ГЛАВА 9: АРСЕНАЛ

Они почти бежали обратно с вышки. Карта Ивана жгла Егору карман. Когда они добрались до дома, тишина была страшнее крика. Наталья и Катя сидели, забившись в угол, бледные, но живые. Валера разложил карту на полу. — Вот. — Он ткнул пальцем в пометку "АРСЕНАЛ". — Это наш шанс. — Это ловушка, — тут же сказала Наталья. — Валера, это очевидно. Он хочет, чтобы мы туда пошли. — А у нас есть выбор? — Валера посмотрел на "съеденную" стену. — Сидеть здесь и ждать? Наталья молчала. — Я иду, — сказал Стас. В его голосе была лихорадочная, почти безумная надежда. Оружие. Настоящее, понятное, железное оружие. — Я иду, даже если вы все тут останетесь. — Мы идем втроем, — решил Валера. Егор кивнул. — Наталья, Катя. Забаррикадируйтесь. Что бы ни случилось, не открывайте до заката. Мы вернемся. Прощание было коротким. Они взяли арматуру, топорик и фонари. Когда Валера закрывал за собой дверь, он поймал взгляд НатальTи. Он был полон не страха. Он был полон сожаления. Этот путь, по карте Ивана, вел в другую сторону. Здесь было иначе. Лес был не просто старым. Он был... мертвым. Снег был серым, будто присыпанным пеплом или тленом. Из-под него торчали не корни, а скелеты. Ржавые балки, куски бетона, толстые кабели, уходящие в промерзшую землю. — Это... это была база, — прошептал Егор. — "Глубинная-4" была не просто шахтой. — Тише, — прошипел Валера. Здесь не было звуков. Ни птиц. Ни ветра. Только их собственный хруст снега. Они чувствовали это. Оно наблюдало. "Смотрящий". Егор резко остановился. — Что? — дернулся Стас. — Ничего, — Егор посмотрел на верхушки деревьев. — В этом-то и проблема. Абсолютная тишина. Они нашли его через сорок минут. Это был не просто бункер. Это был шрам из серого, покрытого инеем бетона, вросший в холм. Воздух пах слабым металлическим дымом, будто что-то тлело здесь недели назад. Снег у самого порога был не белым, а грязным, с серыми разводами, и на нем виднелись тонкие, хаотичные царапины, будто кто-то полз внутрь. Тяжелая стальная дверь. — Заперто, — выдохнул Стас. — Нет, — Егор подошел и толкнул ее. С громким, ржавым стоном дверь подалась. Она была приоткрыта. Из щели ударило горячим паром холодного воздуха и резким запахом озона. "Это ловушка", — снова прозвенел в голове Валеры голос Натальи. Стас ударил ладонью по бетонной стене у входа. — Черт... Звук умер. Он не дал эха. Он утонул в стенах, будто они были сделаны из мокрой ваты. — Здесь... вязкий воздух, — прошептал Егор, включая фонарь. — Мне плевать, — пробормотал Стас, уже заглядывая внутрь. — Там пушки. Внутри пахло озоном и мокрым бетоном. Длинный, узкий коридор. Они слышали только одно: звук капающей воды. Но он был слишком ритмичным. Кап. Пауза. Кап. Словно кто-то дышал в стену. Они шли, проверяя каждую комнату. Пустые кабинеты. Перевернутые столы. — Здесь! — крикнул Егор. Комната в конце коридора. "АРСЕНАL". Тяжелый амбарный замок. — Отойди, — Валера вставил конец арматуры в дужку. Они навалились вдвоем. ХРЯСЬ! Замок сорвало. Комната была маленькой. Пустой. Кроме одного. На стене, в простом деревянном креплении, висел он. Старый, потертый помповый дробовик. Приклад был перемотан черной изолентой. — Да... — Стас благоговейно снял его. — Патроны, — Егор нашел на полке коробку. — Десять. На прикладе, приклеенная скотчем, была записка Ивана:  "ОНО НЕ УБИВАЕТ ИХ. ТОЛЬКО ЗЛИТ. НЕ ХОДИ В СЕКТОР Z. ОН ВИДИТ ВСЕХ." — Псих, — бросил Стас, проверяя механизм. — Оружие есть оружие. Пошли. Они повернулись к выходу. Шшш-хлюп. Звук был не в коридоре. Он был в комнате. Кап. Что-то горячее и липкое упало Егору на шею. Он вскрикнул, стирая жижу, пахнущую железом. — Где?! — Валера метнул луч фонаря по углам. Пусто. Шшш-хлюп. Над ними. Егор задрал фонарь. На потолке не было формы. Была лишь ртуть. Многослойная масса глаз, которая сдвигалась и перетекала, глядя на них со всех сторон. Раздался тихий щелчок, будто треснула пленка. Оно отцепилось. Оно упало тяжелее, чем выглядело. Плюх. Как мешок с мокрым мясом, рухнувший между ними и дверью. Воздух выбило из легких. — Свет! — заорал Егор. Луч фонаря ударил в тварь. Она зашипела, но не отступила. В узком пространстве ей было некуда бежать. — Стреляй! — заорал Валера, отталкивая Егора. — Нет! Записка! — крикнул Егор. КЛАТЦ-КЛАТЦ! Стас, обезумев от страха и адреналина, передернул затвор. — УМРИ! БУУУУУМ! Сенсорный ад. Оглушающий белый свет вспышки выжег им глаза. Вслед за ним — удар по ушам, будто кто-то вдавил пальцы в барабанные перепонки. Валеру и Егора швырнуло на стену. Во рту мгновенно появился металлический привкус крови. Егор рухнул на колено, полностью дезориентированный. Когда дым рассеялся, они увидели... "Смотрящий" взорвался. Стены были покрыты черной жижей, которая шипела, разъедая бетон, и лопнувшими глазными яблоками. Тишина. Только звон в ушах. Голоса звучали как из-под воды. — Я... — Стас смотрел на дробовик, дрожа. — Я... смог... — Идиот... — Валера поднялся, хватаясь за голову. — Ты оглушил нас всех! — Мы уходим, — Егор вытер с лица мерзкую слизь. — Сейчас же. Они вывалились из бункера на серый дневной свет. Стас сжимал дробовик, как святыню. Он смог. Он победил. Валера остановился. Он прислушался. Звон в ушах проходил. Он посмотрел на черный вход в бункер. Тишина. Потом — вибрация. Очень тонкая, еле заметная. Пыль с навеса бункера чуть дрогнула. Тишина. И затем — низкий, утробный звук, будто что-то огромное в недрах базы глубоко втянуло в себя воздух. РЁВ. Он был не животным. Он был слишком правильным, механическим. Он ударил с такой силой, что снег с веток деревьев перед ними осыпался, а у Валеры заболело в груди. Стас инстинктивно пригнулся, будто звук летел над головой, как снаряд. И в ответ — где-то в глубине мертвого леса — что-то гулко ухнуло, будто сам лес вздохнул. — Что... что это? — прошептал Стас, опуская дробовик. — Записка, — сказал Егор, бледнея. — "Оно не убивает их. Только злит". — Это не "Смотрящий", — понял Валера. — Это... начальник тюрьмы. Они побежали. Они неслись через мертвый лес обратно к дому, сжимая в руках свое бесполезное, проклятое оружие, зная, что они только что позвонили в колокол.