Глава 5. План охоты

Угрозы Люциуса висели в воздухе тяжёлым, ядовитым облаком. Они были отнюдь не пустыми, но с самого начала Северус Снейп действовал под прикрытием, играя роль в смертельно опасном спектакле. Это было далеко не простое занятие — ежесекундно балансировать на лезвии ножа, — но выбирать не приходилось. Обратного пути для него не существовало уже много лет. Погружённый в мрачные размышления, Северус медленно шёл по пустынным, погружённым в ночную тишину коридорам Хогвартса. Его чёрные мантии бесшумно скользили по холодному камню. Не сообщить Дамблдору о новой угрозе было бы непростительной, фатальной ошибкой — ровно той же, что и оставить этот разговор между ним и Люциусом без внимания. Он не доверял никому: ни циничному Малфою, ни многоопытному директору, у которого были свои тайные планы, и уж тем более — Тёмному Лорду. Порой ему казалось, что он не доверял даже самому себе и тому выбору, что сделал когда-то. Но разве можно что-то изменить, когда прошлое вцепилось в тебя мёртвой хваткой? Подойдя к каменной горгулье, охранявшей вход, он сиплым голосом произнёс пароль и поднялся по винтовой лестнице в просторный, залитый лунным светом кабинет. Воздух здесь пахнет пылью старых фолиантов, лимонными леденцами и едва уловимой магией. За большим письменным столом, заваленным свитками, сидел седовласый Дамблдор. Он что-то быстро набрасывал на пергамент, затем ловко прикрепил письмо к лапке сидевшей на подоконнике совы. Птица бесшумно сорвалась в ночь. — Доброй ночи, Северус, — профессор обернулся, и его взгляд за стеклами очков был пронзительно-внимательным. Приглашающим жестом он указал на кресло. — Что привело тебя в мой скромный обитель в столь поздний час? Надеюсь, не только очарование лунного света? — Случилось то, о чём вы предупреждали, директор, — Северус остался стоять у стола, скрестив руки за спиной. Его поза была неестественно прямой, вымученной. — Люциус почтил меня своим визитом. Он сообщил, что через Ариэль Блэквуд, ученицу шестого курса Гриффиндора, в руки Волан-де-Морта поступает информация. Канал организовала её тётя, Моргана. Через медальон. — Медальон... — Дамблдор медленно поднялся и подошёл к Фоуксу. Волшебная птица издала тихую, мелодичную трель. Старик нежно погладил её по золотым перьям. — И какую же роль в этом спектакле отводят тебе, мой мальчик? — Следить за девчонкой, — ответил Снейп, и его голос прозвучал плоским, лишённым эмоций тоном. — Держать её под постоянным контролем. Пресекать любые утечки. И, разумеется, обеспечить, чтобы вы... оставались в блаженном неведении. — Вот и прекрасно, Северус, — Дамблдор повернулся к нему, и в его синих глазах вспыхнули знакомые Снейпу искорки. — Ты будешь следить за мисс Блэквуд. Но твоя главная задача — не дать ей пострадать. Наблюдай, но не вмешивайся без крайней необходимости. Не раскрывай своих карт. А я... я, как всегда, ничего не знаю. — Он мягко улыбнулся и подмигнул, будто они только что заключили веселое пари. — Понял вас, директор, — кивнул Снейп, чувствуя, как знакомый комок раздражения сжимает ему горло. Он развернулся и направился к выходу, на прощание бросив: — Доброй ночи. Спускаясь по лестнице, он уже обдумывал план. Блэквуд должна была ему полностью доверять, но при этом беспрекословно подчиняться. Задача не из лёгких, учитывая, что за шесть лет она не усвоила даже азов дисциплины и почтения к преподавателям. Вернувшись в свой кабинет, он сразу заметил на столе лежавший свиток с восковой печатью Малфоев. Развернув пергамент, он увидел убористый, выведенный каллиграфическим почерком текст. Это был не совет, а чёткий, холодный приказ. «Северус, полагаю, ты уже осознал, что разум нашей юной особы требует... коррекции. Никто не должен заподозрить ни её, ни нашу роль в этом мероприятии. Малейшая её оплошность, привлечение внимания мракоборцев — и канал будет безвозвратно утерян. Последствия, уверен, ты понимаешь, будут крайне неприятными для нас обоих. Поставить ей полноценный ментальный щит — значит раскрыть природу колье. А раскрытый инструмент становится бесполезным. Утилизация канала в таком случае — единственный выход. Оптимальное решение — натаскать её. Обучи основам. Достаточно, чтобы она инстинктивно отгораживалась от случайного любопытства, например, того же Дамблдора. Однако мы обязаны сохранить “ключи” от её разума. Мы должны всегда иметь доступ. Ты будешь присматривать за ней, Северус. Используй любой предлог. Её успехи, её провалы — всё сгодится. Сделай её зависимой от твоих "уроков". Стань для неё тем, чьё мнение имеет вес. Только так мы получим контроль не только над её мыслями, но и над её поступками.» Дочитав, Снейп медленно подошёл к камину, где догорали последние языки пламени. Он на мгновение задержал взгляд на огне, а затем швырнул письмо в камин. Пергамент вспыхнул ослепительно-зелёным пламенем и обратился в пепел. Выбора не оставалось. Приказ был ясен. Его лицо, наконец, исказила гримаса глубочайшего отвращения — и к циничной расчетливости Люциуса, и к той роли, которую ему снова предстояло играть. Он сжал кулак, и взгляд его упал на руку, где под мантией скрывалась Тёмная Метка, навсегда вцепившаяся в его плоть. _______________ Воздух в полуразрушенном зале старого поместья был холодным и спёртым, пахнущим пылью, тленом и сладковатым запахом боли. Единственным источником света были несколько зелёных факелов, отбрасывающих прыгающие, уродливые тени на стены. В центре комнаты на импровизированном троне, сделанном из тёмного дерева, восседал Лорд Волан-де-Морт. Его змеевидное лицо было бесстрастно, но красные глаза горели холодным огнем. Люциус Малфой стоял на колене, склонив голову. Его белоснежные волосы казались неестественно яркими в этом мраке. Он чувствовал на себе тяжёлый, пронизывающий взгляд, который, казалось, ощупывал каждую его мысль. — Встань, Люциус, — прошипел Волан-де-Морт. Его голос был тихим, но он резал слух, как лезвие. — Ты просил аудиенции. Говори. Убеди меня, что твоё присутствие здесь важнее, чем твои прошлые... неудачи. Люциус поднялся, сохраняя идеальную осанку. Его лицо было маской почтительного внимания, но в глазах — лишь ледяная ясность. — Мой лорд, я пришел с отчётом о новом инструменте, который может служить вам, — начал он, его голос был ровным и уверенным. — Речь идёт о племяннице Морганы Блэквуд. Девочке по имени Ариэль. Волан-де-Морт медленно склонил голову набок, длинные пальцы постукивали по подлокотнику. — Моргана уже докладывала о своём... канале. Невинная девочка, носящая её глаза. Что ты можешь добавить, Люциус? — в его тоне сквозила опасная скука. — Я могу добавить контроль, мой лорд, — парировал Люциус. — Поток информации ценен, но ненадёжен, пока он предоставлен сам себе. Девочка — гриффиндорка. Эмоциональная, слабая, подверженная влиянию. Её могут расколоть. Её могут перехватить. Он сделал небольшую паузу, позволяя словам обрести вес. — Я взял ситуацию под личный контроль. Через Снейпа, который, как вы знаете, имеет на неё непосредственное влияние как преподаватель, мы начали работу. Мы не станем ломать инструмент, мой лорд. Мы его... отточим. Научим её основам ментальной защиты, чтобы скрыть сам факт наблюдения от таких, как Дамблдор. Но мы оставим бреши. Ключи от её разума будут принадлежать нам. Так мы получим не просто уязвимый канал, а управляемого агента, который даже не будет подозревать, в чьих руках он играет. Волан-де-Морт замер. Тишина в зале стала звенящей. Люциус чувствовал, как холодный пот стекает по его спине под мантией, но его лицо не дрогнуло. — Снейп... — наконец прошипел Тёмный Лорд. — Он подтверждает твои слова? — Он действует в соответствии с полученными инструкциями, мой лорд, — уклончиво ответил Люциус. Волан-де-Морт медленно улыбнулся, обнажив мелкие, острые зубы. Это было куда страшнее, чем его гнев. — Хитро, Люциус. Очень хитро. Превратить слабость в силу. Использовать сентименты ребёнка против неё самой... Это достойно истинного Пожирателя Смерти. – Его красный взгляд впился в Малфоя. — Я одобряю этот план. Но помни: если этот «управляемый агент» выйдет из-под контроля... если Дамблдор хоть на миг заподозрит неладное... ответственность за провал ляжет на тебя. И твоё наказание сделает твой прошлый провал в Министерстве похожим на лёгкое увещевание. Ты понял меня, Люциус? Вполне, мой лорд, — Люциус склонил голову в почтительном поклоне, скрывая вспыхнувшую в глазах ярость от унижения и холодный страх, сжавший его внутренности. — Инструмент будет служить вам безупречно. Я ручаюсь. — Хорошо. Теперь можешь идти. Люциус снова опустился на колено, а затем, не поворачиваясь спиной, вышел из зала. Только когда магия поместья отпустила его, и он оказался в холодной ночи, он позволил себе сделать глубокий, прерывистый вдох. Он не обманывал Волан-де-Морта. Он действительно взял девочку под контроль. Но и у него есть свои цели. И от того, насколько искусно он сможет вести эту двойную игру, зависело нечто большее, чем его собственная жизнь — будущее его сына и той самой «невинной девочки», которая невольно стала разменной монетой в этой смертельной партии.