Глава 3

      В первые же дни на своей новой работе Эдмунд снова столкнулся с принцем Каспианом, когда тот рассёдлывал лошадь после прогулки.       - Ваше Высочество, если Вы позволите, я займусь этим.       Каспиан вздрогнул, не услышав, как Эдмунд вошёл в денник.       - О. Да, ладно, мне нравиться заботиться о Дистрии.       И, судя по тому как, Дистрий тыкался в карманы Каспиана в поисках спрятанных угощений, коню тоже нравилось, когда его всадник ухаживал за ним. Каспиан дружелюбно улыбнулся Эдмунду.       - Благодаря этому я могу отвлечься от занятий, за что я ему благодарен.       Хотя Эдмунд искренне разделял с ним это чувство, ему пришлось притвориться необразованным крестьянским мальчиком, плохо знакомого с учителями и домашним заданием.       - Как скажете, Ваше Высочество, - сухо ответил он, вежливо поклонившись.       - Пожалуйста, зови меня Каспианом.       Эдмунд изобразил удивлённое выражение лица.       - Я не могу, Ваше Высочество. Вы - принц. Это было бы неприлично.       Улыбка Каспиана померкла, и он повернулся, чтобы продолжить чистить Дистрие.       - Неприлично, да, я думаю это так.       Эдмунд моргнул, когда увидел печальное выражение лица Каспиана, и его осенило. Принц был одинок. Эдмунд угодил в ловушку, предположив, что Каспиан ведёт ту же жизнь, что и он в Кер-Перевале. Но если Эдмунд был окружён сёстрами и братом, и Филиппом, и многочисленными дружелюбными нарнийцами, то у Каспиана, казалось, не было никого. Мираз не производил впечатления хорошей отцовской фигуры, и вероятно хотел держать Каспиана изолированным, чтобы исключить возможность создания им альянсов с кем-либо из сверстников. И, учитывая, что они были примерно одного возраста, Каспиан вероятно видел в Эдмунде потенциального друга, несмотря на, а может быть и благодаря его статусу. Придав своему лицу нейтральное выражение, Эдмунд тихо взял щётку и принялся за другой бок Дистрия.       - Дистрий хорошо скакал, Каспиан?       Эдмунд услышал, как щётка Каспиана застыла на шее Дистрия. В ответе принца была слышна радость.       - Он хорошо поработал, хотя всё ещё боится бабочек, - Каспиан улыбнулся Эдмунду через спину Дистрия. - И никого больше, прошу заметить. Он может справиться со змеями, кроликами и листьями, но не бабочками.       Парни посмеялись над Дистрием. Эдмунд нежно похлопал коня.       - Ах, Дистрий. Мы тебя ни в чём не упрекаем. Просто двое друзей смеются друг над другом, не так ли?       Каспиан скопировал его движение и ухмыльнулся, выглядя сильно младше своих лет.       - Если мы друзья, можно узнать твоё имя?       Скрытый король улыбнулся в ответ.       - Называйте меня Эд, если хотите.       Словно приветствуя его, Дистрий ткнулся в него головой, когда Эдмунд снова погладил его. Впервые с того момента, когда он осознал, что всё, что он знал в Нарнии, ушло, Эдмунд почувствовал себя счастливее. Эти двое не были Филиппом и Питером, но они могли стать его друзьями.       Почти два месяца Эдмунд играл роль Эда, конюха и тельмаринского крестьянина. Хотя работа была не слишком обременительной (он, конечно, заработал немного мышц, а может просто восстановил те, что у него когда-то были) и Каспиан стал хорошим другом, Эдмунд всё ещё тревожился. Он не слышал ничего о своих сёстрах и брате, ни одной подсказки о том, где они могли бы быть или чем они занимаются, в безопасности ли они? При любой возможности он выгуливал лошадей на дальней опушке, надеясь увидеть спрятавшегося нарнийца или быть увиденным теми, кто его ищет.       Хотя Эдмунд думал, что хорошо скрывает своё волнение, Каспиан казалось видел его насквозь. Это открылось в один день, когда Каспиан ехал на Дистрии, пока Эдмунд занимался с Бланко. Принц видел, как взгляд Эдмуна блуждал в сторону востока, и мягко разорвал тишину:       - Ты скучаешь по семье, не так ли?       Эдмунд повернул голову, чтобы взглянуть на Каспиана. Они не особо много говорили на личные темы, предпочитая обсуждать лёгкие. Всё что Эдмунд когда-либо говорио о своей семье было то, что они работали на одной из восточных ферм, возможно из-за этого Каспиан заметил куда смотрел Эдмунд.       - Я очень скучаю по ним. Прошло много времени: мы никогда не жили порознь так долго.       - Какие они?       Было очевидно, что Каспиану было любопытно, возможно из-за тоски по собственной настоящей семье. Эдмунд посмотрел на восток.       - Моя мама... моя мама, - намеренно исправился себя он, как когда Каспиан пытался научить его правильному тельмаринскому, - И мой папа - хорошая пара, но они много и тяжело работают, чтобы свести концы с концами. У меня есть брат твоего возраста, Каспиан, и две сестры. Я... - Эдмунд вздохнул, вспомнив день, когда он видел свою семью в последний раз. - Мы с братом ссоримся - ссорились - пока я не расстался с ними. Мои последние слова ему были злыми.       И Эдмунду было трудно простить себя за это. Питер может и вёл себя как идиот, но Эдмунд всегда старался поддержать своего брата и короля, несмотря ни на что. И всё же он был эгоистичен и вреден на вокзале, и кто знает, какие последствия повлечёт за собой его ошибка?       Каспиан посмотрел на него с сочувствием.       - Мне жаль. Ты не можешь их навестить?       Если бы.       - Нет. Меня послали сюда работать и я буду работать. Я сохраняя своё жалование для них. Я надеюсь, что мой брат или сёстры однажды приедут и заберут его, - Эдмунд потряс головой и одарил Каспиана слабой улыбкой. - Я хотел бы увидеть их снова.       Каспиан кивнул, его лицозадумчиво застыло.       - Я хотел бы... Я хотел бы, чтобы и у меня была семья, о которой я мог бы так заботиться. Я не часто вижу моих дядю и тётю. Возможно... Возможно, когда мой кузен родится, у меня будет тот, о ком я смогу заботиться.       Эдмунд резко вернулся в настоящее и прищурился.       - Кузен?       Принц кивнул.       - Да. Моя тётя должна разродиться к концу месяца. Я думал об этом все знают.       Он слышал, что Леди Принапризмия была беременна, но, если верить сплетням из конюшни, то же самое можно было сказать и обо всех остальных придворных дамах, их дочерях и даже о Лорде Миразе. Конюхи не всегда были достоверными источниками информации. Эдмунд натянуто улыбнулся.       - Я наверно не обратил внимания. Поздравляю твою тётю.       После этого беседа сменила курс, но новость не покидала головы Эдмунда. Это вероятно была чрезвычайно опасная ситуация для Каспиана, о которой принц похоже из-за своей наивности не подозревал. Если ребёнок окажется мальчиком, у Мираза будет свой собственный кровный наследник; и у Лорда-Протектора исчезнет необходимость сохранять Каспиану жизнь. К счастью, Каспиан не заметил отвлечённости Эдмунда, когда они продолжили прогулку.       Позже, той же ночью, лёжа на полотнище в маленькой комнате, которую он называл своей, Эдмунд разбирал мысли в своей голове. За то время, что он знал Каспиана, Эдмунд всё больше убеждался в том, что принц был главной причиной его возвращения в Нарнию. Окружённый океаном суровым и, если верить слухам, жестоких тельмаринских вельмож, Каспиан каким-то образом смог вырасти без всей той тьмы, среди которой он жил. И Эдмунд догадывался, откудя могла взяться эта свобода: из того же месте, где Эдмунд надеялся найти союзника для спасения жизни своего друга.       "Ладно, это объясняет чуть больше," - подумал Эдмунд, закрыв книгу и откинувшись на спинку стула. Помещение, в котором он находился, было чем-то средним между комнатой и кабинетом, тесная, но уютная. Лишённая каких-либо украшений, кроме полок и книг, комната очень сильно напоминала Эдмунду дом его друга, гнома Манканика. Что, конечно, укрепило его подозрения о хозяине комнаты.       Хозяине, который только что вошёл в комнату, замерев, как только он увидел Эдмунда, сидящего на его столе неподалёку от камина. Эдмунд небрежно откинулся на спинку стула, скрестив руки.       - Пожалуйста, входите, доктор Корнелиус. Я ждал Вас. Оу, и возможно Вы захотите закрыть дверь.       Настороженно профессор сделал, как ему сказали, почувствов угрозу в словах парня.       - Ты работаешь в королевских конюшнях, - произнёс старик, узнав его по одной из немногих поездок верхом с Каспианом, на которые тот смог его уговорить.       - Это так.       Пустое выражение лица Эдмунд, кажется, смутило Корнелиуса.       - Могу я помочь Вам?       Скрытый король позволил себе устрашающую улыбку.       - Ах, но доктор, мне кажется это Вы нуждаетесь в помощи. Я не думаю, что Мираз одобрит то, что Вы учите принца историям о Старой Нарнии.       Чтобы подтвердить свои слова, Эдмунд продемонстрировал книгу, которую читал, полную правдивых историй о Нарнии.       Корнелиус напрягся, услышав обвинение.       - Вы ошибаетесь. Я не учил Каспиана ничему из этих книг, как и приказал Лорд-Протектор.       Эдмунд просто ухмыльнулся.       - Я не думаю, что могу верить Вам: мистические уроки астрономии на башне, которая возможно не подходит для наблюдения за звёздами, но подходит для того, чтобы сказанное оставалось неуслышанным любопытными. Книги о Королях и Королевах прошлого и зверях, способных говорить. И, по моему мнению, мать или отец с кровью гномов в их жилах.       - Чего Вы хотите? - спросил потрясённыц Корнелиус, пятаясь понять, откудаэтот крестьянин столько узнал.       - Меня не заботит то, что Вы гном или рассказываете сказки. Меня волнует то, что Вы совершаете мятежные действия по отношению к моему Лорду-Протектору. Если Вы верны ему, я не стану сражаться с Вами.       Корнелиус натороженно посмотрел на него.       - Я верен.       - Ты готов отказаться от всех клятв верности, кроме тех, что дал ему? - Эдмунд наблюдал, как Корнелиус кивнул, пусть и неохотно. - Ты откажешься от своей преданности Нарнии?       - Да.       - Этому Верховному Королю?       - Я... Да.       - Аслану? - повисла напряжённая тишина, поэтому Эдмунд продолжил давить. - Откажетесь ли Вы от своей преданности этому льву Аслану?       Корнелиус заметно дрожал, видя перед собой не просто парня, а свою собственную смерть. Тем не менее, Эдмунд увидел момент, когда он принял решение.       - Я не могу.       Эдмунд угрожающе поднял бровь и встал, даже если он был ребёнком, он всё ещё был выше учителя.       - Я буду вынужден доложить о вашей вине перед моим Лордом, если только ты не откажешься от этого львиного владыки.       Корнелиус вызывающе поднял подбородок.       - Ни за что на свете я не предам Аслана.       - А что насчёт Каспиана? Без сомнения, Ваш ученик увидит всю тяжесть Вашего наказания за измену моему Лорду. И, конечно, разделит его.       Глаза полугнома горели непоколебимой верой.       - Тогда это станет моим последним испытанием для него: он должен остаться верным добру и Аслану и не поддаваться злу своих предков. Ибо я не отрекусь от Аслана.       На мгновение Эдмунд обрушил на профессора всю свою внушительную и опасную ауру, но Корнелиус не дрогнул. Затем, мгновенно изменившись так, что Корнелиус недоумённо моргнул, Эдмунд расслабился и с приятным смехом похлопал мужчину по спине.       - Хорошо сказано, мой друг. Ты показал себя отличным нарнийцем.       Внезапное исчезновение всякого чувства опасности заставило Корнелиуса пробормотать:       - Что?       Эдмунд смущённо улыбнулся.       - Прощу прощения, сэр. Я хотел убедиться в Вашей преданности прежде, чем раскрыть себя.       - Раскрыть себя? Я не понимаю.       - Думаю Вам извечто, что гномы были не единственными нарнийцами, которые связали себя родственными узами с тельмаринцами.       Корнелиус поправил очки.       - Я... Хотите сказать, что Вы - нарниец?       Эдмунд кивнул.       - Даже в твоих книгах, говорится о людях-нарнийцах, которые прячутся среди врагов.       - Да, но... Я не понимаю.       Эдмунд посерьёзнел, когда они перешли к делу.       - Вы спросили меня, чего я хочу. Мне, как и Вам, кажется, что принц Каспиан - единственная надежда на будущее Нарнии. Надежда, которая находится под угрозой из-за рождения своего кузена, как Вы знаете. Я хочу спасти его.       Корнелиус поник, очевидно это тяготило и его.       - Да, я знаю, что он в опасности. Я... Я думал... - внезапно он остановился, на его лице промелькнуло подозрение. - Почему я должен доверять Вам, после того как Вы вломились в мою комнату и угрожали мне?       Эдмунд ответил с улыбкой:       - Потому прямо сейчас я не направляюсь к Миразу со своими подозрениями. Потому что ты знаешь меня как друга Каспиана. И потому что у тебя нет другого выбора.       Всё ещё неуверенный, Корнелиус всё же кивнул в знак согласия.       - Хорошо. Я пытался придумать план, как спасти Каспиана от его дяди, но меня постигла неудача.       Эдмунд присел на второй стул, уступив доктору его место.       - Тогда нам надо начинать планировать, мой дорогой профессор. У нас осталось очень мало времени.