Глава 2. Родной дом

Следующим утром, пока капитан еще спал тяжелым сном уставшего моряка, Куфц тихо вышел из "Катараша". Воздух в нааритском квартале был прохладным и чистым, пах пряностями и свежеиспеченным хлебом. Он прошелся по узким улочкам, наблюдая за просыпающейся жизнью своей диаспоры. У небольшого киоска он купил свежую афекуну, отпечатанную на грубой бумаге с использованием знакомых вензелей. Большая часть новостей была мелочной - сводки цен, объявления о найме, сообщения о перемещениях купеческих караванов. Но один заголовок заставил его на мгновение задержать взгляд: "Король Мартуш вновь отступил: повстанцы Белого Солнца укрепились в долине Шафра". Король. Его троюродный брат. Самопровозглашенный монарх, контролирующий едва ли пятую часть территорий, которые когда-то составляли единое королевство. Куфц усмехнулся, невесело и снисходительно. Пусть грызутся. Пусть тратят силы на бессмысленные стычки. Пока они заняты друг другом, он сможет сделать то, что задумал. Вернувшись в гостиницу, он встретил уже проснувшегося и хмурого Зимкуца. Молча позавтракав, они направились в доки. К их удивлению, "Цампи А-кшан" стояла на том же месте, целая и невредимая. Тот же надзиратель, что был вчера, сегодня имел несколько иной вид - он даже попытался изобразить что-то вроде извинения. - Неудобства... понимаете, порядки, - буркнул он, избегая встречи взглядом с Зимкуцем. - Свободны. Счастливого пути. Они вышли в открытое море под уже высоким солнцем. Зимкуц, стоя у штурвала, долго молчал, глядя на расстилающийся перед ними горизонт. Потом обернулся к Куфцу. - Спасибо за ту ночь. Не каждый пассажир заплатит за старого кэпа. - Он помолчал, его янтарные глаза прищурились. - Но скажи, парень. Что ты будешь делать там, дома? С дипломом Императорского Института... Небось, преподавать пойдешь? Или в советники к какому-нибудь князьку? Куфц повернулся к нему лицом. Та легкая маска, вся нарочитая скромность - исчезли. В его взгляде была холодная, отточенная сталь. - Я буду возвращать то, что мое по праву, - проговорил он ровно, без вызова, но и без тени сомнения. Зимкуц долго смотрел на него, потом медленно кивнул. Он все понял. Понял и фамилию-призрак "Зацуш", и странную для простого землевладельца образованность, и этот внезапно появившийся в его глазах огонь амбиций. Он ничего не сказал. Просто развернулся к штурвалу, и его спина выражала молчаливое уважение и легкую тревогу. Путешествие заняло еще почти целый день. И вот утром на горизонте вместо синевы моря показалась желтая полоса. Потом она стала шире, превратившись в бескрайние пески, освященные палящим солнцем. Пустыня. Его пустыня. Земля его предков, иссушенная солнцем и междоусобными войнами. Куфц глубоко вздохнул, вбирая в легкие знакомый, сухой воздух, уже пахнущий пылью и полынью. Неспешно, почти ритуально, он поправил на поясе ножны и поставил рукоять своего меча так, чтобы оружие было готово к мгновенному извлечению. Это был не жест бравады, а возвращение в естественное состояние. Здесь, на этой земле, готовность к бою была такой же нормой, как дыхание. "Цампи А-кшан" причалила в Саматуше. Порт представлял собой жалкое зрелище - несколько полуразрушенных причалов, горстка рыбацких лодок и пара чахлых складов из песчаника. Сам городок был скоплением невысоких домов того же цвета, что и земля вокруг, словно пытающихся слиться с пейзажем и стать невидимыми. Куфц тепло, но сдержанно попрощался с Зимкуцем, отдав ему честь, как старшему. Затем он развернулся и сделал первый шаг по родной земле. Улыбка с его лица исчезла, смытая суровым выражением решимости. Он шел по главной, пыльной улице, и горожане расступались перед ним. Взгляды, брошенные ему вслед, были разными: любопытство, непонимание, настороженность. Шепоток пробегал за его спиной. Он не обращал внимания. Его цель была впереди. Небольшое, но самое крепкое здание в Саматуше - кафкаций, местная управа. Куфц без стука распахнул тяжелую деревянную дверь и вошел внутрь. Воздух был прохладным и затхлым. Он прошел прямо в кабинет, где за грубым столом сидел наарит в поношенной, но аккуратной военной форме. У того были красноватые, воспаленные от песка и бессонницы глаза. Он поднял голову, раздраженно нахмурившись при виде незваного гостя. - Кто ты такой и по какому праву... - начал он, но голос его замер, когда взгляд скользнул по лицу вошедшего. Что-то знакомое мелькнуло в памяти, но не сразу оформилось. Куфц не дал ему вспомнить. Он подошел к столу и спокойно, властно опустился на стул напротив, глядя регенту прямо в глаза. - Срок вашего регентства завершен, господин Саратуш, - произнес Куфц. Его голос был тихим, но каждое слово падало в тишину кабинета с весом брошенного камня...