8

***

      Все дороги ведут в столицу. Об этом Лианна знала от брата, Брандона, который скакал верхом на чёрном коне рядом с отцом и младшим братом. Лианна хотела бы быть с ними, в седле она держалась не хуже братьев, но, к сожалению, ей приходилось мириться с женской ролью. Поэтому девушка коротала почти всю дорогу в карете. Так велел отец.       Компанию Лианне составляли Эмма Карстарк и Дилия Мандели. Они служили ей фрейлинами и должны были остаться с ней в столице. Лианна поджала губы, взглянув на вышивку.       В пути было тяжело сосредоточится и вышивать. Стежки поулались кривыми. Впрочем, они и в тишине и в покое не удавались. Другое дело произведения Эммы или Дилии.       Дорога была нервной и после дождей ее кое-где размыло. Впрочем, чем ближе они приближались к столице, тем качественнее становились дороги. Но Лианна пыталась отвлечься от мрачных мыслей.       Она всеми силами пыталась смириться со своей новой ролью. Да, официально о союзе между наследным принцем и Лианной еще не объявили, но Лианна подозревала, что это произойдёт в конце турнира.       Как ей смириться с этим? Лианна понимала, что рыдать и бунтовать нелепо, такова воля отца. Но девушку это только злило. От бессилия она готова была расплакаться. Вот только слезами дело не поможешь.       Временами Лианна проклинала свою женскую суть. Она не хотела быть королевой, женой принца, не хотела покидать Север и жить на Юге. В стенах Винтерфелла часто говорили о подлости и вероломстве жителей юга. Лианна впитала эти рассказы, как губка.       «Говорят, что все Таргариены безумцы, — вспоминала то и дело Лианна. — Что если и принц Рейгар такой?».       К сожалению, на Севере мало кто видел принц в живую, впрочем и рассказы о нем не доходили до Винтерфелла. Уж очень он был удалён от Королевской гавани и Драконьего Камня.       Мейгор I, по прозвищу жестокий, королева Рейнира, она же Королева-на-полгода, Деймон Таргариен, принц Блошинного конца, Эйгон IV Недостойный, Деймон Блэкфайер, Бринден Риверс, Кровавый ворон, Эйрион Яркое Пламя и многие другие… Сколько безумцев породил Дом Дракона?       Конечно, были среди них и достойные люди. Эймон Рыцарь-дракон, Бейлор Сломи Копье, к примеру. Но их не так уж и много, если задуматься.       Лианна взохнула, сжимая в руках вышивку. Она не шила, а оценивала взглядом своё творение. Старая Нэн сказала, что принц будет рад получить от нее вышитый платок, сказала, что на юге все так делали.       Лианна попыталась вышить трехглавого алого дракона на чёрном поле, но получилось криво и ужасно. Бенжен, увидев вышивку Лианны, заявил, что драконьи головы больше похожи на собачьи. Принцу, вероятно, не понравится. Возможно, он даже посмеётся над ней.       Лианна покачала головой. Вот еще! Что для нее мнение принца, которого она даже не знает?       — Вот бы кто-нибудь попросил у меня ленту, — вдруг мечтательно сказала белокурая Дилия Мандели, глядя затуманенным взором голубых глаз в решетчатое окно.       — Глупости все это, — ответила Эмма Карстарк, покачав головой. — Говорят, что король Эйрис сходит с ума, что он с каждым днем все меньше и меньше напоминает человека.       — Поосторожней со словами, — испуганно округлила глаза Дилия. — Вдруг кто услышит?       — Мы в пути, а вам я доверяю. Вы северянки, а значит не предадите, — ответила Эмма. — А ты как думаешь, Лианна?       — В столице нас всюду будут поджидать опасности, — сказала Лианна. Она вспомнила наставления мейстера Лювина. Он сказал, чтобы она никому не верила, следила за словами и вела себя безукоризненно. Так же ей говорил и отец.       «На твои плечи легла огромная ответственность, — говорил отец. — Ты ошибёшься, весь Север будет платить за твою ошибку. Ты проявишь невежество — весь Север будет в глазах людей невежественным. По тебе будут судить не только Старков, Лианна, не только меня, как твоего отца, но и все королевство..»              Лианна, слушая отца, злилась, смотрела на него волчонком, все еще помня наказание, которое он для нее устроил. Как бы она не пыталась, полностью простить родителя у нее не получалось.       Почему из-за ее действий должно страдать все королевство? Почему ответственность личная всегда уступала ответственности общей? Отец на этот вопрос ответил, что такова природа вещей. Так сложились законы их мира.       К вечеру северяне въехали в город, который оказался просто безобразным на взгляд Лианны. Огромным, переполненным, похожим больше на муравейник. На один из тех, что в детстве разорил Бенжен.       Лианна подумала, что Зимний Городок намного лучше Королевской гавани. Он был уютным и родным, а столица ужасала размерами, шумом и вонью.       В королевской резиденции, когда северян провели в Тронный зал, их встретил десница короля Эйриса II, лорд Стефон Баратеон, высокий и статный мужчина не многим старше отца Лианны.       Десница короля восседал на Железном Троне, расположенным на возвышении. К трону вели ступени, слишком уж крутые, на взгляд Лианны. Да и сам трон казался ужасным и неудобным. Тысяча покорёженных мечей торчали в разные стороны, а свет факелов придавал им жуткие очертания.       — Добро пожаловать в столицу, лорд Старк, — промолвил десница короля, впившись взором прибывших. Лианна усилием воли выпрямила плечи и вздёрнула подбородок, хотя ей было не по себе в окружении незнакомых людей и черепов драконов, стоящих вдоль стен. — Надеюсь дорога вас не утомила?       — Благодарю за беспокойство, милорд-десница, — ответил отец Лианны. — К счастью, беда нас миновала. Позвольте представить вам мою дочь — Лианну.       Лианна вышла из-за спины отца и поклонилась, как ее учили, но с непривычки получилось не очень хорошо. Лорд Баратеон улыбнулся и кивнул, скользнув по ней взглядом. Обмен любезностями продолжился. Отец представил Брандона и Бенжена, а так же еще парочку северных лордов, с которыми прибыл в Королевскую гавань.       — Ваш второй сын, Эддард, уже прибыл, — сообщил десница короля. — Роберт показывает ему город.       Лианна обрадовалась. Она так давно не видела Нэда, с которым в детстве была очень близка. Вместе они подшучивали над Беном и Браном, отчего младший брат плакал, а старший впадал в ярость.       После отбытия Нэда в столицу они обменивались письмами. Нэд писал о своей жизни в Долине, рассказывал про уроки с мейстером, говорил, что лорд Аррен к нему весьма добр. Еще нелюдимый и замкнутый Нэд нашёл в Долине друзей, Роберта, сына десницы, Элберта и Денниса.       «Они бы тебе понравились, Лианна», — писал Нэд, и девушка ему верила.       После обмена любезностями слуги отвели Старков к покоям, приготовленным для них. Но Лианна предпочла бы жить в шатре, но статус обязывал делить сень с королевской семьёй. Особенно теперь, когда Лианна необъявленная невеста принца.       Покои не понравились Лианне. Слишком уж большими были, а обилие гобеленов с драконами только раздражало. Но выбора у нее не было. Поэтому, дождавшись, когда слуги занесут в покои сундуки с одеждой, Лианна велела приготовить для нее ванную. Вечером в королевском чертоге состоится ужин. Лианну представят королевской семье, и она впервые увидит наречённого       Не то, чтобы это ее сильно тревожило, но упасть лицом в грязь не хотелось. Леди должна быть опрятной и чистой, так говорила Старая Нэн.

***

      — Ты прекрасна, дорогая племянница, — промолвила леди Дженна, войдя в покои Серсеи, слишком уж убогие для дочери Тайвина Ланнистера. Видимо король Эйрис в своей гордыне решил указать им, Ланнистерам, своё место. Но ничего.       Тайвин, помня унижение которому подверг его король, сперва не желал приезжать на турнир, но позже смерил гнев на милость. Или делал вид, что смирил. Он не мог не рискнуть. Видимо, надеялся, что общество Серсеи придётся королеве Рейлле по вкусу. Все же Джоанна была подругой королевы. Может, увидев Серсею, Рейлла вспомнит былое и пожелает, чтобы племянница Дженны осталась в столице. А там, возможно, Серсея сможет очаровать принца. В том, что племянница шанса не упустит, Дженна не сомневалась.       — Оставьте нас, — велела Серсея служанкой властным тоном. Они как раз закончили с причёской, и девушка придирчиво разглядывала своё отражение в зеркале, силясь найти недостатки.       — Не слишком ли открыт вырез? — спросила с сомнением Дженна, хотя ее наряды тоже не отличались скромностью. Но в ее возрасте можно все. Она родила троих сыновей и много лет уже замужем. Кому нужны ее прелести? Серсея же девица на выдане…       — Вы сами говорили, что мне не стоит стыдиться своих прелестей, — отозвалась Серсея, продолжая крутиться перед зеркалом. Она была облачена в алое платье, в тон знамени Ланнистеров. Золотистый корсет приподнимал ее груди, а на подоле переливались золотом львы, скалящие пасти. — Я видела знамена Мартеллов, Старков и Талли. У них тоже есть незамужние девицы. Я должна затмить их всех.       — С тобой никто из них не сравнится, — сказала Дженна то, чего жаждала услышать Серсея. Она любила племянников, всех, даже Тириона, но прекрасно видела недостатки каждого. Джейме храбр, но заносив, Серсея умна и амбициозна, но временами бывала жестока. Тирион умён не по годам и послушен, но увечен телом.       — Как думаешь, я понравлюсь принцу? — спросила Серсея, взглянув на отражение Дженны в зеркале. В глазах племянницы Дженна узрела тревогу и страх, что она недостаточно хороша для принца Драконьего Камня. — В прошлый раз он на меня даже не взгялнул.       Прошлым разом Серсея называла турнир, устроенный ее отцом в честь рождения принца Визериса. Девочка подслушала разговор своего отца и Дженны, водилась за ней эта отвратительная черта. Серсея стала одержима идеей выйти замуж за принца. Вот только король Эйрис отверг предложение Тайвина Ланнистера. Да ещё как отверг! Даже сдержанный Киван пылал яростью от оскорбления.       «Слуга не может выдать дочь за принца крови», — это самый мягкий вариант фразы, брошенной надменным королём.       Помолвка не удалась. Таргариены отбыли в столицу, Тайвин рвал и метал, а Серсея тайком плакала в своих покоях, вышивала платки с изображениями драконов и рисовала принца на пергаменте вместо того, чтобы заниматься с мейстером. Ее готовили к роли королевы, а она витала в облаках. Точнее уж летала… Дженна видела рисунки племянницы. Она постоянно изображала светловолосых мужчину и женщину верхом на драконе. Не трудно было догадаться, что это была она в объятьях принца…       С годами одержимость Серсеи не исчезла. Она просила отца отправить ее ко двору королевы Рейллы, но Тайвин упрямо отказывался.       — Столько лет миновало с того турнира, — сказала Дженна, подойдя к племяннице ближе. — Наберись терпения и не делай глупостей. Помни, что мужчины не ценят легких побед.       — Но любовная связь же даёт преимущества, — возразила Серсея.       — Это преимущество временно. Попасть в постель мужчины легко, а вот проникнуть в душу намного сложнее, — рассказала Дженна, жалея, что рядом с Серсеей нет матери. Уж Джоанна научила бы дочь жеснким хитростям. Ей столько лет удавалось смягчать нрав Тайвина, быть его душой и совестью.       — Благодарю за совет, тетя, — отозвалась Серсея, но в ее глазах отражалось привычное и знакомое упрямство. Дженна не сомневалась, что Серсея сделает по-своему. Главное, чтобы позор на себя не навлекла.