Глава 13: Мир без неё.

Прошло уже как три дня после смерти Клэр. Энгель продолжал молчать. Он лишь изредка отвечал короткими, порой рублёнными и даже не имеющими смысла, словами. Даже не фразами. Бабл, конечно, видела это и пыталась хоть как-то разговорить своего друга. Она даже звала его в парк, однако во время прогулки для Энгеля было, как будто, абсолютное ничто, ничего и абсолютная пустота. Мисс Саша... Тоже пыталась хоть как-то разговорить или поговорить с ним. Но всё безтолку. Рисунки на её уроках у мальчика не шли. Кисть он брал машинально, но не рисовал. Спустя некоторое время просто ронял её и продолжал сидеть на уроке, никуда конкретно не смотря. Что касается Калеба... Что ж, он явно знает о смерти Клэр. Пару раз ученики даже видели его возле школы. Он просто стоял в метрах ста от неё. Стоял и смотрел. Смотрел не просто как на врага или монстра... Смотрел так, будто каждый в школе - это его личный, глубоко ненавистный для него враг. Смотрел, как казалось иногда некоторым, до <<Ужаса параноидально, порой пугающе и будто стараясь впитать каждую деталь.>> Но в саму школу он пока что не заходил. Просто каждый вечер приходил и смотрел. Часа, наверно, три. Конечно, иногда, на минут двадцать или тридцать, он уходил. Никто не знает куда и зачем. Некоторые ученики предполагают, что он осматривает всё здание вокруг, а другие думают, что Калеб просто уходит поесть или попить. Однако как бы то ни было, он всегда возвращался. И всегда. Абсолютно всегда, без исключений в эти три дня. Всегда общее время его таких взглядов на школу составляло три часа. Ни больше, ни меньше. Только по прошествию этих, как некоторым казалось, ужасных трёх часов детектив уходил. Прямо сейчас день. Шёл четвёртый день после смерти Клэр. Урок математики. Мисс Циркуль как обычно что-то объясняет у доски. Всё... Так обыденно. Энгель и Бабл сидели за своим круглым, и предназначенным для троих, столом. Энгель просто смотрел в тетрадь. Там была лишь одна запись. Было написано "Классная работа" и всё. Даже без даты. Мальчик держал ручку над зелёной тетрадкой. Это всё, что он делал последние двадцать минут с начала урока. Не было ни слов от него, ни, как казалось для Бабл, даже дыхания. Зип, Оливер и Эдвард жили и вели себя как всегда. Время от времени она кидали бумагу в сторону Бабл и Энгеля. В открытую смеялись, а Оливер даже оскорблял. В один момент, как показалось самой Бабл, он даже хотел что-то сказать о Клэр. Однако резко замолчал, а на это молчание и быстро повернулась девочка. На её удивление, Зип и Эдвард о чём-то шептались и даже активно спорили с их другом Оливером. Сам же одноклассник с каждым их словом всё больше и больше выглядил каким-то подавленным, даже униженным и, возможно, виноватым. Как бы то ни было, Бабл быстро отвернула голову обратно и вернулась к уроку. Однако, как бы девочка не старалась, сосредоточиться на цифрах и формулах у неё не получалось. То и дело её взгляд возвращался к пустому, подавленному и молчаливому Энгелю. В одной руке, как и раньше, прямо над тетрадкой он держал ручку, а другая рука была полностью опущена под стол. Бабл аккуратно и даже медленно сама опустила свою левую руку под стол и дотянулась до свободной ладони Энгеля. Ладонь мальчика была холодной, как лёд, и странно... Пустой? Пустой не в плане предметов, это понятно каждому. Пустой... По-другому. Она была пустой как душа человека, увидевшего буквально саму смерть. Крепко, обнадёживающе взяв и пожав ладонь своего друга, Бабл встретилась с ним взглядом и мягко, почти одобрительно и по-матерински кивнула. Лишь после этого она смогла вернуться к учёбе, хотя руку Энгеля не отпускала до самого звонка. Мисс Циркуль вела себя обычно. Практически обычно. Она объясняла урок и алгебру криками, сопровождая это ударами по столу и как всегда называя своих учеников идиотами. Но что-то... Что-то как будто поменялось в ней. Иным ученикам то и дело казалось, что после смерти Клэр и особенно рядом с Энгелем она была... Мягче, что ли? Даже сейчас, на уроке, порой Циркуль бросала взгляд на Энгеля. Взгляд её всего на долю секунды становился каким-то неопределённо мягким, жалеющим и... Понимающе-ностальгическим? Словно смотря на Энгеля Мисс Циркуль сама что-то вспоминала. Что-то близкое и в то же время больное для неё. Но смотря на Оливера было что-то другое в этом коротком взгляде. Если раньше она смотрела на лучшего ученика школа нейтрально, а иногда даже положительно... То сейчас необъяснимый яд, возможно, даже презрение к нему просачивалось во взгляде Мисс Циркуль. Однако, к неудивлению, взгляд учительницы математики всегда быстро возвращался. Он снова становился раздражающимся, кричащим и презрительным к ученикам. Впрочем, звонок прозвенел как обычно. Громко и звонко, оповещая об конце урока. Как и обычно, все ученики тут же собрали свои вещи и выбежали из класса. Только Энгель и Бабл ещё сидели. Когда все вышли из кабинета, то в нём остались только эти двое и Мисс Циркуль. Учительница молча один раз посмотрела на них, но ничего не сказала и вернулась за свой, местами поломанный, учительский стол. - Пойдём, Энгель. Мы на урок можем опоздать. - тихо и слабо сказала Бабл своему другу, вставая из-за стола. Энгель не ответил. Он просто продолжал сидеть. Разве что ручку положил на стол и всё. Медленно, почти дотошно, он повернул голову. Чуть левее от себя он за этим же столом увидел место. Абсолютно пустое место. Место, где когда-то была Клэр. Сейчас здесь никого. Лишь удушающая пустота с тишиной наполняли этот стул. Бабл вздохнула томным, печальным и наполненным тоской голосом. Она отпустила ладонь Энгеля и вместо этого начала слабо, но настойчиво и твёрдо дёргать за одежду. Лишь после, наверно, двух минут такого действия Энгель оторвал взгляд от пустого места и начал собираться. Собрался он, впрочем, весьма быстро. Но весьма хаотично, роняя предметы на пол. Будто специально мимо рюкзака. Когда мальчик собрал все свои вещи, то он вместе со своей подругой вышли из кабинета в коридор. В коридоре было одновременно и шумно, как обычно, и невероятно тихо. Кто-то почти шёпотом и едва слышно обсуждал недавние события. Кто-то, к примеру троица задир, вели себя как обычно. Шумно и весело. Будто их и не коснулась та трагедия, что произошла недавно. Будто Клэр никогда и не существовало. Энгель и Бабл шли по коридорам, взявшись за руки. Девочка, когда была рядом, теперь практически всегда брала своего друга за ладонь и шла с ним таким образом. Несмотря на данный весьма интимный поступок, никто ничего не говорил в сторону Бабл и Энгеля, а также никто не пускал слухи. Наоборот, некоторые ученики даже лично подходили к девочке и хвалили её за такую поддержку одноклассника и друга. Энгель шёл чуть позади Бабл, слабо накинув свой рюкзак лишь на одно плечо. Бабл не злилась и была совершенно спокойна. Порой она даже останавливалась или сильно замедляла шаг, если видела, что Энгель не поспевает за ней. Вскоре эти двое оказались в кабинете рисования. Помимо самой учительницы рисования, Мисс Саши, в кабинете был и её муж, Мистер Деми. Они о чём-то разговаривали. Учительница сидела за своим рабочим столом, смотря вниз, в дерево и глубоко о чём-то задумавшись. Деми же, как можно было легко заметить, о чём-то шептал своей жене и, скорее всего, явно пытался успокоить её. Сама же Саша лишь не часто, коротко и даже отрывисто отвечала. Чаще всего это был простой кивок головы и не более. Когда же учителя увидели, что в класс зашли двое учеников, то почти сразу поменялись в настроении. Мисс Саша подняла голову и встретилась взглядом с Энгелем и Бабл, а после с лёгкой, в какой-то мере даже натянутой улыбкой, мягко кивнула. Мистер Деми сделал то же самое, вот только в каком-то более апатичном, меланхоличном и даже безнадёжном виде. Энгель и Бабл спокойно кивнули в ответ и прошли к своему столу. Девочка выбрала стол в самом дальнем углу, не тот, где они сидели раньше. Здесь всего было два стула и места, поэтому ничто не могло напомнить мальчику о... В кабинете стояла приятная тишина, если не учитывать продолжающегося тихого разговора между супругами учителями. Разобрать что-либо даже в такой тишине для Бабл не предоставлялось возможности. Энгель, как и обычно, даже не обращал внимания на это. Вскоре, как будто куда-то спеша и нервно собираясь, Мистер Деми в последний раз что-то прошептал жене, поцеловал её в щёку и поспешно удалился. Теперь наступила полная тишина. Атмосфера и уют, который так тщательно и с пристрастием выстраивала Мисс Саша, были... Другими. Нет, атмосфера и настроение всё ещё были уютными, спокойными и приятными. Вот только что-то было не так. Что-то, что не могла понять, наверно, даже сама Саша. Хотя запах был тот же. Воздух с улицы прохладным, но не холодным. Тишина та же, приятна и комфортна. Но всё равно. Даже при всё тех же вводых данных, что и раньше, было что-то не так. Сама же учительница рисования проводила мужа последним, долгим взглядом в спину. После этого она около двадцати секунд просто смотрела в дерево своего учительского стола, а на её лица пусть и медленно, но появилась слабая, непонятно от чего, искренняя улыбка. Но она пропала и заменилась обычным, возможно, даже печальным выражением лица так же быстро, как и появилось. Уже с этим печальным состоянием Мисс Саша вернулась к работе и начала разбирать какие-то бумаги. Бабл, конечно, заметила это изменение в кабинете и окружении. Её плечи как-то неестественно напряглись, а взгляд словно постоянно пытался найти это нечто, что рушило идиллию этого ранее приятного, невероятно спокойного и любимого учениками кабинета. Некоторые ученики в школе даже вне занятий или на переменах приходили сюда. Просто так. Чтобы посидеть в тишине и молчании с Мисс Сашей. Впрочем, школьные принадлежности Бабл быстро приготовила. Энгель сделал то же самое, но чуть с запозданием. Со ступором каким-то. В один момент, когда он наклонялся за рюкзаком, то взгляд его упал на другой стол. Тот самый стол, который был ближе к входной двери. С тремя местами и стульями. Там, где раньше был он, Бабл и Клэр. Какое-то неопределённое, ему даже казалось вечное время, Энгель смотрел на этот стол. Просто смотрел и всё. Смотрел до тех пор, пока Бабл насильно не вытащила друга в реальность, снова дёрнув того за одежду. - Эй, - тихо позвала пузырчатая девочка, снова дёргая друга за помятую, пусть уже и не порванную одежду. - Ты в порядке? - А? - будто отрывисто от всего окружающего его мира ответил Энгель, даже не сразу взглянув на Бабл. - Да... В порядке... Девочка ещё некоторое время держала мальчика за одежду и всматривалась в его глаза. Такие пустые, уставшие и абсолютно безэмоциональные глаза. Вглядывалась Бабл, наверно, секунд двадцать, если не более. Всматривалась долго, протяжно и, если можно так сказать, в какой-то мере даже глубоко. Тяжело сказать, что она искала в таких опустошённых глазах своего друга. - Мне просто... Нужно отойти, ладно? На несколько минут. Я... Вернусь к уроку. - слабо заговорил и сказал Энгель, не в силах выдержать взгляд подруги и отведя свой собственный. - Хорошо, - со вздохом и неохотно, медленно отпуская одежду ответила Бабл. После этого Энгель кивнул и встал. Медленно. Тяжело. Будто что-то приковывало его к стулу и, возможно, даже к этому кабинету или школе. Такими же медленными, тяжёлыми, иногда даже неуверенными шагами он пошёл из класса. Бабл проводила Энгеля взглядом до тех пор, пока он не скрылся в коридорах. В кабинете остались только сама Бабл и Мисс Саша. Тишина... Не была комфортной, пугающей или какой-либо ещё. Её... До ужаса тяжело описать. Казалось бы, в ней есть и комфорт. Никто не хотел говорить из двух девушек. Им было хорошо в тишине. Но в то же время была какая-то неопределённая, практически инородная тревога. Но ладно ещё тревога, помимо неё был столько необычайный и непривычный для кабинета и самой Саши... Страх? Да, именно страх. Практически не заметный. Практически пустой. Но он был. И он, несмотря на свою мелочность, ощущался. Запах стал словно ещё более резким после ухода Энгеля. Если раньше он старался хоть как-то сохранять привычный мягкий, приятный, спокойный и плавный оттенок, то сейчас... Сейчас этого, казалось бы, осталось очень мало. Чересчур мало. Эта резкость почти полностью наполнила и заменила собой ранее привычную мягкость. Бабл, однако, уже и не искала этот источник. Ну, как не искала... Запах для неё стал химическим, абсолютно не естественным, противным и отдавал оттенком едкой, ядовитой краски. Запах, как Бабл казалось, чуть ли не пропитывался в само тело и практически сжигал её саму изнутри. Мисс Саша, впрочем, даже и не пыталась. Всё это время учительница сидела за своим учительским столом и занималась своими делами. Разве что иногда, крайне редко и будто в минуты особой задумчивости, она бросала взгляды на Бабл с какой-то одновременно доброй и печальной, понимающей улыбкой. Сама ученица после ухода своего друга не отрывала взгляд от окна и вида за ним. - Энгелю сейчас совсем плохо, да? - мягко спросила Мисс Саша, складывая стопку бумаг, не поднимая голову. Но даже с опущенной, устремлённой к бумагам головой можно было заметить ту самую печальную, понимающая и одновременно добрую улыбку. - А... Да, вы абсолютно правы. - тихо, практически глухо и неслышно ответила Бабл, опустив свою голову и взгляд на парту. Саша вздохнула, встала и пошла к девочке. Она взяла первый попавшийся стул и сидела напротив. - Знаешь... - негромко и подперев подбородок ладонями начала говорить учительница. - однажды у моего друга то же была проблема. И... Он так же как и Энгель лишился друга. Даже нескольких. Сразу. Считай, что в один день. Я, да и никто другой, не знает что произошло с этим другом в тот день и почему он поссорился с ними. Но... Внезапно Саша замолкла. На лице её отразилось какое-то сомнение, ужасная ностальгия и даже, возможно, жалость, доходившие до краёв самой человеческой души. Она сидела так секунд десять. Тишина между ней и Бабл стояла, по их ощущениям, невероятная громкая. Это не была тишина всего остального кабинета. Эта была тишина конкретно между ними. Густая, не высказывающая чего-то и до ужаса любопытная. Это было то любопытство, граничащее с сумасшествием. - Но... - наконец-то слабо продолжила Саша. - в один момент всё стало ужасно. Однажды он просто перестал ходить в школу. Шёл первый месяц, он так и не появился. Потом шёл второй. В конце концов, наступил и третий месяц, когда этот друг не ходил в школу. Что-то мне с каждым днём подсказывало, что что-то с ним не так и надо помочь ему. Тогда я пошла и благодаря удаче, а, возможно, и судьбе, нашло его в... Тут снова Мисс Саша резко замолкла. Теперь её лицо было озарено не смятением или чем-то ещё. Оно было озарено чистым, неприкрытым ужасом. Её глаза резко расширилсь. Дыхание внезапно участилось. Одна рука легла на сердце. Такое тяжёлое, резко бьющееся сердце. Рот был слегка приоткрыт. Именно через него она и дышала. Глаза всё время метались из стороны в сторону. Будто ища или наоборот, избегая чего-то. Бабл сама в ту же секунду запаниковала. Она быстро, практически параноидально оглядывалась и искала что-то или кого-то. Девочка взяла за руку свою учительницу рисования, однако быстро отпустила и вскачила со стула. Взяв первый попавший пластиковый стаканчик, она быстро набрала воды из ближайшего куллера и принесла этот стакан Мисс Саше. Учительница взяла стакан дрожащей, кое-как держащей его рукой и практически залпом выпила. После этого, поставив опустошённый стакан на стол, Саша глубоко вдохнула и повернулась к Бабл с мягкой, доброй и до того искренней, что можно удивиться, улыбкой. - Спасибо, - тихо поблагодарила девушка. - Я... Я вела к тому, что не бросай Энгеля, ладно? Я была в похожей ситуации как и у тебя, Бабл, и я понимаю как это тяжело постоянно находиться рядом с человеком, который буквально хочет умереть и скорее всего думает о суициде. Постарайся показать ему, что в мире есть не только тьма. Покажи ему, что мир без Клэр возможен и далеко не пустой, как он думает. Бабл какое-то время, будто даже вечность, просто стояла. Кажется, она даже не дышала. Смотрела в пустоту. Когда же это состояние, похожее на транс, прошло, то Бабл лишь коротко и едва заметно, молча кивнула. Мисс Саша ответила простой, искренней и добродушной улыбкой. Урок начался не внезапно. Для Бабл, как и для большинства остальных учеников, одноклассников, этот звонок был самым обычным и непримечательным. Разве что Энгель... Разве что он пришёл позже всех. И он не просто зашёл в кабинет самым последним. Он опоздал на десять минут. Для такого пунктуального, ранее успешного и хорошего такое опоздание - это что-то на грани с фантастикой, ибо даже в прошлые дни он не опаздывал на уроки. Только сегодня, на урок рисования, после четырёх дней после смерти Клэр он впервые в своей жизни опоздал на урок. Когда он зашёл в кабинет, то все ученики, да и учительница тоже, посмотрели не то чтобы с шоком, но с явным удивлением. Он молча, но крайне тяжёлыми, едва движущими ногами пошёл к своей парте и к Бабл. Никто не говорил. Стояла гнетущая, почти кладбищинская тишина. Разве что Оливер и, ну может быть, Эдвард что-то говорили. Зип молчала, опустив голову вниз и глубоко о чём-то задумавшись. Если Оливер практически не стеснялся в своих выражениях, пусть и был тише обычного, то Эдвард говорил с каким-то дискомфортном, смущением и даже со стыдом, говоря тише своего друга и отворачивая от того взгляд. Энгель спокойно дошёл до своего места и сел рядом с Бабл. Он всё ещё ничего не сказал и продолжал молчать. Весь оставшийся урок он провёл так. Держа кисть, машинально рисуя. Словно даже не понимая для чего рисует, как рисует и где рисует. Такая "учёба" у мальчика продолжалась вплоть до одного момента. Скверного, противного момента. Тяжело сказать, что конкретно Оливер прошептал в ту секунду. Возможно, никто кроме Эдварда, Зип и самого Энгеля это и не слышал. Зип, когда услышала данные слова, то практически сразу же накрепко сжала кулак и свои губы в тонкую линию. Однако... Что бы там не сказал Оливер, это явно задело Энгеля. Он резко, встав и отбросив кисть, игнорируя всех, подошёл к парте Оливера. Он со всей силы ударил своего обидчика в челюсть. Так, что выбил тому два зуба и у него пошла тёмная, жуткая и пугающая некоторых кровь. Зип и Эдвард сразу же инстинктивно откинулись. Оливер упал со стула, прямо на пол. - Что ты творишь?! - обеспокоенным голосом вскричала Мисс Саша, вскакивая со своего стула и подбегая к месту происшествия. - Ты с ума сошёл?! - закричала испуганным, абсолютно надломленным голосом Зип, отходя на несколько шагов назад и наблюдая как Энгель уже опять подходит к Оливеру. - ЭТО ТЫ ЕЁ УБИЛ! - закричал Энгель, схватив эту тварь за воротник и приподнимая над полом. - ЕСЛИ БЫ НЕ ТЫ, ТО ОНА СЕЙЧАС БЫЛА БЫ ЖИВА! ВСЁ ИЗ-ЗА ТЕБЯ И ЭТОЙ ТУПОЙ ШМАРЫ ЗИП КЛЭР НЕ ВЫЖИЛА! ВЫ ДВОЕ ПРОСТО... ПРОСТО ОТРОДЬЕ ХУЖЕ УЧИТЕЛЕЙ! Энгель замахнулся. Он снова ударил Оливера по лицу. Удар пришёлся по носу и был куда сильнее прошлого. Мальчик, столь сломленный и безнадёжный, уж было замахнулся второй раз и хотел ударить. Однако, Мисс Саша и Бабл схватили его за обе руки. - Успокойся, идиот! - закричала Бабл, абсолютно не замечая какие слова говорит. - Ты его сейчас сам убьёшь! Чем ты будешь лучше, а?! - Энгель, успокойся сейчас же! - заговорила Мисс Саша. Однако мальчик был в каком-то другом, своём мире. Он пытался вырваться из хватки и смотрел на Оливера, оскалив зубы. - Опустите! - кричал Энгель. - Сколько людей погибло из-за этих троих идиотов?! Двадцать, тридцать? А сколько ещё должно, скажите мне! Энгель, несмотря на все усилия двух девушек и даже вмешательство других учеников, всё-таки смог добраться до уползающего Оливера. Он крепко схватил его за воротник и продолжил избивать. Первый удар. Потом второй. Каждый удар был сильнее, яростнее предыдущего. Каждый удар вызывал новый поток крови или ссадину. Тело Оливера выглядело всё хуже и хуже. - Что. Здесь. Происходит? - прервал внезапный голос. Все, кроме Энгеля, который продолжил избивать Оливера и которого пытали безуспешно остановить, повернули головы к двери в кабинет. Там, в дверном проёме, стояла Мисс Грейс. Она была в своей обычной одежде, сложив руки за спиной. - Здесь...! - попыталась объясниться Лиззи, но она не успела ничего сказать. Резкий, пронзительный взгляд Грейс сразу увидел картину. Энгель, держащий за воротник Оливера, избивал своего одноклассника. Он снова замахнулся и хотел ударить, но... Мисс Грейс быстрыми, широкими шагами быстро достигла Энгеля и поймала его руку прямо в воздухе. Он тут же резким, абсолютно не испугавшимся движением повернул голову и встретился взглядом с директором. Она просто молча смотрела. Ничего не говорила. Смотрела свысока, презрительно. Её взгляд, даже обычно являющийся крайне серьёзным и раздражённым, был, как говорят некоторые ученики, <<Тем, что заставляет испугаться, возможно, даже Алису и задуматься, правильно ли ты делаешь.>> - Отпусти, дура! - закричал сломленный ученик, пытаясь вырваться. Его абсолютно не волновало то, как Грейс смотрит на него. Энгеля не волновало, что Грейс всё сильнее и сильнее сжимает его руку. Мальчика совершенно не волновало, что совсем скоро у него может пойти кровь. В его мире существовала лишь Боль, он сам и Оливер. Никого более. - Успокойся! - внезапно, подобно грому, закричала Мисс Грейс, резко дав пощёчину мальчику. Она ударила с такой силой, что оставила ярко-красный, до ужаса заметный, практически кровавый след на несколько минут. А её голос раздался по всему кабинету, а, может быть, и по коридору. Все ученики, и даже Мисс Саша, замолчали. Некоторые сделали шаг назад, словно испугавшись директора. Лишь после этого крика Энгель стих. Он сжался, будто стараясь стать комочком. В его глазах исчез тот независимый, гневный взгляд. Теперь там был лишь страх, направленный прямиком на саму Грейс. Плечи Энгеля резко, неестественно напряглись, как и всё его тело. Теперь он боялся даже отвести взгляд от директора. - Идёшь за мной... Живо. - твёрдо, не оставляя места для возражений, проговорила Грейс. После данного инцидента она развернулась, всё ещё не отпуская Энгеля, и пошла из кабинета, таща его за собой. Мальчик шёл, едва догоняя эту женщину. Всё время спотыкаясь. Однако взгляд его, который уже отошёл от директора и как успела заметить Бабл, снова стал пустым. Но не таким пустым, как раньше. Скорее от шока. Ведь, возможно, только сейчас он осознал то, что делал... Грейс тащила Энгеля по пустым, абсолютно пустынным и до того тихих коридоров, что тишина физически ощущалась. Она была густой, давила на грудь. Энгель всё чаще и чаще дышал, продолжая еле как тащится за директором. Сила руки Грейс, может, и ослабла, но едва ли это ощущалось. На руке и запястье мальчика давно остался и не уходил ярко-красный, болезненный след. Директор даже ни разу не оглянулась на мальчика, чей шок сначала сменился страхом, а потом и смирением, вернувшие более старое, но не менее пустое чувство внутри него. Клэр, как никак, всё ещё не было рядом с ним. Грейс резким, размашистым движением открыла дверь в свой кабинет и практически кинула Энгеля туда с абсолютно безжалостным, стальным и до того серьёзным, что можно лишь удивляться, лицом. - Садись. - всё так же твёрдо как и раньше сказала Мисс Грейс, обходя свой стол и садясь за него. Энгель, как и раньше опустив голову, машинально, медленно, почти до раздражения поднял свою руку и отодвинул стул, сев на него. Грейс собрала пальцы домиком и держала их возле своего лица. Смотрела она на мальчика перед собой твёрдо, не отводя взгляд и даже несмотря на, казалось бы, взгляд, который говорил об равенстве, смотрела будто свысока, с каким-то одновременным презрением и... Чем-то до селе непонятным, что тяжело сказать, знала ли сама Грейс что помимо раздражения и презрения чувствовала прямо сейчас. Всё тело этой женщины было напряжено. Оно было напряжено так естественно и неествественно одновременно. Казалось, что она действительно злится на Энгеля и пытается сделать вид этого, но... В то же время казалось, что Грейс чисто физически не может этого делать. Словно что-то в ней просто не даёт по-настоящему злится и отчитывать его. В конце концов, Мисс Грейс тяжело выдохнула и насильно расслабилась, отводя взгляд куда-то в пол. - Послушай, Энгель, - слабо, невероятно слабо и даже обвиняя себя начала Грейс. - я... В какой-то мере понимаю твою боль. У всех нас, даже учителей, не было счастливого детства... А уж говорить про вас, учеников, мне самой порой страшно. Лично у меня были строгие родители. Конечно, не такие строгие как мать Циркуль, но своего дерьма они тоже наделали, хоть и раскаивались потом в этом передо мной. Я... Просто хочу сказать вот что: мне правда жаль тебя, Энгель. И я понимаю твою боль. В жизни и правда живут счастливо только мёртвые... (Слово "мёртвые" было сказано как-то до ужаса, практически неестественно тихо. Но помимо интонации Мисс Грейс, говоря это слово, крепко сжала свою руку в кулак) И я просто хочу тебя попросить... - Грейс медленно, но мягко и, будто стараясь по-матерински, подняла взгляд, встретившись с Энгелем. - быть немного спокойней, ладно? У школы сейчас и так много скандалов будет из-за её смерти. Скандалы, проблемы и подкуп полиции - это всё то, что неотъемлемо преследует нашу школу, поверь мне. Я действительно хочу лучшее для учеников, пускай у нас и... Такие учителя. Поэтому, прошу тебя Энгель, будь спокойней и контролируй себя, ладно? Я не хочу наказывать тебя и вызывать ещё больше проблем. Постарайся просто... Жить нормально, хорошо? Как раньше. После этих не совсем утешающих, но искренних слов Мисс Грейс взяла Энгеля за ладонь мягко, непринуждённо. Какое-то время эти двое просто молчали. Никто не говорил. Казалось, даже тишина пропала и был лишь вакуум, не более. Ничего давящего. Ничего мягкого. Просто что-то, чему даже нельзя дать имени или названия. - И если, то ты можешь забрать вещи и идти домой, - мягко, после некоторой паузы сказала Грейс. - Больше держать тебя в школе сегодня я не намеренна. Энгель не ответил. Он лишь молча продолжил сидеть, опустив голову в пол и смотря в пустоту. Даже не в никуда. В пустоту. Именно что в неё. Грейс ещё раз тяжело вздохнула и отпустила руку Энгеля. Она встала, взяла одну из грязных снаружи, но чистых внутри кружек из под кофе со своего стола. Медленно пошла к кофейной машине. Звук её шагов был для мальчика тяжёлым, невыносимым. Поставив кружку под кофе машину, она начала свою работу. Был звук жужжания и всё. Не более. Лишь он сопровождал и хоть как-то наполнял вакуум кабинета. - Можете... Можете ли вы хотя похороны для Клэр устроить...? - тихо, неуверенно и с едва уловимой надеждой спросил Энгель. - Ведь... Даже похорон не было. Ни останков. Ни чего-либо ещё. Вы просто объявили её без вести пропавшей. Если вы действительно так дорожите учениками как говорите, то исполните хоть одну мою просьбу. Сделайте похороны. Даже если они будут самыми тихими. Даже если на них буду только я. Но прошу, сделайте их. Грейс спокойно выслушала слова мальчика. Они каким-то необычным образом тронули девушку. Её лицо, не видимое для Энгеля стало какой-то смесью печали и одновременной вины. Сама Грейс крепко, до того крепко, что её костяшки пальцев побелели, сжала кружку, в которую всё ещё наливался кофе. - Я... - слабо, бормоча себе под нос начала Грейс. - Постараюсь что-то сделать с этим, ладно? Но... Ничего не обещаю, Энгель. Но я обязательно попытаюсь. После услышанных мальчик поднял голову, и пусть его выражение лица не изменилось, однако встретившая его взгляд Грейс почувствовала, что что-то невидимое, даже непонятное изменилось. В нём самом или в кабинете...? Тяжело сказать. Скорее всего, оба сразу. Энгель молча кивнул. Не быстро, медленно. Лишь после этого он развернулся и ушёл из кабинета. Грейс осталась одна в кабинете, стоя на месте и держа кружку кофе в руках. Она ещё какое-то время смотрела на дверь, из которой вышел ученик. Однако вскоре, совсем ненадолго, она перевела свой взгляд на окно в кабинете и сделала глоток кофе. - <<Если бог существует... - думала она. - то почему они вынуждены страдать?>>