Глава 6. Криди

      От воды молочно-белого цвета пахло цветами и пряностями. Пар заполнил просторную комнату настолько, что Криди не видел, где заканчивалась ванна, в которой он лежал. Аромат от воды смешивался с благовониями и курительными смесями, что так любят кицумы. Это расслабляло и мозг, и тело, пусть Криди устал только вторым.       То была приятная усталось после нескольких часов успешной охоты на вартирай. Криди понимал, что нашествие тварей — не знак чего-то хорошего, а совсем наоборот, но он ничего не мог поделать с охватывающим его предвкушением, с трепетом и восторгом, что он испытывал, отстреливая очередную зубастую голову. Криди любил охоту. Больше, чем что-либо другое. На вартирай, каппук, пусть они особо и не сопротивлялись, иногда на фей и кицум, всё ещё живущих в лесах и на болотах свободно от сделок. Криди брался за любой заказ, ведь кроме охоты ему и заняться было нечем. К тому же, всегда приятно потом утонуть в удовольствии в одном из бесчисленных борделей Моартестемара.       Когтистая изящная рука поднесла к его губам трубку. Криди затянулся, закатил от удовольствия глаза. Одна из кицум массировала его плечи, вторая, забравшись к нему в воду, растирала живот и грудь, чередуя ласковые поглаживания с поцелуями. Каждый раз, когда кицума задевала клыками кожу, у Криди вырывался низкий стон. Хотелось уже вылезти из ванной и отвести двух кицум в соседнюю комнату, чтобы показать, что он тоже умело пользуется клыками, но Криди не двигался. В борделях и домах удовольствия он предпочитал полностью отдаваться в руки красивым девушкам. Души, кицумы, феи, русалки — всё равно. В этом вопросе у Криди не было предпочтений — он хотел всех.       Отстранившись от шеи, кицума взяла его за руку, встала, потянув за собой. Криди послушно последовал за ней. В комнате с большой кроватью уже дымились благовония, на низком столике стоял графин с красным напитком, который кицумы делали сами. Крепкий, терпкий, Криди его не любил, но никогда не отказывался. В глубокой чаше — фрукты. На длинной тахте, выпивая красный напиток из рюмок на высокой ножке, сидели ещё две кицумы. В тонких лёгких одеяниях, которые ничего не скрывали. Криди усмехнулся. Видимо, мадам, которой и принадлежал бордель, что-то от него нужно, раз она прислала к нему аж четырёх кицум. Либо она задумала так его убить. Но Криди не против. Не умереть, конечно, но провести несколько часов в объятиях мастериц удовольствия, в дыме их благовоний так точно. К тому же, очень возможно, что эта ночь — последняя спокойная на долгое время.       С этой мыслью Криди и ушёл на охоту несколько дней назад. Чёткого заказа у него не было, но начинающаяся гроза так и манила запастись патронами и отправиться в леса Неверленда. Напитанных демонской магией патронов, привезённых из человеческого мира, у Криди было предостаточно. Разных калибров, но идеально подходящих его кольтам, с которыми он уже пару веков не расставался. Времена в мире людей идут, оружие меняется, но не было ещё ни одного патрона, которого его усовершенствованные магией кольты не смогли принять.       Другие демоны, пользующиеся своей магией направо и налево посмеивались над Криди, не понимая, зачем стрелять из пистолетов, если есть чары? Криди неоднократно видел, как Оук притягивал к себе, усевшись на диван, бокал виски, оставленный на столе. Обленился, забыл, как показывал на площади у фонтана карточные фокусы и гадал так отвратительно, что гадалки из местных салонов даже не злились, а только смеялись. Криди хорошо помнил те дни, в Неверленде он появился чуть раньше Оука. Они даже дружили какое-то время, потому что вместе чего-то добиться было проще, чем в одиночку. Но однажды они пошли разными дорогами, и Криди это вполне устраивало. Ему было всё равно, кто носит печать бражника и кого величают «господином». А магия, которую усиливали сделки, ему была неинтересна так же, как и сами сделки.       У него была охота, его кольты и минимум сделок, по условиям которых он вкусно пил, имел место для ночлега и проводил ночи в объятиях кицум. А иногда — и не только их. Криди было достаточно, Криди не хотел большего. Его устраивало всё, кроме сделки с Арне Фукудой, которая связала их после позорного проигрыша Криди в покер. Как хорошо, что скоро их перестанет связывать что-либо. Если Криди выживет конечно. Но его устраивала даже Бездна. Он не соврал Арне, сказав, что устал от бессмертия. Возможно, по большей части, он согласился пойти искать Динь именно поэтому. Но думать о том, что ждёт их с Рен там, в лесах и на болотах, и вернутся ли они вообще, Криди не желал. Это мысли дня другого, а сейчас он был занят нежными телами, ласками и громкими стонами удовольствия.       Сколько Криди провёл, предаваясь утехам и сладкому разврату, он не имел понятия. День? Два? Неделю? Он не считал, его никто не гнал, пока не остался совсем один. Осознав, что на смену измотанным кицумам не придут другие, Криди рассмеялся. Он выпил терпкого вина, закусил виноградом и выкурил целую трубку оставленной кицумами смеси. Видимо, ему всё же пора. Интересно, что в обмен на его кутëж попросит мадам? Может, отправить её к Арне? Пусть тот, из-за сделки с которым Криди и пришёл сюда, с оплатой и разбирается. Он-то сам возможно вообще не вернётся в Моартестемар. Решив подумать о проблеме, когда она появится, Криди надел чёрную рубашку, чёрные кожаные штаны, высокие сапоги, кобуру с кольтами и пояс опустевший от патронов, пальто и вышел из комнаты. Спустившись на первый этаж, он поискал глазами мадам, но никого похожего на тучную светловолосую даму он не увидел. Кицумы, которые обычно были с ним ласковы и приветливы, отводили взгляд, делая вид, будто очень заняты нынешним клиентом. От этого Криди лишь рассмеялся и вышел на улицу.       Вышел прямо в ночь. Шумную и пёструю. Воздух был тёплым, и все, устав от дождей и сырости, высыпали на площадь. Гадалки накрыли столы и разложили карты, фокусники с жуткими гримами и полными острых зубов ртами, бары выставили столы, отовсюду звучали песни и смех. Криди такое видел однажды в мире людей, когда они с Арне случайно оказались на шумном городском праздновании, и сейчас ему показалось, что он попал именно туда. Моратестемар был на себя не похож, и Криди не понимал, радоваться этому или нет? Сняв пальто, он перекинул его через локоть, закурил и медленно побрёл в сторону пристани, решив прогуляться, прежде, чем идти домой.       Он брëл, озираясь по сторонам, рассматривая разноцветные огни, тянувшиеся поперёк улицы от одной крыши дома к другой, которые явно кто-то сотворил совсем недавно, фей, торгующих амулетами и оберегами, гадалок, ворожей, поющих под аккомпанемент арф русалок… У них, собравших зрителей у фонтана, Криди и остановился. Не то, чтобы он любил пение и русалок, но ему захотелось почувствовать себя частью царившей на улицах города атмосферы. Их было пятеро. Девушки и парни. Изящные, с такой тонкой кожей, что через неё просвечивали вены. Волосы у всех и каждого — словно самая глубокая впадина, чёрные. Шеи и груди увешаны множеством украшений, которые заменяли русалкам одежду. Они пели песни без слов, звеня и гремя своими украшениями. Пели завораживая и увлекая. При желании, они запросто могли бы увести на дно морское всех обителей Моартестемара. Однажды Криди и сам попался на крючок чар обаятельной русалки. Так попался, что еле отцепился, заказав себе этим дорогу на Русалочьи острова, а Фиэрра стала той, кем являлась сейчас.       Криди стоял среди толпы, осматривал их лица, пока не зацепился взглядом за Рен, сидевшую на каменном бортике фонтана. Видимо, почувствовав, что на неё смотрят, она повернула голову, улыбнулась и махнула ему рукой. Криди подозрительно прищурил глаза. Обычно Рен делала вид, будто они не знакомы. Это Криди всегда допытывал её болтовнёй, кричал приветствия, если видел её на улице. Рен сама бы никогда не улыбнулась ему. Видимо, Арне уже поговорил с ней. Интересно, она сама приняла решение позвать его, Криди, с собой? Или это Арне надоумил? Рен махнула ещё раз, подзывая Криди к себе. Он, сделав вид, что не понимает её жеста, обернулся, словно смотрел, кто стоит позади него. Затем он ткнул себе в грудь пальцем и выгнул бровь, мол, это ты мне? Рен закатила глаза.       — Мало нам дождей, ты решила на остров апокалипсис наслать? — усмехнулся Криди, встав напротив Рен.       — Я просто решила поздороваться, — пожала Рен плечами.       Криди оглядел её. Узкие тёмные брюки, на бедре — ремень с кинжалом. Кожаный широкий пояс с пряжками и револьвером. Чёрная блуза была расстегнута на две верхние пуговицы. Рядом с Рен на бортике лежал чёрный пиджак. Белоснежные волосы собраны в высокий хвост. В ней сразу было видно правую руку Верховного демона Моартестемара. Не только по одежде или оружие, а по взгляду, позе, в которой она сидела. Пусть Рен, как она сама говорит, ненавидела сделки и весь Неверленд в целом, нежизнь здесь оказала на неё огромное влияние, сделала сильнее и, в какой-то степени, лишила человечности. Криди был уверен, реши Рен свергнуть Оука и занять его место, у неё бы получилось.       — Это и подозрительно, — ответил Криди. — Что тебе нужно?       Рен очаровательно улыбнулась.       — Пройдёмся? Или, может, угостишь меня выпивкой?       — Или сразу пойдём ко мне. Зачем тратить время на прелюдии?       Улыбка сошла с лица Рен так же быстро, как и появилась. Криди рассмеялся, запрокинув голову.       На глаза даже слëзы выступили.       — Если тебе нужно лишь затащить меня в постель, то нам не о чем разговаривать.       Схватив свой пиджак, Рен встала и уже хотела уйти, но Криди, поймав её за локоть, развернул к себе.       — Ох, Рен, — низко произнëс Криди, — я не против затащить тебя не только в постель. Я не слишком прихотлив, знаешь ли.       На бледных щеках Рен вспыхнул румянец. Надо же, подобную реакцию на его слова, Криди ещё не видел. Наклонившись к лицу Рен, он спросил:       — Ну так что? Моё время тоже чего-то стоит.       Сбросив смущение, Рен ухмыльнулась.       — Видимо, оно стоит слишком дорого, раз никому не нужно, и ты постоянно ошиваешься в «Утëнке». Цена должна соответствовать качеству, Криди. Ну, или поработай над рекламой.       Рен попыталась вырвать руку, но Криди притянул её к себе ещё ближе. Рен зашипела от боли. Видимо, он задел её когтями. Ну, бывает. В другой ситуации Криди бы даже извинился.       — Будем считать, что моё, как ты выразилась, ошивание в «Утëнке» только из-за моего особого отношения к тебе, — усмехнулся Криди. Он мазнул носом по носу Рен и чуть отстранился, не отпуская её руки. — Но, если не хочешь ко мне, то давай пройдёмся. Так уж и быть.       Когда Криди отпустил её руку, Рен тут же сделала пару шагов в сторону, увеличивая дистанцию между ними. Смерив его взглядом, Рен развернулась и зашагала прочь. Криди последовал за ней.       — Не знал, что в мире людей гуляют бегом, — сказал Криди в спину Рен. — Может, притормозишь? На удивление, Рен сбавила шаг, позволяя догнать её. Когда Криди поравнялся с ней, она бросила короткое:       — Извини.       Они пошли в сторону пристани, огибая собравшихся на улице. Молча. Криди и так знал, о чём Рен хочет с ним поговорить, поэтому не торопил, дав возможность собраться с мыслями и силами. Наконец, Рен сказала:       — Вообще, я искала тебя несколько дней.       — Был занят, — пожал Криди плечами. — Вартирай сами себе головы не отстрелят.       — И кицумы, видимо, сами себя тоже не… — Рен осеклась, закусила губу.       — Не стоит ревновать. Я же не высказываю тебе за Оука.       Рен резко остановилась и уставилась на Криди так, словно он сказал что-то ошеломляюще ужасное.       — А ты думала, никто не знает, что ты с ним трахаешься? — сказал Криди рассмеявшись. — Милая моя, я знаю Оука ни одну сотню лет. Знаю, какие девушки ему нравятся, и знаю, что он ни за что не упустит возможности поставить на колени красотку вроде тебя. Но в этом нет ничего такого. Не ты первая, не ты последняя.       Рен открыла рот, чтобы что-то ответить, но Криди опередил её:       — И не нужно говорить, что у тебя нет выбора. Он всегда есть. Как минимум, ты могла бы трахаться со мной.       — Поверь, — приторно улыбнулась Рен, — у тебя на это больше шансов, когда ты молчишь.       — Могла бы сразу об этом сказать. Всё, молчу и слушаю, что же тебе от меня нужно.       Рен глубоко вздохнула и начала:       — Несколько дней назад у меня состоялся очень занятный разговор с Арне Фукудой. Он рассказал мне парочку историй, и одна показалась мне довольно любопытной. Не знаю, в курсе ли ты про легенду о Динь.       — В общих чертах. Слышал довольно давно от подвыпивших перевëртышей, — расплывчато ответил Криди.       Не враньё, но и не правда. Он действительно впервые услышал о Динь в баре, сидя в тёмном углу недалеко от пьяных перевëртышей. Но подробнее ему рассказал уже Фукуда.       — Так вот, я хочу попробовать её найти. Вдруг она поможет мне вернуться домой.       — А я тебе нужен, чтобы… — подтолкнул Криди.       — Мне нужно… Я хочу, чтобы ты пошёл со мной. Ты знаешь Неверленд лучше кого бы то ни было, знаешь как не погибнуть от лап вартирай. Без тебя меня сожрут стоит столько очутиться за городом.       Пожалуйста, Криди, я готова на любую сделку.       Криди молчал. Он и так согласится, но решил сделать вид, что раздумывает, чтобы для Рен всё выглядело правдоподобнее.       — Ну не знаю. Сделки меня не интересуют, а у тебя вряд ли есть что-то… настолько заманчивое. Да и тащиться Бездна знает куда, мне не очень хочется. Хм… — протянул Криди, постучав изогнутым когтем по подбородку. — То есть, я могу попросить всё, что захочу?       Рен кивнула.       — Раз так, оставлю это желание на потом. Я пойду с тобой Ренэйт Бэкланд, буду сопровождать в этом опасном путешествии, а взамен ты исполнишь одно моё желание, когда придёт время. В точности и беспрекословно. Таковы мои условия сделки во имя Питера Пэна.       Рен не отвечала, пристально глядя на Криди тёмными глазами, словно пыталась найти в нём признак лжи и подвоха. Ему стало немного обидно. Из всех, кто промышлял сделками, Криди был самым добропорядочным и честным. Поэтому, наверное, Рен сейчас и не могла ему поверить.       — Ладно, — наконец сказала она. — Я согласна на твои условия. Ты идëшь со мной искать Динь, оберегаешь и защищаешь, а взамен я беспрекословно выполняю одно твоё желание.       Рен протянула руку, чтобы скрепить сделку рукопожатием. Криди на это рассмеялся.       — Такие сделки, дорогая, нужно скреплять по-взрослому, а иначе какой смысл их заключать.       Криди приблизился к Рен и, подняв её подбородок, поцеловал в губы. Рен не сопротивлялась, но и не отвечала. Она держала губы сомкнутыми и просто позволяла Криди её целовать.       — Если ты не откроешь рот, я тебя укушу, — выдохнул Криди. — Давай, Рен, сделка должна быть скреплена.       — Я уже жалею, что позвала тебя, — ответила она.       И на его реплику, и на поцелуй, позволяя Криди проникнуть языком в её рот. Криди почувствовал коснувшуюся его магию. Она пощекотала пальцы, потоком ветра взъерошила волосы, запахла свежей зеленью и весной. Казалось, сделка была заключена не только между ними с Рен, но и между чем то большим. Словно сам Неверленд её одобрил.       Внутри Криди что-то болезненно сжалось. Он отстранился от Рен, но продолжил держать её за подбородок, глядя прямо в глаза. Карие, но в ночи кажущиеся чёрными бездонными колодцами. Словно в них — вход в Бездну. Быстро, за секунду, в голове Криди пронеслась мысль: «зря мы это затеяли», но отступать было поздно. Магия не прощает нарушения сделок.       — Когда выдвигаемся? — спросил Криди, стараясь, чтобы его голос звучал, как всегда, насмешливо и беззаботно.       — Завтра на рассвете, — ответила Рен.       Она положила руку на ладонь Криди, которая всё ещё сжимала её подбородок, и мягко опустила.       — Надеюсь, ты успеешь закончить свои дела, — продолжила Рен, улыбнувшись.       — Об этом не беспокойся, — ухмыльнулся Криди. — Значит, завтра на рассвете. Заскочим в «Утëнок» пропустить по стаканчику? Напоследок.       — Смотря, как Оук воспримет новость о моём уходе из города. Я ещё не говорила с ним. Решила, что, если ты не согласишься, то и нет смысла пытаться.       — Хочешь, с ним поговорю я? Мы теперь связаны одной сделкой. Твоё дело — моё дело.       Рен покачала головой.       — Я сама должна с ним разобраться, но, — она улыбнулась ему так, как ещё не улыбалась. Словно, после поцелуя, связавшего их магическими узами, увидела его, Криди, с какой-то другой стороны. А, может, Рен просто так сильно понравилось с ним целоваться, что она напрочь потеряла голову. — Спасибо.       Криди кивнул.       — Тогда до встречи. Рен.       — На рассвете у фонтана.       И, не прощаясь, она зашагала в ту сторону, откуда они пришли. Зашагала, покачивая бёдрами так соблазнительно, что Криди смотрел ей вслед, пока Рен совсем не скрылась из виду. Тогда Криди прикурил сигарету и тоже побрёл в сторону площади с фонтаном. Там этой ночью было самое веселье, которое он не мог пропустить. Если учесть, что совсем скоро ему отправляться в путь, из которого он может и не вернуться. Лучше провести последние часы с выпивкой и интересными беседами, чем надумывать себе различные исходы их с Рен предстоящего путешествия, которые могут и не произойти.       Прямо надо головой Криди гаркнул ворон. Ему показалось, что птица даже задела когтями его рога. Криди попытался найти ворона глазами и заметил его на ближайшем фонарном столбе. Огромный, теряющийся в черноте ночи. Ворон смотрел прямо на Криди, словно ждал от него каких-то новостей, но Криди был уверен, что Ульяна и Дитрич, кому принадлежала птица, уже и так всё знают. Их вороны порой подслушивают в самых неожиданных местах. Так что Криди просто хмыкнул, отсалютовал ворону двумя пальцами от виска и, дымя сигаретой, побрёл дальше.       Ворон вновь пролетел над ним, только уже нарочно дëрнув когтями за волосы.       — Ах ты..! — возмутился Криди, попытавшись схватить гадкую птицу.       Но ворон уже летел к крышам домов, жмущихся друг к другу так, словно за каждым кусок земли в Моартестемаре нужно продать свой род до седьмого колена вместе с любимой кошечкой. Описав круг и пронзительно гаркнув, он опустился на вытянутую руку девушки. Она стояла на крыше, освещаемая лишь серебристым светом двух лун. Острая, даже не смотря на то, что родилась в Неверленде, в Моартестемаре чужая. Ульяна глядела на Криди. Он чувствовал это всем телом, будто по коже бегало множество жуков. Захотелось поëжиться, но Криди сдержал этот порыв. Он, бросив остатки сигареты себе под ноги, затоптал её ботинком и вновь продолжил свой путь, надеясь, что больше никто не помешает ему добраться до бара и хорошенько выпить.