Глава 4. Август – сентябрь 1998

Лорд Волан-де-Морт читал рукопись, когда почувствовал прибывших в гостиную Пожирателей. Мемуары Морганы ле Фэй и ее тщетные попытки подчинить смерть — он нашел этот трактат по чистой случайности в доме одной американки, ведьмы из рода Сэйр, прямого потомка Морганы и Салазара Слизерина. Не составило никакого труда отыскать книгу и стереть воспоминания о ней у женщины. В трактате не нашлось ничего нового, если не считать упоминания неких египетских артефактов, которые, якобы, обладают способностью отпугивать смерть, но самой Моргане так и не удалось их найти. Волан-де-Морт осторожно закрыл книгу и взмахом палочки скрыл ее от посторонних глаз. Затем изящно встал, прошипел несколько слов Нагайне, которая свернулась калачиком у камина, и вышел из кабинета. Когда он вошел в гостиную спустя пару минут, Беллатрикс Лестрейндж, Люциус Малфой, Северус Снейп и Тайлер Гринграсс преклонили перед ним колени. Темный Лорд сделал небрежный жест, чтобы они встали. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что Тайлер и Беллатриса принесли неутешительные вести. Волан-де-Морт чувствовал их нервозность, несмотря на внешнее бесстрастие. Он неспешно сел, последователи вторили ему, и повернулся к Министру Магии Британии. — Ты хочешь мне что-то сказать, Тайлер? — спросил он ледяным тоном. Тайлер собрался с духом и, в конце концов, признался, прекрасно зная, что Темный Лорд не любит ждать. А узкому кругу его приближенных хватало ума не тянуть с плохими новостями. — Произошло еще одно нападение, милорд, — объявил Тайлер Гринграсс. Волан-де-Морт почувствовал, как что-то внутри накаляется. Инциденты происходят все чаще. Намного чаще. — Кто пострадал на этот раз? — коротко спросил он. — Фенрир Сивый, милорд, — ответил Гринграсс. — Он утверждает, что в дом пытались проникнуть в его отсутствие. Он почувствовал чужие запахи в парке и лесу вокруг, но, похоже, им не удалось проникнуть внутрь. Волан-де-Морт посмотрел на единственную женщину в комнате, чьи руки слегка дрожали. Почувствовав на себе его взгляд, она осторожно подняла глаза. В ее глазах смешивались искреннее восхищение и глубокий страх. — Милорд… — только начала она. — Беллатриса, разве не тебе было положено избавиться от мятежников? — слишком спокойно спросил он. — Милорд, они не оставляют никаких следов, они… — Мне нужен результат, Белла, а не оправдания, — холодно перебил ее Волан-де-Морт. — Да, милорд, конечно, милорд, — ответила Беллатриса, склонив голову. — Позвольте, милорд. — начал Люциус Малфой. Он замер и Волан-де-Морт сделал сухой жест, призывая его продолжать. — Мой сын Драко рассказал, что дети многих предателей уже закончили Хогвартс, — сообщил Люциус. — Правда, Северус? Директор Хогвартса коротко кивнул, и улыбка исказила его лицо. — Правда, — сказал он и тогда Темный Лорд обратил свое внимание на него. — Рон Уизли, Невилл Лонгботтом и Гарри Поттер закончили Хогвартс в прошлом году, милорд. — Гарри Поттер… Что-то знакомое, — задумчиво произнес Темный Лорд. — Его магическая аура необычайно могущественна, — отчитался Северус Снейп. — Мы докладывали об этом в конце прошлого учебного года. Волан-де-Морт вспомнил, что Северус Снейп действительно докладывал ему о выдающемся прошлогоднем выпускнике Хогвартса. Магия выродка Поттера стала сюрпризом. Кто бы мог подумать, что отродье Джеймса Поттера и его грязнокровной женушки окажется таким могущественным? — Разве я не приказывал пристально следить за ним? — спросил Волан-де-Морт ровным голосом, от которого мурашки по коже. — Он под наблюдением, милорд, — заверил его Тайлер Гринграсс. — Мы вынудили его занять незначительную должность в Министерстве под руководством Августа Руквуда. Но за ним не наблюдалось никаких бунтарских выпадов. Волан-де-Морт презрительно посмотрел на своего Пожирателя. Поттер. Лонгботтом. Уизли. Когда завоевывал свое право на власть, эти фамилии слишком часто вставали у него на пути — нельзя игнорировать их и сейчас. — Беллатриса, установи полномасштабную слежку за каждым бывшим членом Ордена. И за отпрысками. Если атаки не прекратятся — будешь отвечать передо мной лично. — Слушаюсь, милорд.

оОоОоОо

Четыре дня и четыре ночи Гермиона цеплялась за план спасения, в страхе утратить рассудок. Она будет повиноваться Темному Лорду, выжидая момента, когда он окажется достаточно близко, чтобы обезоружить. А потом, прежде чем он успеет среагировать, она подвергнет его Круцио. Это даст ей фору для побега… подальше от этого гнилого места… Большая — разумная — ее сторона понимала, что план провалится, но Гермиона стойко верила за любую, самую абсурдную идею. Она цеплялась за этот тлеющий уголек надежды, чтобы просто не сойти с ума. Прошло шесть дней с момента похищения, и вот снова открылась дверь темницы. Она узнала этих мужчин, Винсента Крэбба и Грегори Гойла. Девушка стремительно выпрямилась и с опаской наблюдала за их приближением. На лицах – все такое же отвращение, как к прокаженной. Молодые люди зашли и встали прямо перед ней, и Гермиона заметила, что они опрометчиво оставили много свободного места у выхода. Если она только подберется поближе — сможет убежать. Это рискованно, но она не могла позволить себе упустить шанс. Девушка изобразила страх, который так или иначе был внутри, и перевела взгляд с одного на другого, словно загнанный зверек, надеясь убедить их, что страх слишком силен, чтобы ослушаться. — Пожалуйста, не делайте мне больно, — взмолилась она. — Я пойду сама. Они удивленно посмотрели друг на друга, явно не зная, как реагировать. Гермиона спокойно сделала шаг к двери, потом еще два, не встретив сопротивления. Идиоты. Не веря своему счастью, она рванула с места. Благодаря их заторможенности, она выскочила из камеры и бросилась дальше по коридору. Вспомнила, что через несколько метров начнется лестница и, спустившись по ней, появится шанс запутать их в лабиринте многочисленных коридоров. Она услышала, как парни пришли в себя и начали погоню. Она бежала так быстро, как только могла, и достигла подножия лестницы. Будучи не самым спортивным человеком, она уже дико запыхалась и мигом пожалела о такой форме. Услышав, что они приближаются, Гермиона поспешно взлетела по лестнице, перепрыгивая сразу по четыре ступеньки. Позади была уже где-то половина пути, когда вдруг рука обвилась вокруг ее лодыжки. Резким движением она вырвала ногу, но, из-за потери равновесия, упала вперед и сильно ударилась о мрамор. Придя в себя так быстро, как только возможно, она встала на четвереньки и попыталась отползти. Едва став на ноги, она рухнула снова, когда один из преследователей бросился вперед, схватил ее за талию и грубо дернул назад. Девушка упала, увлекая за собой парня, и они покатились вниз по лестнице, прямо к ногам второго. Она опомниться не успела, как он уже схватил и поставил ее на ноги. — Мразь! — выплюнул Грег. Гермиона будто в замедленной съемке наблюдала за приближающимся кулаком. Ее словно молнией пронзило. Девушка попыталась увернуться от удара, но мгновение спустя правую скулу пронзила острая боль. Второй удар обрушился сразу за первым, на этот раз в ребра, и Гермиона закричала, не выдержав напора. Она попыталась освободиться, но мужчина без усилий прижимал ее к стене и не отходил. Гермиона почувствовала себя такой дурой! У нее был такой шанс — тюремщики сами невольно оставили ей лазейку. Но теперь она поймана и, очевидно, ее ждет жестокая расправа. Ей следовало пойти добровольно. Она должна была следовать плану и украсть белую палочку Темного Лорда, вместо того, чтобы так глупо попадаться. — Эй, Грег, успокойся, я тоже хочу! Другой мужчина — Винсент, похоже — встал и подошел к Гермионе, на лице появилась гримаса неадекватного возбуждения. От мощного удара, который он нанес ей, треснула губа, а голова с силой ударилась о стену, выбив весь дух. Гермиона ошеломленно распахнула глаза. Четвертый удар пронзил живот и она издала болезненный крик, что отражал невыносимую агонию. Они продолжали избивать ее и вскоре Гермиона перестала обращать внимание на происходящее. Удары прекратились и она смутно услышала, что парни о чем-то спорят, прежде чем рухнуть на пол. Ноги больше не слушались, она пошатнулась, но уперлась во что-то мягкое. Скорее всего, это один из парней, затем кто-то слабо вторгся в ее мысли. Тишину снова нарушили голоса. Последнее, что она почувствовала, прежде чем впасть в небытие, были подхватывающие ее руки.

оОоОоОо

Волан-де-Морт отложил книгу, которую читал, и посмотрел на дверь. Чего эти идиоты так долго возятся? Он не попросил ничего сложного — просто привести пленницу. Даже если он запретил применять магию, — это поможет избежать лишних объяснений, которые они бы все равно не поняли, — они же в состоянии подчинить ее. Каждый из них вдвое больше девчонки! Может, для таких тупиц и это непосильное задание? В таком случае, он без понятия что вообще можно доверить этим подобиям волшебников. Ну хотя бы он без угрызений совести бросит им изощренное заклятие, которое не позволит и слова промолвить о Гермионе. Раздражение росло с каждой минутой, и он решил прощупать замок. Он обнаружил двух слуг и девушку в коридоре, идущего от камер к кабинету. И как они умудрились там застрять? Неужели заблудились? Если бы не безусловная преданность их отцов — из-за отсутствия интеллекта — Волан-де-Морт никогда бы не позволил примкнуть Винсенту и Грегори к Пожирателям. Когда картина объявила о новоприбывших, он уже ждал их у своего стола с палочкой наготове. Они заплатят за опоздание. Двери распахнулись, и он удивленно поднял бровь, увидев Гермиону Грейнджер, явно без чувств, на руках у Винсента. Он неотрывно смотрел на струю крови, стекающую по виску девушки, затем на разбитую губу и багровые гематомы, проявляющиеся по всему телу. Крэбб бросил девушку на пол и они опустились на колени. Девушка дернулась, не приходя в сознание, и легкое раздражение Волан-де-Морта сменилось праведным гневом. — Не объясните, почему ее грязная кровь пачкает мой ковер? — спросил он ледяным, почти свистящим голосом. Пожиратели застыли, не произнося ни звука, и Лорду вдруг захотелось бросить им заслуженную Аваду. — Советую вам не молчать, — сказал он совсем мертвым голосом. — Маггла пыталась сбежать, милорд, — наконец признался Гойл. Волан-де-Морту пришлось сдержаться, чтобы не закатить глаза на такую тупость. — Круцио, — бросил он. В миг проклятие пронзило Крэбба, и он рухнул на землю под невозмутимым взглядом Лорда Волан-де-Морта.

оОоОоОо

Крик где-то рядом резко вырвал Гермиону из обморока. Голова раскалывалась от боли, все тело ныло. Лежа на ковре и слегка повернув голову, она наблюдала, как один из надзирателей, Винсент Крэбб, кричит и бьется в конвульсиях на полу. Ошеломленная, она замерла, не понимая, что происходит. Еще один взгляд — второй тюремщик стоит на коленях перед Темным Лордом, с таким бледным и потным лицом, что по спине Гермионы пробежали ледяные мурашки. Не успела она прийти в себя, Крэбб внезапно замолчал, но конвульсии не прекратились, стоны и прерывистый плач продолжали сотрясать его грудь. — Можно поинтересоваться, как она вообще вырвалась? — услышала она вопрос Темного Лорда. В голосе затаилась смертельная угроза, и Гермиона вздрогнула. Она слегка повернулась, чтобы видеть полную картину происходящего, и это крохотное движение оживило боль во всем теле — вспыхнули воспоминания. Попытка побега. Падение на лестнице. Удары. Боль. — Выбежала, милорд, — сказал Грегори. — Круцио. Нечеловеческие крики внезапно снова наполнили комнату, и мозг Гермионы моментально начал анализировать все, что творилось перед глазами. Темный Лорд истязает своих же подельников? И они ему позволяют? Глаза Гермионы расширились в ужасе, стоило ей вглядеться в выражение чудовищной муки на лице парня. Она вдруг попыталась вскочить. Под давлением веса руки непроизвольно задрожали и она застонала от боли. Обратив на себя внимание Темного Лорда, девушка панически захота исчезнуть, раствориться в чертовом ковре, только бы избежать кровавого взгляда, устремленного в самую душу. Крики оборвались, стало понятно, что Темный Лорд прекратил проклятие. Единственными звуками в комнате были беззастенчивые рыдания мужчин, тщетно пытающихся подняться на колени. — Крэбб, Гойл, уходите. — тихо приказал Лорд.

oOoOoOo

Лорд Волан-де-Морт молча смотрел, как два болвана поднялись и, пошатываясь, вышли. Он рассеянно размышлял и пришел к выводу — следует позаботиться, чтобы ей больше никто не навредил. Она должна оставаться в живых, пока он не разобрался, как работает ее блок. Он перевел взгляд туда, где девушка пытается подняться. Ее взгляд казался немного рассеянным и он понял, что она все еще в шоке. Это не проблема. Проклятие, что ее ждет, не требует осознанности. Он поднял палочку и заметил, как ее глаза расширились от страха. Она попыталась резко встать, но судорожно упала обратно. Ее болезненный плач приятно ласкал слух и на мгновение он довольно заметил, как она сопротивляется, пытается оставаться в сознании. Когда она, наконец, сумела сесть, глаза не отрывались от палочки и тело, столь напряженное, раскрыло все ее опасения. Губы Темного Лорда растянулись в улыбке. Она так быстро научилась его бояться... — Пожалуйста, скажите, что Вам нужно, — слабо взмолилась она. Волан-де-Морт и не удосужился ответить. Его так часто в жизни молили о пощаде, что он уже давно не обращает на это никакого внимания. Он маневрировал запястьем и красный луч устремился в застывшую девушку. Она удивленно посмотрела на него, ничего не почувствовав, и он презрительно скривил губы. Такие, как она, ни капли не смыслят в магии. Когда он произнес новое заклинание, она опустила глаза и прижала колени к груди в безуспешном жесте защиты. Она больше не боролась, беспрекословно подчинившись, и он усмехнулся. Даже одаренные уникальной защитой, магглы — убогие существа, слабый и бесполезный вид. Волан-де-Морт доказывал свою гипотезу, даже не прикасаясь к ней. Щит слабел, не нейтрализовал заклинания, но уменьшал воздействие. Волан-де-Морт задумчиво ходил вокруг нее, вертя палочку меж пальцами. Энергия заклинаний никуда не исчезает. Если щит не поглощает ее, то она обтекает его по периметру, словно оболочка. Темный Лорд спокойно подошел к девушке. Распознавание остаточной магической энергии — тонкая работа, требующая соответствующей точности. Он увидел, как девочка сжалась, вероятно, до смерти напуганная его близостью. Когда он остановился всего в нескольких дюймах от нее, маггла внезапно подняла голову. Ему потребовалась лишь доля секунды, чтобы заметить львиную решимость в ее глазах, а не страх, на который рассчитывал. В мгновение, когда девушка прыгнула вперед, протянув руки, чтобы выхватить палочку, он резко отступил назад и произнес мощное отталкивающее заклинание. Девушка закричала от боли, влетев в стену кабинета, и с глухим стуком упала на пол.

oOoOoOo

Понимая, что после столкновение тело не способно встать, Гермиона лишь приподняла голову. Сердце невыносимо ускорило ритм, стоило увидеть разъяренное лицо Темного Лорда. Она испуганно посмотрела на палочку, которую пыталась схватить, теперь уверенно направленную на нее. Она не знала, чего ожидать, но понимала — будет больно. Она ошеломленно подумала - он собирается убить ее прямо здесь, прямо сейчас, за то, что посмела напасть на него. Она совершила ошибку, непростительную ошибку, и понимала, что заплатит за это высокую цену. — Круцио. Не удивительно, это именно оно. Она пыталась увернуться, но недостаточно быстро среагировала. Когда красный луч настиг ее, боль заполнила каждую клеточку тела, и она закричала изо всех сил, до хрипоты, извиваясь на полу. Ей показалось, что она умирает. Несколько раз подряд. Самым ужасным способом. Неконтролируемые судороги ни в коей мере не облегчали боль, истязавшую тело. Все вокруг исчезло. Все мысли, все естество заполнила боль, не дающая вдохнуть, потому что даже воздух, казалось, сжигает изнутри. Когда проклятие прошло, понадобилось несколько мгновений, чтобы снова вспомнить, как дышать. Конечности дрожали, а лицо заливали слезы. — Ты плохо себя повела, магглочка, это была очень плохая идея. Очень, очень плохая идея. Ледяной голос Темного Лорда обжигал. Стараясь унять дрожь, Гермиона повернулась к нему лицом и попыталась встать. — Круцио. — Нет! — взмолилась она сорванным от криков голосом. В отчаянии она попыталась пошевелиться, пока заклинание не достигло цели, но тело не подчинялось ей, и оно поразило снова. Боль казалась сильнее, чем в прошлый раз. Чувства были так реальны, что сводило с ума, казалось, что ей выпотрошили тело, что она горит заживо, а глаза выкалывают. По кусочкам. Кровь в венах превратилась в кислоту и боль проникла в каждую частичку, о существовании которых она даже не подозревала. Чары рассеялись через несколько мгновений, но она словно горела вечность. Дрожь было не унять и она уже оставила всякие попытки встать, малейшее движение казалось непосильной задачей. Тем не менее, она заставила себя повернуть голову в его сторону. Он стоял рядом, вместо лица — ледяная маска. Когда она увидела, что палочка наготове, жгучая волна паники поднялась из самых глубин подсознания. Ее ужас стал так силен, что она была готова на все, только бы избежать повторения боли. — Пожалуйста, остановитесь, — взмолилась она. — Я только начал, моя милая. Круцио. После третьей атаки, она не различала предметы. Она больше не различала контуры комнаты вокруг, и потеряла счет времени, не имея представления, сколько уже страдает. Она просто хотела, чтобы прекратились пытки, чтобы прекратилась боль. Она чувствовала, что в шаге о того, чтобы сойти с ума. — Пожалуйста, — запричитала она, как только проклятие развеялось. — Пожалуйста, перестаньте, пожалуйста, умоляю, хватит. Она не могла сдержать мольбы, что сорвалась с губ чисто рефлекторно. Создалось впечатление, что она больше не контролирует ни свое тело, ни свои мысли. Краем глаза она заметила, что Темный Лорд опустился рядом на колени. Он схватил ее за подбородок и заставил смотреть прямо в глаза. Ни капли жалости в глубине пленительных глаз. На аристократическом лице отразилось лишь презрение. — Пожалуйста, — продолжала Гермиона. — Тссс-с, я должен убедиться, что ты никогда больше так не сглупишь, договорились? — холодно прошептал он. Ее захлестнула мрачная безнадежность. Только не снова… Она не сможет снова испытать эту боль. Она искренне верила, что сердце на грани приступа, и если он продолжит, это убьет ее или просто сведет с ума. — Пожалуйста, этого больше не повторится. Клянусь, не повторится. Прошу Вас, — умоляла она. Он расхохотался и отбросил ее лицо. Затем снова поднял палочку. — Пожалуйста, я не… — Круцио! Боль тут же растеклась по всему телу и Гермиона закричала, разрывая горло, как никогда прежде. Она царапала на себе кожу, билась об пол, всеми силами стараясь избавиться от роковых цепей, но боль парализовала каждый нерв. Мысли занимала исключительно эта адская пытка. Она ничего не видела, не слышала, кроме собственных криков, ничего не чувствовала, кроме приближения пропасти, из которой не выбраться Когда проклятие рассеялось, она разрыдалась, не в силах держать себя в руках. Она смутно ощущала, что лежит лицом в пол, но больше не было ни сил, ни желания двигаться. Единственное, о чем она могла думать — боль. Боль, пронизывающая конечности. Боль, которую избегаешь любой ценой. Что-то коснулось ее сбоку, а потом она уже лежит на спине и смотрит в потолок. Она инстинктивно прижала руки к груди, но продолжала безудержно рыдать, по телу спазмами пробегала дрожь. — Еще один раунд Круциатуса просто необходим, чтобы закрепить наше глубокое взаимопонимание, да, Гермиона? — сказал Темный Лорд ужасающим тоном. То, с какой яростью он произнес ее имя, усилило дрожь тела и дало толчок к последнему сопротивлению. — Пожалуйста, умоляю Вас. Я больше никогда такое не повторю! — Круцио. Взрыв внутри — и все исчезло. Ее нервная система обезумела от боли, а разум оцепенел, устав бороться. Все, что есть — боль. Она видела боль. Она слышала боль. Она чувствовала боль. Весь ее хрупкий мир пронизан болью и ничем больше. Когда все закончилось, не осталось ничего. Взгляд устремился в потолок, не видя его, и тысячи, миллионы бессвязных образов и картинок, но ни капли сил собрать их воедино. Она не понимала, где находится и почему страдает. Она не могла вспомнить, кто она такая и несколько мгновений пыталась вспомнить свое имя. Она едва почувствовала, как Темный Лорд повернул ее голову, а вид его алых глаз не вызвал никакой реакции. Она наблюдала, как мужчина устроился в кресле в нескольких шагах от нее, ничего не понимая. Ей потребовалось несколько минут, чтобы немного прийти в себя. Когда мозг провел параллель между мужчиной рядом и чувствами, что она только что испытала, тело свело судорогой и начало трясти от страха. Она снова попыталась молить о пощаде, но из рта вырвался лишь нечленораздельный стон. Когда он встал и медленно двинулся к ней, произошла внезапная паническая атака. Пытаясь восстановить контроль над своим телом, она попыталась убраться подальше от него, но поняла, что не в состоянии. Слишком скоро он снова оказался рядом, присел у обездвиженного тела, и приблизился к лицу всего до нескольких дюймов. — Ты все уяснила, моя магглочка? Гермиона не смогла сформулировать ответ, но отчаянно кивнула. — Всегда знай свое место, — предупредил ее Темный Лорд. Он отошел, а она лежала, не в силах пошевелиться, пока двое тюремщиков не появились в поле зрения и не подняли ее. Когда они тащили ее прочь, Темный Лорд остановил их и внезапно возник прямо перед ней. Жестокая улыбка заиграла на его губах, и, заставив ее снова посмотреть ему прямо в глаза, он хладнокровно сокрушил ее единственную надежду: — Даже если бы у тебя была волшебная палочка, Гермиона, ты ничего не смогла бы сделать. Магия подвластна только волшебникам, а ты — банальный маггл. Гермиона не знала, правда ли это, но теперь точно уяснила, что не стоит вырывать у него палочку, пока нет абсолютной уверенности, что это сойдет с рук. И на задворках сознания промелькнуло кое-что важное: ее похитили волшебники.