Часть 32. Первая встреча и первая буря

      Спустя час после разговора с Бэкхеном, когда внутренняя буря в его душе немного утихла, Юнги направился в свои покои. Он снял пиджак и галстук, остался в темных брюках и шелковом халате, который был расстегнут, обнажая его мускулистую грудь. В руке он небрежно держал бокал с виски. Юнги направился в комнату Асии. Он вошел бесшумно и присел в кресло в углу комнаты, в тени. Он не хотел пугать ее, когда она проснется. Он просто хотел наблюдать. Быть там, когда ее сознание вернется в этот новый, пугающий мир.       Асия зашевелилась, ее веки затрепетали. Она проснулась. И снова – паника. Она села на кровати, дико озираясь, и ее взгляд упала на него. Она ахнула и отпрянула к изголовью, сжимая одеяло в белых пальцах. — Ты... — ее голос был хриплым от сна и страха. — Я, — спокойно подтвердил он, сделав небольшой глоток виски. — Не бойся. Я не сделаю тебе ничего плохого. — Где я? Что вы со мной сделали? — ее слова вырывались прерывисто. — Кто... кто меня переодел? — Ты в своем новом доме. Во дворце. А переодели тебя служанки, — его голос был на удивление ровным, почти мягким. Он видел, как она тайком проверила свое нижнее белье, и понял причину ее страха. — У них был приказ не трогать твое белье. Оно осталось твоим. Она смотрела на него с недоверием, смешанным с животным ужасом. — Слушай меня внимательно, Асия, — он наклонился вперед, его взгляд стал интенсивным. — Ты здесь, потому что будешь моей женой. Моей принцессой. Но до той поры, пока мы не заключим брак... я не трону тебя. Ты в безопасности от меня в этом плане. Твое тело принадлежит тебе. Пока. Он поднялся, допил виски и поставил бокал. — Теперь отдыхай. Привыкай. Тебе здесь предстоит провести долгую жизнь. Он вышел, и Асия услышала тихий, но отчетливый щелчок поворачивающегося ключа в замке. Она была заперта. Сначала она просто сидела, не в силах пошевелиться, пока слова Юнги обрабатывались ее сознанием. «Не трону тебя». «Твое тело принадлежит тебе. Пока». И тогда ее нервы, натянутые до предела, не выдержали.       Тихий всхлип перерос в рыдания. Она сжала кулаки и закричала в подушку, потом отшвырнула ее. — ЗА ЧТО? — ее крик эхом разнесся по роскошной комнате. — ЧТО Я СДЕЛАЛА ТАКОГО? Я НИКОГДА НЕ БУДУ ТВОЕЙ! НИКОГДА!       Она вскочила с кровати и с размаху смахнула все со столика для чая. Фарфор разбился с оглушительным грохотом. Затем под раздачу попала прикроватная тумбочка – книги, лампа, все полетело на пол. Она подбежала к шкафу и начала яростно выбрасывать на пол всю красивую, дорогую одежду, которую для нее подобрали. — Я НЕНАВИЖУ ЭТО ВСЕ! Я СБЕГУ! Я ОБЯЗАТЕЛЬНО СБЕГУ ОТСЮДА!       Молодая служанка, мисс Ли, приставленная к ней, услышала отчаянные крики и грохот. Ее лицо побелело. Она не стала стучать, а бросилась по коридору искать старшую служанку, госпожу Ким. — Госпожа! Молодая госпожа... она в ужасном состоянии! Кричит, ломает все! Госпожа Ким, не теряя самообладания, кивнула. — Иди доложи королеве. Я предупрежу его высочество.       Служанка побежала в покои Королевы, а госпожа Ким направилась в кабинет принца. Она постучала и, войдя, почтительно склонила голову. — Ваше высочество, прошу прощения за беспокойство. Из покоев мисс Петровой доносятся громкие крики и звуки битья посуды. Кажется, у молодой госпожи истерика. Юнги, сидевший за столом, медленно поднял на нее взгляд. На его лице не было ни гнева, ни удивления. Лишь усталая обреченность. Он тяжело вздохнул, потирая переносицу. — Хорошо, — сказал он на удивление спокойно. — Оставьте ее. Не лезьте к ней. И ни в коем случае не пытайтесь успокоить силой. Когда она устанет и утихнет... тогда доложите мне. — Слушаюсь, ваше высочество.       Госпожа Ким вышла, оставив принца наедине с гулом ярости и отчаяния, доносившимся из другого крыла дворца. Он снова налил себе виски. Он знал, что это лишь начало. Первая буря в море, которое ему предстояло пересечь, чтобы достичь своей цели. И он был готов ждать, пока буря не выдохнется сама собой.