«V»

***

      Кэт долгое время не могла придти в себя после разговора с Ниганом. Она закрылась у себя дома, никуда не выходя. У неё был законный выходной, и обычно она проводила его на вылазках, прогулках или поиске еды. Но сегодня ей не хотелось никуда выходить.       Складывалось ощущение, что снаружи бродят ходячие, прямо в Александрии, под её окнами. Для Кэт стало невыносимо ощущать на себе взгляды. Иногда она преувеличивала масштабы из-за тревожности и страха, и в каждом слове или действии искала подвох. Ей стало казаться, что даже Лютер и Юджин её сторонятся. С Габриэлем это было очевидно… он по какой-то причине вообще игнорировал её присутствие не только здесь, но и поблизости.       А Рик… Рик вообще не заходил к ней. Не спрашивал, как дела, не помогал припасами или словом. Кэт чувствовала себя брошенно и отчуждённо здесь, но на этот раз настолько, что не могла выйти наружу.       Единственное, что позволяло ей показаться — это шанс на исправление. Искупление… как выразился Ниган. Но не дня него или себя — а для Александрии.       Кэт пошла искать Рика или Мишонн следующим днем, ведь знала, что скоро они пойдут на вылазку, убивать стадо ходячих. Ей хотелось участвовать и показать, что она не пустое место здесь. Она может и будет помогать всем, чем сможет. Кэт шла с опущенными глазами по улице. Никто не обращал на неё внимания, как будто привыкая к её присутствию.       Но для Кэт так не казалось…       Вдалеке она увидела Квилла. Он сидел на крыльце и чистил нож, смотря прямо на неё. С злостью в глазах, но на этот раз сдержанной — он не мог ничего ей сделать на публике. И вряд ли захочет — Кэт была уверена, что Рик провёл с парнем беседу… по крайней мере, она на это надеялась. Кэт не могла поверить, что он просто так оставил бы это дело безнаказанным.       В ратуше Кэт узнала, что Рик уехал в лагерь неподалёку от строящегося моста. У неё был выходной, так что она могла провести его как захочет. Кэт смогли выдать лошадку и она, заново вспоминая как управлять животным, поскакала в сторону лагеря.       По снегу и слякоти было неудобно ехать верхом, ещё и кочки эти… Кэт в какой-то момент подумала, что лучше бы она шла пешком.       Выйдя на дорогу, очищенную от снега, Кэт со спокойной душой могла скакать дальше, не жалея белую лошадку. Она начала даже нравиться Кэт… но, к сожалению, это была не её лошадь. Тем более лошадь она не потянет…       Спустя пол часа Кэт начала приближаться к лагерю, минуя ловушки и ходячих, о которых её предупредили в Александрии. Кэт замедлила животное и оглядывала палатки, где жили строители. К её удивлению здесь были и Спасители… помогающие в строительстве моста.       Самого Рика Кэт нашла где-то в глубине палатки, он стоял и разговаривал с каким-то Спасителем на повышенных тонах. Остановив лошадь, Кэт скинулась с неё и привязала её к ближайшему деревцу. Лошадка фыркнула и мотнула головой, топча снег. Кэт медленно подошла к ним и ждала, когда они закончат. Рик не сразу заметил её, а только когда недовольный Спаситель развернулся и ушёл, злобно пыхча.       Кэт видела, как все напряжены вокруг. Видимо, никто не мог привыкнуть работать вместе, рука об руку…       Рик был напряжён, зол, и уставший. Он вздохнул, потирая глаз, и развернулся, чтобы уйти к себе. Увидеть здесь Кэт он совсем не ожидал. Ему даже подумалось, что это галлюцинация.       Он встал, как вкопанный, моргнув, словно пытаясь прогнать мираж. — Кэт?       Она подошла ближе, смотря на него и сочувствуя. Ему было слишком тяжело тащить всё это на себе… поэтому она была здесь, помочь. — Я хотела поговорить. Можем? — она неуверенно скрестила руки, пряча их от холода. Рик прошел мимо и хлопнул её по плечу, приглашая за собой.       Они удалились к нему в палатку, где он задернул шторку от любопытных глаз. Рик был явно напряжён её появлением. Он сел рядом с ней, на дряхлую скамейку, куда она расположилась.       Какое то время они сидели молча, ничего не говоря, и Рика это вполне устраивало. Это было небольшой передышкой для него — просто помолчать, ни о чем не думать…       Первой тишину разрезала Кэт — Я хочу помочь со стадом. Все об этом говорят… но не со мной. — она говорила тихо, неуверенно, боясь что он воспримет её помощь негативно.       Рик же устало выдохнул, прикрывая лицо обеими руками. Это стадо… было мучительно думать ещё и про него. — Их два. Стада. Корделус… Торделус… как их там Юджин назвал… — Рик нахмурился. Он посмотрел на Кэт, оценивающе — Хочешь помочь? — Да! — воскликнула Кэт, почти даже обрадованно. — Они движутся прямо на мост, который мы строим. Нужно будет увести их, но их слишком много… — Рик почесал рукой бороду, задумчиво смотря куда-то вперёд себя.       Кэт усмехнулась, решив, что шутка здесь не помешает — Можете просто отправить меня… я мастер по убиванию ходячих. — она слабо улыбнулась, той улыбкой, которую Рик запомнил навсегда. Это ткнуло его в душу, и он не смог сдержать горькой усмешки.       Его рука легла на её спину и погладила, довольно грубовато — Нет, Кэт, здесь надо действовать иначе. Я ценю твою помощь, но в этот раз… слушайся меня, ладно? — он стал серьезнее в голосе, явно намекая на их прошлые недопонимания.       Кэт сжалась, опустив глаза, как виноватая девчонка. — Я знаю. Не подведу, правда. Просто скажи, что делать… когда придумаете.       Рик долго смотрел на неё, оценивающе, и кивнул. Они сидели молча, думая каждый о своём, отдыхая от суеты снаружи.       Он опустил голову, и сказал, приглушенно, решившись на разговор, который откладывал — Знаешь… я много думал о том, как раньше ты пыталась помочь, а я… — он мотнул головой, поджимая губы и хмурясь. Ему было стыдно вспоминать это. Кэт внимательно слушала его, замерев — Это было нечестно. Я закрывал глаза на тебя. Отталкивал. Ругал… — Рик посмотрел на Кэт, видя, как у неё слезятся глаза. Это было чувствительной темой для неё… Рик почувствовал жалость и боль, смотря на неё.       Он снова положил руку на неё, но на этот раз на затылок, нежно — Прости меня. Правда, прости. Я должен был быть внимательней к тебе…              Кэт не смогла сдержаться и выдохнула, проронив слёзу. Она сразу же утерла её рукой, и Рик моментально притянул её к себе, обнимая. Это было настолько неожиданно, что всё сопротивление Кэт сломалось. Она разрыдалась, не сдерживаясь, прямо у него на плече.       Рик крепко прижимал девчонку к себе, поглаживая её волосы. — Всё будет хорошо, Кэт. Мы вместе. Теперь. — он положил щеку на её макушку, чувствуя тепло внутри. Он чувствовал к ней что-то необычное, новое, чего не было раньше. В какой-то момент Рик начал осознавать, что Кэт единственная, кто понимает его сейчас — кто верит в слова Карла, пытается своими силами воплотить это в жизнь, даже через такое гиблое дело, как исправление Нигана.       Он позволил ей ещё немного поплакать на нём, и отодвинул от себя, смотря, как она утирает слёзы и успокаивается. — Все хорошо? — с тёплой улыбкой спросил Рик, опуская руки с её плеч — Да… — она почувствовала странное облегчение от этого. Подняв на него глаза, она благодарно улыбнулась, без слов. Его слова были тем, что ей нужно было сейчас, что нужно было от него. Эта ситуация жгла изнутри каждый раз, когда она его видела, и раньше, и сейчас... но сейчас, после его слов, ей стало гораздо легче. — Пойдем. Я должен рассказать тебе план, который Юджин составил. — он поднялся, и вместе с Кэт они вышли наружу, снова в тот серый и мрачный, достаточно враждебный мирок

***

      Около часа Кэт узнавала черновик плана Юджина. Разделить стадо, увести, раздробить на частички и уничтожить часть. Остальную просто увести в другом направлении, и так с каждым стадом. Но это было слишком запарно — требовалось много людей, много сил и времени, которых у них не хватало. Рик еще не принял решение, какого плана придерживаться. К тому же он немного боялся саботажа Спасителей, и был вообще не уверен, стоит ли их призывать на помощь.       Кэт была готова сделать всё, что ей скажут, а планировать она не любила, поэтому не смогла ничем подсказать, только помочь узнать настроение Спасителей на этот счёт. Рик категорически отказался, посчитав это опасной для неё идеей. — Лучше иди в Александрию. Через пару дней будем приступать. Завтра, возможно, даст ответ Оушенсайд. — сказал Рик, когда Кэт садилась на белую лошадку. Рик похлопал животное по животу и улыбнулся. Кэт ответила, — Всё получится, я думаю. По крайней мере, я не сдамся… — Кэт усмехнулась. Она была готова порвать стадо по кусочкам, если план не выгорит. Этот настрой нравился Рику, он и сам был такого же мнения. Он не сдастся, ни сейчас, ни после, даже если ему становится невыносимо тянуть всё это.       Кэт воодушевленно вернулась в Александрию, радуясь, что наконец-то сможет помочь. От неё будет польза, и Кэт надеялась, что это добавит ей хоть каких-то очков кармы в общине. Поэтому Рик отдал приказ руководить миссией вместе с Дэрилом, насчёт второго стада. С первым разберётся Рик и Мэгги, а Оушенсайд… если согласится, будет в тылу.       Кэт напрягала перспектива участвовать в миссии с Дэрилом, но она была уверена, что он не замахнётся на неё — слишком многое на кону было. Кэт хотела использовать этот момент, чтобы наладить с ним контакт и отношения… если получится. Хотя бы сдвинуть с мёртвой точки.

***

      Вернувшись к себе домой, Кэт устало плюхнулась на кровать. На время миссии ей дали разрешение использовать лошадку, которую она назвала Искоркой. К счастью, кормить и ухаживать за ней не надо было, всё же она была временной для неё.       Кэт лежала в тишине, на кровати, и к своему спокойствию обнаружила тишину на улице. Ни ходячих, ни детей, никого. Это напомнило ей, насколько тишина может быть давящей.       Кэт опустила руку под кровать, и коснулась знакомой тряпки. Достав свёрток, она развернула его и посмотрела на Люсиль, биту. Она всё это время была у неё… а Ниган даже не вкурсе. Как и не вкурсе про дневник его жены… Кэт устало вздохнула. Она так и не могла собраться с силами и сказать ему, что самые важные вещи в его жизни сейчас у неё…       Кроме…       Кэт слабо нахмурилась, вспомнив про его кожаную куртку. Куда её скинули? Выкинули? Отдали кому то? Очень вряд-ли. Кэт была вкурсе, что инвентарём заведует Нейтан. — Была ни была… — она убрала Люсиль обратно, поднялась и снова оделась потеплее — ночь обещала быть холодной.       Под покровом ночи Кэт проникла на склад, где лежала одежда, вещи которые пока что не использовались. Нейтан, вероятно, уже ушёл, так что она могла не бояться быть обнаруженной. Кэт взяла фонарик и включила его, к своему недовольству увидев целую кучу не отсортированных вещей. Здесь были и кожанки, но не мужские, а потрепанные. Кэт не знала, как определить, чья из них Ниганская.       Свою кожанку, подаренную Ниганом, она хранила у себя в ящике, но не надевала. Не могла… сочетание с красным шарфом Нигана будет слишком провоцирующим для остальных. Кэт копалась почти сорок минут, перебирая ящики, и не найдя ничего. Может, её вообще сожгли? Кэт почувствовала себя глупо. Тратила целую ночь, чтобы найди кожанку, которую точно так же кинет под кровать…       Неожиданный звук заставил Кэт вздрогнуть. Открылась дверь склада, и в дверях возник Нейтан.       Он как знал, что Кэт здесь, и направил на неё фонарь. — Кэт? — он нахмурился, удивляясь. На мгновение его лицо исказилось злостью, он шагнул вперёд, решив, что она решила воровать у него. — Стой… — Кэт подняла руки, показывая, что сдаётся. Попалась, как идиотка… — Я услышал, как упала коробка. Не слишком ты аккуратная. — он сделал еще один шаг к ней, смотря на неё с недовольством — Воровать решила? Стройматериалов мало? Кэт, твое… — Я не воровать! — она огрызнулась резко, громко, и Нейтан поднял ладонь, чтобы она успокоилась.       А то сбежится вся Александрия… Кэт немного отпустила пыл, и выдохнув, ответила — Я… хотела найти кое-что. — она скрестила руки, свет её фонаря упал на пол. Нейтан фыркнул — И чем же это отличается от воровства? Почему ко мне не обратилась? — его не слишком сильно убедили её слова. — Мне нужна кожанка Нигана. — Кэт посмотрела на Нейтана и, ожидаемо, увидела его удивление. Он несколько секунд был в ступоре, и до него наконец дошло, почему она решила скрытно попасть сюда. — Представь, если бы я к тебе с таким пришла? Ты бы согласился? — Нет. — ответил он, злобно.       Нейтан мотнул головой в сторону, злобно выдыхая — Я понятия не имею, где она, Кэт. Я заведую складами всего месяц. На месте Александрии я бы сжёг всю его одежду… и его тоже. — Нейтан усмехнулся.       Отошёл назад и махнул головой, приглашая её на выход. Выходить Кэт не хотелось, не выбора не было. Она нехотя вышла из склада, выключив фонарик, и оглянулась на Нейтана — Не скажешь Рику? — ее голос был жалостливый, и Нейт сразу распознал эту манипуляцию.       Он с отвращением толкнул её плечом к выходу — Катись отсюда. И не приходи больше за едой. Я серьёзно. — Нейтан теперь, кажется, тоже был враждебно настроен к ней. Это её расстроило. Она постояла несколько секунд, чувствуя как в груди разрастается жгучее ощущение.       Уже развернувшись и подходя к выходу, она услышала — Кэт… стой. — Нейтан прошёл к столу и открыл ящичек, вспомнив, что кое-что должен был отдать ей.       Девчонка заинтересованно оглянулась, подойдя ближе. — Я нашёл это в твоих вещах. В твоем доме… — он обошёл свой стол, и протянул Кэт рамку с фотографией… на ней был изображён Абрахам и она, позирующие для фото.       Кэт почувствовала удар поддых, увидев это фото. Горло сдавило, дышать стало невозможно…       Рука Абрахама лежала на плече Кэт, а оба они показывали два пальца, указательные и средние, буквой «V». Он улыбался… она тоже. И она была такой мелкой, такой наивной и молодой рядом с ним… Глаза Кэт заслезились. Она и забыла, как выглядит Абрахам… с нынешних пор Кэт помнила только запах его крови, его тело, и…       Нейтан слабо нахмурился. Он не знал, кто это, но понял, что этот человек был для неё важен.       Нейтан устало вздохнул, и сказал — Мне жаль... — он дал ей время, и оставил её одну, уйдя в другое помещение.       Кэт начало трясти. Рамка чуть не выпала из рук. Слезы капнули на стекло, она издала хриплый выдох. Кэт опустилась на колени, не в силах остановить нахлынувшие чувства.       С момента его смерти Кэт так и не навестила его могилу. Не могла оплакать его смерть. Его жизнь, его смерть, его имя просто застыло в жизни Кэт неопределенностью. И бесконечная вина перед ним, не понятная ей, убивала её.       Ей было больно, настолько, что сводило желудок и органы изнутри. Кэт плакала, пока не отрубилась окончательно, на полу, вместе с фотографией, выпавшей из онемевших пальцев на пол.       Нейтану пришлось разместить её здесь, на диване, и оставить на ночь, оставив немного воды и еды. Ему совсем не хотелось тащить её через весь город домой, тем более зимой...