Глава 2

"Кровь и обязательства"

Хогвартс, февраль 1943 года, ночь

Тайная комната открылась перед ними с глухим, зловещим скрипом, как будто стены сопротивлялись их вторжению. Элинор вошла первой, оглядываясь по сторонам. Она знала, зачем они здесь: заключить кровный договор — магическую клятву, которая свяжет их навсегда. Том следовал за ней, его взгляд был холодным и расчётливым. Он наблюдал за ней неделями, и сегодня всё должно было измениться. Сегодня они станут связаны не только общей целью, но и магией, которая сильнее их самих. Комната была обставлена, как забытое время: пыльные полки с книгами, покрытыми странными рунами, стол с чёрным мраморным покрывалом, на котором лежал обсидиановый нож. Том принёс его специально для ритуала. Элинор знала: этот нож уже брал жизни — не обязательно физические, но что-то не менее важное. — Ты уверена, что готова? — спросил Том, наблюдая, как она касается лезвия. Его голос был ровным и безэмоциональным. — Кровный договор — это не игра. Он свяжет нас навсегда, и нарушить его будет невозможно. — Я не боюсь крови, — ответила Элинор, её голос был твёрдым, но внутри она чувствовала напряжение. — Я боюсь обмануть саму себя. Том сделал шаг ближе. Его тень слилась с её тенью, как будто они уже одно целое. — Мы заключаем этот договор, потому что один не справится, — сказал он. — Ты хочешь вернуть мать. Я хочу победить смерть. Но для этого нам нужна общая сила. Элинор кивнула. Она понимала, что без него у неё нет шансов. А он знал, что она — единственная, кто не боится его тёмной стороны. — Кровный договор требует крови и клятвы, — сказала она, открывая книгу на закладке. — Крови того, кто готов отдать часть себя, и клятвы, которую нельзя нарушить. Том взял нож. Его движения были точными и уверенными. — Тогда давай начнём, — сказал он. Он провёл лезвием по своей ладони первым. Кровь, чёрная и густая, упала на страницу. Символы зашевелились, как живые, реагируя на его кровь. — Твоя очередь, — сказал он, передавая нож. Элинор не колебалась. Она знала, что если остановится, то потеряет всё. Она сделала надрез на ладони и смотрела, как их крови смешиваются на странице. Книга задрожала, а тени в комнате сгустились, обвивая их, как змеи. — Кровь принята, — констатировал Том. — Теперь клятва, — сказала Элинор, чувствуя, как магия проникает в неё, как ледяной ветер. — Я клянусь найти способ вернуть её, — произнесла Элинор, глядя на смешанную кровь. Том замер. Его глаза потемнели, как будто тени внутри него ожили. — А я клянусь, — сказал он, — что ты никогда не останешься одна. Его слова прозвучали как приговор. Книга вспыхнула чёрным светом, и их руки сцепились над страницей. Магия прошла через них, как удар током — болезненный и неизбежный. Когда свет погас, на странице остались два новых символа — один для неё, один для него. Кровный договор был заключён. Элинор отстранилась, её дыхание сбилось. Она понимала, что теперь они связаны навсегда. Том смотрел на неё так, будто она принадлежит ему. И это пугало её больше, чем любая магия.