Глава 2. Возвращение

Утро встретило Ариэль не светом, а глухим, монотонным стуком дождя по стеклу. Серый рассвет вползал в гриффиндорскую башню, окрашивая всё в цвет пепла и влажного камня. Само по себе мрачное небо её не пугало; куда страшнее была первая пара, что ждала её сегодня. Зельеварение у добродушного Слизнорта было бы благословением, если бы не Защита от Тёмных Искусств. Теперь этот предмет вёл он. Северус Снейп. Сама мысль об этом заставляла её желудок сжиматься в тугой, тревожный узел. Поднявшись раньше всех, пока остальные девушки безмятежно посапывали в своих кроватях, Ариэль прокралась в пустую ванную. В зеркале на неё смотрело бледное, искаженное усталостью отражение с растрепанными, словно гнездо после урагана, русыми волосами и тёмными, почти синими кругами под глазами — безмолвными свидетельствами бессонной ночи, полной тревожных воспоминаний. «Вот и началось, — с горькой усмешкой подумала она, проводя пальцами по коже под глазами. — Учебный год только стартовал, а под глазами уже можно урожай хранить». Приведя себя в порядок под монотонный аккомпанемент ливня, она вернулась в спальню. Царство сна медленно превращалось в царство сонных зомби. Девушки, зевая и шаркая тапками, с трудом приходили в себя. «Летняя свобода — заклятый враг распорядка, — мысленно констатировала Ариэль, с силой натягивая школьную мантию, будто это доспехи перед битвой. — И самый верный союзник всеобщего хаоса». Она собрала волосы в небрежный хвост, несколько прядей тут же выбились, обрамляя её лицо. В общей гостиной её встретила знакомая, почти домашняя картина: близнецы Уизли с азартом первопроходцев ставили опыты на доверчивых первокурсниках. Воздух пахнет дымом, жжёным пером и возбуждением: - Ну, что скажешь? — с деловым видом спросил Фред у мальчика, чьи уши с каждой секундой удлинялись, словно у спаниеля, достигнув уже длины в добрых полфута. — Стал лучше слышать? Муху в углу слышишь? - А т-так и д-должно быть? — запинаясь от страха и изумления, пробормотал тот, осторожно касаясь мочек, достигших уже размера его кулака. Его глаза были круглыми от ужаса. - Конечно! — хором воскликнули близнецы, обмениваясь довольными взглядами. - Как иначе-то улучшить слух? — подхватил Джордж, широко улыбаясь. — Только если уши подрастут! Логично же! Ариэль, скрестив руки на груди, подошла к ним, стараясь придать своему лицу максимально строгое выражение. Братья тут же переключились на неё, как на более интересную цель: - О! Ариэль! Проснулась! — обрадовался Джордж, разводя руками. — Ну, как тебе наше новое творение? Гениально, да? - А миссис Уизли не конфисковала все ваши наработки летом? — сурово спросила она, глядя на несчастного первокурсника. — Или вы нашли новый тайник? И главное — зачем ребёнка мучаете? - Да ладно тебе, зануда, — фыркнул Фред, делая вид, что обиделся. — Это же научный эксперимент! Без жертв не обойтись. Не переживай, сейчас всё исправим. Идём с нами завтракать, отличные новости расскажем. Когда уши несчастного первокурсника, к его явному облегчению, благополучно вернулись к нормальным размерам после взмаха палочки, веселая компания направилась в Большой зал. Близнецы наперебой рассказывали о своих летних «исследованиях» и новых изобретениях, а Ариэль, наконец расслабившись и забыв о предстоящем уроке, смеясь, уверяла, что им давно пора открыть свою лавку и наконец-то разорить «Зонко». К ним за стол подсели Гарри, Рон и Гермиона. Ариэль сразу заметила, что Гарри выглядел угрюмым и подавленным, он больше ковырял вилкой яичницу, чем ел, но решила не лезть с расспросами. Ей бы и самой не хотелось, чтобы в такие моменты кто-то тыкал в её больное место, вынуждая лгать или отмалчиваться. Но вот завтрак подошёл к концу, и настал черёд идти на ЗОТИ. Её ноги отчаянно не хотели нести её туда, становясь ватными. Она всей душой, каждой клеточкой своего существа, ненавидела Снейпа. Сколько дополнительных свитков и унизительных отработок она получила из-за его скверного характера и вечного, несправедливого придирчивого внимания! Дойдя до класса, она уселась на свою привычную парту у окна, глядя на струи дождя, безжалостно хлеставшие по стеклу, и тут же провалилась в воспоминания. Перед её внутренним взором проплывали образы: брат, Эдмунд, который когда-то смеялся, гоняясь с ней по этому же коридору, его светлые волосы развевались на бегу. Отец, Фредерик, чья улыбка была такой же тёплой, как летнее солнце, и чей голос она уже начала потихоньку забывать. Она так глубоко ушла в себя, в этот горько-сладкий мир призраков, что не заметила, как в класс бесшумно вошёл Снейп и начал свою лекцию. Его голос был просто фоновым шумом, далеким гулом. Её выдернуло из прошлого странное, почти физическое ощущение — лёгкий, холодный щипок в самом сознании, будто к её самым сокровенным мыслям прикоснулись ледяными, безжалостными пальцами. Она резко, почти инстинктивно, подняла голову и встретилась взглядом с профессором. Он стоял у своего стола и смотрел прямо на неё, и его лицо было абсолютно бесстрастным, как маска, но глаза... глаза прожигали её насквозь. - Блэквуд. — Его голос, низкий и ядовитый, прорезал тишину класса, заставив вздрогнуть не только её. — Ваша способность парить в облаках в то время, как я рассказываю о заклинании, разрывающем плоть и рассудок, поистине впечатляет. — Он сделал театральную паузу, давая каждому слову прочно засесть в сознании. — Полагаю, вы считаете, что ваши... личные трагедии... дают вам привилегию на невнимание? Позвольте мне прояснить. — Он медленно пошёл по проходу к её парте, и каждый его шаг отдавался в её напряжённом теле. — На войне сентименты — это роскошь, которую вы не можете себе позволить. Они делают вас слабыми. Предсказуемыми. Мёртвыми. Последнее слово он произнёс с особой, режущей чёткостью, вложив в него всю леденящую душу суть. Словно вонзил отточенное лезвие точно в незажившую, кровоточащую рану её души. Ариэль будто окатили ледяной водой с головой до ног. Внутри всё закипело и взорвалось бессильной яростью. «Что... что ты сейчас сказал? — яростно кричала она в голове, сердце готово было выпрыгнуть из груди. — Как ты смеешь? Что ты вообще знаешь о потере? Что ты знаешь о том, как это — слышать заклинания и крики, чувствовать запах дыма и крови, знать, что самые близкие тебе люди умирают в муках в нескольких метрах, а ты ничего не можешь сделать?» Она сжала кулаки под партой так, что костяшки побелели, а ногти впились в ладони. Слёз не было — только сухой, обжигающий гнев, подступающий комом к горлу. Снейп, не отводя от неё своего пронзительного, чёрного взгляда, закончил, обращаясь уже ко всему классу, но глядя только на неё: - Надеюсь, сейчас, мисс, вы соизволите продолжить слушать меня так же внимательно, как и секунду назад. Он развернулся и, как чёрная, зловещая туча, поплыл обратно к своему столу, чтобы продолжить урок. Остаток урока прошел для Ариэль в оглушающем гуле собственной крови в ушах. Она не слышала ни слова из того, что он говорил, чувствуя лишь тяжёлый, давящий взгляд, который периодически останавливался на ней. Едва прозвенел звонок, Ариэль вылетела из класса первой, как выпущенная из пращи стрела, несясь по коридорам в сторону подземелий, на урок к Слизнорту. Она шла, почти не видя ничего перед собой, а по щекам, вопреки её воле, текли предательские, горячие слёзы — смесь унижения, ярости и старой, никогда не заживающей боли. Чьё-то твёрдое прикосновение к её плечу заставило её вздрогнуть и остановиться. Это была Гермиона, её умные глаза полны тревоги. - Ариэль, постой! Что случилось? — спросила та, оглядывая её заплаканное, разгорячённое лицо. — Ты пронеслась мимо, как ураган! - Это Снейп... — выдохнула Ариэль, смахивая слёзы тыльной стороной ладони с таким ожесточением, будто хотела стереть с кожи само воспоминание. — Он... он так грубо... о семье... напомнил… — Она не могла подобрать слов, её душили рыдания. — Герми, когда это кончится? Почему он так ко мне несправедлив? Что я ему сделала? - Тихо, тихо, всё хорошо, — сказала Гермиона, обнимая её за плечи. — Не слушай его. Он... он просто ужасный человек. Он не стоит твоих слёз, правда. Она гладила Ариэль по спине, пока та не перестала дрожать, и мягко, настойчиво перевела разговор на отвлечённые темы — на новую книгу, на предстоящие экзамены С.О.В., на что угодно, лишь бы отвлечь подругу. Успокоившись и переведя дух, девушки разошлись по своим классам. Ариэль зашла в кабинет зелий. Она пыталась убедить себя, что не увидит Снейпа ещё несколько дней. Но холодок от его слов и того странного, ледяного прикосновения к её разуму оставался с ней, как ядовитый осадок и зловещее предвестник того, что эта буря только начинается.