Глава 3

"Наблюдение и контроль"

Хогвартс, февраль 1943 года, вечер

Большой зал сиял огнями и был наполнен смехом и шумом. Ученики общались, ели, смеялись — всё как обычно. Элинор сидела за столом Слизерина, отдельно от всех, как всегда предпочитала одиночество. Сегодня что-то было не так: Том Реддл, который обычно игнорировал всех, сегодня сел рядом с ней. Слизеринцы обменялись удивлёнными взглядами. Лестрейндж, сидевший напротив, поднял бровь, но промолчал. Он знал, что Том не терпит вопросов. Остальные начали шептаться. — Реддл, ты сегодня в хорошем настроении, — сказал Абботт, капитан команды по квиддичу, с натянутой улыбкой. — Видно, общение с Вейн идёт тебе на пользу. Том улыбнулся — своей холодной, расчётливой улыбкой. — Возможно, — ответил он, не отводя глаз от Элинор. Она чувствовала, как его взгляд буравит её. Она знала, что это не просто общение. Это часть его плана. Но не могла ничего сделать. — Вейн, — обратился к ней Абботт, — ты, кажется, никогда не общалась с Реддлом раньше. Что изменилось? Элинор замерла. Она не ожидала такого вопроса. — Мы нашли общие интересы, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Очень интересно, — сказал Абботт, улыбаясь. — Надеюсь, это не мешает твоим занятиям. — Конечно, нет, — ответила Элинор, чувствуя, как Том сжимает её руку под столом. Это был не жест поддержки, а предупреждение. В этот момент мимо них прошёл Дамблдор. Он остановился, глядя на них с лёгким любопытством и подозрением. — Мистер Реддл, мисс Вейн, — сказал он, — я рад, что вы наконец-то нашли общий язык. Надеюсь, это положительно скажется на ваших занятиях. Том кивнул, его глаза оставались холодными и безэмоциональными. — Конечно, профессор, — ответил он. Дамблдор ещё раз посмотрел на них и отошёл, но Элинор видела, как он обменялся взглядами с профессором Слизнортом. Она знала — Дамблдор что-то подозревает. Если он узнает что девушка хочет провести темный ритуал, последствий не избежать — Он что то подозревает, — прошептала она Тому, когда профессор отошёл. — Пусть подозревает, — ответил Том, пожимая плечами. — Он ничего не сможет узнать. — До тех пор, пока кто-нибудь не разболтает, — сказала Элинор. Том улыбнулся — той своей опасной, расчётливой улыбкой. — Тогда нам нужно быть осторожнее, — сказал он. — Но не останавливаться. Элинор не ответила. Она знала, что он прав. Но она также знала, что уже слишком поздно — их кровный договор связал их навсегда. Лестрейндж, сидевший рядом, наконец не выдержал. — Реддл, — сказал он, — что ты замышляешь? Том посмотрел на него с холодной, безэмоциональной улыбкой. — Ничего такого, что тебя касалось бы, Лестрейндж, — ответил он. Лестрейндж кивнул и отвернулся, но Элинор видела, как он обменялся взглядами с остальными слизеринцами. Они не понимали, что происходит, но знали, что не должны вмешиваться. — Они боятся тебя, — сказала Элинор. — И правильно делают, — ответил Том, вставая. — Страх держит людей на расстоянии. Он протянул ей руку. — Пойдём. У нас есть дела. Элинор посмотрела на его руку. Она знала, что если возьмёт её, то уже не сможет отказаться. Но она также знала, что у неё нет выбора. Она взяла его руку. И они вышли из зала, оставляя за спиной удивлённые взгляды, шёпот и профессора, который смотрел им вслед с глубокой тревогой.