Беспомощность

***

По возвращению в вечернюю Александрию Ниган сразу же пошел домой, не глядя даже по сторонам. Его единственный выходной заставил его устать сильнее, чем все остальные рабочие дни. Он мечтал прилечь на диванчик и уснуть с дневником жены на груди, листая страницы и погружаясь в прошлое с лёгкой меланхолией. Но его планы быстро поменялись, когда на пороге своего дома, на крыльце, он увидел сидящего Нейтана. Он курил. Ждал его. И хрен знает, сколько времени. Может, весь день?       Подойдя, с руками в карманах штанов, Ниган устало выдал из себя смешок. — Чёрт, на мне перестанут сегодня ездить, или нет? — он лизнул губу, смотря на недовольного Нейтана. Он молчал секунд пятнадцать, а после небрежно кинул сигарету Нигану под ноги. Не затушенный окурок дымился у его ботинка. — На тебя жалуются. На ферме. На стройке. Создёшь лишние проблемы. Что за драка? — он поднялся, с угрозой подойдя к нему. Ниган не двинулся с места, и серьезно ответил, не повышая голоса. Он и не думал, что та драка будет воспринята кем-то всерьёз. — Этот придурок сам нарвался. Или ты думаешь, я буду покорной сукой, которая терпит? Как ты, при моей власти? — он ухмыльнулся, и явно спровоцировал Нейтана. Ну не удержался, что поделать...       Нейтан не думая, поддавшись на провокацию, попытался его ударить, но Ниган ожидал этого. Он увернулся, легонько толкнув парня в землю одним махом. Ниган посмеялся, забавляясь, но внутри понимал, что теперь у него будут очевидные проблемы.       Нейтан поднялся с колен, тяжело дыша, и отряхнул колени от грязи и пыли. Его злобный взгляд заставил Нигана поежиться и напрячься, готовясь к новой атаке. Но её не было. У Нейтана были и другие рычаги давления. — Три дня без еды. И никаких драк. Иначе вернешься в клетку. — он потушил, всё ещё лежащий на земле, окурок ботинком, и ушёл размашистым шагом прочь.       Ниган смотрел ему вслед и стиснул зубы. — Твою мать. — он оскалился, возвращаясь к себе домой. Конечно, было очевидно, что подобная хрень тоже неизбежна. И Ниган должен был терпеть это так же, как издевательства на работе. Но не знал, сколько протянет таким образом. Мысль о побеге в голове зазвучала очень заманчиво. Он вполне мог отправиться в путешествие, найти девчонку… если ещё есть, что искать.       Но зачем? Что он ей скажет? Ниган не знал.       Он взял в руки дневник Люсиль, расположившись на диване, как и хотел. Он читал его, от первой страницы до пятнадцатой, пока его не начало рубить окончательно. Ниган провалился в сон.

***

      Три дня без еды были мучительны. Ниган думал, что Нейтан не всерьёз, но ему действительно не давали паёк, сколько бы раз он не подходил. Отсутствие еды сильно сказывалось на его теле и состоянии. От бессилия он едва выполнял работу, к концу третьего дня Ниган уже не мог даже лопату держать. Он питался гнилыми овощами, чем вызвал отравление. Его рвало прям на пол, не доходя до туалета. И конечно же он не вышел на работу на четвертый день. Как понял Ниган, лекарства ему не выдадут. Никто не будет за ним ухаживать. Как всегда, он был предоставлен сам себе. В моменты, когда он ощущал жалость к себе, он вспоминал все головы, разбитые его битой, и усмехался в лихорадке, думая, что ему еще повезло. Нехрен жалеть себя. Это всего лишь долбаное отравление и голод…       Но в его возрасте, и в их мире, такая херня и убить могла.       Единственный, кто к нему пришел, был Квилл, осознавший в середине дня, что Нигана нет на ферме. Парень собрал силы в кулак и всё-таки решил навестить старика, сам не зная зачем.       Он ожидал увидеть валящегося на диване, ухмыляющегося мудака, но парень увидел совершенно другую картину: облеванный, воняющий, лежащий на полу старик. Он дрожал, не в силах даже подняться. Квилл был удивлен. — Какого хрена с тобой случилось? — он подошел, но держал дистанцию, оглядывая его и пытаясь понять, что с ним.       Открыв глаза, Ниган едва рассмотрел перед собой парня. — Еды… — это все, что он мог прошептать. Сказать больше слов для него было слишком сложно.       Квилл хмурился. Он неуверенно прошел на кухню, но не нашел абсолютно ничего. В полном замешательстве он перерыл все, но не нашел даже воды. — Ты что, от голода скрючился… тебе должны выдавать паёк... — Квилл подошел к Нигану и оглядел его. У старика была обезвоживание, температура и хрен знает что ещё. — Тебя кусали? — он настороженно взялся за нож, но Ниган рявкнул, злобно, что были силы — Нет, мать твою! Найди мне что нибудь пожрать… — его голова раскалывалась. Он прикрыл лицо руками, тихо простонав.       Квилл решил позвать врача. Позвать Нейтана и ещё кого-нибудь, чтобы разобрались с ним.       Через пол часа Нигана перетащили на постель, а врач, под наблюдением Габриэля, осматривал Нигана. — Тяжелое отравление. Лекарства я пропишу, у нас есть нужные. — он хмыкнул, расписывая ручку. Габриэль посмотрел на Нейтана, что стоял у дальней стены возле окна, скрестив руки без каких либо эмоций. И даже намёка на сожаление.       Святоша подошёл к нему и тихо сказал — Хочешь угробить его? Зачем? — его голос был недовольный. Разочарованный. Нейтан злобно посмотрел на Габриэля, и ответил — Он нарушает. Я оставил его без еды. Всё по правилам. — По правилам - мы не оставляем людей без еды. Ты отстранён от его опеки. — отрезал Габриэль, еще раз оглядев его разочарованно, и вернулся обратно, к Нигану. Тот выглядел устало, почти без сознания, но смог простонать, открыв глаза и увидев перед собой Святошу. — Это явно не рай, раз я вижу тебя... — А кого ты хотел увидеть? — он скрестил руки на груди.       Ниган прикрыл глаза и тихо посмеялся — Девку на члене, может? Было-бы неплохо… — он не мог не заметить сильную тошноту и головокружение. Врач творил с ним какие-то махинации, от которых легче не становилось. — Шутит. Значит, жить будет. — с усмешкой съязвил Нейтан и быстро покинул помещение под суровый взгляд Габриэля. Он явно был рад, что его отстранили от Нигана.       Тот устало вздохнул и сказал — Восстанавливайся. Еды тебе будут давать. И не устраивай больше драк. Даже если справедливо. Понял меня? — Да, Босс… — устало ответил Ниган, даже не открыв глаза. Его клонило в сон. Врач, наконец-то, отцепился от него и накрыл его одеялом. Габриэль больше не стал мучить бедолагу и покинул его дом вместе с врачом.       На выходе сидел Квилл. На крыльце, и резал дерево своим ножиком. Увидев, что они вышли, он оглянулся и спросил с надеждой, но врач молча прошёл мимо. — Помер? — Нет. — ответил Святоша, и смерил его взглядом. Он задумался, и украдкой спросил — Ты хотел повышения, да?       Квилл оглянулся на него с интересом. Он оставил древко и поднялся, полностью переключая внимание на Габриэля. Квилл давно хотел уйти с фермы и вылазок за припасами, чтобы руководить Александрией вместе со всеми. Принимать важные решения, которые защитят близких. Он был готов на всё.       Габриэль внимательно посмотрел на него, словно оценивал его серьезность, и сказал — Будешь теперь опекать Нигана, вместо Нейтана. Выдавать ему паёк. Следить за ним. Сообщать мне о проблемах, если они будут. — Габриэль перечислял это медленно, с весом в словах, показывая, что ни капли не шутит.       У Квилла ушла земля из-под ног. Он ожидал чего угодно, но не этого.       Опекать Нигана? Того, кто приложил руку к смерти его семьи? Это было адом. И вызывало в нём праведную злость. Но прежде чем что-то сказать в ответ, он задумался. Это был единственный и первый шанс показать себя. Даже если вот так. Если откажется… не покажет, что готов на всё… Габриэль просто поставит на нём крест.       Сжав пальцы в кулак, он тяжело задышал. Габриэль ожидал ответа, видя, как парень колеблется.       Но, к его счастью, он сдержанно кивнул. Как настоящий солдатик. — Ладно. Я понял. — стиснув зубы, парень отвернулся и снова уселся на крыльцо, раздражённо продолжая свое дело с деревом. Святоша облегченно выдохнул, позволив себе сбросить напряжение. — Ты справишься. Я знаю. — он коротко хлопнул его по плечу и ушёл. Квилл смотрел ему вслед, и от злости испортил фигурку из дерева, которую вырезал ножиком. Тихо ругнувшись, он откинул брусок и недовольно пошёл домой.

***

      Первый день после отравления был мучительным: Нигану не давали еды, только пить воду, и ещё какую-то дрянь. Он не мог встать из-за слабости, и весь день он торчал в кровати, едва открывая глаза. В какой-то момент он даже подумал, что умрёт, и если бы были силы, он посмеялся этому.       Ниган потерял счёт времени, ориентируясь только по свету в окне. Вот, солнце в зените, а через какое-то время уже садилось. Он не замечал как летит время, видимо, проваливаясь без сознания или засыпая.       Девушка, которая поила его и сидела с ним, не сказала ни слова. Только сухие факты, типа «Вам нельзя вставать». «Нельзя есть». Нихрена нельзя! Ниган был недоволен. Он чувствовал себя плохо. И злился. На Нейтана, Габриэля, на всех, кто причастен к этому дерьму, в котором он оказался. Но сейчас он ничего не мог сделать.       Только ждать, когда полегчает.       Под ночь девушка ушла, сказав, что вернётся утром. Одиночество и тишина в доме были страшнее отравления. А ещё хотелось в туалет... Ниган не терял ни секунды, и он принялся двигаться, чтобы подняться и дойти до толчка. Ему было мерзко от мысли, что он настолько беспомощен, что не может даже встать.       Его попытка была неудачной — он свалился на пол, не сделав и шага, и простонал от возникшей боли в животе и мышцах. Это не изменило его планов. Он начал медленно ползти, на руках, на коленях, до коридора. Ниган считал, что ему нужно просто привыкнуть к движению, набраться сил в процессе.       Потому что обоссаться в кровати совсем не хотелось. Перед такой красивой девушкой…       Он дополз до коридора, в трусах и майке, и выглядел ужасно смешно со стороны. Именно эту картину и застал Квилл, который решил проведать старика перед сном. — Что за хуйня?! — он удивленно воскликнул, встав в коридоре, как вкопанный. Ниган тяжело дышал, и медленно повернул на него голову. Он не сказал ни слова, чувствуя стыд и злость одновременно. Тогда же Ниган просто продолжил ползти, пытаться дотянуться до ручки двери. Делать было нечего - он уже спалился.       Квилл сделал пару шагов к нему, с ужасом и непониманием смотря на Нигана. — Что ты делаешь? — он подошёл и прижал дверь рукой, не давая Нигану открыть её. Он требовал ответа. Ниган раздражённо зарычал, у него не было сил соревноваться с ним. — В туалет хочу… — он опустил голову и прижался лбом к двери. Слабость в теле убивала.       Квилл сморщился. — Тебе утку дали. Или ты срать вздумал? Прям так? — он оглядел его не без отвращения. Квилл впервые видел, чтобы отравление так действовало на человека.       Ниган поднял глаза и переспросил — Утку? Серьёзно? — он нахмурился, пытаясь вспомнить, правду-ли говорит парень. Это бы облегчило его жизнь. Но ссать в банку ему не прикалывало. Тоже унизительно. А унижения Ниган не хотел.       Квилл отпустил руку. Он недовольно заругался, открыл дверь и быстрым движением подхватил Нигана сзади за подмышки, поднимая на ноги, как ящик. Он был на удивление легким, старый и худой, так ещё и истощенный. Ниган взвыл от боли и неудобства. Он едва встал на ноги, держась за косяк, и старался не падать. Так хреново он себя никогда не чувствовал. Так стыдно ему ещё никогда не было. — Давай назад, придурок. — Квилл злобно рычал, толкая его, удерживая за талию и не позволяя Нигану упасть.       Тот начал выть, отмахиваться, и держаться за косяк. — Я не смогу, не дотерплю… — он схватился рукой между ног, понимая, что сейчас нассыт прямо на пол. — Господи… — Квилл сморщился, чувствуя огромное отвращение и стыд, что вообще занимается этим. Если бы он знал, что его ждет подобное, он бы нахрен отказался от опеки над ним.       Квилл с трудом дотащил его до унитаза, кое-как поставив его перед ним, и сказал в спину, все еще удерживая старика — Ссы уже! И только попробуй залить меня, скотина старая… — он закрыл глаза, но уши не мог. Бедный парень минуту стоял, слушая как Ниган, его злейший враг, беспомощно ссыт в его руках, и чувствовал себя придурком. Самым наивным придурком в Александрии.       Когда Ниган закончил, он облегченно выдохнул. Настолько, что расслабился больше нужного и снова упал на колени, хватаясь за края унитаза.       Квилл удержал его от падения мордой в мочу. — Твою мать, идиот! — он оттащил его, положив на пол, и отодвинулся к стене. Квилл тяжело дышал, причесав волосы назад, и оглядел Нигана.       К своему удивлению он не видел в нем Лидера Спасителей. Да даже того, кто убил его родственников. Сейчас перед ним был… просто отравленный старик, который плакал на полу.       Он действительно плакал. От беспомощности и осознания, что сдохнет в таком состоянии, в одиночестве. Ниган прикрыл лицо руками, перекатившись на бок. Живот болел. Температура разьедала тело. И ему все еще хотелось кушать.       Квилл выдохнул. Он дал старику минуту отдыха, смыл в толчке, и склонился над ним. — Нужно идти обратно. Кровать. Мягкая. Теплая. Спать, да? — он разговаривал с ним, как с больным, и так оно и было. Самое забавное, что это подействовало: Ниган успокоился и закивал. Позволил поднять себя, но на этот раз старался шагать сам, держась за Квилла. — Не говори медсестре… — сказал Ниган, когда они заходили в комнату. Ему не хотелось слушать, как его отчитывают. — Ладно. — мрачно ответил парень, кладя его на кровать и помогая лечь. Он накрыл его одеялом, и отряхнул руку, словно ему было мерзко даже прикасаться к кровати, где лежал Ниган.       Они молчали минуту, переводя дыхание и переживая всё, что случилось. Весь этот сюр, пока Ниган не сказал, глянув на парня — Эй, спасибо… за помощь. Сраный Нейтан бы бросил меня прям там... — Ниган смотрел на Квилла, который разрывался в ощущениях.       Он ненавидел его, но не мог оставить беспомощного человека в таком состоянии… — Неважно. Отдыхай. Завтра приду, с медсестрой поговорю. — Квилл постоял еще секунду, размышляя, и двинулся обратно домой. Но уже с огромной тяжестью ответственности в душе.

***

      Следующий день облегчения не приносил. Кровать стала постоянным местом обитания Нигана, и когда было время и возможность, он все уши прожужжал медсестре о своей жене, Люсиль, пока её дневник лежал на его животе. Ему было всё равно, слушает его девушка или нет. Он хотел выговориться, сказать вслух многое, что помнил о своей жизни до всего этого. А эта красавица была единственным компаньоном в его нынешней ситуации.       В один из таких моментов зашёл Квилл, остановившись в дверях. Медсестра готовила ему лекарство, а он болтал с прикрытыми глазами, не заметив появления своего нового наставника. — Приношу я ей вечером приготовленные фрикадельки, а она нос воротит... — Ниган посмеялся, положив руку на желудок. Каждый смешок вызывал боль в животе. — Представляешь? Пол вечера убил на них, а она выкинула, сказала, что я хреновый повар, и что она сделает лучше из дерьма и палок. Но это не правда… — он открыл глаза и замер, увидев Квилла. Ему на секунду стало неловко, и Ниган не стал продолжать, поспешно сменив тему и прижав дневник жены потеснее к груди. — Что, пришёл посмотреть, как я сгибаюсь от боли? — он вспомнил, как Квилл помог ему вчера, и почувствовал смущение.       Квилл не ответил ему. Он прошёл вглубь комнаты, и подошёл к медсестре — Как он? Скоро встанет?       Девушка оглянулась на парня, коротко оглядев его — Нет. Недели две минимум. — она придвинула кружку к Нигану и кивнула на неё. — Две?! — Квилл удивился. Он посмотрел на Нигана с возмущением, а тот лишь поджал губы и плечи — Ему повезло, что помогли вовремя. Пусть восстанавливается, сколько требуется. — сухо ответила она, стараясь не смотреть Нигану в глаза.       Тот с легким возмущением, хрипло, вставил — Эй, я вообще-то здесь, и слышу вас. Спасибо. — он нахмурился, глянув на мерзкую жижу в кружке. — Что это за ссанина? Не еда, чёрт возьми. Где мои фрикадельки?       Девушка злобно посмотрела на Нигана, который вечно, весь день, сопротивлялся лечению и безумолку болтал. Квилл решил вставить слово в поддержку медсестры — Пей и не выёбывайся. Вообще радуйся, что живой. — Квилл косо глянул на дневник в его руках и слабо нахмурился, подумав, что Ниган глупо выглядит, вечно таскаясь с ним.       Ниган улыбнулся, оглядев Квилла — А если умру? С тебя шкуру спустят? — он заметил, как парень напрягся как пружинка и вцепился в него взглядом. — Вздумал угрожать? Дразнить? — он наклонился к нему, злобно рыча, и уперся одной рукой и спинку кровати, нависая — Всем насрать на твою смерть. Многие мечтают о ней. Так что нет, не спустят. — он отпрянул, только когда медсестра потянула его за локоть.       Ниган умолк, мрачно смотря на парня. Конечно, этот бесёнок был прав. Ничего с этим поделать нельзя было, и спорить тоже.       Ничего не ответив, Ниган устало выдохнул и глянул на лекарство. Жутко морщась, он выпил всё. — Зайду позже. — коротко сказала девушка, и вышла из комнаты с облегчением.       В комнате повислая мертвая и неловкая тишина после ухода медсестры. Напряжение, испытываемое Квиллом, ожидаемо передалось и Нигану. Он не понимал, зачем паренёк стоит у стенки и смотрит в сторону, а не уходит заниматься своими фермерскими задачами. Наконец-то Ниган подал голос, опустив глаза на кожанку, накинутую на парня — Эй, ты вообще знаешь, чья эта вещь? — он указал пальцем на неё. Квилл опустил взгляд, оглядев себя коротко, и нервно дернул локтями, словно теперь чувствовал себя неловко в этой коже. — Знаю. Кэт…       От этого имени у обоих скрутило где-то в животе. Ниган зажмурился от боли и положил руку на живот легким движением. Квилл продолжил, уже более тихо, пальцем отдирая засохшую краску на стене — Я видел, как она уходила. С твоей битой, кстати. Просто исчезла ночью, не сказав никому и ничего. Я хотел пойти с ней, но... не пошёл — он нахмурился, глянув на Нигана. На том лица не было.       Кэт ушла, с Люсилью?       Это ударило его. Значит, она правда нашла биту. Держала её у себя, а теперь… они обе неизвестно где. И он, скорее всего, никогда больше их не найдёт.       Ниган не смог ответить. От боли и горечи он едва сдерживал слёзы. Квилл заметил то, как его тело мелко подрагивало от едва слышимых рыданий. Он отвращённо закатил глаза — Господи, тебе сколько лет, старик? Ощущение, будто я сижу с ребенком! — Квилл оторвался от стены и выхватил из его рук дневник, положив его на стол, несмотря на сопротивление Нигана. — Возьми себя в руки, придурок! — Квилл был довольно строг и суров с ним. Может, от злости, а может, от смущения. — Или ты хочешь, чтобы я пожалел тебя? Хрен там! — он подошёл к табуретке, с другой стороны кровати, и поставил со стуком стакан с лекарством для Нигана. — Пей. Сейчас. — Квилл не сводил с него глаз. Ему отвращало видеть его слабость. Вот таким… жалким.       Ниган всхлипнул пару раз, и перестал плакать. Он лишь лежал с убитым от горя взглядом, и слабо дышал. Ему ничего сейчас не хотелось. Ни пить, ни жить.       Заметив это, и заметив бездействие Нигана, Квилл глубоко вздохнул, примиряясь с его решением. — Я понял. — он отошёл, напряжённо проведя рукой по волосам, и походил по комнате.       Наконец-то остановился у выхода, обернувшись — Я сваливаю. Надеюсь, ты не устроишь вчерашнего цирка. До завтра. — он вышел из комнаты, и дома, под взгляд Нигана. Тот глянул на стакан, и стиснул зубы… долбаное лекарство.       Он пересилил себя и отпил совсем чуточку, по совету медсестры. Паренёк был прав — не стоит разваливаться. Даже если его биты нет рядом… если её нет рядом.