапала кожу на груди. Её фигура сильно изменилась, попав сюда. Доспехи пришлось сильно подтянуть. Кое-как одевшись, она осторожно стала слезать со стола. Он был весьма высок для неё. А она не знала, как поведёт её новая нога. Спрыгнув, её сначала сильно повело, но она удержалась. «Только бы не растянуться здесь у него в ногах.» - подумала она. Фолинд стоял в стороне и наблюдал. Он не пытался ей помочь – это было бы оскорбительно для него и для неё. Он и так коснулся её. «Если бы это видел Цвеин’де, в лучшем бы случае зарычал». Он никогда не наказывал её так, как остальных. Охотников, нарушивших дисциплину, Цвеин’де порол в кех-рите кнутом с острыми зубцами. Весь кех-рит был залит их кровью, они с трудом поднимались, но всегда молча. Мог дать и подзатыльник, но такой, что ей казалось, что он расколет голову провинившемуся. Ей же прилетал максимум подзатыльник или тычок в плечо, совсем слабый по их меркам. Но его было достаточно, чтобы сбить её с ног. При этом он никогда не говорил, “за что?”. Она потом догадывалась, а иногда это так и оставалось для неё загадкой. Немного прислушавшись к себе, отметила, что чувствует себя вполне приемлемо. И теперь у неё только один путь, привыкнуть к её новому положению. Люди ко всему привыкают. Только бы не упасть. – Готова? - спросил Фолинд. – Да - ответила она. Они вдвоём вышли. Снаружи их ждал Цвеин’де. Хизер не являлась телепатом, в отличие от них. Но со временем научившееся улавливать их настроение увидела, что Цвеин’де был чем-то явно недоволен. Но спросить не решилась, не зная до конца их культуры, она часто не понимала, что делает не так. Поэтому решила просто держаться от него подальше. Петляя по просторным темно-серым коридорам, они прошли в просторный зал, похожий на ангар. Здесь было довольно холодно. По ногам сильно дуло. Здесь стояли два огромных корабля. Они имели агрессивный хищный дизайн, которого ей не приходилось встречать ранее. Она даже представить не могла, что такие махины можно было разместить в ангаре. Среде них был один маленький корабль, чуть в стороне, – это явно был корабль яутов, судя по силуэту. По нему было видно, что он давно не поднимался, много раз залатан. Раза в два меньше двух других. На их фоне он выглядел, как старый, ржавый Пежо рядом с суперкарами. Аттури занимались своими делами, некоторые не обращали на них внимания. Некоторые останавливались и не смущаясь, разглядывали их. Когда они вышли, они шли в ее ритме. Ей не приходилось бежать, как обычно. Она просто шла, осматриваясь. Дойдя до середины, ее внимание привлекли охотники, которые грузили металлические контейнеры. Среди них мелькнуло что-то. Она остановилась. Постояв, вглядываясь, она двинулась туда. Два охотника, занимавшиеся погрузкой, медленно стрекоча наблюдая за ней. Им не особо понравилась неожиданно появившиеся здесь яут с уманом. Не было бы здесь их руководителя, все могло бы закончиться плохо. Хизер посмотрела на них и прошла мимо. Она снова уловила движение. Она зашла немного за аттурийский корабль и остановилась. За ним на полу была дренажная сетка. Она видела, как из нее, точно растения, тянулись черные полупрозрачные щупальца. Они извивались и раскачивались. Она подошла ближе, разглядывая странное явление. Она ожидала увидеть тени, а нашла какие-то растения. «Может это их разновидность?» - подумала она. Тут вперед вышел Фолинд, за ним – Цвеин’де. Они молча сняли решетку, откинув ее, точно пластиковую крышку. Отростки тут же втянулись. Она хотела тоже подойти, но Цвеин’де жестом остановил ее, при этом рыкнув на нее. Потом они о чем-то быстро заговорили. Она не смогла понять. Когда они говорят между собой, кажется, что они говорят одновременно. Это очень странно. С ней они говорили, как с умственно отсталой, очень медленно, делая паузы между словами и молчали, когда она отвечала. Уман привел их к коллекторам для кораблей. Фолинд сначала не понял зачем? Здесь не было никого из персонала. Потом его визор зафиксировал достаточно большой и аномальный тепловой след. Слишком большой. Он прошел вперед, телепатически обратившись к Цвеин’де. Когда они открыли люк, увидели огромное существо. Похожего на гигантского червя. Оно заняло собой практически всю дренажную систему. По его сегментированному телу проходили волны, вызванные вероятно работой его организма. – Как такое огромное существо обошло ваши датчики? Как его можно было не заметить? - спросил Цвеин’де. Фолинд не ответил, он поднялся и сделал запрос в командный центр. Ему пришел ответ. Все датчики были исправны и работали. Но никаких отклонений они не фиксировали. Фолинд зарычал. – С чем соединен этот дренаж? - спросил Цвеин’де – Со всей станцией. – Ангар нужно изолировать и уничтожить эту тварь. Немедленно, - пророкотал Фолинд. Они поднялись и Цвеин’де скомандовал самке «на выход». Хизер не дали закончить осмотр. Они быстрым шагом направились к дверям выхода. Когда они вышли, охотники снова ненадолго забыли про нее и что-то обсуждали. По коридорам раздались шаги. К ним подошли еще два воина, облаченные с головы до ног в броню. Поговорив, они ушли туда, откуда они вышли. Потом к ним обратился Фолинд. – Двигаемся дальше. – Я сделала что-то неправильно? - спросила она. Никто ей не ответил. Они пошли по коридорам к другой двери. Они явно спустились. Об этом говорили изменившиеся стены. Они из металлических темно-серых стали каменными, вырезанными прямо в породе. Двери открылись – это была столовая. Большое помещение со столами и скамейками, зонами приготовления пищи в виде кругов. Она не видела таких раньше. Тут ее встретила неожиданно наступившая тишина. Все смотрели на них. Наверное, это очень интимное для них место, чтобы тут появлялся чужак. Она стала медленно проходить между рядов в гробовой тишине. За столом по центру сидел крупный охотник в едва заметном черном мареве. Она посмотрела в сторону – еще два, и там трое. Она насчитала девятерых. Дойдя до центра, она остановилась и только сейчас заметила, что Цвеин’де и Фолинд с ней не пошли. Они стояли и наблюдали за ней около дверей. Остальные постепенно теряли к ней интерес и возвращались к своим делам. Хизер стала чувствовать, как стала спадать эйфория, стала наваливаться какая-то слабость. Она вздохнула и посмотрела на потолок. Он был вырезан в породе. К нему крепились коммуникации и светильники. Они отлично освещали помещение. Но за ними она увидела какое-то шевеление. «Твою мать!» - сорвалось у нее с губ. «Это же они! Сколько их там?» Ее сердце предательски быстро забилось, показывая страх, а нутро поползло к пяткам. Она немного приоткрыла рот. Тут ее позвали. Хизер, нам пора двигаться дальше. Остается мало времени. — Хорошо, — ответила она. Когда они вышли, к ней подошел Фолинд. — Они были на потолке? Есть зараженные среди персонала? — Я видела несколько зараженных. И да, они были на потолке. Там их очень много. Фолинд вывел голограмму помещения, где камера фиксировала происходящее. Она указала на нужных. К Фолинд подошли еще двое. Он отдал им приказ: — Есть еще одно место, куда нам нужно отправиться, — обратился он к ним. Шли на этот раз они долго. Хизер стала чувствовать, как тяжелеет каждое ее движение. Протез плохо ее слушался. Она спотыкалась и прихрамывала, но никто не обращал на это внимания. Они, не снижая темпа шли. Подошли к еще одной двери. Хизер было уже все равно. Ей хотелось куда-то сесть и отдохнуть. Дверь открылась. За ней был коридор, гораздо просторнее прежних. Он был более светлый. Они вошли. Двери за ними закрылись, последовало шипение. «Герметичные», — подумала она. Они опять пошли. Поднялись по ступенькам. На середине пути на секунду все перед глазами поплыло, и она схватилась за стену. Ее сопровождение никак на это отреагировали, как будто не заметили. Но она прекрасно знала, они замечают все. Ничто от них не ускользает. И опять двери. На этот раз они так просто не открылись. Фолинд что-то набирал на панели. В появившемся проеме горел слабый голубой свет. «Это силовое поле.» - поняла она. За ними открылся потрясающий вид на огромную лабораторию. Двери выходили на платформу над ней. Когда Фолинд закончил, оно потухло. Она осторожно прошла за ним. Лестницы вниз нет, значит, эта платформа опускается сама. Но Фолинд не торопился ее опускать, она подошла к краю. Никаких перил или бортов здесь не было. Упал – сам виноват. Дурак не достоин жизни. Внизу работали Аттури. Лаборатория была поделена на секции перегородками. Некоторые были отделены куполами из силового поля. Некоторые купола так сильно искажали среду, что были практически непрозрачными. Она осмотрелась. Фолинд очень тихо подошел к ней. Что-то набрал на панели. И платформа, чуть качнувшись, отсоединилась от стены и поплыла вперед. Хизер вздрогнула и чуть отошла назад от края, продолжая осматриваться. Плавно проплывая высоко над головами ученых. Платформа могла двигаться в любом направлении, но приземляться строго в определенных местах. — Посмотри внимательно, Хизер. – Услышала она голос над головой. Платформа, дойдя до противоположной стены, состыковалась с местом, где находился дверной проем. После остановки Фолинд повернулся к ней и спросил: — Ты видела здесь зараженных или признаки присутствия тварей? — Нет, – коротко ответила она. — Тогда нам пора возвращаться, – отходя от нее, сказал Фолинд. Они вышли и пошли сначала тем же путем, но потом резко повернули, проходя мимо коридора, из которого пришли. Прошли еще несколько поворотов, в которых Хизер стала теряться. И неожиданно остановились посреди длинного коридора у больших двойных дверей. — Еще одно место, – сказал он, и дверь открылась. Хизер зашла. Здесь было темно и никого не было. Только панели управления, отключенные проекторы, огромный дисплей на стене. Который выводил какие-то данные. Когда она дошла до середины, плавно включился мягкий свет. Когда свет загорелся, на секунду ей показалось, что в помещении есть кто-то кроме их троих. Кто-то стоял в углу. Неизвестный охотник. Но очень странно… Он повернулся лицом к углу и у него была опущена голова, так ей показалось. Но когда свет загорелся полностью, тень пропала. Она решила подойти туда, непреодолимая сила, смесь страха и любопытства. Она подошла и почему-то ждала, что на нее нападут. Но никого не было. Только пятна крови на полу. Совсем немного. Темно-зеленые пятна уже перестали светиться. Она не увидела в этом ничего особенного. В кех-рите они наносили друг другу порой чудовищные повреждения, и лужи крови были потом повсюду. За спиной было очень тихо, так, как будто она совершенно одна здесь. Это чувство было как тогда во сне – мерзкое чувство, кошмар наяву. Она со страхом обернулась. Она боялась повернуться и никого не удивить за спиной. Но оба пришельца стояли сзади и наблюдали за ней. Цвеин’де, похоже, перестал злиться. Расслабленная поза с небольшой заинтересованностью. А вот Фолинд был напряжен. Он нервно шевелил растопыренными пальцами. — Что мы здесь ищем? – спросил Цвеин’де. — Где-то здесь пропали мои воины. – ответил Фолинд. — Судя по пятнам тлея, твой отряд был уничтожен, – мрачно отметил Цвеин’де. — Нужно знать обстоятельства, – рыкнул Фолинд в ответ. — Что ты хочешь получить от умана? Она не способна видеть события, которые здесь произошли. — Похоже, уман не просто видеть этих существ. Но и чувствовать их. Она с ними связана сильнее, чем кажется на первый взгляд. — Я чувствую здесь только ее страх. Сколько времени у нее осталось? – ответил Цвеин’де. — Совсем мало. — Нам следует немедленно закончить, я не хочу потерять охотника из-за твоего эксперимента. Такая смерть обесчестит ее. — Уходим, – рыкнул он. Когда они вышли, мимо прошел незнакомый охотник. Хизер сама не зная почему, оставалась и повернулась. Будто кто-то похлопал ее по плечу. Она чувствовала в нем что-то иное, враждебное. Он прошел, прожигая ее взглядом. Теперь она смотрела ему в спину. — Хизер, ты должна идти, – сказал Фолинд. Но она не двигалась. Охотник удалялся. — Хизер, выполняй, – скомандовал Цвеин’де. Неизвестный охотник внезапно остановился. Потом все случилось за считанные мгновения. Но ей показалось, что время замедлило свой ход. Охотник молниеносно развернулся. Его дреды со свистом разрезали воздух, клыкастая пасть раскрыла все четыре жевала. Обнажив скрытые ровные белые клыки-зубы. Взгляд Хизер упал на его руку. Он метнул в нее сюрикен, смертоносное оружие, выполненное как тарелка для фрисби. Тарелка, которая раскрылась в полете острыми лезвиями. Она нырнула вперед, уходя вниз. Слышала, как сюрикен пролетел у нее над головой, срезав несколько прядей волос. Сразу в ответ полетел плазменный шар в сторону метнувшего охотника. Перекувырнувшись, она выкинула здоровую ногу, затормозив. Голова охотника, напавшего на них, взорвалась как спелый арбуз, разбитый об пол. Раскидав куски мозга, костей, мягких тканей в разные стороны. Но тело не упало. Оно продолжило стоять. «Слишком долго. Так не должно быть», – с ужасом пронеслось в ее голове. Из шеи вырвались черные отростки-щупальца с присосками. Они присосались к потолку коридора. Тело попыталось подтянуться наверх. В этот момент мимо нее пролетело копье Цвеин’де, пробив ему грудь насквозь. Щупальца не выдержали и оборвались. Тело упало вниз. Тварь попыталась подняться. Еще два шара плазмы пролетели мимо. Они были гораздо больше. Они обожгли кожу на спине и лице. Такого яркого белого заряда плазмы она не видела. Она зажмурилась. Ее кто-то с силой схватил под пояс и поднял вверх. Наручный браслет больно уперся в живот. Но это продлилось не долго. Ее поставили на ноги. Она услышала рев Цвеин’де за своей спиной. Рванула к нему, но Фолинд преградил ей путь. — Ты идёшь со мной. — Я не оставлю своего вожака во время боя. — Сейчас в бою ты бесполезна. Ты идёшь со мной, это приказ твоего вожака, —прошипел он. Взял её за предплечье и потащил прочь по коридору. Она видела, как тварь, почти сожжённая плазмой, выпустила новые щупальца, схватив Цвеин’де за левое запястье. И он обрезал их запястными лезвиями. Выпустил ещё шар плазмы в то, что осталось. Она не увидела развязки, они повернули за угол, скрыв картину боя. Мимо них пробежали ещё трое охотников. Подходя к лаборатории, у неё до тошноты разболелась голова. Её стала сильно беспокоить перспектива рухнуть в ноги без чувств. Перед глазами плыли чёрные пятна, дыхание сбилось, тело пробила слабая дрожь. В лаборатории их встретил Кетт’ор. Он стоял перед смотровым столом, сложив руки на широкой груди. Отойдя и позволяя ей попытаться залезть самостоятельно. Её сильно повело назад. Тогда её подхватили и положили. Дрожь переросла в судороги. Ощущения были, как будто она вот-вот умрёт. Она смотрела на световые кольца над головой, ей поставили капельницу, и она быстро провалилась в черноту.