Глава Пятнадцатая: Спонсор

Город Мёртвых не спешил раскрывать свои тайны. Евгений бродил по его тусклым тоннелям часами, но «Летописец» оставался мифом, призрачной легендой, которую все упоминали, но которую никто не мог указать пальцем. Вместо этого он натыкался лишь на новые лики отчаяния: торговцев, предлагавших сомнительные благословения, игроков, сражающихся на Арене за зрителей, и вечный давящий шёпот, полный слухов, которые вели в никуда. Отчаяние начинало подтачивать его изнутри. Он стоял в одном из бесчисленных каменных гротов, наблюдая, как по мутному ручью, именуемому «Слёзной жилой», плывут отсветы чужих воспоминаний, а их отлавливают Собиратели, и чувствовал, как его решимость даёт трещину. Он отдал часть себя, чтобы войти сюда, и теперь этот город насмехался над ним, скрывая единственное, что имело для него значение. И тогда воздух перед ним задрожал. Он не сгустился и не потемнел — он стал чище, прозрачнее, будто в нём возникла дыра в иную, стерильную реальность. Из этой пустоты шагнул он. Спонсор. Он выглядел как человек. Слишком уж как человек. Идеально подогнанный костюм, ни единой морщинки, ни пылинки. Улыбка — ровная, вежливая, лишённая тепла. Его глаза были самыми человеческими и самыми пугающими — в них читался бездонный холодный интеллект, изучающий Евгения как интересный экземпляр. — Детектив Евгений, — произнёс Спонсор. Его голос был бархатным, убедительным, голосом дорогого адвоката или финансового советника, — вы ищете то, что не имеет цены в плоти или памяти. Вы ищете путь. А путь — это информация. Евгений замер. Рука инстинктивно потянулась к спрятанному оружию, но он знал — это бесполезно. Существо перед ним было того же порядка, что и Лавочник, но куда более опасное. — Что ты предлагаешь? — хрипло спросил Евгений. — Я предлагаю то, что вам нужно. Местоположение… нашей общей цели. Мальчика и его… спутницы, — Спонсор сделал лёгкий жест, и в воздухе на мгновение проступил контур карты с пульсирующей точкой. — Они здесь. В Городе. Временно стабилизировались. — Какова цена? — Евгений знал, что ответ его не обрадует. — Цена всегда одна, — в глазах Спонсора вспыхнул крошечный алый огонёк. — Свет. Ваша жизненная сила. Ваша воля к бытию. Не вся, конечно. Пока что. Достаточно, чтобы вы почувствовали… облегчение. И опустошение. Евгений сглотнул. Он чувствовал свой Свет — ту самую ярость и решимость, что горели в нём, не давая сломаться. Отдать часть этого… это было похоже на согласие отрезать кусок собственной души. — Я могу предложить что-то другое, — попытался он торговаться. — У меня есть… — У вас нет ничего, что представляло бы для меня интерес. Кроме этого... — мягко прервал его Спонсор. — Плоть — для Лавочника. Память — для Процессоров. Мне же нужна сама суть жизни. Решайтесь, детектив. Их убежище не вечно. И другие уже близко. Мысль о Людях Старика, о том, что они могут найти Даню первыми, заставила Евгения сжать кулаки. Он видел перед собой лицо Семёнова. Слышал механический голос, говоривший: «Их нет». Чувствовал вкус пепла на губах от рухнувшей реальности. «Коли сделал выбор…» — Ладно, — выдохнул он. — Бери. — Мудрое решение. Спонсор поднял руку, но не дотронулся до него. Он просто щёлкнул пальцами. И Евгений упал. Не физически. Он рухнул внутрь себя. Это было не больно. Это было как… как выдернуть из розетки шнур жизненной силы. Яркий, жгучий внутренний огонь, что согревал его все эти недели кошмара, вдруг погас на треть. Его ярость осталась, но стала холодной и далёкой, как звёздный свет. Решимость никуда не делась, но теперь её приходилось поддерживать силой воли, а не первобытным инстинктом. Он почувствовал леденящую пустоту, физическую слабость, от которой потемнело в глазах. Он едва устоял на ногах, на секунду забыв вообще, кто он и зачем здесь. — Договор исполнен, — прозвучал голос Спонсора будто из-за толстого стекла. В его сознании вспыхнуло чёткое и неоспоримое знание. Он видел извилистый путь через нижние тоннели, ведущий к старой, заброшенной станции метро, носившей когда-то название «Преображенская». Он знал, что именно там, в карманном измерении, скрывается Света со своей добычей. — Удачи, детектив, — сказал Спонсор, и его фигура начала растворяться. — Вам потребуется вся ваша… оставшаяся… сила. Он исчез. Евгений опёрся на холодную каменную стену, пытаясь перевести дыхание. Мир вокруг казался тусклее. Звуки — приглушённее. Он поднял руку и с ужасом увидел, что его пальцы слегка дрожат. Он отдал часть своего пламени, и теперь холод подземного мира начал по-настоящему проникать в его кости. Но он знал дорогу. Выпрямившись, он сделал шаг. Потом другой. Его движения были тяжелее, в глазах стояла тупая усталость, которой раньше не было. Но в остатках его Света, в этой холодной ярости, всё ещё горела одна мысль, одна цель. Он поплёлся вглубь тоннеля, оставив за собой часть себя в качестве платы. Он был уже не просто тенью. Он стал призраком, движимым одной лишь волей, постепенно растрачивающим себя в погоне за ответами, которые, он чувствовал, могли его окончательно уничтожить.