10. Охотничий сезон

      — Знаешь, Эмма, ты довольно интересная личность, — доносится знакомый голос из тьмы. — В тебе так много противоречий: ты испытываешь страх и идёшь к нему навстречу, ненавидишь меня и всё равно спасаешь.       — Где это я? — спрашивает она, привыкая к окружающей темноте. Заданный ей вопрос остаётся без ответа — что правда, то правда.       Тени приобретают формы и свет медленно озаряет всё вокруг.       — В моём доме, — отвечает Каин, грациозно взмахнув рукой.       В его смеющихся глазах плещутся отблески красного вина, бокал которого он подносит к своим губам, не отводя от Эммы пристального взгляда. Сегодня он выглядит чертовски элегантно: дорогой чёрный костюм и такого же цвета рубашка с галстуком, тёмные волосы аккуратно зачёсаны назад, и только одна непослушная прядка волной спадает с высокого лба к виску.       Длинный обеденный стол облачён в тёмно-фиолетовый вельвет, а на нём выставлены роскошные яства, украшенные яркими экзотическими цветами. Почётное место в середине стола венчает серебряное блюдо с человеческим черепом и маленькой чёрной змейкой, заползающей в раскрытый рот.       — Слева в чёрном костюме у нас сидит массовый убийца, талантливый писатель и просто обаятельный профессор — Каин Рейнхард! — звучит голос невидимого ведущего. Зал оглушают аплодисменты.       — А справа — девушка в белом платье, бывшая жертва и подающая надежды ученица — Эмма Уорд!       Незримая толпа хлопает в ладоши, улюлюкает и свистит.       — Кто же выйдет победителем в конце? Делайте ваши ставки, господа!       По обе стороны стола сидят молчаливые гости, замершие в своей последней позе. И только замутнённые посмертной дымкой зрачки двигаются в их глазницах. Они следят за диалогом, напоминая зрителей на теннисном корте. Брызги крови вокруг них тоже застыли во времени, и Эмме совсем не хочется приводить их в движение. Они так прекрасны в момент смерти! Тайная вечеря — альтернативная версия.       — Ты убил их, — констатирует она, и в её тоне проскальзывает обвинение.       — Не-е-ет, — ухмыляется Каин и слизывает с верхней губы густую бордовую капельку, похожую на кровь. — Это ты их убила.       Плечи Эммы напряжены, а грудь с возмущением заполняется воздухом.       — Разве?!       — Ты могла бы это предотвратить, — лицо Каина остаётся по-прежнему строгим, хотя в голосе звучит ирония. — Насколько сильно ты хочешь меня остановить?       Эмма чувствует его горячее дыхание на своей шее. Каин в конце стола самодовольно улыбается ей и приветственно поднимает бокал с вином в воздух.       Она даже не задумывается о том, как он может быть в двух местах одновременно. Он — везде, и сейчас это кажется само собой разумеющимся. На удивление, она ощущает себя в безопасности, пребывая в эпицентре ада.       — Хочешь ли ты остановить меня? — голоса обоих мужчин звучат в унисон, сливаясь в многозвучном вибрирующем обертоне.       У Эммы нет ответа, зато её тело отзывается. Электрический ток проходит по спине, когда мягкие губы эфемерно прикасаются к её коже, под которой бьётся пульс. Из груди вырывается запертый глубоко внутри выдох, и тьма позади неё замирает в ожидании.       — Я… Я не знаю… — признаётся она, поворачивая голову и встречаясь со скрытым тенью ликом убийцы.       Её рот невольно приоткрывается, а ресницы дрожат в мерцающих бликах свечей. «Пожалуйста!» — думает Эмма, и Каин, будто почувствовав эту мольбу, встречается с её губами. Слишком медленно. Слишком тепло. Разве его губы не должны быть такими же холодными, как и его глаза, в которых скрывается ненасытная чёрная пропасть? Но это уже неважно. Кончиком языка Каин очерчивает нежные девичьи уста и проникает внутрь, соединяясь с её языком в пленительном танце. С каждым новым па Эмма плавится точно воск в пылающем огне.       Правая рука Каина плавно скользит по чувствительной коже, вниз по шеё к декольте и заползает в него, стискивая грудь. Вторая — приспускает бретель платья и тянет её вниз. Эмма судорожно всхлипывает. Он запечатывает её дыхание жарким ртом, пока его пальцы проходят сквозь её податливую тонкую кожу, с треском раздвигая рёбра и сжимая сердце.       — Я внутри тебя, — шепчет он, оглаживая левой рукой внутреннюю сторону бедра Эммы. — Тебе нравится?       — Да…       Каин оставляет дорожку поцелуев от мочки уха до ключицы, и Эмма в исступлении откидывает голову на его плечо. Всё это ненормально, но сопротивляться совсем не хочется.       — Я слышу, как громко бьётся твоё сердце рядом со мной.       Она уже не пытается сдержать стон, ощущая вибрацию его голоса на своей шее. Тьма окутывает её невесомыми крыльями, и теперь она полностью в его власти.       — Как же я хочу попробовать тебя на вкус, Эмма! — нетерпеливо вздыхает Каин.       Он достает его — этот кровавый трепещущий комок мыщц, качающим кровь. Жадно ведёт по нему влажным языком, и низ живота Эммы наливается томящей свинцовой тяжестью. Её бёдра инстинктивно раздвигаются, раскрываются перед ним, и Каин удовлетворённо хмыкает:       — Хорошая девочка!       От этой похвалы тонкая ткань трусиков промокает насквозь. Её сердце в руке Каина стучит всё чаще и чаще, что порой становится страшно, не разорвётся ли оно? Его пальцы забираются под чёрные кружева, размазывая влагу по нежным складкам и чувствительному бугорку, и неторопливо входят в неё. Задержав дыхание, Эмма выгибается в кресле и отдаётся новым ощущениям. Ещё одна пара рук, принадлежащих Каину, касается её всюду, ласкает бёдра, грудь, залезает внутрь и оглаживает внутренности. Сквозь прикрытые длинные ресницы она видит его настоящую сущность — величественный четырёхрукий бог.       Раскрывшийся и нераскрытый, понимающий и непонятый, настоящий и несуществующий. Создатель всего высшего и низшего, древний и высочайший, неиссякаемый и благосклонный. Тот, который не поддаётся законам бытия. Тот, кто есть сама вселенная.       Каин-бог проталкивает ей в рот свои окровавленные пальцы, и Эмма с упоением облизывает их, наслаждаясь солоноватым металлическим привкусом. Каин-человек прикрывает глаза от удовольствия, и с его губ срывается низкий стон. Это срабатывает спусковым крючком, накрывая тело Эммы сладостными волнами оргазма. Одна за другой они затапливают её, пробираются внутрь и рождают нечто прекрасное. И вот она сидит на лотосовом пьедестале, и рук у неё теперь четыре.       — Даа, именно так, — шепчет бархатистый баритон над её ухом, обволакивая и унося в глубины подсознания. — Именно так…

***

      Сессия окончена, экзамены сданы. На радость студентов и преподавателей этот гештальт был окончательно и бесповоротно закрыт.       С чистым сердцем и спокойной душой Эмма и Розалин по-традиции решили устроить себе просмотр фильмов перед зимними каникулами. Раскидав подушки по полу, они устроились на них и принялись смотреть очередное кино.       — Эммс, почему мы с тобой постоянно смотрим триллеры? — спросила Рози, тоскливо подперев подбородок рукой.       — Вообще-то, с тобой мы чаще смотрим комедии и драмы, — парировала Эмма, прожевав порцию солёного попкорна. — Триллеры и ужасы — крайне редко, просто они лучше запоминаются. Таков уж закон работы психики — защитный механизм, выработанный эволюцией.       — Говоришь как профессор Рейнхард, — хихикнула Рози, и Эмма недовольно скривила рот. — А что? Он же клёвый! Такой красавчик и милашка!       — Ага, конечно.       Перед глазами совсем некстати встал сегодняшний сон, и Эмма поёжилась, пытаясь стряхнуть его с себя. Конечно, нельзя было отрицать привлекательность Каина, но за всем этим лоском от него веяло опасностью, и то, что этого никто этого не видел, жутко бесило. Мысленно Эмма задалась вопросом: если бы она не знала его раньше, смогла бы она разглядеть в нём что-то помимо смазливой внешности?       Устало вздохнув, она покачала головой.       — Кто знает, что он на самом деле скрывает…       — Не верю, что такой лапушка может скрывать что-то посерьёзнее вонючих носков и пары половых болячек.       Они прыснули от смеху, и вновь обратились к экрану телевизора, где визгливая девица безуспешно пыталась скрыться от молчаливого маньяка в маске. Эмма даже пожалела, что поставила старый добрый слешер вместо чего-нибудь менее похожего на её жизнь. Но, с другой стороны, зная способность Рози засыпать под монотонные фильмы, её выбор был вполне оправдан.       — Ты бы смогла убить человека? — подумала Эмма вслух, и её вопрос повис в воздухе на некоторое время. — Ну, в смысле, если бы этот человек был, например… плохой?       Розалин приподняла бровь и склонила голову, щёлкая подругу по носу.       — Как будущий прокурор, я могу воспользоваться пятой поправкой и не отвечать на этот вопрос.       — А как подруга той, что никогда и ни за что не расскажет твою тайны?       Эмма состроила жалостливые глазки, и Рози хохотнула, посмотрев на потолок.       – Ну-у-у... На самом деле, я думаю, любой человек способен на убийство в той или иной ситуации. Иначе моя будущая профессия была бы неактуальна, — усмехнулась она и понизила голос. — Ради своих близких я сделала бы всё, что угодно.       — Даже помогла бы своей лучшей подруге избавиться от трупа? — лукаво спросила Эмма.       — Да. Если бы она была мне настолько же близка, как и ты.       — Даже если бы ты была прокурором?       Рози глубоко вздохнула и терпеливо прикрыла глаза.       — Да, Эммс, даже если бы я была судьей или самим папой римским. И я сейчас абсолютно серьёзно говорю, чо ты ржёшь! Конечно, я бы жутко разозлилась и приговорила бы тебя к самому страшному для тебя наказанию — ходить со мной в ночные клубы до конца жизни!       — Боже! Мисс Торрез, а вы, оказывается, жестокая личность! Это самый подлый шантаж, о котором я когда-либо слышала!       Просмеявшись, Рози откинула локон с лица и слегка нахмурилась.       — А вообще… к чему такие вопросы? Это как-то связано с тем, что происходит с тобой в последнее время? Ты ведь знаешь, что можешь рассказать мне всё. Я всегда буду на твоей стороне.       — Нет-нет-нет! Конечно, я знаю, что могу тебе довериться. И нет, это не связано с… Ну, только если частично, — Эмма закусила губу, стараясь подобрать слова и не сказать лишнего. — Я всё думаю насчет Водителя. Мне хочется отомстить ему, заставить страдать… Мой психолог говорит, что это вполне нормально, мол это просто такой этап. Просто мне интересно… Вот, если бы ты узнала, как его зовут, где он живет, но у тебя не было бы никаких доказательств, что бы ты сделала?       — Даже не знаю, — задумалась Рози и потёрла подбородок. — Наверное, попробовала бы собрать как можно больше информации о нём, обратилась бы к знакомым копам или наняла бы частного детектива… А что, ты его где-то видела?       — Ахах! Нет, конечно! — пожала плечами Эмма, стараясь вести себя как можно более непринуждённо. — Просто думаю наперёд, если вдруг такое случится, что мне нужно будет сделать.       — Перво-наперво — рассказать мне! А дальше мы что-нибудь решим.       Эмма рассеянно кивнула и погрузилась в собственные мысли под крики очередного убиваемого персонажа по телевизору. Не было смысла обращаться к Сэмюэлу Дэвису или в полицию в открытую, ведь спустя столько времени это вызвало бы массу неудобных вопросов, не говоря уже об опасности быть порубленной на кусочки или потерять кого-нибудь из близких. А вот частный детектив — неплохая идея. И почему она не подумала об этом раньше?       Телефон Рози завибрировал, и она тут же принялась строчить что-то в ответ.       — Слушай, — она повернулась к Эмме и немного замялась. — Кевин зовёт нас на вечеринку в дом братства «Пси Ипсилон», они отмечают завершение семестра.       Эмма закатила глаза и уже принялась было ворчать, но Рози закрыла ей рот рукой.       — Знаю-знаю, ты говорила, что не хочешь идти, но я хочу пойти с тобой! — заканючила она. — Ты и так никуда не ходишь кроме бассейна и библиотеки. Пора начать жить как раньше!       — Как раньше уже не будет, — с печалью заявила Эмма, оттолкнув её руку.       — Но ведь ты и не пытаешься! Слушай, у нас впервые за последние месяцы выдалась такая уникальная возможность. Мы отлично закончили семестр – УРААА! — Розалин приподняла кулачки вверх и потрясла ими, состроив радостную рожицу. — Пора наградить себя за старания и оторваться как следует!       Игриво глянув на недоверчивое лицо Эммы, она кинула в довесок:       — А ещё там будет бесплатный виски!       Эмма запрокинула голову и выпустила болезненный стон, принимая своё поражение и злясь на неумение говорить «нет» лучшей подруге. Розалин вскочила и исполнила победный танец.       На редкость быстро собравшись, девушки отправились к дому братства на Иствик авеню, решив срезать путь через парк. Дорога пешком должна была занять не больше четверти часа. По пути Рози всё рассказывала об одном парне, которого хочет обворожить своим коротким платьем, и у неё для этого имелись все шансы: пышная грудь, тонкая талия, упругая задница и абсолютное отсутствие комплексов. Порой Эмма даже завидовала ей, хоть и была довольна тем, чем природа наградила её. Раньше в школе ей не хотелось выделяться. Дразнилки типа «дылда» и «каланча» долгое время не забывались. Но впоследствии она научилась гордиться своим высоким ростом и стройным телосложением. При всём этом ей иногда всё же хотелось залезть под кожу Розалин хотя бы на день и посмотреть, каково это быть другим человеком.       Услышав тихие шаги позади, Эмма резко остановилась и обернулась. За ними шёл мужчина в чёрном, а лицо его было скрыто капюшоном. Это не мог быть Каин — преследователь был выше его почти на голову, немного сутулился и выглядел более сухощавым.       Эмму словно окатило ледяной водой. Надпочечники усиленно выделяли в кровь адреналин, вводя в состояние «бей или беги». Пошарив по карманам, она стиснула зубы — нож остался в другой куртке. Как опрометчиво!       — Что такое, Эммс?       — Да так, ничего, — ответила она, с облегчением наблюдая, как мужчина свернул за угол, не дойдя до них. Судорожно вздохнула и расслабилась, только сейчас осознав, насколько была напряжена. — Просто дежавю.       Когда они наконец подошли к двухэтажному дому братства, похожему на рождественскую ёлку, тихая паника окончательно отступила. Разноцветные гирлянды всколыхнули в памяти добрые воспоминания детства. Дверь открыл высокий блондин с очаровательной белозубой улыбкой.       — Пароль?       — Да Винчи, — ответила Рози, и Эмма пробурчала себе под нос что-то насчёт оригинальности ребят из братства.       — Ух, девушки! Даже если бы вы назвали неверный пароль, я бы не смог отказать вам, — подмигнул он, впуская их внутрь.       Познакомившись поближе, он вежливо предложил им выпить и отошёл за напитками к бару.       — Смотри, какой красавчик! — заговорщицки шепнула ей Рози. — Это твой шанс расстаться со своей «дэ».       — Обожемой! — психанула Эмма. — Давай я сама решу, что мне делать со своей плевой!       Рози подняла руки вверх, поджав губы.       — Ладно-ладно, прости! Это не моё дело. Не будь такой злюкой, я ведь угораю! Расслабься, сегодня мы просто отдыхаем. Раскрой своё сердце и увидишь, как мир перестанет быть серым и угрюмым.       Она опустила руки на плечи Эммы и, немного помассировав их, подтолкнула вперёд в гостиную, где уже собралось немало народа. Поразмыслив, Эмма решила чутка сбавить свой скептицизм и побыть в этом вечер своей подругой — лёгкой, весёлой и открытой миру. Ведь на самом деле от творящегося вокруг можно сойти с ума, если не уметь вовремя отрешиться.       Первое время у неё даже неплохо получалось: она пофлиртовала с тем блондинчиком, которого вроде звали Ричард, потанцевала с Розалин и выпила пару бутылок пива. Выходя на веранду, она с опозданием заметила шепчущихся на диване девушек и поспешно отвернулась. Правда, это не спасло — те узнали её и вышли следом. «Боже, дай мне сил!» — подумала Эмма и закурила сигарету.       — Ну что, теперь пытаешься охомутать Ричарда Паркла? — язвительно заявила Амелия.       — И тебе привет! — нехотя ответила Эмма, поворачиваясь к ним лицом. — О, ты ещё и Мэгги с собой захватила. Так рада видеть вас обеих!       Оглядев девушек со скрещёнными руками на груди, Эмме на миг показалось, что они снова в школе. Ну прямо бич стайл во всей красе! Мэган покосилась на неё и с презрением проговорила:       — Сначала Питер, потом Аарон, а теперь ты взялась за четвёртый курс? Боюсь, так скоро никого не останется…       — Чего? — нахмурилась Эмма и прыснула. — Что за бред?!       Амелия приподняла бровь и смерила её надменным взглядом.       — Твои неудачные романтические эксперименты всегда оканчиваются смертью, тебе так не кажется?       — А как же Кевин? Он тоже может считаться моим бывшим, и, как ни странно, всё еще жив, — иронично ответила Эмма. — Если хочешь, можешь запросить у него рекомендательное письмо.       — Если кого и могут одурачить эти твои шуточки, так это профессора Рейнхарда, — огрызнулась Амелия. — Видимо его ты тоже «очаровала», иначе он бы не поставил тебе самую высокую оценку на нашем курсе.       — Ах, вооот в чём дело! — Эмма затянулась сигаретой и выпустила дым ей в лицо. – Если не можешь мыслить рационально, то я открою тебе один секрет: научись быть оригинальной. И ещё один — завидовать нехорошо.       — И я могу дать тебе совет: флиртовать с профессорами ничем хорошим не заканчивается, — отозвалась Амелия.       — Поговаривают, что ты участвовала в оргиях братства «Пси Ипсилон», – хихикнула Мэган, но Эмма даже не удостоила её взглядом. — Поэтому тебя и пригласили сегодня.       Эмма удивлённо вскинула брови и задумчиво протянула:       — Ух ты! И как только я всё успеваю?       — Да с ней общаются только ради её отца, главы издательской империи Уорд, — проговорила Амелия, и заметив её дрогнувшую губу, продолжила с победным видом, словно акула, почуявшая кровь. — Ой, прости! Твой отец же скончался!       — Амелия, ты нарываешься! — процедила Эмма, понизив голос.       — Мэгги, я думаю ты не права. На самом деле она девственница, не так ли, Эмма?       Амелия скользнула по ней взглядом, и Эмма судорожно втянула носом воздух, сжав кулаки. Ты что, блядь, издеваешься?       — Она делает вид такой уверенной в себе роковой женщины, — продолжила Амелия, будто обращаясь к своей подруге. — Но на самом деле внутри неё сидит маленькая закомплексованная девочка, которая никак не может найти того, кто смог бы лишить её девственности.       Руки Эммы зашлись мелкой дрожью от еле сдерживаемого гнева, и это не скрылось от внимательной Амелии. На её лице расцветала гаденькая ухмылочка.       — Что тебе от меня нужно? — спросила Эмма, мысленно представляя себе, как впечатывает кулак в эту самодовольную рожу.       — Я всё гадала, в чём твоя проблема, и в итоге поняла — ты просто жалкая и, скорее всего, психически нестабильная. Не зря же больные извращенцы крутятся вокруг тебя…       Эмма выбросила сигарету и бросилась к Амелии, намереваясь дать выход своей ярости, но в последнюю секунду замерла, в дюйме от неё. Та вздрогнула и невольно подалась назад. От колючего взгляда голубых глаз, наполненных неистовым бешенством, ей по всей видимости стало жутко.       — Что? Ударишь меня? — сумела наконец выговорить Амелия, старательно пряча нарастающую тревогу.       Хищно улыбнувшись, Эмма ответила:       — Ты ведь этого и добивалась, не так ли? Вывести меня из себя, позволить мне распустить руки, чтобы потом меня исключили из университета навсегда.       Амелия вернула своему лицу прежнее выражение надменности и гордо подняла подбородок.       — Лори была нашей подругой, и мы думаем, она не зря подозревала тебя. Если это ты виновата…       — Ох, мне совершенно наплевать, что вы думаете! Но вот, что интересно, — Эмма потянула носом у ворота блузки Амелии и понизила голос. — Я чувствую твой страх. Он настолько густой, что я могу пощупать его, если захочу. Это вызывает у меня большее удовлетворение, чем мысли о том, что про меня думает горстка идиотов.       — Т-ты б-больная! — выплюнула Амелия.       Они с подругой поспешно ретировались, напоследок окинув Эмму взглядом, полным отвращения и ужаса. Как только они ушли, Эмма упёрлась ладонями в колени и до боли сжала их, тихо зарычав. Скопившийся внутри гнев, казалось, оформился внутри неё в охваченный пламенем шар, что готов был взорваться в любую секунду, поглотив всё вокруг в радиусе нескольких миль. Бросив в ночное небо несколько грязных ругательств и что есть мочи приложившись несколько раз кулаком о стену, красная пелена перед глазами потихоньку стала отступать, оставляя место глубокому чувству несправедливости и разочарования.       Найдя Розалин в компании горячего латиноамериканца, Эмма в нерешительности остановилась. Со стороны наблюдая за ними, она раздумывала, стоит ли подойти и рассказать о случившимся или лучше не портить ей настроение.       Выбор пал на второй вариант. Она уже неслась быстрым шагом к бассейну в надежде сбросить накопившееся напряжение, по пути написав Рози короткую смс-ку, что у неё заболел живот. Когда Эмма ворвалась в спорткомплекс, парень на ресепшене предупредил, что до закрытия осталось ещё полчаса.       Переодевшись в слитый синий купальник, который оставила в прошлый раз в личном шкафчике, она вошла в пустующий плавательный зал и грациозно прыгнула в воду. Прохладная вода подействовала моментально, смывая все лишние мысли и возвращая бодрость. После несколько заплывов на скорость Эмма порядком запыхалась, но почувствовала себя намного лучше. Приняв душ, она закуталась в полотенце и прошла в раздевалку.       — Тебе понравилась картина? — раздался в тишине незнакомый вкрадчивый голос, отчего Эмма вздрогнула и замерла на месте.       Мир вокруг будто пошатнулся и разом потерял все краски. Паника окутала второй раз за день, впрыскивая в кровь убойную дозу адреналина. Эмма попыталась взять над собой контроль. Сняв сланцы, она попыталась бесшумно пройти к выходу и позвать на помощь, но замерла на месте. В конце прохода стояла уже знакомая худощавая фигура. Это был мужчина средних лет в очках на бледном костлявом лице.       — Не люблю, когда мне не отвечают, — проговорил он, скривив губы.       Эмма набрала побольше воздуха и спросила:       — Значит, это вы её создатель?       — Конечно, я, — гордо ответил тот.       — Очень.. вдохновляющая работа.       Эмма не знала, почему ответила именно так. Однако её слова явно пришлись по душе убийцу. Её глаза судорожно бегали в поиске того, что можно было бы использовать в качестве оружия. Путь к шкафчику и телефону был слишком опасен, и она медленно двинулась туда, где лежали сачки для бассейна.       — Как вас зовут?       Незнакомец отзеркалил её движение, шагая одновременно с ней на другом конце раздевалки.       — Допустим, Джейкоб, — ответил он. — Знаешь, Эмма, я наблюдал за тобой долгое время и пришёл к выводу, что ты довольно интересная личность.       — С чего бы?       — Хотя бы с того, что ты выжила в той кровавой бойне. Мне интересно, почему?       — Хотела бы я знать, — ответила Эмма, встречаясь с ним глазами в узком проходе.       — А я думаю, знаешь. Ты умеешь подстраиваться, ты пластичная. Из тебя можно было бы многое «слепить».       Он ухмыльнулся, обнажая кривые жёлтые зубы. Эмма невольно поёжилась: то ли от его слов, то ли от этой ухмылки.       — Вы собираетесь убить меня? Сделать такое же чучело, как из Лори?       — Ну что ты! — с обидой отозвался Джейкоб. — По крайней мере, не сейчас. Я просто хотел помочь тебе избавиться от той назойливой девчушки. Считай это подарком.       — Ну-у-у… спасибо, наверное… Но я бы предпочла цветы.       Джейкоб хохотнул и произнёс:       — Начинаю понимать, почему ОН оставил тебя в живых.       — Звучит так, будто ты им восхищаешься.       — В какой-то мере так оно и есть. К сожалению, я с ним не знаком. Лично.       — Так ты хочешь выйти на него через меня? — сощурила глаза Эмма. — Могу познакомить.       — Значит, ты знаешь, где его найти?       В его голосе зазвучало неподдельный интерес. До угла с приспособлениями для чистки бассейна оставалось несколько футов, и Эмма уже мысленно выбирала самый тяжёлый на вид инструмент.       — Возможно. Смотря, что ты хочешь с ним сделать?       — Просто поговорить… — ответил Джейкоб, и двинулся к ней наперерез. — Ты должна пойти со мной и помочь мне связаться с ним.       Эмма бросилась к инструментам. Схватила щётку с металлической ручкой и с размаху ударила убийцу по голове. Удар не вырубил его, но оставил небольшое рассечение на лбу. Джейкоб немного отпрянул, держась за голову.       — Ах, ты сука! Я же хотел по-хорошему! — выкрикнул он и с ужасом уставился на окровавленную руку.       В бешенстве он рванул вперёд. Эмма замахнулась ещё раз, но в последний момент Джейкоб ловко пригнулся, и металлическая палка пролетела в дюйме от его лица. Он схватил Эмму за волосы и впечатал в стену, оставив на кафеле сеточку из трещин. От сильного удара в глазах взорвался столп ярких искр. Вскрикнув, Эмма сползла по стене на пол к ногам ухмыляющегося обидчика.       — Я буду убивать тебя о-о-очень ме-е-е-едленно, — смакуя слова, прошипел он. — А из твоего тела сделаю настоящий шедевр абстракционизма!       Чувство беспомощности разлилось по венам, отравляя своей горечью. И неожиданной реакцией на это стал именно гнев, который давно теплился незатухающим угольком в самом дальнем и тёмном отсеке её души. Эмма позволила ему разгореться, чтобы не впасть в панику и жалость к самой себе. Тяжело дыша, она попятилась к выходу, следя за убийцей исподлобья.       Оставалось два варианта: или у неё получится сбежать, или он настигнет её, что скорее всего и произойдёт. Тогда она будет бороться до последнего: лягаясь, кусаясь, царапаясь, любой ценой попытается вырвать из него кусок мяса, чтобы эта победа далась ему нелегко.       — ОН не даст тебе этого сделать, — процедила она, ощерившись. — Ты будешь жалеть, что затеял всё это.       Джейкоб открыл было рот, но ничего не ответил. Внезапно у входа в раздевалку послышались чьи-то шаги.       — Хэй! — крикнул парень, который по всей видимости был на ресепшене. — Мы закрываемся!       — Помогите! — закричала Эмма и кинулась к выходу. — Здесь убийца! Вызовите полицию!       На выходе она наткнулась на опешившего работника спорткомплекса и, поправив соскальзывающее полотенце, дрожащей рукой указала вглубь помещения.       — Он там! Надо заблокировать двери и вызвать полицию! Пожалуйста, быстрее! — затараторила она.       Слава богу, работник бассейна поверил ей и выполнил всё, что от него требовалось. Накинул на её оголённые плечи свою куртку, и они принялись ждать в холле, с опаской следя за всеми входами и выходами. Эмму колотило от холода и пережитого ужаса, а парень мило успокаивал её, заверяя, что подмога скоро прибудет.       Копы действительно приехали очень быстро и без промедления ворвались в раздевалку. Их было всего двое. Эмме тогда подумалось, что им следовало бы вызвать подкрепление. Тщательно осмотрев всё здание, они заверили, что никого больше не нашли. Скорее всего подозреваемый ушёл через окно в душевой, удивительным образом протиснувшись через узкий проём и оставив на раме след от окровавленной руки.       Эмма раздосадованно зажмурилась. Вопросы прибывшего детектива Дэвиса, скорой помощи и бригады агентов всё быстрее и быстрее закручивало в водоворот уже привычного сюрреализма. Надежда оставалась только на вычисление личности напавшего по ДНК.       После всей этой кутерьмы ей наконец позволили одеться и отвезли домой в Спокэйн. Там Эмма упала в утешающие объятия матери и провалялась без сна почти всю ночь, снедаемая чувством безысходной слабости.       Когда последние слёзы на щеках Эммы высохли, в ней засело стойкое чувство, что она не готова мириться с собственной беспомощностью. Она пообещала себе вернуться к усиленным тренировкам и в следующий раз оставить на своём обидчике что-нибудь более серьёзное, чем просто царапина на лбу. Она была уверена, что следующий раз не заставит себя долго ждать.

***

      Прохладный январский воздух колол лёгкие, будто маленькие льдинки, проникая глубоко внутрь через широко раскрытый рот. Сердце бешено стучало, разнося адреналин по всему телу. Голые ветки деревьев хлестали по лицу и ногам, когда Эмма не успевала увернуться.       За широким дубом она заметила какое-то движение, но времени среагировать не осталось. Тело уже по инерции летело вперёд, когда вдруг сильные руки в чёрных перчатках схватили её за плечи и ловко перевернули в воздухе. Бум! И вот она оказалась на земле с широко раскрытыми глазами.       Едва придя в себя, Эмма решила бороться. Обхватила ногами склонившегося над ней противника, оттолкнулась от сырой земли и оказалась сверху. Тот поспешно вырвался из захвата и вновь перевернул её на спину, выбив последний воздух из груди и фиксируя её руки над головой.       Лицо Каина закрыло собой блёклое солнце, окутанное серыми тучами. Тёмные волнистые локоны выбились из-под чёрной шапки и свисали, щекоча нос Эммы. Правда, сейчас было совершенно не до смеха. Она злилась на боль в спине и запястьях, на самодовольную ухмылку Каина, но больше всего — на собственную слабость.       — Ты стала медлительнее, дышишь тяжелее, — констатировал Каин, критично оглядывая Эмму, и облизнулся. — Если не хочешь закончить, как Джо Кокер, тебе следовало бы бросить курить.       — Если это означает стать таким же известным, как и он, то я не против умереть от рака в семьдесят лет. — прохрипела Эмма. Попыталась вырваться из мёртвой хватки, но сделала себе только больнее.       Каин сидел поверх её бедер, не давая сдвинуться с места. В спину впивались камни и какие-то острые сучки, но Эмма всё равно продолжала извиваться в надежде скинуть с себя взрослого тяжёлого мужика. Его победная улыбка окончательно вывела её из себя. Не найдя способа вырваться, Эмма изо всех сил укусила его за руку. Каин зарычал, ругнулся и стиснул её челюсть, заставляя разжать зубы.       — Эмма! Ты делаешь мне больно! — вскрикнул он, обнажая клыки. Никакого эффекта. — ЭММА! ХВАТИТ! Ты проиграла! Смирись!       Каин отвесил ей лёгкую пощёчину, а затем ещё одну. Эмма наконец разжала челюсть и оскалилась. Кровь окрасила её белоснежные зубы, и она невольно слизала её — вкус металла, вкус жизни. Лицо Каина потеряло былую напряжённость, складка меж бровей разгладилась. Оба они тяжело дышали, выпуская облачки пара в холодный воздух. Дотронься он до её груди — услышал бы собственное сердцебиение. Дотронься он губами её рта — почувствовал бы собственный вкус.       В сверкающей лазури её глаз плескалась необъятная ярость, жаждущая вырваться наружу. А Каин всё смотрел и смотрел, пока необычайное удовлетворение не отразилось в его взгляде.       — Никогда! — выплюнула Эмма, и пару мелких капелек крови осели на его подбородок с трехдневной щетиной.       — Это всего лишь тренировка, — произнёс он более мягким голосом, но прозвучало это не очень уверенно. — Я просто помогаю тебе.       — Правда?       Каин посмотрел так, словно ему хотелось накрыть её ухмыляющийся рот своим, затыкая, заталкивая едкие слова глубоко ей в глотку. Он ещё сильнее сжимал её горло, выталкивая из него глухой стон. Верхняя губа Каина дёрнулась, непроницаемая маска дала трещину. Воздух между ними вдруг потяжелел — ещё немного и начал бы потрескивать от напряжения. Низ живота Эммы налился тёплым возбуждением, и она нервно поёрзала, пытаясь согнать его. Мысль о предательстве собственного тела вызывала смесь стыда и раздражения на саму себя, отчего её лицо её болезненно исказилось.       Каин моргнул и выпрямился. Убрал свои руки с её запястий и шеи, переводя дыхание. Солнце ослепило Эмму, проходя сквозь его тёмные кудри.       — Я не монстр, Эмма, — проговорил он, по-своему истолковав её гримасу. Затем поднялся и добавил. — По крайней мере, я на твоей стороне.       Протянув руку, одним рывком поставил Эмму на землю, и они принялись отряхиваться от приставшей пыли и прошлогодних листьев.       — Извини, — виновато пробурчала Эмма, цепляясь взглядом за окровавленную рану на руке Каина.       — Ничего страшного, — улыбка вновь вернулась к его лицу. — У меня повышенный болевой порог. Тебе придется постараться, чтобы причинить мне настоящую боль.       Эта фраза прозвучало немного двусмысленно, и Эмма отчего-то покрылась краской. Подойдя к Каину, она молча замотала его руку своим шарфиком из тонкого хлопка под пристальным взглядом ореховых глаз. Вокруг вились лесные птицы, и их трель неплохо разбавила напряжённую тишину.       — Что ж, продолжим наш урок, — сказал Каин, с удовлетворением осматривая перевязанную руку.       Далее последовала целая лекция на тему освобождения от захватов и обезоруживания нападающего. Каин рассказал о различных приёмах при нападении и самообороне: как вырубить противника быстро и эффективно, в какие точки и с какой силой нужно давить на шею человека, чтобы усыпить его или убить.       — В удушающем приёме важна техника, — резюмировал он. — При должной подготовке ты сможешь применить его даже против более сильного соперника. Удушения можно разделить на «дыхательные» и «кровяные», и сегодня мы сконцентрируемся на втором, так как эта техника не требует значительного использования физической силы.       От теории до практики переход был недолгий.       — Ты довольно высокая, поэтому сможешь дотянуться до шеи противника, — он встал позади неё, накинул левую руку поверх её шеи и согнул в локте. — При захвате толкаешь его ноги вперёд, а сама подаёшься назад и опускаешь руки вниз. Так противник окажется на полу, а ты останешься на ногах и сможешь контролировать ситуацию.       Эмма повисла, цепляясь за руки Каина на своей шее.       — Далее надавливаешь на сонные артерии по обе стороны шеи и лишаешь головной мозг кислорода. При правильном выполнении потеря сознания наступает примерно через пять-десять секунд. Если держать дольше, то повышается вероятность повреждения головного мозга. Через пять минут смерть становится неизбежной.       Каин немного усилил хватку, и Эмма даже не подумала вырываться из его крепких объятий. Когда она почти уже отключилась, он предложил самой попробовать применить полученные знания на практике.       Эмма выглядела немного взволнованной, но послушно выполнила все пункты. Осадив его на землю, она сдавила руки и почувствовала, как он напрягается и похлопывает по её предплечью, давая понять, что пора бы уже ослабить хватку. Но Эмма не могла остановиться. Она всё давила на артерию и давила, пока тело Каина в её руках не обмякло. Тогда наконец убрала свои руки с шеи Каина. Склонилась над ним и наблюдала, как тяжело и шумно дышит Каин. Было так удивительно видеть опасного убийцу беспомощным и умиротворённым. В голову пришла мысль, что это редкий шанс навсегда избавить себя и весь мир от этого чудовища. Ещё один шанс.       Вместо этого она огладила его бледный лоб и слегка улыбнулась. Он об этом никогда не узнает. Было приятно позволить себе что-то подобное, неправильное. Каин потихоньку стал просыпаться, рассеянно моргая в лучах солнца. Посмотрев на Эмму, он наконец пришёл в себя и проговорил чуть охрипшим голосом:       — И как тебе?       «Замечательно!» — хотелось крикнуть. Эмма впервые вкусила то сладкое чувство власти и силы над другим человеком, которых так хотелось. В груди будто распустился согревающий цветок, дающий надежду, что она — не просто хрупкая слабая девчонка, неспособная противостоять обидчику. Она больше не чувствовала себя жертвой.       — Мне понравилось, — отозвалась Эмма, и они оба расплылись в улыбке.       В следующее воскресенье Каин учил её стрелять. Стоя поодаль, отпускал привычные комментарии. Перед Эммой было разложено несколько видов оружия. Она взяла первый попавшийся пистолет чёрного цвета, взвешивая его в руке и потирая пальцем шершавую поверхность.       — FN Herstal FNP-9, — вещал Каин своим привычным лекторским тоном, сцепив руки за спиной. — Этот самозарядный пистолет создавался по концепции модульного оружия, способного настраиваться под стрелков с разным размером ладони. Широко используется в полиции и армии, но популярен и у гражданского населения.       Эмма выпустила несколько патронов в мишень на дереве и слегка пошатнулась от сильной отдачи.       — Голову держать прямо, ноги на ширине плеч, — велел Каин. Пальцем приподняв её подбородок, он ногой оттолкнул её правую ступню чуть дальше. — Толчковая нога может быть слегка выдвинутой вперёд, у тебя это левая. Спину держи ровно, плечи — перпендикулярно линии огня. И слегка согнись в пояснице, чтобы при отдаче не заваливать корпус назад.       Он прижался грудью к спине Эммы, накрыл её руки своими, и проговорил, обдавая ухо тёплым дыханием:       — Мишень должна быть размытой. Сфокусируй взгляд на целике и мушке, чтобы она располагалась строго по центру и не выходила за верхнюю грань. Та-а-ак. Задержи дыхание и плавно нажми на спусковой крючок, как будешь готова.       Бам-бам-бам-бам-бам! Три из пяти попало в цель. Дыры в бумаге располагались кучно, и это обрадовало Каина.       — Молодец! — похвалил он, и в груди Эммы разлилось странное тепло. — Теперь ты знаешь, в какую сторону тебя ведёт, и сможешь нивелировать это, чуть сместив прицел.       Эмма делала успехи. У неё определенно был талант к стрельбе, и Каин даже пошутил, что из неё получился бы неплохой агент ФБР или безжалостный киллер. Впрочем, возможно это и не было шуткой. Из интереса он предложил ей тяжёлую снайперскую винтовку. Ознакомившись с её устройством, Эмма выбила девять из десяти. Для новичка — шикарный результат.       — Не радуйся особо. При столкновении с реальной опасностью даже талант может быть затуманен приступом паники и на деле оказаться совершенно бесполезным.       Несмотря на то, что Каин вернул её с небес на землю, Эмма ощутила внутри себя незримую силу и прикрыла глаза, наслаждаясь моментом, запечатлевая его в своей памяти. Запах пороха, казалось, въелся в подсознание.       — Летом ты сможешь купить себе подходящее оружие. А пока что держи при себе это.       В её руку опустился чёрный пистолет с шершавой рукоятью, и Эмма подняла удивлённый взгляд к его глазам, таким тягучим и тёплым, словно карамельная патока.       — Спасибо, — еле слышно шепнула она, восхищённо проводя подушечками пальцев по холодному стволу оружия.       — Но как бы хорошо не давалась теория, нужно ставить упор на практику. В следующий раз мы этим как раз и займёмся, — сказал Каин, и Эмма тревожно сглотнула подступивший к горлу комок.