Глава 5. Искра

            Надо сказать, когда я в этот раз почувствовала себя в состоянии между сном и явью, я уже почувствовала скорее дежавю, чем любопытство. Не хочется это признавать, но вместе с дежавю я почувствовала страх. Никогда не относила себя к тем, кто боится манекенов, но не нужно иметь жёсткую фобию, чтобы начать бояться, когда манекен действительно начинает двигаться и делать тебе больно.             Поэтому, когда я оказалась в этой пустоте, я постоянно озиралась по сторонам, в попытках предугадать, откуда он может напасть на меня в этот раз, чтобы попытаться сделать с этим хоть что-то. Увы, попытки эти оказались тщетны, так как в какой-то момент всё моё тело охватил паралич, из-за которого я не могла никак пошевелиться.             Через пару секунд после этого, я почувствовала у себя за спиной, нечто... трудно описуемое, больше всего это было похоже на такой абстрактный ужас, который ты не можешь в полной мере осознать, зато в полной мере можешь прочувствовать каждой клеточкой твоего тела. Это отчасти можно было бы сравнить с тем, что ты можешь почувствовать, когда тебя запирают в узкой комнате вместе с каким-либо абсолютным хищником, который был основным спонсором смертей у твоих предков ещё живших по пещерам, но в десятки, если не сотни раз хуже. Настоящий хтонический ужас, который ты врагу не пожелаешь прочувствовать на своей шкуре.             И источник этого ужаса постепенно приближался ко мне, усиливая страх перед тем, на что я даже не могла посмотреть, что делало всё ещё хуже. Как никогда бурная фантазия выцарапывала в моей черепной коробке невообразимые кошмарные варианты того, что со мной будет дальше, каждый последующий из которых был хуже предыдущего. Мне было крайне дискомфортно от простого нахождения рядом с этим существом. Оно решило, что мне этого будет мало, поэтому я почувствовала, как мне в затылок упирается что-то острое, скорее всего коготь, вскоре оно надавило посильнее...             Я определённо никогда не хотела знать, как ощущается лоботомия, тем не менее, по мере того как мне в мозг всё глубже проникало несколько когтей, данная ассоциация становилась всё более стойкой и тем сильнее я чувствовала себя так, словно у меня нет рта, но я должна кричать.             Потом я почувствовала внутри головы жжение, после которого всё моё сознание как будто бы разорвало на кусочки, разбросав воспоминания, мышление, восприятие и прочее по разным местам этого пространства             — Собери             Оно лишь несколько раз повторило одно единственное слово, но каждый последующий раз ощущался болезненнее предыдущего, поэтому я почувствовала ни с чем не сравнимое облегчение, когда тьму вокруг меня развеял какой-то свет...

***

            ...После чего проснулась в своей кровати, с трудом раскрывая свои слипающиеся глаза, как это часто бывает из-за резкого пробуждения от кошмара, мне сразу после этого было очень сложно как-либо двигаться, даже глаза перемещать по комнате. В любом случае, это не буквальный паралич, который был в моём кошмаре, так что через несколько секунд я очень медленно приняла сидячее положение и, протерев глаза руками, включила унк, чтобы проверить, сколько времени, у меня из-за тьмы ночи были определённые подозрения... и да, конечно там было 5 утра... Я с очень невнятным недовольством что-то промычала, забыв о том, что технически я в комнате не одна.             — Плохой сон? — спросила Фелинора с едва заметным беспокойством. Будучи освещённой лунным светом, она выглядела для меня тогда почти как ангел-хранитель посреди тьмы.             — У меня других и не бывает... — произнесла я, проведя рукой по лицу сверху вниз.             — В каком смысле?             — В буквальном, сколько себя помню, если мне что-то и снилось, то только кошмары. Я в какой-то момент начала записывать их содержимое в блокнот, чтобы сортировать по жанрам, от безобидного «я как-то публично опозорилась» и до «что то страшное пытается меня убить», помогало подвести итог тому, насколько дерьмово себя чувствовало моё подсознание.             — Жёстко... — Фелинора явно не знала, что ещё ответить на это.             После этого я, не подумав, задала вопрос:             — А ты чего не спишь?             Фелинора смерила меня ироничным взглядом в котором очень явно читалось требование «догадайся сама». Через пару секунд до меня дошло:             — А, ну да... чем ты вообще занимаешься ночью после того, как стала призраком?             — Смотрю на то, как ты спишь.             — Ага, в чём шутка, Мисс Кошачья Саркастичность?             — Тут никакой шутки нет, тоскливо смотреть в окно мне надоело ещё предыдущей ночью, а других занятий у меня нет.             — Ох...             — В этом и есть главная проблема моего текущего состояния, Вивиана. Я не могу ни к чему прикоснуться, не могу ничего почувствовать, я не могу даже никуда сходить погулять, потому что я по-настоящему боюсь, что полностью рассеюсь, если отойду от тебя слишком далеко. По факту я сейчас существую только пока ты бодрствуешь и чем-то занята. Но большую часть времени я просто... ничто, прямо говоря я не могу назвать это жизнью... даже по меркам нежити... — её голос был преисполнен меланхолией на протяжении всего её монолога.             — Тогда почему ты мне об этом сразу ничего не сказала? я думаю, мы могли бы вместе что-то придумать.             Фелинора неловко поджала губы и отвела взгляд.             — Ладно, я поняла, некоторым их интровертность дороже жизни, и ты из таких.             Фелинора кивнула.             — Эх, как ты обычно проводила своё время одна?             — Я читала. Если ты не заметила, тут после меня осталась целая коллекция, — эти слова она сопроводила кивком в направлении стопки книг, которую я до этого замечала, но старательно игнорировала. Это стало для меня сигналом, так что я включила на унк фонарик и пошла к этой стопке.             — Что ты собираешься делать? — спросила Фелинора.             — Буду листать для тебя какую-нибудь книжку, чтобы скрасить твоё существование до состояния, которое можно было бы назвать жизнью.             — Ты разве не хочешь поспать?             — Я не хочу возвращаться к чудов... я наверное всё равно больше не засну, так что не переживай.             Фелинора явно что-то заподозрила, судя по её взгляду, но подошла поближе. Тут у меня возник очевидный вопрос:             — Зачем ты в 31 веке читаешь бумажные книги?             — Так романтичнее.             — Ты серьёзно? — в свой тон я добавила немного иронии.             — Поверь, это нечто совершенно другое по ощущениям. Держа в руках бумагу, я сразу чувствую, что прикасаюсь к чему-то более сакральному и важному, чем интерфейс поддержанного унк, взятого мною по скидке.             — Но насколько я знаю, они сейчас идут зачастую скорее как мерч для фанатов, то есть дороже чем лицензированная электронная версия.             — Для меня это стоит любых денег, — утвердительно заявила Фелинора.             Я наверное не смогу понять эту её черту в полной мере, но, учитывая то, что я раньше скупала каждый увиденный мною значок на одежду со знакомым мне персонажем, не мне её осуждать. Я взяла в руки самую верхнюю книгу в стопке, на ней было изображено голубовато белое энергетическое пятно в беспроглядной тьме космоса. Надо сказать, даже я, будучи приземлённым технарём, знаю, что такие штуки называют магическими разломами. По сути просто достаточно крупное скопление магической энергии, которое постоянно генерирует новую энергию и выбрасывает её в атмосферу.             — Это какое-то приключение про попадание в магический разлом?             — Прямая противоположность, это научно популярная книга об астральных кавернах, пропускай, тебе вряд-ли это будет интересно, — ответила мне Фелинора.             — А причём тут мой интерес?             — Ты по сути делаешь мне услугу, так что было бы неплохо, если бы чтение моих книжек не вызывало у тебя отвращение, — вздохнув, произнесла она.             — Справедливо, но что, если я всё-таки хочу узнать больше об астральных кавернах?             — Тогда можешь потом спросить у меня, я уже выучила эту книгу наизусть ещё до попадания в академию, хоть мне и всё равно нравилось её перечитывать... лучше скажи, какие жанры литературы ты предпочитаешь?             — Я предпочитаю литературе анимацию и сериал.             — И какие?             — Мне нужно либо что-то экшоновое и чтобы герои были крутыми, либо что-то меланхоличное и глубокое, при этом, чтобы герои там были «ну буквально же как я!».             — О, это хорошо, что у наших вкусов есть точка соприкосновения, я ведь тоже люблю мрачные и депрессивные истории со смыслом, в которых все персонажи как можно больше страдают, — сказала Фелинора с искренней улыбкой.             — Мне кажется, ты немного не уловила мои предпочтения...             — Почему? разве ты смотрела грустные штуки не для того, чтобы плакать навзрыд от боли, когда всё кончается плохо, или плакать от радости, когда после череды страданий всё кончается хорошо?             — Мне кажется, ты скорее просто любишь поплакать, а я скорее пыталась убежать от своих проблем вместо того, чтобы ещё глубже в них погружаться... — только произнеся это, я осознала, насколько это должно быть жалко звучит со стороны, но Фелинора либо не обратила внимания на это, либо полностью понимала это желание... в любом случае, она никак это не прокомментировала и продолжила свои рассуждения:             — Ну не без этого, поплакать я люблю, возможно потому что... — Фелинора остановилась на секунду, думая о том, стоит ли ей это говорить, но в итоге она решила довериться мне: — ну знаешь, иногда приятно просто немного побыть искренней...             — Да... — понимающе ответила я.             — Кхм-кхм. Но если немного серьёзнее, ещё я пыталась немного лучше понять себя через это всё.             — Да, тоже понимаю... тааак, что ты предлагаешь на эту тему почитать из своей коллекции?             Фелинора сразу же начала прям таки сиять энтузиазмом, когда начала свой рассказ.             — «Бесконечная ночь». По сюжету главная героиня попала на планету на которой... ну бесконечная ночь, притом, что в местной тьме может материализоваться всё самое худшее из твоей головы. Страхи, боль, неприятные воспоминания, чудовища, которые буквально являются воплощением твоего самого худшего кошмара. А главная героиня, пытаясь убежать от своего прошлого, оказалась в том самом месте, где прошлое настигает её в самой кошмарной форме...             — Звучит интригующе.             — А читается ещё лучше! Каждого персонажа хочется обнять и плакать, там после нескольких сюжетных поворотов тебе надо будет отходить ещё пару дней, сюжет вонзается тебе в голову в самом начале и даже не думает вылезать в течение всей этой стремительной и адреналиновой поездки...             — Я смотрю, в тебе аж литературный критик проснулся, это наверное самое чувственное и тёплое, что я от тебя слышала.             — Ну так, уважаемая, в этот раз я говорю о чём-то, что по настоящему дорого моему сердцу! — в сопровождение своих слов она положила руку на грудь, надо сказать, она в этот момент заодно продемонстрировала ещё и её самое одухотворённое выражение лица из тех, что я видела.             — Это всё конечно замечательно, но тут есть одна проблема. Ты ведь уже эту книгу прочитала, тебе наверняка скучно будет заходить на второй круг.             — Я тут уже всё прочитала как минимум один раз. Кроме того, для такого шедевра внимание лишним не бывает...             — Ну ладно, давай посмотрим, что это такое...

***

            К девяти часам утра мне уже надо было бы идти на первые пары, но хотелось читать эту срань дальше, потому что она слишком хороша. Я сразу начала уважать вкус Фелиноры и её саму больше за то, что она привнесла сей бриллиант в мою жизнь. Когда я перелистнула очередную страницу, чтобы начать новую главу, со мной заговорила Фелинора:             — Думаешь, это хорошая идея — прогуливать или опаздывать в первый же день?             — Нет, но мы же прочитали только треть книги...             — Я знаю, но давай мы всё же сходим на пары, мы всё ещё можем по дороге обсудить происходящее.             Я кивнула ей и начала собираться на пары. Я решила, что в числе прочего надо бы прибрать всю стопку в какой-нибудь шкаф. Так что, я взяла всю стопку вместе с «Бесконечной ночью» и обратилась к Фелиноре:             — Куда ты обычно складываешь книги? у тебя ведь должно быть отдельное место.             — Вон тот шкафчик... — Фелинора, сначала не задумываясь, небрежно указала в нужном мне направлении. Но потом внезапно её глаза расширились от одного очень резкого воспоминания: — НЕТ-НЕТ, ПОДОЖДИ, ДАВАЙ ТЫ НЕ БУДЕШЬ ЕГО ОТКРЫВАТЬ... потому что... ТЫ МОЖЕШЬ ОПОЗДАТЬ, ДА!             — Не драматизируй ты так, я не настолько опаздываю .             В своём ответе я не смогла скрыть своё недоумение, из-за, казалось бы, преувеличенной реакции Фелиноры. Но как только я его открыла, я сразу же усмехнулась, ибо всё встало на свои места. Я положила стопку на шкаф, чтобы взять в руки самую верхнюю книгу внутри. Это была явно очень дешёвая порнуха под видом романтической книги.             Я просто не верю в другое содержание книги, на обложке которой был изображён до фальшивого идеальный мускулистый мужчина с голым торсом и челюстью, которая наверное сама по себе способна дробить брёвна. То, что он обнимал миниатюрную на его фоне хонтэш, на месте которой Фелинора явно представляла себя, только добавляло красок. Судя по обложке, на месте также своего рода классический сюжет об отношениях между враждующими народами, когда женщина имеет ту же видовую принадлежность что и Фелинора. Судя по тому, что “ходячий дилдо, а не персонаж” держал за шею “ходячий мастурбатор, а не персонаж”, содержание было чуть пожёстче обычного.             — Какая ты шалунья, — прокомментировала я, еле сдерживая смех.             — В шкафу есть книжки и посерьёзнее... — смущённо промямлила Фелинора.             Небрежно кинув порнушку на бывшую кровать Фелиноры, я посмотрела на следующую книгу и увидела там ту, что с наверняка примерно похожим содержанием. Только в этот раз там было изображено две женщины — эльфийка и хонтэш. Хонтэш, подозрительно похожая на студентку, будучи связанной, стояла на коленях и с вожделением смотрела на эльфийку, подозрительно похожую на учительницу, которая стояла над кошкообразной и держала стек на щеке своей студентки...              Полагаю, что-то макулатурные предпочтения Фелиноры о ней да говорят, и я не о покорности. Я, ухмыльнувшись, посмотрела на Флеинору приподняв главную улику против неё, так что подсудимой было нечего ответить, она просто жалобно промычала нечто невнятное, после чего я, удовлетворившись её реакцией, положила порнушку вместе с основной стопкой обратно и, захватив по пути портфель, отправилась на учёбу.             Пока мы шли, Фелинора, видимо пытаясь как-то реабилитироваться, решила вернуть всё в русло «Бесконечной тьмы».             — Ну так что, кто там твой любимый персонаж из уже засветившихся в «Тьме»?             — Ну, мне Каэль понравился.             — Оу...             — Что значит это «оу»?             — Нет-нет, я не хочу спойлерить...             — Ты уже всё испортила, выкладывай давай.             — Ну нет, я же не хочу, чтобы ты... “потеряла голову” от этой информации.             — Фели, ты не настолько неочевидная, как тебе кажется.             — Ну извини...             Моё отношение к Фелиноре вновь стало более ироничным.

***

            Первая пара была посвящена боевой практике, что довольно ожидаемо для боевой академии. Неожиданно, что боевая практика началась в классе, во время которой преподаватель начал говорить о теории и том, что мы будем проходить в течение курса. Атмосфера на уроке была супер-серьёзная, и даже слегка напряжённая из-за личности преподавателя. Он производил впечатление такого, серьёзного дисциплинированного и стоического мужчины, который, судя по его взгляду, уже “повидал некоторое дерьмо”. И это впечатление контрастировало с тем, что по происхождению был он демоном (*1). Ещё больше с этим контрастировало то, что ангел нашей группы пришёл на пару с опозданием на 5 минут, после чего, ничего не сказав, подошёл к своему месту и сел, показательно закинув ноги на стол. Преподаватель, которого зовут Абигор, увидев это пророкотал:             — Хотя бы сядь нормально.             — А то что? накажешь меня? — с дерзким видом и тотальным отсутствием стыда произнёс... я до сих пор не знаю его имя.             Абигор тогда выглядел как тот, кого от избиения ученика сдерживала только рабочая этика, но к этой самой этике он, похоже, относится очень серьёзно, потому что он просто тяжело вздохнул, закрыв глаза, и продолжил вести урок, стараясь не обращать внимания на наглую рожу, которая включила на унк мобильные игры. Этих двоих как будто бы надо поменять местами, если честно...             Так или иначе, вторая пара тоже была посвящена “боевой практике”, но стала куда интереснее, ведь на ней появилась непосредственно практик. Если точнее, мы должны были друг с другом отработать некоторые основы рукопашного боя, которым нас обучали на предыдущей паре. Что может быть конструктивным в отношении тех, кто полагается полностью на оружие или вообще дальний бой, но логика тут в том, что полезно хотя бы правильно сжимать кулак, когда необходимость всё равно вынудит тебя как-то выживать и в подобных условиях. Есть правда один нюанс: он сказал, что допустимо также “естественное оружие”, которое можно было бы назвать продолжением тела, а значит у меня скорее всего преимущество перед остальными...             Кроме того, Абигор объяснил нам, что на парах по боевой практике, аллилуйя, иногда студенты смогут драться друг с другом, само собой в полностью контролируемых относительно “стерильных” условиях, в которых нам ничто реально серьёзно не угрожает (ну по крайней мере он так сказал). Он так же объяснил нам, как мы можем воспользоваться специальным таблом, чтобы на ближайшем дне с боями попробовать зарезервировать для себя бой с кем-то конкретным. Если на одну личность несколько кандидатов, то один или два из них выбираются случайно. Но я не знаю навыки никого из местных, так что для меня это пока что бессмысленная информация.             Так или иначе, отрабатывать все эти приёмы при этом надо было в паре, и мне методом жеребьёвки досталась... Фриога. Абигор посмотрел на меня с некоторым сочувствием, когда это выяснилось, но противодействовать не стал. Когда Фриога поняла, кто её оппонент, на её лице появилась слегка злорадная улыбка в сочетании с суровым взглядом, который ничего хорошего не обещает.             — Даю тебе фору, нападай, — сказала Фриога, сложив руки перед собой.             — Ну и откуда столько гонора? — сказала я, пытаясь выглядеть не менее дерзко.             — Нуууу, она одна из лучших студенток... — ответила мне Фелинора.             У меня из-за этого уже появилось неприятное предчувствие, но я постаралась не подавать виду.             — У меня просто много опыта в выбивании всей дури из разного отребья. Ты в курсе, что изначально в нашей группе было 20 разумных, пока большая часть этих плаксивых сучек не выдержала конкуренцию со мной? — продолжала Фриога.             — А ещё не выдержали пиздюли... — незримо для Фриоги её поддержала Фелинора.             — Как жаль, что весь этот опыт тебе сейчас не поможет, — сказала я, после чего сорвалась с места по направлению к Фриоге.             Я до сих пор помнила с нашей первой встречи, как она упоминала то, что она стрелок, а значит, несмотря на своё самомнение, без оружия, да ещё в рукопашной, она должна была быть лишь на уровне “минимально приемлемом”, в отличие от меня. Крутые девочки могут позволить себе ближний бой и я не просто так отвалила кучу денег за выдвижные “когти” на боевом протезе! Не говоря уже о том, что я научилась формировать на органической руке острые кристаллы, которые когти могут имитировать, одна беда — они намного дольше формируются... но, в любом случае, реагенты для кристаллизации я к своей руке направила, хоть мне и кажется, что они не понадобятся.             Пальцы моей металической руки практически мгновенно превратились в 5 ножей. Я взмахнула ими в направлении оппонента, рассчитывая на смесь из эффекта неожиданности и паники. Но она перехватила мою руку, после чего эффективно подставила мне подножку и уронила на землю лицом вниз. Сделала она всё это настолько резко, что я вообще не успела среагировать. После этого она, схватив мою органическую руку вдавила мою же голову в пол своей ногой. Из-за того, как неожиданно это произошло, я непреднамеренно попробовала землю на вкус, что только усилило чувство моего унижения.             — Опыт всё-таки понадобился — Фриога даже не пыталась сдерживать злорадство.             Вспышка гнева заставила меня, не думая о последствиях, использовать подготовленные мною реагенты кристаллизации, чтобы сформировать кристаллические когти и вонзиться ими в руку моей обидчицы. Я почувствовала, как по руке после этого начала стекать очень горячая жидкость, периферийным зрением я заметила, как рядом со мной на землю начали падать капли оранжевой крови. Однако, судя по тону следующей фразы, ей было всё равно на это:             — Мило, но такие коготочки подходят разве что для маникюра, — она продолжала подначивать меня.             — Аааркх, я просто ещё даже не начинала выбивать из тебя дерьмо, гнида!             Фриога просто усмехнулась, после чего я почувствовала кое-что безмерно и невообразимо неприятное, но уже хорошо знакомое. То есть то, как ломается кость в моей руке. Спасибо хоть, что в этот раз её не вырывают, но крик боли и слёзы из глаз, я сдержать всё равно не смогла. После этого грязная мразь небрежно уронила мою сломанную руку на землю, и грубо перевернула меня лицом вверх, после чего она замахнулась для удара.             — Просто на будущее, научись думать, прежде чем говорить, это полезный навык, — после этого её кулак разбил мне нос...

***

            После сломанных носа и руки, урок для меня сразу же закончился, и я, при поддержке Карниолы, отправилась в медпункт. К счастью, медик там оказалась магом, так что она достаточно быстро вернула мне руку в идеальное состояние. А это очень хорошо, что она маг, а не технократ, судя по тому, что я видела во время службы, процесс принудительной регенерации через стимуляторы крайне болезненный. Потом, правда, мана у неё кончилась, так что на нос она просто применила мазь и пластырь. В общем-то, магические навыки местного медика объяснили бескомпромиссность Фриоги в отношении того, сколько она может себе позволить. Но вместе с тем дало очень неприятную перспективу снова раз за разом через это проходить, особенно в контексте того, что врач не спросила «как это произошло?», а сразу перешла на «виновата ли опять Фриога?».             Так или иначе, моё выздоровление прошло довольно быстро, так что к кабинету, в котором должна была пройти следующая пара, я пришла ещё до того, как закончилась предыдущая. По-хорошему, у всех остальных в это время ещё был обед, но я не хотела раньше времени оказаться там, где снова могу пересечься с ней.             Я напряжённо обдумывала то, что со мной произошло. Напряжённость приумножилась в десятки раз, когда сюда подошла остальная группа вместе с “зажигалкой-переростком”, и вот тут случилось самое мерзкое во всей этой ситуации — я поняла, что боюсь её. Я имею в виду, я конечно старалась не подавать виду, скрестив руки и опираясь на стену с псевдо-задумчивым видом. Но на деле я просто сверлила взглядом одну точку в стене, боясь хоть немного повернуться и увидеть ухмыляющуюся Фриогу, или, что ещё хуже, идущую ко мне для нового унижения.             Я прокручивала в голове раз за разом то, что она со мной сделала и что она может сделать снова. Эта картина в какой-то момент начала смешиваться с годами издевательств, что были у меня до этого и тем, что мог бы сделать Иоган... хотя даже в такой ситуации определённо было бы лучше вообще не думать о нём...                                                       «Всё повторяется»       «Ты никчёмна»                                                                     «Ничего не изменилось»                                     «Может, такова твоя судьба?»                   «Всё было предопределено»

                  «Если прямо сейчас выпрыгнуть в окно, всё будет проще»

                                    «Это конец моему преображению?»             И, надо сказать, видимо худший сценарий всё же реализовался и я не смогла скрыть свои эмоции, потому что Фелинора обеспокоенно задала один вопрос:             — Виви... с тобой всё хорошо?             Это словно огрело меня по голове, в этот момент я осознала, что Фриога так и не ударила меня снова. Я повернула голову, чтобы посмотреть на неё и увидела... как она просто безмятежно стояла в наушниках с закрытыми глазами. То есть, она просто переступила через меня, даже не заметив этого...                                                 «Ей всё равно»       «Ей все равно»                                                                                           «Ей все равно»                         «Ты убожество»                                                                         «Никому уже даже ломать тебя неинтересно»                                           «Передозировка будет безболезненным вариантом»                                                       «Прекрати этот фарс»             — Пожалуйста, не игнорируй меня так же, как все остальные! — Фелинора неожиданно закричала, очень ярко выражая свою панику.             И вот этот крик уже немного привёл меня в чувство, я поднесла палец ко рту и укусила его, чтобы вывести из головы все эти мысли и сосредоточится хоть на чём-нибудь ещё. Я переборщила настолько, что у меня кровь пошла, но своей цели я добилась. Я без слов передала ей свою мысль после этого.             — Я в норме...             — Не похоже, — в этих словах Фелиноры читалось искреннее беспокойство.             — Ну точно в большей степени, чем за пару секунд до этого, я всё ещё с тобой, — сказала я, доставая из кармана платок чтобы вытереть об него окровавленный палец, после чего добавила ещё пару слов: — спасибо тебе, кстати.             — За что? — недоумённо спросила она.             — За то, что напомнила мне, что у меня ещё есть обязательства перед тобой, партнёр.             — Ну что ты в самом деле... — сказала Фелинора, смущённо теребя прядь волос             В этот момент удачно для нас случился звонок на урок. Моё отношение к Фелиноре поднялось до, как минимум, приятельского и вряд-ли уже упадёт ниже...

***

            Когда мы все вошли в кабинет и распределились по партам (я постаралась удалиться как можно дальше от Фриоги и в итоге оказалась позади парты с Флореттой и Карниолой). Тут должны были начаться пары по тактике, ну, другими словами, всё, что касается совместных манёвров, идеального исполнения приказов, офицерской работы... Иначе говоря, по большей части то, что мне всё равно не светит, так как ходить строем я не планирую.             К моему удивлению, преподавать этот предмет должна вести была та, кого я уже встречала до этого — эльфийка-заместитель директора, которая присутствовала при моём принятии в эту академию. Как выяснилось, зовут её Силиринда Виндрел. Она начала, как и предыдущий учитель, перечислять, чем мы будем заниматься в этом году, скучно. Она начала говорить о самой базе тактики, ещё скучнее... В какой-то момент она заметила моё уныние, и на её лице сразу же появилась саркастичная улыбка.             — Мисс Ванкль...             — Вон Ван Ванкль.             Она закатила глаза, но уступила.             — Мисс Вивиана Вон Ван Ванкль, скажите мне, может быть, Вы видите какую-то проблему в том, что я Вам пытаюсь объяснить или в моей подаче?             — Пока что вы не произнесли ничего, что я бы ещё не знала.             — В самом деле? В таком случае, ответьте мне на один вопрос: учитывая Ваш отнюдь не военный опыт, до этого вы хотя бы сможете перечислить основные роли солдат? Хотя бы из тех, которым мы обучаем.             Я сразу же начала перечислять то, что уже выучила:             — Штурмовики, как крепкие и относительно опасные, идут в бой одними из первых, чтобы отвлекать внимание на себя и убивать основную массу врага, скорее всего в ближнем бою. Дуэлянты, как подвид штурмовиков, непосредственно в бою выискивают особо опасные цели противника и навязывают им бои. Диверсанты, как самые мобильные и/или скрытные делают то же самое, но могут дополнительно проводить разведку и усложнять жизнь противнику... диверсиями. Стрелки, как что-то среднее между диверсантами и дуэлянтами, но работают издалека.             — Верно, продолжайте, — сказала Селиринда, я послушалась.             — Поддержка поддерживает, в основном лечением, но могут например и барикады выстраивать. Стражи, как самые крепкие, отвлекают всё внимание на себя и защищают остальные войска, что компенсируется скромным личным боевым потенциалом. Джаггернауты — очень редкое явление, когда боец может совмещать функции штурмовика и стража. Маги-артиллеристы являются самой редкой, но самой убойной силой любого войска за счёт самого высокого радиуса и атак и их разрушительности, до тех пор, пока в их личной статистике количество убитых противников превышает количество случайно задетых союзников. Плюс инженеры для обслуживания артиллерии, авиации, мехов и прочего... Ах, ну и да, я, как осквернитель, буду заниматься ослаблением противника, как своеобразный антипод поддержки.             — Деление строгое? — задала уточняющий вопрос Селиринда.             — Нет, при наличии подходящих навыков боец может исполнять дополнительные функции, но у каждого солдата должен быть свой основной приоритет. Гибридные навыки касаются в основном осквернителей, поддержки, стрелков и магов-артиллеристов, которые стремятся достичь того состояния, при котором они в одиночку перестают быть для врагов безумно уязвимым бегающим гвоздём.             — Замечательно, вижу, Ваше самообучение не прошло даром ,но давайте теперь зайдём немного глубже. Вы можете мне перечислить Ваш порядок действий как осквернителя, в ситуации 5 D 16?             — Ээмм... зачем мне это вообще? опишите ситуацию нормально.             — С изобилием типов потенциальных противников, Вам лучше бы помнить основные методы выживания против, хотя бы, большей их части, и так уж вышло, что у Ваших союзников не будет времени Вам перечислять во всех тонкостях уровень сил врага, его количество, используемую ими тактику, как и то, сколько ваших друзей ещё живо. Знаете, именно поэтому мы и придумали лаконичные обозначения, и потому я повторю свой вопрос, вы знаете свой порядок действий для данной ситуации?             — Эм, нет...             — В таком случае, Вы хотите мне сказать, что Вас совершенно не беспокоит перспектива потерять ноги в выплюнутой кислоте, чтобы после этого быть проглоченной и медленно переваренной?             — Определённо беспокоит...             — Ну так будьте добры слушать меня внимательнее, — несмотря на то, какую только что устроила прожарку, после этого Селиринда тепло улыбнулась. — я как раз собиралась немного позже к этому перейти. О, и к слову, по всему, что я скажу сейчас, потом будет проверочная работа.             — Ладно, я поняла вас ...             Надо отдать ей должное: после этого, когда я начала больше следить за ней, я поняла что, её на самом деле было невероятно интересно слушать за счёт правильной подачи материала, который она порой разбавляла юмором и историями из жизни, подходящими в качестве примеров. Хороший учитель, определённо. Когда я мысленно спросила об этом Фелинору, она подтвердила эту мысль.             — Ну да, её все любят, — ответила Фелинора.             — Я так понимаю, особенно её любят похотливые кошкообразные?             — Давай не будем об этом...

***

            Далее наша группа по сути разделилась, так как последняя пара на сегодня посвящена обучению индивидуальным боевым путям. В моём случае путь химический. А это значит, что в этом кабинете из знакомых лиц, среди студентов, со мной осталась только Флоретта. Неожиданно в качестве преподавателя выступил сам директор нашей академии, Азфор Фетрум. Но вот его преподавание...             — Итак, мои юные идиоты, к сожалению для меня, и бюджета этой академии, мы начинаем изучать боевые варианты применения химии, в том числе создание и правильное использование взрывчатки с ядами. Я могу повторить все правила предосторожности 100 раз и кто-то из Вас всё равно умудрится оторвать себе внешние конечности или выблевать внутренние органы прямо на уроке, но в первый раз всё равно всё проговорю сейчас, если что-то забудете... сами виноваты.             ... Сразу настраивает на определённый лад. Так или иначе, в какой то момент он позволил нам под своим тщательным надзором попрактиковаться в смешивании разных реагентов. Я, естественно, постаралась быть поближе к Флоретте, как к единственному знакомому тут для меня лицу.             — Флоретта, а нам можно будет результаты этих смешиваний забрать с собой?             — Нет, а зачем тебе? — произнесла она с дружелюбной улыбкой.             — Я ещё только учусь использовать уникальные возможности нашего вида, так что мои возможности по выработке отдельных реагентов через тело очень ограничены. Если бы я смогла забрать что-то для переработки в мой боевой арсенал, это бы очень сильно упростило мне жизнь.             — Если хочешь, я могу отдать тебе часть моих ростков, которые я специально сформировала для той же цели.             — Ты правда хочешь отдать их мне? почему?             — Считай, что в знак дружбы. Только обещай мне, что сможешь позаботиться о них, всё-таки я по сути даю тебе своих не до конца сформированных детей.             — ...Что?             — Не бери в голову... — несмотря на предыдущие её слова, в последующих имелось предостережение, в котором можно было бы даже уловить угрозу. — хоть я и использовала каждого из них как химический инструмент, все они являются живыми существами и заслуживают соответствующего отношения, даже если ты так растения не воспринимаешь... — после этого тон Флоретты немного смягчился. — хотя ладно, давай возьмём менее радикальную метафору. Представь, что я отдаю тебе на хранение целую свору питомцев, например, кошек...             В этот момент Фелинора по какой-то причине буквально зашипела, видимо вспомнив нечто реально взбесившее её. Я уже начинаю переживать за их отношения больше, чем за свои. Что за история у этих двоих?             Когда урок закончился, Флоретта шёпотом подозвала меня к себе, чтобы уединиться. Из-за Фелиноры под боком и того, что я утром нашла, воображение невольно начало рисовать пошлые картинки, но Флоретта решила дать мне что-то более интересное.             — Как ни странно, я уже успела за одним разговором узнать любопытный слух. — Флоретта говорила это с улыбкой и заговорщическими нотками, как будто мы вместе обсуждаем то, как отравим какого-нибудь принца. — поговаривают, будто в последние несколько лет в городе, что недалеко от академии, периодически происходят похожие случаи крайне жестоких убийств и что полиция бессильна... а ещё, я услышала слишком много теорий о психологическом портрете потенциального серийного убийцы, от диванного эксперта, которая слишком много смотрела тру-крайм...             — То есть Фелинора далеко не первая...             — Но хотелось бы, чтобы она хотя бы стала последней. Так или иначе, больше всего подобных смертей в северной части города, если тебе это о чём-то говорит.             — Хмм, большое спасибо. Если меня когда-нибудь пригласят для интервью в тру-крайм документалке об этом деле, я обязательно буду настаивать, чтобы тебя тоже упоминали как участника расследования и пригласили на съёмки.             — Я определённо предпочту избежать подобного “удовольствия”, — судя по её взгляду, в этот момент её проблема с этим была глубже, чем скромность или нелюбовь к этому жанру, но я не стала настаивать, в конце-концов, мне надо будет ещё перенести позаимствованные у Флоретты ростки, прямо из её комнаты в мою...

***

            Пока мы вместе с Флореттой шли по направлению к её комнате, мы случайно оказались возле одного из табло, через которые можно было бы выбрать себе будущего противника. Мой взгляд задержался на Фриоге, она резко выделялась на фоне остального списка тем, что видимо весь второй курс предпочёл огребать бороться и превозмогать буквально с кем угодно другим. Кроме неё этим может похвастаться только Заркарт, но сейчас он мне не интересен. Я смотрела на её самоуверенную рожу на фотографии так долго и пристально, что Фелинора и Флоретта это заметили. Задать вопрос решила Флоретта.             — Что-то не так, милая?             В моём разуме в тот момент боролось сразу несколько сущностей, здравый смысл и страх пытались противодействовать гордости, амбициям и, вероятно, мазохизму. Потому что каким-то образом второй военный союз видимо победил, ведь я с размаху ударила табло, выставляя свою кандидатуру против Фриоги.             — Ты уверена? — Флоретта и Фелинора синхронно задали один и тот же обеспокоенный вопрос.             — У меня есть план.             — У тебя должен быть очень хороший план. В отношении варварства, насилия, и грубости этой девушке в академии почти нет равных. Её боевая статистика практически безупречна, — предостерегла меня Флоретта.             — В таком случае у меня есть просто блять восхитительно хороший план.

Заметки редактора

            Я полагаю, что с исследовательской точки зрения наши “архитекторы познания” могут счесть эту ситуацию очень интересной возможностью для изучения разнообразных идиотических паттернов и того, почему отдельные существа могут быть настолько одержимы вещами, которые не имеют никакого логического смысла. *Данные удалены* очевидно поддалась своим комплексам, которые заставили её мыслить иррационально в отношении материй, существовавших исключительно в её голове. Тем не менее, я вынужден признать, что именно это её решение, достаточно непредсказуемым образом, запустило цепочку событий, без которых мы возможно полностью лишились бы населения целой планеты... а то и звёздного сектора.             Демоны — это вид магических существ, рождённых течениями псионической энергии. Как следствие, они являются воплощением первородных непредсказуемых чувств с контролем, из-за которых они испытывают серьёзные проблемы. От любой эмоции в их телах формируется магический заряд, который постепенно нарастает от всё новых эмоций, сам этот заряд делает их сильнее в разных отношениях, но влияет на их мысли в этаком кругу, в котором условный гнев формирует заряд, что наращивает ярость, которая ещё больше усиливает заряд, и это зачастую мешает им жить в обществе. Они могут сопротивляться сформированному заряду, но чем он больше, тем это сложнее, особенно в контексте того, что такие заряды могут ещё с детства постепенно менять саму их физиологию, из-за чего, например, и так агрессивные демоны могут ещё больше уподобиться животным внешне. Как следствие из всего вышеперечисленного, стереотипичный демон: груб, несдержан, и импульсивен. Более того, демоны входят в список видов, представителей которого можно встретить чаще других среди предателей, перешедших на сторону архиврагов... и именно поэтому те их представители, которые вопреки всему стали общеизвестными героями, это личности особенно яркие. Тем не менее, среди них адепты порядка, которые могли бы прижиться в нашей организации, единичны. Можно было бы сказать, что и Абигор это воистину исключительный представитель своего вида за счёт его сдержанности и стоицизма, но одно из дальнейших событий может очень сильно подпортить это впечатление...             Ангелы — это вид магических существ, рождённых в течениях энергии магических проводников. Как следствие, они являются воплощением неких упорно отстаиваемых идей или философий, чьё влияние сам ангел пытается активно распространять. В их телах с рождения существует магический заряд, который в течение всей их жизни постоянно усложняется и обретает новые возможности в ходе столкновения ангельских желаний, идеалов и принципов с реальностью. Спектр того, что этот заряд может им дать, крайне разнообразен, но всегда проистекает из их личности и того, с чем они в жизни столкнулись. На примере тех ангелов, которые чаще всего встречаются в наших рядах, можно сказать, что достаточно дисциплинированный и педантичный ангел, пострадавший от магии, может сформировать вокруг себя антимагическую зону, так как магию саму по себе можно воспринимать как элемент хаоса из-за их возможностей по преобразованию реальности. Сила их заряда зависит от того, через какое количество испытаний их идеалы успешно прошли. Однако, когда ангел не справляется с борьбой за свои идеалы, он становится падшим, и в той или иной мере деградирует. Индивидуальные особенности падших могут разниться, но их объединяет наличие разных травм, как физических так и ментальных.