Глава IV

      Андрей стоял у окна. На часах было чуть больше одиннадцати, квартиру наполняла тишина, которую разбавляли радостные разговоры детей с улицы, за которыми он как раз наблюдал. Редкие некрупные снежинки плавно опускались вниз, словно кружась в медленном танце. В его пальцах ритмично щёлкала крышка зажигалки. Странно, как, с одной стороны, это могло успокаивать его, а с другой — наращивать внутреннее напряжение.       Андрей думал о вечере празднования новоселья. Он думал о Наде. Вспоминал ненавязчиво сладкий аромат её духов, манящую красоту глаз, будоражащие ощущения от близости к ней. Он прокручивал в голове момент, когда их губы соприкоснулись в робком поцелуе. Она ответила, но так неожиданно и так быстро ушла после этого. Они расстались на вполне хорошей ноте, и всё же её уход тревожил Андрея, хотя в то же время он говорил себе, что всё было нормально.       Он резко прекратил свою "игру" с зажигалкой, сжав её в руке, и достал из кармана телефон.       — Алло? — не очень внятным голосом ответила Надя.       — Привет. Я не разбудил?       — Нет, тебя опередило моё начальство.       Андрей усмехнулся.       — Не повезло. Слушай... Какие планы на день?       — Пока никаких.       — Тогда может... Составишь нам с сестрой компанию? Погуляем по парку, слепим снеговика.       Ответ последовал не сразу, заставив померкнуть лёгкую улыбку на лице Андрея, но он зря волновался.       — С радостью.       — Отлично, — практически воскликнул он от радости, — За тобой заехать?       — Нет-нет, до парка я сама. Спасибо.       — Хорошо, тогда до встречи, — немного помолчав, он добавил: — Обнимаю.       — Пока.       Такое сухое прощание его снова насторожило. Андрей говорил себе, что Надя могла смущаться, волноваться, но это вовсе не означало, что что-то не так, однако беспокойство не отпускало.       Вздохнув, он подбросил зажигалку и принялся собираться.       В парке было не так много людей. Блестящий снег хрустел под ногами, укрывал всё вокруг, точно как одеяло. От холодного воздуха замерзал нос, но именно такая зима казалась сказочно прекрасной.       Соня бежала немного впереди, радостно подкидывая снег над собой и кружась под ним, иногда падала в сугробы возле дорожки, ещё больше радуясь, когда Андрей и Надя помогали ей из них выбраться.       — Сейчас бы просто беззаботно играть со снегом.., — вздохнув, слегка улыбнувшись, сказал Андрей.       — Забыв про все обязанности, — мечтательно добавила Надя.       Они шли молча некоторое время, наблюдая за Соней. Андрей засунул руки в карманы и набрал полную грудь воздуха.       — Знаешь, я... Немного волнуюсь, — посмотрев на Надю, он встретил её вопросительный взгляд, — По поводу того вечера. Ты быстро ушла. Надеюсь, я ничем.       — Нет-нет, — перебила она, — Всё хорошо. Просто волнение. Всё-таки...       — Первый раз?       — Да, — немного неловко усмехнулась Надя.       Андрей, опустив взгляд, немного приподнял уголок губ. Ему было приятно, что их поцелуй стал первым в её жизни. Странное чувство. Казалось, будто она только его. Хотя эти собственнические мысли он старался не подпускать.       — А так.., — Надя немного замялась, посмотрев на него. Когда их взгляды снова пересеклись, она улыбнулась, — Мне понравилось.       Её глаза чуть блестели, и Андрей подумал о том, какая она красивая. На него вдруг снова нахлынули ощущения от прикосновений к ней, к её губам, и он с трудом сдержал себя, чтобы не остановить её сейчас. Он сглотнул. Слишком острым вдруг стало ощущение от её близости, от её нежного аромата...       Их внимание обратила на себя подбежавшая Соня. Пожалуй, она помогла ему лучше совладать с собой. На секунду.       — То есть Надя — твоя невеста? — ни с того, ни с сего спросила она Андрея.       Надя смущённо опустила глаза, а Андрей нервно усмехнулся.       — Ну... Нет. А ты бы хотела, чтобы мы были женихом и невестой?       Соня пожала плечами.       — Вы оба красивые. Когда двое красивых взрослых о чём-то шепчутся в тайне от маленьких, значит они жених и невеста, — невинным дестким голосом безо всяких раздумий выдала девочка.       Андрей и Надя засмеялись.       — Беги ещё поиграй, — он шумно выдохнул, когда Соня отбежала от них, — Прости, это... Чего только не бывает в голове детей.       — Не страшно.       Они продолжали идти рядом. Надя задумчиво потупила взгляд. Внутри неё определенно разлилось тепло при мысли о том, чтобы стать невестой Андрея. Всё-таки она надеялась на серьёзные и длительные отношения. Но встречались они всего ничего, так что пока об этом рано было думать.       Андрей отвёз Соню и Надю по домам. К пяти часам ему нужно было на работу. Он практически без проблем смог устроиться тренером в том же спортивном клубе, в котором тренировался сам. Под его руководством находились три группы: две средние и одна старшая. В этот день у него как раз шли две тренировки подряд. Благо, сейчас, в воскресенье, они проходили только по причине близившегося турнира, и обычно выходной был полноценным. В другие будние дни, когда заниматься необходимо было только с одной средней группой, ему предстояло выходить в ночную смену охранником в торговом центре. Андрей надеялся, что ему будет достаточно этих двух работ, но на всякий случай готов был таксовать в свободное время.       Пока что все эти взрослые заботы по полному обеспечению самого себя казались трудными, но он понимал, что пошёл на это сам. Теперь он сам являлся для себя опорой и полагаться нужно было только на себя.       Морозный воздух казался очень бодрящим, особенно ночью, после выхода из душного спортивного зала. Андрей был уверен, что сейчас с удовольствием приедет домой и рухнет без сил на диван, но, проехав пару светофоров, у него появилась идея получше: он хотел встречи с Надей.       Андрей позвонил ей.       — Привет. Ещё не спишь?       — Нет. Что-то случилось?       — Всё хорошо. Просто я стою возле твоего подъезда.       Настала тишина, но через несколько секунд Андрей заметил, как на одном из этажей колыхнулась занавесь. Увы, он не мог разглядеть, она это или нет.       — Что ты здесь делаешь в десять с лишним часов вечера?       — Приглашаю тебя на каток.       — Сейчас?       Он усмехнулся, слыша забавно звучавшее недоумение в её голосе.       — Да. Я буду ждать полчаса, а потом уеду. У тебя есть время собраться, если хочешь.       В этот раз Андрей подумал, что тишина означала размышления. Он не дождался ответа и завершил звонок. Вздохнув, он решил сесть в машину, там было теплее.       Андрей сидел за рулём, с включённой на минимальную мощность печкой, крутил в руках зажигалку, периодически поглядывая на часы. Прошло пятнадцать минут. Он чувствовал, как внутри нарастало напряжение от смеси усталости, накатывающей досады и беспокойства.       «Ты же сказал, полчаса. У неё ещё целых пятнадцать минут».       Время тянулось ужасно медленно, только усугубляя нервозное состояние. Быть может, стоило во время звонка дождаться её точного ответа, чем сейчас сидеть и нервничать, но, с другой стороны, он не хотел слышать отказ сразу.       Андрей почти отчаялся и собирался уехать, как, наконец, пассажирская дверь отворилась и в салон ворвался холодный воздух.       — Привет.       Надя села и удобно устроила на коленях рюкзак. Он нежно смотрел на неё, слегка приподняв уголок губ.       — Чего?       — Я почти уехал. Рад, что ты всё-таки пришла.       — Я уложилась почти идеально, — она улыбнулась.       — Ага.       Андрей продолжал так же смотреть на неё. Его взгляд немного смущал Надю, она всё ещё не понимала, в чём дело.       — Я бы очень хотел сейчас поцеловать тебя, — словно прочитав мысли, ответил он на все её вопросы.       Надя опустила на его губы взгляд, затуманившийся от одной только мысли об очередной такой маленькой близости к нему. От его взгляда внутри неё пробежала тёплая дрожь, пока она раздумывала об этом.       — Так поцелуй, — почти шёпотом сказала она.       Андрей довольно резким движением приблизился к ней, но остановился в нескольких сантиметрах, как будто желал убедиться в том, что Надя не передумает. Он улыбнулся, заодно получив непривычное наслаждение от её шумного предвкушающего вздоха.       Она не отстранилась, наоборот, сама немного подалась ему навстречу. Андрей бережно коснулся её губ, словно прикасался к чему-то хрупкому и бесценному. Он осторожно отодвинул прядь её волос с лица и дотронулся ладонью до её щёки, проведя по ней пальцем.       В один миг они забыли о том, что сидели в машине, о морозе на улице, обо всех своих делах и заботах. Поцелуй был нежным, они мягко переминали губы друг друга, без особой страсти, без стремления получить друг от друга что-то большее. Невинный, возможно, даже подростковый поцелуй, как простое желание быть чуточку ближе, но не торопя события. Всё-таки для каждого из них это были первые полноценные взрослые отношения.       Прервав его, Андрей не сразу отстранился. Он смотрел на её алые губы, предполагая, что они сейчас полыхали так же приятно, как его собственные. От этой мысли он на долю секунды снова ощутил желание поцеловать её.       — Знаешь, а мне тоже нравится, — с улыбкой сказал он и немного отодвинулся, когда Надя чуть опустила голову, в очередной раз смутившись, — Не скажи, что это у тебя коньки, — кивнул Андрей в сторону рюкзака и заодно тронулся с места.       — Фотоаппарат.       — Оу... Так ты ещё и фотограф?       — Любитель. Хочу попробовать поснимать что-нибудь ночью, особенно на катке. Хотя сомневаюсь, что получится.       — Почему нет? Я в тебе уверен.       — Чтобы не погружать тебя в лишние нюансы, просто скажу, что моей техники недостаточно для съёмки ночью.       — М-м-м. Понял. Но ты всё равно хочешь попробовать... Это круто.       Надя чуть усмехнулась в ответ на достойную оценку её стараний от Андрея.       Дорога до катка показалась на удивление короткой. Вроде не так давно перевалило за одиннадцать, а людей и машин на улице уже почти не было. Городские огни отражались на мокром асфальте, редкие снежинки красиво кружили перед светом фар, и в машине было тепло и уютно. Андрей и Надя разговаривали о чём-то обыденном, по радио тихим фоном играл джаз. Что могло быть приятнее такой ночи? Надя была благодарна, что Андрей так вытащил её из дома, пусть и неожиданно. Оно того стоило уже сейчас.       Несмотря на пустые улицы, на катке было достаточно много народа. Большая часть активно каталась, и Надя вдруг ощутила себя очень неуверенно. Настолько, что эта неуверенность явно отразилась на её лице.       — Ты не умеешь кататься, да?       В ответ Андрею она лишь быстро помотала головой, а он чуть засмеялся.       — Не бойся, это не так сложно, на самом деле.       — Для кого как.       Андрей снова улыбнулся, а Надя не понимала, что в данной ситуации делало его таким радостным.       Надев прокатные коньки, Андрей вышел на лёд, мгновенно поймав баланс.       — А теперь скажи, ты катаешься с рождения? — Надя, кое-как, неуверенно и как не на своих ногах подошла ближе к бортику.       — Да нет. Просто мы с ребятами из клуба и вместе с тренером часто ходим на каток. Во-первых, это отличная тренировка, во-вторых, это весело, — Андрей протянул ей руку, — Давай же, я рядом.       — Так бы и сказал, что желаешь мне смерти посреди катка. Ещё и подбодрил. "Я рядом", — передразнила она его, кладя руку в его ладонь.       Встав одним коньком на лёд, Надя тут же крепче некуда сжала руку, держась за Андрея, и тогда он протянул вторую. Он терпеливо вёл её возле бортика, мягко указывал ей на ошибки в движениях, подбадривал, подхватывал, когда она теряла равновесие. Он старался быть максимально осторожным и внимательным по отношению к ней, надеялся сделать эту ночь как можно приятнее.       Минут через двадцать она попросила остановиться и тяжело вздохнула.       — По-моему, у меня болит всё, что только может болеть. Ноги, спина и... Кажется даже руки.       Надя попыталась выдохнуть, оперевшись на колени, но потеряла равновесие и едва не упала. Андрей вовремя подхватил её, и они оба засмеялись.       Переведя от смеха дух, он спросил:       — С коньками на сегодня всё?       — О-о-ой.., — тяжело выдала Надя, — Пожалуй, да. Но я бы хотела тебя поснимать, пока ты катаешься.       — Меня? Сейчас?       — Ага. Попробую запечатлеть немного динамики.       Теперь уже Андрей немного неловко и неуверенно осмотрелся по сторонам. Он выдохнул и протянул Наде руку, чтобы проводить её до дверцы, ведущей со льда.       — Для тебя что угодно, солнышко.       Она смущённо улыбнулась, и они осторожно поехали по катку.       Встав прямо за бортиком, Надя достала из рюкзака старенькую зеркалку, прищурилась в видоискатель и начала снимать Андрея, который специально для неё не отъезжал очень далеко. На её радость на катке было хорошее освещение, так что ей вполне хватало светосилы объектива.       Вскоре Андрей подъехал к ней, чтобы посмотреть получившиеся фотографии.       — Ну, что там?       Надя немного повернула камеру экраном к нему, чтобы им обоим было видно. Она в предвкушении и с надеждой открывала снимки.       — Не в фокусе, — сразу сказала она на первую фотографию, сама себя оценивая, и продолжила листать, — И эта. И эта.       И так одна за другой. По мере просмотра Андрей видел, как тускнел её взгляд, пока она, наконец, не воскликнула:       — О! Вот здесь попала. Правда, как таковой динамики не очень-то много, — добавила Надя уже более досадно.       — Да и ладно, — Андрей быстро поцеловал её в щёку, и она посмотрела на него, — Я просто страшный. Твой фотик меня испугался, поэтому почти везде промазал.       Он был рад, увидев на лице Нади постепенно появившуюся улыбку.       — Так меня ещё никто не подбадривал.       — Обращайся. Кофе и по домам?       — Давай. Тебе не составит труда отвезти меня?       — Отвезти? Ишь, чего захотела. Нет, я брошу тебя ночью. Пешком дойдёшь.       Андрей улыбнулся от того, как Надя наигранно сердито посмотрела на него, чуть наклонив голову на бок.       — Ха-ха, — съехидничала она, — Шутник.       Неделя пролетела совсем незаметно. Квартира встретила Андрея приятной тишиной и мягким полумраком. Он небрежно кинул ключи на обувницу, вяло стащил с себя тёплую куртку, которая уже малость надоела. Хотелось тепла. Он прошёл на кухню, желая выпить воды, и взглянул на часы: чуть больше половины одиннадцатого.       Они очень долго гуляли с Надей. Разговаривали, смеялись, она пыталась поймать в объектив хотя бы немного магии вечернего зимнего парка, сделать пару красивых фотографий Андрея. Но все снимки получались тёмными и расплывчатыми. Надя ворчала на саму себя, что зря потащила фотоаппарат, а Андрей старался её подбодрить. Они поужинали, выпили кофе и точно были уверены, что это очередной прекрасный вечер, проведённый в компании друг друга.       Андрей уселся на диван и открыл на телефоне браузер.       — Та-а-ак. Так-так... "По-че-му фо-то-гра-фии по-лу-ча-ют-ся тём-ны-ми?" — пробубнил он запрос себе под нос.       Андрей перескакивал с сайта на сайт, с одного форума на другой, смотрел видео, постепенно теряясь во всей этой информации, часть из которой не очень хорошо понимал. То ли от того, что был сонным, то ли это действительно не так просто. А ведь говорят, что достаточно просто нажимать на кнопочку.       По итогу Андрей пришёл к выводу, что объектив и камера Нади недостаточно хороши как в плане работы в условиях недостаточной освещённости, так и в плане автофокуса. После этого он уже начал блуждать по интернет-магазинам. Прикинул цены, но довольно скоро выключил телефон и чуть надавил на переносицу. Хотелось спать.       Приняв душ, Андрей разложил диван, постелил, даже не включая свет, и лёг. В темноте он прокрутил вечер в голове: её руки, тонкие пальцы, которые он пытался согревать, как она задорно хмурилась, иронично всматриваясь в очередную не понравившуюся фотографию, её смех...       Андрей стоял в институте. Всё было очень знакомым, что неудивительно, но в то же время искажённо: пустые коридоры казались длиннее, свет — тусклее и двери вроде бы обычные, но отчего-то совсем не такие, какими он привык их видеть.       Андрей шёл медленно, не совсем понимая, кого или что искал, и только где-то в отдалённых уголках разума ненавязчиво звучало имя. Он искал Ирину Владимировну. Неосознанно, но словно это самое естественное, что он когда-либо делал. Те же уголки разума, которые вели его по институту, подсказывали, что она где-то рядом.       Он бродил по пустым коридорам, открывал двери, которые вели в пустые аудитории. Нигде и никого. Только его собственные шаги, гулко разносившиеся по институту, и тяжёлое дыхание.       Наконец, на третьем этаже Андрею показалась знакомая фигура: прямая осанка, светлые локоны, походка, которую он теперь всегда мог бы узнать, хотя никогда не сказал бы, что в ней особенного. Она свернула за угол, и он бросился за ней. Конечно, там ведь находилась кафедра. Только вместо такого же коридора с кабинетами его ждал тупик.       Андрей проснулся. Ему вдруг показалось, что он ощутил аромат её духов. Он коснулся лба и прикрыл глаза, желая отогнать навязчивые мысли. Всё это время он старался выкинуть из головы абсолютно всё, что касалось её. Андрей надеялся, что каникулы помогут ему потушить только разгоравшееся внутри чувство, но только что понял, что было уже поздно, особенно учитывая то желание, которое он сейчас испытывал...       Андрей потянулся за телефоном. Он несколько секунд смотрел на тёмный экран, словно собирался с силами перед шагом, который, он точно знал, погубит его. Он ведь уже знаком с этим. Но это не остановило: Андрей открыл переписку с Ириной Владимировной, пролистал немного вверх, до её голосового сообщения, и включил его. Она спрашивала, удобно ли им прийти к ней на пару пораньше, сколько вообще будет человек, напомнила о домашнем задании. Их переписки были только по учёбе. Но это не имело значения. Сейчас он просто хотел слышать её голос.       Сон оставил после себя не самые лучшие чувства. Только тоску. Андрей понял, как скучал, как невыносимо мучительно будут тянуться оставшиеся до конца каникул дни, как хотел увидеть её.