Как будем решать проблему?

Стокер сжал губы. — Вот ещё проблемка… Стокер повернул экран так, чтобы Модо мог прочитать сообщение. Здоровяк нахмурился — не просто недовольство, а настоящий тревожный разрез бровей. — Отлично… — выдохнул он. — Если источник на их стороне иссяк — дальняя база без воды долго не протянет. А запасы у всех мизерные. Он сжал кулак так, что хрустнули суставы. — Плутарики отравили все озёра на восточной гряде… пить там больше ничего нельзя. Это… плохо, Сток. Стокер тихо, почти глухо выругался. Его глаза сверкнули — быстрый аналитический огонь, как перед боем. — Что будем делать? — спросил Модо. Стокер провёл рукой по лицу, будто отгоняя лишние эмоции. — Мы будем думать, здоровяк. — голос у него стал низким и жёстким. — Очень быстро думать. Он посмотрел в сторону столовой, где девушки всё ещё что-то обсуждали, смеясь. — Потому что если эта ситуация ухудшится… — добавил он глухо, — нам придётся защищать две базы, таскать воду через пустыню и при этом не дать плутарикам понять, что мы ослабли. Модо кивнул тяжело, с мрачной решимостью: — Значит, готовимся к худшему. А надеемся… что Карабин не врежет кому-нибудь, пока едет к нам. Стокер бросил ему косой взгляд: — Она уже врежет. Вопрос — кому. Оба вздохнули одновременно — редкое единство. Девушки, подзарядившись вкусной едой и хорошим настроением, медленно шли по коридору к медблоку. Лу держалась на удивление уверенно, но Тори видела — шаги стали чуть короче, дыхание глубже, взгляд тяжелее. — Отдохнуть хочу… — тихонько призналась Лу, когда дверь медблока была уже рядом. — Просто… минутку. И… никому не говори. — Кто, я? — фыркнула Тори. — Тайна будет запечатана покрепче, чем атмосфера Марса. Она уже хотела открыть дверь, когда в боковом коридоре раздались приглушённые голоса. Девушки остановились: звуки доносились настолько отчётливо, что было ясно — мыши и не пытаются говорить тише. — …если источник и правда высох, — говорил кто-то, — дальняя база без воды долго не протянет. — А озёра? — Отравлены. Плутарики снова что-то слили в водную сеть. Очистить невозможно — пока. Тори и Лу переглянулись. — Плутарики? — прошептала Лу. — Звучит как «плуты» и «недоразумения» в одном флаконе, — буркнула Тори, но глаза у неё уже стали серьёзными. Голоса продолжали: — Карабин и Тротл завтра приедут. Попробуем что-то решить, но… — Да чем? Мы не знаем даже состав токсина! Тори это зацепило так, будто кто-то сказал «ты не справишься» прямо в лицо. Она шагнула из-за угла: — А вот теперь мне стало любопытно, милые грызуны. Мыши вздрогнули так синхронно, что выглядело почти комично. — Тори? Лу? — один боец чуть ли не подпрыгнул. — Эмм… вы давно тут стоите? — Достаточно, чтобы услышать, что вы собираетесь полагаться на удачу, панику и еще неизвестно на что, — сказала Тори, скрестив руки. — С таким планом вас бы на Земле уволили ещё до утреннего кофе. Лу кивнула, чуть смущённо поправляя волосы: — Мы… просто не удержались. Проблема серьёзная, и… если разрешите, мы могли бы помочь. Мыши заморгали. Несколько секунд никто не знал, как реагировать. Первая заговорила Тори — уверенно, спокойно, как специалист: — Я биоинженер. Если вы дадите мне анализы из отравленных озёр, карту распространения токсина и характеристики плутаркианских отходов — я посмотрю, чем именно они траванули вам водоёмы. Может, найду способ очистить. Она подмигнула: — Честно говоря, вы всё равно соберётесь таскать образцы через полпланеты. Так что лучше пусть этим занимается тот, кто знает что делает. Лу шагнула вперёд, глаза её засверкали тихим профессиональным азартом: — А я инженер-эколог. На Земле я занималась разработкой систем поиска глубинных водных карманов в пустынях. Последний проект как раз был готов к полевым тестам. Она указала пальцем вниз, к полу: — А Марс — очень большая пустыня. Я могу попробовать настроить поисковой алгоритм под ваши геологические данные. Если где-то под песками ещё осталась незатронутая вода… мы её найдём. Мыши уставились на них так, будто обе внезапно выросли вдвое. — Вы… хотите помочь нам? — наконец пролепетал один. — А вы думали мы будем просто сидеть и страдать? — фыркнула Тори. — Если в пустыне можно найти воду, мы её найдём. Если вашу воду отравили — мы хотя бы поймём чем. — И возможно — очистим, — добавила Лу мягко. То, что случилось дальше, было почти комедией: три мыши попытались одновременно сказать «спасибо», «вы невероятные» и «вас нужно наградить», запутались, стукнулись лбами и замолчали. Тори хмыкнула: — Отлично. Тогда позовите командира. Нам нужен доступ к данным. — Эм… Стокер и Модо как раз в медблоке… — пискнул один из бойцов. — Прекрасно, — сказала Тори. — Пойдем, Лу. Сейчас мы двум марсианским качкам объясним, как Землянки делают настоящее дело. Лу тихо хихикнула и опёрлась на руку подруги. Сил действительно было уже немного. Двери медблока плавно разъехались, и девушки вошли внутрь. Лу сделала всего пару шагов — и ноги у неё внезапно дрогнули. Она прижалась к стене, пытаясь удержать равновесие. — Лу! — Тори тут же подхватила её под руку, но удержать полностью не смогла: подруга тяжело выдохнула и начала медленно сползать вниз. Лу не отключилась — просто тело отказалось слушаться. Но страх мелькнул в её глазах. Тори уже хотела снова подхватить её, когда в следующий миг у стены возник Модо. Он двинулся слишком резко — по рефлексу, по тревоге, — и Лу от этого вздрогнула, невольно сжавшись. Но огромный марсианский мышь мгновенно замедлился, почти остановился, подняв руки чуть в сторону, показывая: я не причиню вреда. — Лу… можно я помогу? — его голос был тихий, непривычно мягкий, почти шёпот. Он ждал. Не приближался без разрешения. Лу сглотнула. Её дыхание сбивалось от усталости, и страх боролся с реальностью: она понимала, что сама не поднимется. И она видела, как Модо буквально удерживает себя от резких движений, следит за каждым жестом — боится спугнуть, боится причинить ей даже тень дискомфорта. Она кивнула. — …Ладно. Помоги. И Модо поднял её так осторожно, словно она была тончайшей стеклянной статуэткой. Ни рывка, ни поспешности — только невероятная аккуратность. Лу даже удивилась про себя. Он был… невероятно бережен. И впервые за долгое время ей рядом с ним было не страшно. Она устало уткнулась лбом ему в плечо — не от близости, а просто потому что сил держать голову почти не осталось. — Ты… всё равно был прав, — тихо пробормотала она. — Я перегрузилась. Но только не вздумай этим гордиться. Модо едва слышно хмыкнул, смущённо, но счастливым тоном. Тори, видя, что Лу в безопасности, развернулась к Стокеру и врачу. Те замерли, наблюдая за сценой с явной смесью удивления и уважения. Тори резко выдохнула и шагнула вперёд: — Ладно, слушайте. Мы тут кое-что услышали в коридоре. Стокер вскинул бровь, врач включил запись в планшете. Тори скрестила руки и заговорила уверенно: — У вас источник воды иссякает. Озёра отравлены плутаркианцами. Запасы малы. И… у вас нет решения. Стокер мрачно кивнул. Тори продолжила: — Так вот. Мы можем попробовать помочь. Врач уронил стилус. Стокер моргнул. — Я биоинженер, — сказала Тори. — Я могу разобраться, чем именно заражена вода. Если дадите анализы, карту заражения, данные о плутаркианских отходах — я попробую разработать способ очистки. Она кивнула в сторону Лу, которую Модо уже крайне внимательными движениями усаживал на койку и укрывал одеялом. — А Лу — один из лучших экологических инженеров. У неё есть рабочая система поиска глубинных водных карманов. Её разрабатывали для пустынь Земли. Но она может попробовать адаптировать алгоритм под Марсиансике условия... И если на Марсе осталась незаражённая вода — она сможет её найти. В медблоке повисла тишина. Стокер смотрел на Тори так, будто перед ним сейчас открылся портал в спасение Марса. — Вы… серьёзно? — тихо спросил он. — Абсолютно, — отрезала Тори. — Или у вас есть приручённый маг, который умеет разводить воду из воздуха? Врач прыснул от смеха, но тут же попытался изобразить серьёзность. Стокер провёл рукой по морде и медленно выдохнул: — Хорошо. Мы подготовим вам всё. Доступы, образцы, информацию. Всё, чего попросите. Только… спасибо. Тори усмехнулась: — Не благодарите раньше времени. Мы пока не сотворили чудо. Она повернулась к Лу: — Отдыхай, подруга. Завтра у нас работа — спасать красную планету от засухи. — А как же наша прогулка сегодня вечером? — Лу вскинула голову, взгляд сразу стал умоляющим. — Я так хотела выйти на улицу… пожалуйста! Она смотрела то на Тори, то на Модо, то на врача — как котёнок, который решил смести оборону всех сразу. Модо едва не рванулся с места: он уже представлял, как несёт её на руках хоть сейчас, хоть на край кратера. Но он сдержался — не хотел надавить, напугать или показать лишнюю инициативу. Тори вздохнула, подавив улыбку, и повернулась к врачу: — Ну что скажете, док? Можно нам вечером прогуляться? На свежем воздухе, в пределах базы. Врач поправил очки, поджал губы и задумчиво постучал стилусом по планшету: — Думаю, да. Если Лу действительно отдохнёт. Но, пожалуйста, никаких нагрузок. Сегодня вы и так… м-м… — он посмотрел на список активности в её карточке — «и тренировались, и готовили вместо повара». Он тяжело вздохнул: — Я до сих пор не понимаю, как вам удалось заставить поваров пустить вас на кухню… и почему я не успел попробовать то, что вы приготовили. Это историческое упущение. Лу засмеялась, уже чувствуя себя спокойнее: — Хорошо, доктор. Я отдохну. Тори накрыла ладонью её руку: — Отдыхай. А я пока попробую собрать предварительную информацию по плутаркианской заразе. Может на первом этапе уже всплывёт что-то полезное. Потом обсудим всё вместе. Лу закрыла глаза, а Тори тихо вышла из палаты.