Часть 47. Тихий полдень в саду

Служанка, получив необычное поручение от Асии, немедленно доложила об этом по цепочке. Вскоре новость достигла ушей принца и королевы. — Ваше высочество, — доложила служанка, склонив голову перед Юнги. — Молодая госпожа вышла в сад с принцессой Ханыль. Они... приказали расстелить плед на траве и принести пикниковую корзину. Юнги, изучавший финансовый отчет, медленно поднял голову. На его лице отразилось неподдельное удивление. — Пикник? На траве? — Он отложил ручку. —  Да, ваше высочество. Они попросили корзину с едой, подушки и книги. — Хорошо. Спасибо, вы можете идти. Как только слуга удалился, на губах Юнги появилась легкая, почти невидимая улыбка. Этот поступок был так не похож на все, что он ожидал от нее. Это было... мило.       В это же время личная горничная королевы входила в ее будуар. — Ваше величество, вам будет интересно это узнать. Принцесса и молодая госпожа Асия устроили в саду пикник. Прямо на лужайке. Королева, вышивавшая у окна, отложила работу. — Неужели? На траве? — ее глаза блеснули теплым интересом. — Это же очаровательно. Покажи мне, где они.       Королева поднялась и вышла на балкон своих покоев, откуда открывался вид на ту самую лужайку. И она увидела их. Две фигуры на ярком пледе. Её дочь, доверчиво устроившаяся на коленях у Асии, и сама Асия, облокотившаяся на дерево с книгой в руках. Они что-то читали, и королева увидела, как Ханыль что-то оживлённо говорит, а Асия в ответ улыбается. Не той вымученной улыбкой, что была раньше, а мягкой, настоящей. «О, Боже… — пронеслось в голове королевы. — Они выглядят как настоящие сёстры».       Она не могла сдержать тёплой, материнской улыбки. Она села в кресло на балконе и просто наблюдала, счастливая тем, что её маленькая дочь обрела в этой несчастной девушке подругу, а возможно, и ту самую сестру, о которой всегда мечтала.       Затем обе девушки заснули: Ханыль — на коленях у Асии, а Асия — облокотившись на дерево, с раскрытой книгой в руке. Вторая ее рука бессознательно лежала на волосах спящей принцессы. — Посмотри на них, Миён, — тихо сказала королева своей горничной, не отрывая взгляда от дочери и невестки. — Разве это не самое прекрасное зрелище? — Это действительно так, ваше величество, — улыбнулась горничная. — У принцессы наконец-то появилась сестра. Настоящая. — Да, — прошептала королева, садясь в кресло на балконе. — Именно сестра. Не наставница, не служащая. А сестра. Я не видела Ханыль такой... беззаботной с тех пор, как она была совсем малышкой. Эта девушка... она приносит в наш дом что-то, чего нам так не хватало.

***

      Спустя час Юнги, закончив с неотложными делами, решил взять перерыв. Он нашел Чонгука в бильярдной. — Гук, пойдем в сад. Посмотрим, что там наши принцессы устроили. Они вышли в сад и направились к большому кедру. Приблизившись, они замедлили шаг. Картина, открывшаяся им, заставила их замолчать. Пикник явно закончился. На доске стояли пустые стаканы из-под лимонада. Ханыль крепко спала, устроившись головой на коленях Асии. А сама Асия тоже дремала, прислонившись головой к стволу дерева. В одной её руке была раскрытая книга, а другая лежала на волосах принцессы, словно она гладила их перед тем, как уснуть. — Выглядит так... по-семейному , — тихо заметил Чонгук. Юнги кивнул, его взгляд был прикован к Асии. К ее расслабленному лицу, к ресницам, лежащим на щеках, к руке, все еще лежащей в волосах его сестры. — Она... защищает ее даже во сне, — также тихо произнес он, и в его голосе прозвучало что-то похожее на благодарность. — Не будем их будить, — так же тихо сказал Юнги. — Отнесём их в комнаты.       Они осторожно подошли. Чонгук без труда подхватил на руки маленькую Ханыль. Та что-то пробормотала во сне, но не проснулась. Затем Юнги наклонился над Асией. Он боялся дышать. Он аккуратно просунул одну руку ей под спину, другую — под колени и поднял её. Она была такой лёгкой. Она шевельнулась и тихо простонала. Королева с балкона наблюдала, как ее сыновья несут спящих девушек через сад. На ее глазах выступили слезы, но это были слезы облегчения и счастья. Юнги отнес Асию в ее покои и уложил на кровать, стараясь не разбудить. Но когда он попытался накрыть ее одеялом, она заворчала и зашевелилась, ее веки затрепетали. — Чшшш... — немедленно наклонился он к ней, его голос был низким и успокаивающим, как шепот ветра. — Спи, спи. Все хорошо. Ты в безопасности. Ее лицо смягчилось, дыхание снова стало ровным. Она перевернулась на бок, подтянув колени к груди, в позе полного доверия. Юнги не смог сдержать улыбки. Он наклонился и очень мягко, почти невесомо, поцеловал её в висок. — Спи, моя непокорная принцесса, — прошептал он. — Спи и набирайся сил. Он вышел из комнаты на цыпочках, оставив дверь приоткрытой, и в его душе царил непривычный, теплый покой. Впервые он почувствовал не просто одержимость, а нечто большее. Нечто, что было похоже на начало настоящей, глубокой привязанности.