Глава 1

      — И вот так сто лет назад великий король Ли Чжи У основал государство Хвансо… Джиха, тебе не надоело слушать постоянно эту легенду?       — Но она такая интересная!       Телега, занимавшая пол дороги, остановилась. Мальчик, который до этого с удовольствием чистил и кидал в рот тыквенные семечки, наклонился от резкой остановки, и горсть семечек упала на землю. Мул, запряжённый в телегу, издал недовольное ржание.       — Джиан! — крикнул Джиха и кинулся собирать семечки.       В следующий миг его за шиворот вытянули из телеги, одним движением поставив на ноги.       — Давай, братишка, теперь твоя очередь идти на своих двоих.       Джиан ловко запрыгнула в телегу, где, помимо сена и нескольких корзин с овощами, оставалось место только на одного человека. Она взяла горсть семечек и начала неторопливо закидывать их в рот под недовольным взглядом своего маленького брата. Телега тронулась с места, и по округе вновь разнёсся топот копыт.       — Расскажи мне ещё раз, — потребовал Джиха, ведя мула.       — Хватит. Забудь про эту легенду.       — Джиан! Первый король Хвансо был таким мужественным, я тоже хочу стать таким, когда вырасту.       Девушка закатила глаза, услышав эти слова.       — Глупости. Эй, разве я не говорила тебе, что он уничтожил Священную Обитель духов? Из-за этого всем шаманам пришлось несладко.       — Это ты шаманка, так почему я тоже страдаю?       Джиан подняла руку и дала брату оплеуху, отчего он вскрикнул. Мул снова заржал, словно смеясь над его несчастьем.       — Бессовестный! Будь благодарен своей старшей сестре!       Джиха, потирая лоб, промолчал. Он не решился снова провоцировать сестру и отвернулся, понуро опустив голову. Они выросли в бедности и зарабатывали на хлеб изгнанием неупокоенных душ, которые лишились своего пристанища сто лет назад. Покинув Обитель, души начали превращаться в злых духов и проникли в каждый уголок недавно освоенного государства. По приказу Ли Чжи У, правившего более двадцати лет, шаманы подверглись преследованию, из-за чего многие из них оказались убиты, а тайные знания утеряны. После его смерти давление ослабло, и немногие из оставшихся шаманов разделились, отправившись в разные части страны. Уже много лет они избавлялись от неупокоенных душ, которые беспокоили жителей Хвансо.       Джиха тихо ворчал, пиная камень носком прохудившихся соломенных сандалий. Камень перелетел несколько ям и упал в колючий куст. Джиха опустил голову и увидел, что подошва его старой обуви отделилась и осталась на дороге. Мальчик поднял ногу, с отчаянием глядя на длинный хлопковый носок, грязный из-за дорожной пыли.       — Джиан, мои сандали… — произнёс он и с отчанияем посмотрел на сестру.       Мул не остановился и побрёл дальше. Увидев это, Джиха схватил подошву и запрыгал на одной ноге, хватаясь за края телеги.       — Ты сам виноват! Зачем пинал камни? — воскликнула Джиан. — Ха-ха-ха! Тётушка тебя точно накажет!       Джиха мгновенно побледнел, отчего Джиан начала смеяться ещё громче. Сестра их покойной матери лично сделала для него несколько пар обуви, однако за несколько дней он успел изорвать их все.       — Я же не виноват! Это тётушка плохо плетёт сандали! — воскликнул Джиха, всё ещё прыгая на одной ноге.       — Хочешь, чтобы я передала ей твои слова?       Джиха испуганно посмотрел на широкую улыбку своей сестры. Суровый нрав их тётушки был страшнее любой катастрофы!       — У меня обувь на месте, — похвасталась она и подняла ногу. — И ещё пара осталась.       — Джиан, я понял, я понял!. — крикнул он. Мул отошёл уже довольно далеко, отчего мальчик оказался позади телеги. — Позволь мне сесть в телегу!       — Если извинишься передо мной!       — За что мне извиняться? — начал сопротивляться он, однако, увидев, что мул не останавливается, мигом понял. — Прости! Шаманы очень важны, очень нужны, я был не прав. Мы же семья! Страдает один — страдают все!       Джиан прыснула со смеху и остановила телегу. Джиха допрыгал до неё и остановился, чтобы отдышаться, однако сестра, схватив того за талию, быстро посадила брата в сноп сена. Для своих двенадцати лет он был маленьким и тощим, отчего поднять его не составляло труда. Мул тут же сдвинулся с места, и от резкого движения мальчик упал в сено. Выбравшись, он тут же спросил:       — Твои ноги сильно устали?       Джиан улыбнулась и ничего не ответила. Взяв морковь из одной корзины, она с хрустом откусила кусочек, а остальное протянула мулу. Он тут же схватил морковку и начал с жадностью грызть. В это время года было очень тепло, и, наконец, можно было собрать часть урожая. На землю много дней подряд падали тёплые солнечные лучи, отчего лица брата и сестры были очень загорелые. Дождь шёл не так часто, и выросшие овощи были довольно мелкие, однако такие бедняки, как они, могли радоваться даже этому.       Брат и сестра шли с самого утра и только к вечеру добрались в небольшую деревню, в которой проживала их тётушка со скверным характером. В полях по обе стороны от дороги работали люди. Джиан остановила телегу возле ручья с прозрачной чистой водой и дала мулу попить воды.       — Что мне делать, Джиан? Тётушка будет ругаться… — сказал Джиха, всё ещё держа в руках оторванную подошву.       — Скажем, что был дождь, — успокоила его сестра.       Брат скептически посмотрел на небо, на котором не было ни единого облачка. На его лице читалось явное сомнение.       — Она не поверит…       — Тогда просто скажи правду.       Джиха прикрыл глаза и нахмурил брови, серьёзно раздумывая о том, что же делать. Когда его ладони коснулось что-то влажное, мальчик распахнул глаза и увидел, как мул жуёт соломенную подошву в его руке. Джиан, набирающая воду из ручья в деревянное ведро, обернулась и, увидев это, засмеялась. Джиха потянул остатки своей обуви, однако понял, что это бесполезно, и отпустил. Подошва тут же исчезла во рту ненасытного животного.       Дом их тётушки располагался на невысоком холме, и им пришлось подниматься в гору. Джиха и Джиан сзади толкали телегу, которая так и норовила скатиться вниз. Мальчик ворчал, когда наступал на камни правой ногой, на которой теперь не было обуви. Солнце уже начинало садиться за горизонт, когда они прибыли в нужное место. Джиха устало упал на траву и принялся разминать свои ноги, жалуясь на боль. Джиан же постучала в дверь, и через некоторое время её открыла женщина средних лет с уже поседевшими волосами. Её лицо покрывали морщины, а в тёмных глазах виднелась усталость. Увидев племянников, женщина улыбнулась.       — Тётушка, ты скучала по нам? — спросила Джиан и обняла её.       — Да-да, скучала, — женщина посмотрела ей за спину. — Что это вы привезли?       — Дядя Ёнсук дал нам это…       Тётушка подбежала к телеге и осмотрела продукты, после чего вздохнула и покачала головой.       — Мошенник. Он мошенник! — начала ругаться она. — Что это за мусор? Как ты могла принять это за свою усердную работу?       — Я же изгнала совсем маленького духа, у меня пять минут на это ушло…       — И что? Я же просила мясо! Он что, не мог отдать одну из своих куриц? Джиан, они совсем не уважают труд шаманов! Будь проклят этот мошенник!       Продолжая громко ругаться, тётушка зашла в дом, хлопнув дверью. Джиха вздрогнул и испуганно покосился на сестру.       — Ну вот, теперь у неё ещё и настроение плохое… — прошептал он.       Джиан подошла к телеге и начала разгружать продукты. Большую часть составляла морковь и редис, однако дядя Ёнсук любезно положил им ещё и немного капусты и фасоли.       — Хорошие же продукты… — продолжал ворчать Джиха.       — На самом деле, дядя Ёнсук дал мне ещё кое-что, — произнесла Джиан.       — Что?       Она достала из-за пазухи несколько монет и тайком показала ему, боясь, что кто-то случайно может увидеть.       — Это же… — глаза брата заблестели. — Дядя заплатил тебе деньгами? Ещё и так много? Теперь тебе хватит на колокольчик?       Джиан уже много месяцев втайне от тётушки собирала деньги для того, чтобы купить колокольчик, привлекающий злых духов. Она усердно копила, каждый раз пряча монеты.       — Мне не хватает ещё несколько мун, — ответила Джиан и спрятала деньги. Услышав её слова, Джиха сильно расстроился.       Брат и сестра занесли овощи в дом, и тётушка, увидев их, немного успокоилась. Джиан взвесила в руке качан капусты и сказала:       — Почему бы нам не приготовить капустные лепёшки?       — Капуста нам ещё пригодится. Лучше сходи набери риса.       Пока тётушка зашивала одежду, Джиан отправилась в небольшую кладовую, крыша которой уже давно накренилась. Открыв ящик, в котором хранился мешок с рисом, шаманка с разочарованием увидела всего пару горстей. Рис скоро закончится, и им опять придётся искать, где бы его добыть. Тётушка, в силу своего возраста, не могла вырастить много. Следующая зима, должно быть, будет суровой.       Джиан сжала губы и высыпала оставшийся рис в миску, после чего вернулась в дом. Тётушка ругала Джиху, который, шмыгая носом, с понурым видом и одной сандалей на ноге стоял возле стола.       — Что ты за неряха такой! — повторяла она, делая новую пару обуви. — В слудющий раз что, придётся сделать тебе сразу десять пар? Ты совсем не заботишься о моём здоровье!       Джиха держал пучок соломы, продолжая шмыгать носом. Он молчал, не решаясь спорить с суровой женщиной.       — Тётушка, он не виноват. Это твой мул съел его обувь, — заступилась за брата Джиан, поставив миску на стол.       — Нужно лучше следить за ним.       — Не ругай его, он сегодня хорошо поработал и очень помог мне.       Тётушка взглянула на Джиху, и тот начал быстро кивать головой, обрадовавшись, что сестра за него заступилась. В таком случае гнев обрушится не только на него, и будет не так обидно!       — Он уже взрослый, а всё продолжает таскаться за тобой. У него даже способностей шамана нет, так чего ты продолжаешь брать его с собой? Лучше бы оставила. Джиха может помогать мне работать в поле.       — Я сама тебе помогу завтра. А Джиха поймает рыбы. Да, Джиха?       Мальчик радостно закивал. Тётушка, увидев их переглядки, фыркнула.       — А ты? — спросила она внезапно.       — А что я?       — Тебе нужно поскорее выйти замуж и заниматься своим хозяйством, а не следить за старой тёткой!       Брови Джиан дёрнулись. Она и сосчитать не могла, сколько раз тётушка просила её наконец выйти замуж. Это безумие длилось уже несколько лет.       — Тётушка, что ты говоришь? Ты ещё не старая. Тем более, мне ещё девятнадцать…       — Тебе уже девятнадцать! Ох, постой. Разве твой день рождения не завтра?       Джиан с облегчением выдохнула. Возможно, в преддверии её дня рождения она не станет больше ссориться? Однако, её надежды мигом рухнули.       — Раз тебе двадцать, это ещё хуже! Умрёшь старой девой.       Джиан вздохнула и не стала больше с ней спорить. Эту женщину было невозможно в чём-либо убедить. Джиха уснул почти сразу после ужина, а его сестра села возле окна и начала зашивать одежду. Сначала тётушка молча наблюдала за ней, а затем сказала:       — Твои способности стали лучше.       Джиан замерла с иглой в руке. Её шаманские силы и правда были очень хороши и почти дотягивали до уровня покойной матери, которая при жизни славилась своими способностями. Однако, именно из-за этого при прошлом короле, десять лет назад, её и казнили. Джиан старалась жить тихо, используя силы только для борьбы с неупокоенными душами и снятия простых проклятий. Она зарабатывала на этом совсем немного, поэтому дворец всё ещё не поймал её.       — Я не так хороша, как мама, — произнесла Джиан с лёгкой улыбкой.       — В твои годы моя сестра уже умела снимать сложные проклятия. Она помогала всем, никому не отказывала.       В голосе тётушки слышалась печаль. Морщины на её лице разгладились, отчего оно стало выглядеть мягче.       — Знаю.       — Ты так похожа на неё… — раздался вздох.       И это Джиан также прекрасно знала. От её матери ей передалось аккуратное лицо с тонкими чертами, маленький прямой нос и чуть округлые щёки, однако самым притягательным в её внешности были глаза. Тёмные и глубокие, они словно таили в себе множество секретов. Если бы не загорелая кожа, присущая всем крестьянам, она бы могла считаться великолепной красавицей.       Тётушка хотела сказать что-то ещё, однако в этот момент раздался громкий стук в дверь.       — Тётушка Гиль И! Джиан! — раздался крик с улицы.       Джиан быстро открыла дверь и увидела молодую девушку, которая жила в деревне.       — Дауль? Что произошло?       — В Хангане случилась беда! Там злой дух, и он очень опасен.       Джиан нахмурилась. Она и её тётушка сейчас были единственными шаманами в округе, а в Хангане жили много невинных людей. Если злой дух и правда такой опасный, как говорила Дауль, значит им придётся избавиться от него.       — Тётушка, я поеду. Присмотри за Дохвой.       — Будь осторожна и не нарывайся на неприятности.       Джиан кивнула и, взяв с собой ритуальные принадлежности, запрягла мула. Если поторопиться, то она успеет доехать до города менее, чем за час. Как только девушка скрылась из виду, Дауль тут же поменялась в лице. В её глазах застыла тревога.       — Небеса, что же теперь будет? — тихо произнесла она.

***

      Джиан въехала в город глубокой ночью. Она ожидала увидеть панику, однако было тихо. Шаманка не понимала, что происходит. Разве Дауль не сказала, что в городе опасный злой дух? Джиан оставила мула и прошлась по тихим улицам.       — Что-то не так… — произнесла она, осмотревшись.       В душу закрались сомнения, и Джиан, сглотнув, отступила на несколько шагов. Она быстро приняла решение покинуть Ханган, однако дорогу ей перекрыли несколько человек. Подняв взгляд, Джиан вздрогнула, а в её сердце похолодело. Это была королевские солдаты. Шаманка развернулась и бросилась бежать, однако не успела сделать и нескольких шагов, как её схватили. Мир перед глазами тут же поплыл.