Часть 20:Радужный лес

Путешествие заняло пару дней, и вот они уже почти у цели. На ночь они остановились на краю величественного Радужного Леса, устроив лагерь под огромным деревом с листьями, переливающимися всеми цветами спектра. Воздух здесь был густым и сладким, наполненным ароматами неизвестных цветов и влажной земли. Уснув, Сергей снова очутился на той самой бескрайней цветущей поляне. Перед ним, как и в прошлый раз, материализовалась дракониха Жизнь, её чешуя переливалась всеми оттенками зелени и нежными лепестками. «Приветствую снова, дитя двух миров,» — её голос был тёплым, как весенний ветерок. «Я благодарна тебе. За то, как ты принял дитя Ночи в своём сердце. За то, что сохранил эту жизнь, несмотря на больные обстоятельства его зачатия. Это... исцеляет старые раны.» Сергей молча кивнул, чувствуя, что это не просто комплимент. «И в качестве благодарности я расскажу тебе кое-что,» — продолжила Жизнь, её радужные глаза стали серьёзными. «Ты не первый человек, попавший сюда по моей ошибке. Лет сто назад... тоже по моей оплошности, сюда попал другой. Но его судьба сложилась иначе. Он тоже обрёл любовь... и потерял её. Совершил глупость, о которой потом горько сожалел... и именно его отчаянный поступок положил начало тому, что люди стали рабами. Подробности я не скажу. Это его крест, и не мне его раскрывать.» В воздухе позади Сергея снова затрещало, и из тёмного разрыва ступила Смерть. Трава вокруг её костяных лап мгновенно почернела. «Сестрёнка, ты бы ему ещё его судьбу на карте звёздной показала! Хватит вызывать его по всякой ерунде!» — её ледяной голос был полон раздражения. «А ты можешь? Показать мою судьбу?» — спросил Сергей, повернувшись к ней. Багровые огоньки в глазницах Смерти вспыхнули. «Конечно, могу. Как и она. Ты умрёшь в следующий раз во время занятия любовью со своими драконихами. Одна из них... например, эта весёлая песчаная... сядет тебе на лицо в порыве страсти и нечаянно задушит. Смерть от удушья в объятиях любимой. По-своему поэтично.» Сергей помрачнел на секунду, представляя эту абсурдную картину, но затем не смог сдержать смеха. «Ладно... зато умру счастливым.» «Она лжёт!» — воскликнула Жизнь, её лепестки затрепетали от возмущения. «Она просто сама хочет оказаться на их месте!» «Что?!» — Смерть отшатнулась, и её костяная броня издала скрипящий звук. «Как ты смеешь!» Сергей, наблюдая за ссорой двух космических сущностей, только качал головой с улыбкой. Эта картина никогда не переставала его удивлять. Проснулся он с той же улыбкой на устах. Рядом сладко посапывала Жара, прижавшись к нему своим тёплым боком. «Что тебе снилось такое весёлое?» — лениво спросила она, потягиваясь. «Да так, ничего особенного, — отшутился Сергей, гладя её по спине. — Просто два вечных ребёнка, которые вечно ссорятся.» Войдя в Радужный Лес, они спешились. Величественные деревья образовывали над их головами плотный, разноцветный полог, сквозь который пробивались лучи солнца, создавая на земле движущиеся узоры из света и тени. «Слушай, — тихо сказал Сергей Жаре. — Если нас кто-то остановит, говорить будешь ты. Легенда простая: ты от имени Ночи передаёшь весточку её матери. Я просто твой молчаливый охранник-человек.» К их удивлению, поначалу их никто не встретил. Сергей с интересом разглядывал окружающий пейзаж. Под самыми кронами, на огромных ветвях и между стволами, были построены домики. Они были сплетены из гибких ветвей и живых лиан, украшены цветами и перьями. Между ними были перекинуты прочные мостики из того же материала, образуя целую воздушную сеть улиц и переходов. Несмотря на кажущуюся хрупкость, всё выглядело невероятно надёжно и гармонично вписывалось в природу. Как и говорила Ночь, после загадочной смерти прежней правительницы, Ореолы, теперь королевой была её дочь, Лоза, которая, по слухам, уже была не прочь уйти на покой из-за преклонного возраста. Они прошли чуть дальше, и Сергей почувствовал на себе множество взглядов. Он обводил глазами кроны деревьев, но никого не видел. И тут до него дошло: драконы Радужного Леса были мастерами маскировки. Они буквально сливались с корой, листьями и цветами, становясь невидимыми для неопытного глаза. Внезапно перед ними с лёгким шумом крыльев приземлился изящный дракон с чешуёй, переливающейся всеми цветами радуги. Он вежливо поклонился. «Добро пожаловать в Радужный Лес. Меня зовут Киви. Не часто у нас гости из Песчаных земель, да ещё и в сопровождении... человека.» Жара, вспомнив наказ Сергея, сделала шаг вперёд. «Мы ищем Ириду из клана Переливчатых Крыльев. Можете помочь?» Киви на мгновение задумался. «Ириду... Прости, не припоминаю. Но я отведу вас к нашей королеве, Лозе. Она точно знает всех в лесу.» По пути Киви устроил им небольшую экскурсию, показывая самые красивые уголки своего дома. Сергей заметил, что чем глубже они заходили в лес, тем выше становилась влажность и тем сильнее было ощущение умиротворения, словно сама природа здесь дышала полной грудью. Наконец они подошли к одному из самых больших и красивых домов, сплетённому вокруг нескольких древних деревьев. Киви ненадолго скрылся внутри, затем вернулся и пригласил их войти. Внутри их ждала пожилая, но исполненная достоинства дракониха. Её чешуя была цвета тёмного дерева, но с вкраплениями, напоминающими спелые ягоды. «Приветствую путников,» — её голос был глуховатым, но тёплым. «Я Лоза. Как прошла ваша дорога?» «Благополучно, спасибо за гостеприимство,» — ответила Жара. «Но мы ищем Ириду.» «А, Ириду... Да, я знаю, где она обитает. Сейчас, выйдите отсюда, идите прямо от входа, потом сверните на первую тропинку налево. Она одна, не пропустите. Дом её будет с синими орхидеями на фасаде.» Жара уже собиралась поблагодарить и уйти, но Сергей мягко остановил её. «Извините за личный вопрос, королева Лоза, но... что вы можете сказать о смерти Ореолы?» Лоза взглянула на него с новым интересом. «О! Говорящий человек! Давно я таких не видела... лет пятьдесят, наверное. А что насчёт смерти Ореолы... Загадка, да и только. Тогда это такого шуму навело, ужас. Представьте, дракончица Судьбы, загадочным образом умерла, и никто не знает как. Я спрашивала у отца — он был одним из стражников, — так тот тоже ничего не знал. Просто обнаружили утром мёртвую Ореолу с кинжалом в груди, а убийца будто растворился в воздухе. Никаких следов.» Сергей поблагодарил за информацию, и они попрощались. На выходе ему почудился тихий, старческий шёпот Лозы: «Ничего, мамочка, скоро я буду с тобой.» «Может, это тот самый человек всё организовал? — пронеслось в голове у Сергея. — Но зачем?» Вскоре они нашли дом с синими орхидеями. Сергей постучал в дверь, сплетённую из лозы. Им открыла дракониха. Её чешуя была бледнее, чем у Ночи, с перламутровым отливом, а глаза — такими же звёздными, но полными грусти. «Да?» «Мы от Ночи,» — сказала Жара. «Мы пришли поговорить.» Ирида замерла, затем молча отступила, приглашая их внутрь. За столом, за чашкой ароматного цветочного чая, Ирида рассказывала, как давно не слышала о дочери, как горевала после смерти Тумана. «Я сильно любила его, знаете? И Ночь... мою звёздочку. Но тогда... я не могла дышать в этих каменных стенах. Мне казалось, что я умираю.» Сергей решился вмешаться. «Почему бы вам не вернуться к ней?» Ирида удивлённо посмотрела на него. «Ты... ты говоришь?» Она покачала головой. «Я боюсь, что она не захочет меня видеть. Не простит.» Тогда Сергей рассказал ей всё. Об арене. О том, как он спас Ночь. О том, как она стала его женой. Ирида слушала, зажав лапы у рта, её глаза наполнялись ужасом, а затем — безмерной благодарностью. «Спасибо тебе... Спасибо, что спас её. Ты... ты замечательный человек и муж. Надеюсь, вы будете счастливы вместе.» «Ночь не злится на вас, — мягко сказал Сергей, немного приукрашивая. — Она... она хотела бы вас видеть. Особенно сейчас, когда она беременна.» Ирида застыла, её чашка с грохотом упала на стол. «Б... беременна? Но как...» «Это долгая история, и дети... не мои. Но это не имеет значения. Прилетите к ней. Сами. Вам есть о чём поговорить. Хотя бы на Рождество? Вы же его празднуете?» Ирида, всё ещё под впечатлением, кивнула, слёзы катились по её щекам. «Да... да, конечно. Я прилечу. Обязательно.» Она вдруг встала. «Я... я кое-что вспомнила. Подождите меня здесь, минут пятнадцать.» С этими словами она вышла, оставив их одних. Воздух в доме Ириды сгустился, став тёплым и почти осязаемым после её ухода. Тишину нарушало лишь потрескивание дров в очаге и учащённое дыхание Жары. Сергей, всё ещё обрабатывая информацию от Лозы и реакцию Ириды, сидел, облокотившись на стол, когда почувствовал на себе её горячий, полный немого вопроса взгляд. — Сергей... — её голос был низким, томным, словно мёд, растопленный на солнце. Она придвинулась к нему на лавке, её хвост нежно обвил его лодыжку. Он обернулся и утонул в её золотистых глазах, в которых плясали отблески огня и что-то ещё, дикое и нетерпеливое. Прежде чем он успел что-то сказать, её пальцы скользнули к пряжке его ремня. — Жара, что ты... — он попытался отстраниться, но его спина упёрлась в стену. Руки сами собой легли на её плечи — не чтобы оттолкнуть, а чтобы удержать. — Мне невтерпёж, — прошептала она, её дыхание обожгло его шею. Ловкие пальцы расстегнули пряжку, затем пуговицу на его штанах. — Дни в пути... Я видела тебя каждую ночь, таким сильным, таким близким, но таким далёким. Я больше не могу ждать. Её признание, пряное и откровенное, ударило в него волной желания. Разум пытался протестовать — они в гостях, Ирида может вернуться, — но тело уже отвечало на её прикосновения. Он чувствовал, как по жилам разливается знакомый жар, сметающий все доводы благоразумия. — Мы не одни... — попытался он возразить, но голос сорвался. — Она не вернётся так скоро, — парировала Жара, уже стягивая с него грубую ткань штанов. — А мне не нужно многого. Только твоя близость. Только твой вкус. Она опустилась перед ним на колени, и вид её — прекрасной, солнечной драконихи, покорно склонившейся у его ног, — заставил его сердце бешено заколотиться. Её руки легли на его бёдра, крепко удерживая его. Она смотрела на него снизу вверх, и в её взгляде читалась не только похоть, но и обожание, преданность, жажда доказать свою любовь именно таким, доступным ей способом. — Позволь мне, — выдохнула она, и это прозвучало не как просьба, а как мольба. — Позволь мне почувствовать тебя. Он не смог ничего ответить, лишь кивнул, его пальцы вцепились в деревянную скамью по бокам. Жара улыбнулась, счастливая и торжествующая, и склонилась к нему. Первый прикосновение её глан к его напряжённой плоти заставило его резко выдохнуть. Язык её был тёплым, влажным и невероятно мягким. Она водила им по самой чувствительной части, заставляя его всё тело содрогнуться в наслаждении. Она не торопилась, исследуя каждый сантиметр, каждую извилину, словно желая запомнить его навсегда. Её движения были одновременно неистовыми и умелыми — она знала, что ему нравится, помнила каждую его реакцию с той самой первой ночи. Одна её рука скользнула ниже, к его мошонке, нежно лаская её, в то время как другая крепко держала его за бедро, прижимая к себе. Сергей откинул голову назад, упираясь затылком в прохладную стену. Глаза его были закрыты, в ушах стоял звон. Он слышал лишь её прерывистое дыхание и влажные, тихие звуки, которые сводили его с ума. — Жара... — его голос был хриплым, чужим. — Ты... слишком... Она ответила нежным укусом в основание, заставив его вздрогнуть, а затем поглотила его ещё глубже. Её горло сжалось вокруг него, и это почти лишило его рассудка. Мир сузился до этой комнаты, до её жаркого рта, до её рук на его теле. Он чувствовал, как нарастает напряжение, сладостная, неумолимая волна, готовая вот-вот захлестнуть его. Внезапно она отпустила его, отдышалась и посмотрела на него с хитрой улыбкой. — Ещё не сейчас, — прошептала она. — Я хочу, чтобы ты кончил, только когда я скажу. Она снова взяла его в рот, и на этот раз её движения стали быстрее, настойчивее, почти отчаянными. Она контролировала каждый его вздох, каждое содрогание. Сергей уже не мог думать ни о чём, кроме неё. Его пальцы впились в её растрёпанные волосы, не направляя, а просто пытаясь удержаться в реальности. — Я... близко... — предупредил он, с трудом выговаривая слова. Жара лишь глубже забрала его в себя, и её сдавленное горлом «Ммм...» стало для него последней каплей. Волна удовольствия накрыла его с головой, вырывая из груди глухой, сдавленный крик. Он кончил ей в рот, его тело напряглось в экстазе, а затем обмякло, полностью обессиленное. Жара не отстранилась сразу. Она медленно, с наслаждением, словно дегустируя самый изысканный нектар, проглотила всё, что он ей дал, не пропустив ни капли. Затем она нежно почистила его языком, заставляя его вздрагивать от переизбытка чувств, и только потом подняла на него глаза. Её губы блестели, а на лице сияла самая что ни на есть довольная, счастливая улыбка. — Вот так-то лучше, — прошептала она, поднимаясь и присаживаясь рядом с ним. Она обняла его за плечи и прижалась к его горячей щеке. — Теперь я спокойна. Сергей, всё ещё пытаясь отдышаться, обнял её в ответ. Стыд? Тревога? Они растворились в умиротворяющей неге, разлившейся по его телу. Он поцеловал её в макушку, чувствуя запах солнца и песка, который она принесла с собой даже в этот влажный лес. — Ты невозможна, — хрипло сказал он, и она рассмеялась, беззаботно и громко. Они сидели так несколько минут, пока их дыхание не выровнялось. Сергей быстро привёл себя в порядок, надел штаны.Её глаза сияли как два солнца. Как по волшебству, за дверью послышались шаги. В дом вошла Ирида, держа в руках небольшую свёрнутую кожу. — Вот, я нашла, — сказала она, и тут же её взгляд скользнул по их раскрасневшимся лицам, по счастливой, чуть виноватой улыбке Жары. Мудрая дракониха что-то поняла, но лишь мягко улыбнулась. — Надеюсь, я вас не отвлекла надолго? — Нет-нет, всё в порядке, — быстро ответил Сергей, чувствуя, как жар заливает его щёки с новой силой. — Мы как раз... обсуждали детали вашего визита.