Часть 62. Уроки, шепот «мамы» и комната для полета

      Дни начали обретать новый ритм, похожий на странный, но уютный танец. Утро часто начиналось с занятий с королевой. В ее светлом, уютном будуаре Асия училась не просто этикету, а языку этого нового мира — как вести светскую беседу, как выразить согласие или несогласие, не нарушая границ, как смотреть, не будучи навязчивой. — И помни, дорогая, главное — не суетиться, — мягко говорила королева, поправляя положение ее спины. — Спокойствие и достоинство. Даже если внутри все дрожит. Иногда к ним присоединялась Ханыль, и урок превращался в веселую игру. Принцесса с серьезным видом демонстрировала, как нужно правильно кланяться, а потом с хохотом падала на ковер, не в силах сохранять важную мину. Асия ловила ее, смеялась вместе с ней, и на мгновение тяжесть короны будущей принцессы становилась легче.       В один из таких моментов, когда Ханыль убежала за забытой куклой, королева, наливая чай, ласково заметила: — Ты знаешь, Асия, я была бы очень рада, если бы ты звала меня просто «мама», когда мы наедине. Мне кажется, мы уже перешли стадию строгих титулов. Асия покраснела, опустив взгляд в чашку. Это слово — «мама» — было для нее связано с таким далеким, почти призрачным теплом. — Ваше величество... мне очень сложно к этому привыкнуть. Но... я постараюсь. Для меня это слово очень особенное. Королева протянула руку и мягко коснулась ее пальцев. — Я понимаю. И я не тороплю. Просто знай, что дверь в это звание для тебя всегда открыта. Позже, за очередным послеобеденным чаем, разговор стал более практичным. — Давай поговорим о важном, — сказала королева, откладывая салфетку. — О платье для помолвки. Есть ли у тебя мысли? Цвет, фасон? Если нет — это абсолютно нормально. Мы можем пригласить лучших дизайнеров и стилистов, они привезут эскизы и ткани. Ты будешь выбирать. Асия замерла. Мысль о выборе своего платья, а не просто об облачении в очередную красивую вещь из гардероба, была новой. — Я... честно, не знаю. Я никогда об этом не думала. Мне всегда нравилось белое, кремовое... что-то легкое. Но, наверное, для такого события нужно что-то более... — Величественное? — закончила за нее королева с улыбкой. — Не обязательно. Это твой день. Он должен отражать тебя. Мы найдем баланс. Я договорюсь о визите ателье. Вечера приносили свое утешение. Возвращаясь в свои покои, Асия часто находила на столике у кровати или на туалетном столике небольшие подарки. То изящный флакон духов с нотами пиона и сандала. То старинное издание сказок с иллюстрациями. То просто букет полевых цветов в простой глиняной вазе — контраст роскоши дворца. Никаких записок. Но она знала, от кого это. Это был немой язык заботы Юнги, его попытка говорить с ней на расстоянии.       И вот однажды, после ужина, в ее дверь постучали. Не служанка с очередным подарком, а он сам. — Можно? — Конечно, — ответила она, откладывая книгу. Он вошел, и в его глазах играли таинственные искорки. — Я приготовил для тебя кое-что. Сюрприз. Но чтобы он сработал... мне нужно завязать тебе глаза. Ты позволишь? Она посмотрела на него, на его выжидающее, чуть напряженное выражение лица. Разум подсказывал осторожность, но сердце, уже начавшее доверять этому новому, внимательному Юнги, перевесило. — Хорошо, — кивнула она. — Позволю. Он улыбнулся, и эта улыбка была такой теплой, что по ее коже пробежали мурашки. Он достал из кармана мягкую шелковую повязку и, убедившись, что она не слишком тугая, осторожно завязал ей глаза. Мир погрузился в мягкую темноту. — Теперь доверься мне, — его голос прозвучал совсем рядом. Затем она почувствовала, как его руки крепко, но бережно подхватывают ее — одна под коленями, другая за спину. Он поднял ее на руки. — Для безопасности, — пояснил он, чувствуя ее легкое напряжение. — Путь недолгий, но с закрытыми глазами можно споткнуться. Она обвила руками его шею, доверяя ему свое равновесие. Он понес ее. Она слышала его ровное дыхание, чувствовала биение его сердца через ткань рубашки, улавливала повороты по знакомым коридорам. Наконец, он остановился, поставил ее на пол, все еще крепко держа за талию. — Готово? — спросил он, и в его голосе слышалось волнение, которое он плохо скрывал. — Готово, — прошептала она. Он развязал повязку. Свет поначалу резал глаза. Перед ней была обычная дверь в одном из крыльев дворца, которое она еще не исследовала. — Открой, — мягко сказал Юнги, выпуская ее. Сердце Асии заколотилось. Она взялась за ручку, нажала и толкнула дверь. И замерла на пороге, не веря своим глазам. Перед ней была не комната, а просторная, светлая студия. Огромные зеркала во всю стену отражали паркетный пол, поблескивающий под мягким светом софитов. Вдоль стен тянулись станки. В углу стояло несколько современных тренажеров для растяжки и силовых упражнений. На столе у окна покоился мощный музыкальный центр. А у дальней стены... у дальней стены стоял небольшой, но изящный комод с открытыми полками, на которых аккуратными рядами лежала танцевальная обувь. Балетки всех оттенков от телесного до черного. Пуанты, осторожно упакованные в шелк. Кроссовки для современных направлений. Все новое, все — ее размера. Это была мечта. Ее личная вселенная, созданная из воздуха в сердце каменного дворца. — О, Боже... — вырвался у нее прерывистый вздох. Она обернулась к Юнги, и на ее глазах уже стояли слезы восторга и невероятной благодарности. Не думая, она бросилась к нему, обвила руками его шею и крепко прижалась. — Спасибо! Спасибо, Юнги! Это... это невероятно! Он подхватил ее порыв, легко поднял и закружил на месте, смеясь ее смеху. Когда он опустил ее, она, все еще на эмоциях, звонко поцеловала его в щеку. — Я так счастлива! — воскликнула она, отбегая, чтобы прикоснуться к гладкому дереву станка, как к чему-то священному. Юнги, с сияющими глазами и легким румянцем на щеках от ее поцелуя, наблюдал за ней. — Одна из служанок как-то заметила, что ты танцуешь в своей комнате, — объяснил он, подходя ближе. — Я подумал, что тебе там очень тесно, и что у тебя должно быть свое пространство. Место, где ты можешь быть собой. Где ты можешь... летать. Я отдал приказ переделать эту комнату почти сразу после того, как ты поправилась. Хотел, чтобы все было готово идеально. Асия подбежала к комоду с обувью, осторожно беря в руки пару бежевых балеток. — Идеально... это даже больше, чем идеально. Это лучший подарок в моей жизни.       Она посмотрела на него через всю студию, и в ее взгляде была не только радость, но и что-то более глубокое — признание, понимание. Он не просто дарил ей драгоценности. Он дарил ей кусочек ее души, ее свободы, заботливо помещенный в безопасные стены. В этот момент между ними в воздухе повисло нечто большее, чем договор или привязанность. Нечто, что было очень похоже на начало настоящей, взаимной близости.