Глава 6, в которой торговки на Призрачном рынке получили неожиданное развлечение

Призрачный рынок манил ароматами уличной еды, выкриками торговцев, расхваливающих товар, и стойким гулом разносящихся слухов. Кто-то вполголоса, а кто-то во всю глотку обсуждал убийство незнакомого северянина в борделе. Даже возле входа, где обычно маячили только охранники и парочка бездельников, сегодня было оживленно. Стены пещеры освещали факелы, огни отражались в озере, наполняя грязное помещение волшебным сиянием. Призрачный рынок уже давно превратился из места для тайных встреч в торговую площадку, действующую под покровительством Великих кланов, но скрытые пещеры и речной берег за ними были такими удобными и привычными, что люди продолжали пользоваться именно этим местом. — Он явился в сопровождении кучи стражников! Весь такой важный… Сразу пошел внутрь. Мне Сун-эр рассказывала, она сама видела, — увлеченно вещала среди небольшой толпы толстенькая женщина, стоя за прилавком с булочками. — Кто? Дохлый северянин? — спросил кто-то из покупателей с набитым ртом. — Да нет же! Цензор наш новый. Говорят, такой красавчик… — мечтательно закатила глаза торговка. — Вот бы хоть одним глазком на него взглянуть. — Милая… — смущенно заговорил мужчина рядом, такой же толстый и розовощекий. — Ты еще тут? Где новые булочки? Не принес, конечно же… — резко сменила тон женщина. — Уже несу, милая, уже несу… — мужчина с неожиданной для своей комплекции прытью бросился по мостику к выходу из пещеры, где горели костры и готовилась разная еда. В толпе покупателей хмыкнули. Торговка занялась раздачей оставшихся булочек, и любители слухов потянусь вглубь рынка в надежде услышать еще подробностей. Вдруг парень, протянувший руку за товаром, схватил не только булочку, но и руку продавщицы. — Смотри! Это он! — Парень указал на ворота рынка, рядом с которыми и стоял лоток с едой. — Точно тебе говорю. Твой ненаглядный цензор. Ну и что в нем такого, кроме шмоток… Последние слова парня остались без ответа, но хоть еду получил на халяву. Толстенькая булочница уставилась в указанном направлении, забыв взять монетку и, кажется, даже забыв как дышать. А за воротами действительно был Пань Юэ — без маскировки, без стражников, в своем обычном синем ханьфу с изящной вышивкой, а рядом, как обычно, маячила Ян Цайвэй. Она-то как раз мало выделялась из толпы, потому что была в своем скромном хлопковом наряде и с простой лентой в волосах вместо кучи дорогих шпилек. А цензор привлекал внимание всем своим видом, но держался так непринужденно, будто зашел в изысканный столичный магазин, а не на провинциальный нелегальный рынок. Охранники рынка уставились на новых посетителей с несвойственной им нерешительностью. Знатным людям и чиновникам на Призрачном рынке были, мягко говоря, не рады, обычно их просто выталкивали взашей прямо с порога, но этот конкретный чиновник был императорским цензором и вроде как дружил с Террасой Серебряного дождя, к которой охранники и принадлежали. — Эээ… — все-таки перегородил дорогу один охранник, но так и не сообразил, что сказать. — Всё в порядке, парни, — дружелюбно улыбнулся Пань Юэ, — ваш глава знает, что я здесь. Давайте не будем создавать ему проблем? И цензор спокойно прошел мимо охранников, мимо толпы возле ворот и направился вглубь рынка, как будто точно знал, куда идет. Ян Цайвэй семенила следом, чувствуя себя слишком неуютно под этим градом взглядом, хотя именно она знала этот рынок и знала, куда нужно идти. Сейчас они шли не туда. Девушка впервые прониклась сочувствием к начальнику — на него всегда пялились. За эти десять лет в Хэяне она привыкла быть невидимкой, которую специально не замечают. Так было даже проще, никто ничего от нее не ждал и не требовал, кроме выполнения грязной работы, за которую больше никто не брался. Это было легко. Быть частью безликой толпы, быть такой как все, пусть даже на дне — это было облегчением. Она понимала, что Пань Юэ привык быть в центре внимания, приспособился и к уважению, и к пренебрежению и умел справиться с любым отношением. Но вот так непринужденно зайти на Призрачный рынок в одежде, которая стоила как несколько лотков вместе с товаром и самими торговцами — этого Ян Цайвэй не понимала. Чиновница бросала по сторонам взгляды полные тревоги, но получала в ответ восхищение или недоумение, направленные на ее начальника. Всем своим поведением Пань Юэ показывал, что он здесь не чужой, и люди приняли эти правила игры. Вскоре даже пялиться перестали. — Ну, кажется, мы дали всем желающим налюбоваться, — хмыкнул Пань Юэ, остановившись на мостике над переходом. — Они поняли, что развлечься за наш счет не получится. Пойдем искать, где торгуют ядами и ингредиентами для них. Ян Цайвэй все еще привыкала к мысли, что Призрачный рынок может принять любого, даже модного высокорангового чиновника, поэтому просто кивнула и осмотрелась. Обычно на Призрачном рынке каждый стоял со своим товаром там, где хотел или считал безопаснее всего. Но девушка знала пару постоянных лавок с травами, где торговали всем, что может лечить и убивать, в зависимости от пропорций. Ян Цайвэй уже уверенней развернулась, чтобы сойти с мостика и неожиданно наткнулась на Бай Сяошэн — подруга стояла у нее за спиной и сверлила ее злым взглядом. Девушка, как обычно, была одета без малейшего оттенка женственности и очень практично. — Вы что это удумали? Явиться сюда при полном параде! Еще бы стражников прихватил, как сегодня днем! — бушевала Бай Сяошэн и вдруг ткнула в Пань Юэ пальцем. — Ты же на павлина в курятнике похож! Как вас вообще пустили? Ян Цайвэй обняла подругу и попыталась успокоить. И ее, и себя. — Посмотри вокруг. Им уже плевать на нас и наши наряды. Наверное, А-Цзян распорядился нас пустить, — как только девушка так сказала, она сама поверила в это объяснение. Всё-таки Чжо Ланцзян был и молодым господином Террасы Серебряного дождя, и ее хорошим другом. А значит, Терраса не будет вредить и другому ее другу, Пань Юэ. А люди на дне старались не злить настоящих хозяев города и не трогали признанных друзей и партнеров Террасы. Эта мысль казалась очень успокаивающей и обнадеживающей. — Так что вам здесь надо-то? — примирительно пробурчала Бай Сяошэн. Она была торговкой, мошенницей и попрошайкой, а значит тоже умела быстро приспосабливаться. — Ищем «Персиковую ночь». Ну, или жуков, из которой ее делают, — объяснила Ян Цайвэй. — Слышала что-нибудь такое? — Я и названия-то такого не слышала, — скривилась девушка и выпуталась из объятий. — Но Юй Хао может знать. Ты ее помнишь, невысокая такая? — Конечно! — обрадовалась Ян Цайвэй. — Она же торговала травами, сколько я ее помню. Знаешь, где она сегодня? Пойдем покажешь! И девушки быстро спустились с мостика и нырнули в узкий торговый ряд. Пань Юэ поспешил следом. На миг его лицо приобрело растерянное выражение — цензору показалось, что он вот-вот потеряет девушек в этом лабиринте палаток и лотков. Он слишком привык демонстрировать уверенность, но ощущал ее далеко не всегда. Сейчас он ловил на себе удивлённые взгляды, но репутация друга подруги Террасы давала свои плоды — ему позволяли быть здесь пусть не своим, но и не откровенно чужим. Ощущение, к которому он тоже уже привык. Узкий ряд палаток резко закончился и Пань Юэ удивленно заморгал. Они оказались на берегу озера с другой стороны пещеры. Тут тоже было полно людей, но под открытым небом они не создавали удушающую толпу. Троица направилась к пожилой торговке возле большого куста и девушки уверенно завели разговор. Возле женщины на ветках были развешены пучки каких-то трав, змеиные шкурки и что-то, напоминающее сушеные внутренности каких-то маленьких зверьков, может крыс. Пань Юэ с усилием оторвался от разглядывания товаров и прислушался к разговору. — Ой нет, — отвечала Юй Хао. — Я таким не торгую. Кто их купит, этих жуков… С ними столько мороки, пока приготовишь. Есть много чего попроще. — Какой мороки? — заинтересовалась Ян Цайвэй. — Я читала… — Читать — это глупости, — перебила пожилая торговка. — Делать надо. Я как-то попыталась. Эти персиковые жуки разных размеров — возьмешь жирного и получишь яд. Возьмешь мелкого и не подействует. — Так нам же яд и нужен! — От женишка избавиться хочешь? — подмигнула женщина и кивнула на Пань Юэ, чем его слегка напугала. Бай Сяошэн хихикнула. — Да нет, — не смутилась Ян Цайвэй и толкнула подругу. — Одного мужчину уже убили, и мы ищем, кто мог сделать такой яд. — Аааа, северянин, — понимающе закивала Юй Хао. — Бедняга. Ну хоть счастливым помер. Небось от женушки пытался сбежать. Да и добегался… Вот я что я скажу, барышни. Это кто-то не местный. У нас не продают ни жуков, ни «Персиковую ночь». Я точно знаю — слежу за таким товаром. — Мы все равно поспрашиваем. — Смотрите сами, барышни… А давайте я вам помогу, аж самой интересно стало! — вдруг загорелась энтузиазмом женщина, подозвала мальчишку, сунула ему монетку и назвала несколько имен. Бай Сяошэн сбегала за булочками и к тому времени, как угощение закончилось, к дереву подошли несколько торговцев: парочка мужчин и несколько молодых женщин. Юй Хао объяснила, что все они торгуют лекарствами, ядами и их ингредиентами. Женщины тут же уставились на Пань Юэ и захихикали. Ян Цайвэй в ответ уставилась на них и вдруг поняла, что ей неприятно, когда другие женщины так откровенно заглядываются на ее начальника и бывшего жениха. Торговцы подтвердили то, что и так уже сказала Юй Хао — «Персиковая ночь» популярностью не пользуется, поэтому они ею не торгуют. Жуками тем более. Пань Юэ раздал всем монеты и галантно извинился за беспокойство. Торговцы-мужчины взяли деньги и ушли, а женщины сбились в кучку и начали шушукаться. Ян Цайвэй оценила ситуацию, подошла к начальнику и тихонько подтолкнула его по направлению к торговкам. Он возмущенно на нее уставился. Она кивнула в их сторону. Он присмотрелся к ее решительному и слегка насмешливому выражению лица и все-таки пошел в указанном направлении. — Барышни, вы же что-то знаете, — заговорил с улыбкой Пань Юэ, когда приблизился к женщинам, а потом подошел вплотную, слегка наклонился и заговорщицки прошептал: — Вы даже не представляете, как мне нужна ваша помощь сейчас… — Ой, господин Пань, да что мы… — заговорила одна женщина, но другая толкнула ее и начала рассказывать сама: — Вы такой проницательный, господин Пань. Мне же и правда предлагали этих жуков. Да только я не взяла, кто ж их купит-то. А сама готовить я не умею… — Да неужели? — развернулся к говорящей Пань Юэ. — И кто же был такой недальновидный, чтобы предложить вам непопулярный товар? — Да это Цин Хао, он мне всегда редкие травы привозит, а я их уже тут продаю. В тот раз он и жуков предлагал, и еще разную дичь, но я рисковать не стала. Он такой высокий, но ужасно некрасивый, — женщина зыркнула на Пань Юэ, как будто сравнивая, и снова хихикнула. — Он всегда в перчатках ходит и от него агаром пахнет. Но я его только на рынке и видела. — Спасибо, — кивнул Пань Юэ и потянулся к кошельку. — Ой, не стоит, — показательно-смущенно улыбнулась торговка, протянула руку и погладила шелковый рукав Пань Юэ. — Господин Пань, — подмигнула другая женщина. — «Персиковая ночь» такая капризная, давайте я вам дам проверенное средство. Бесплатно. Ночь длинная, а у вас аж две барышни… — Да что ты несешь! — толкнула говорящую первая торговка. — Разве господину Паню это нужно? Он и с тремя барышнями справится… Только ты третьей точно не будешь. Пошли уже! Женщины захихикали и поспешили прочь. Пань Юэ остался стоять, все еще думая, что это было и как следовало отреагировать. И слышала ли эти шуточки Ян Цайвэй. — Ну и где искать этого Цин Хао? — подошла Ян Цайвэй и стало ясно, что она слышала всё, но виду не подала. Разве что в уголках глаз плясала улыбка. — Искать кого? — раздраженно прозвучало сбоку. — И что вы вообще тут делаете? Из-за куста, обвешанного товарами, вышел Чжо Ланцзян в сопровождении хмурых парней с мечами и уставился на Пань Юэ.