Часть 22. Допы

Спустя несколько недель после бурных празднеств в логове воцарилась относительная повседневность. Именно в этой тишине Сергей начал замечать странности в поведении Сосульки. Она, всегда тихая и незаметная, стала буквально тенью. Её всё реже можно было видеть в общих комнатах, она часто пропадала, находя уединённые уголки сада или дальние переходы логова. Однажды ночью Сергей проснулся от странного ритмичного движения. Он лежал в центре своего драконьего гарема, и к его ноге прижималась Сосулька. Во сне она тихо постанывала, а её бёдра непроизвольно двигались, труясь её влажным, горячим половым органом о его голенную мышцу. Понаблюдав за ней несколько мгновений, Сергей понял, что это не просто случайность. Он аккуратно перевернулся, положил руку ей на бок, и движение прекратилось, а Сосулька, не просыпаясь, лишь глубже зарылась мордой в подушку. Утром он решил выяснить, что происходит. Обойдя обычные места, он нашёл её в самом дальнем и солнечном углу внутреннего сада, скрытую за большим валуном. Подкравшись тише, чем на охоте, он застал её за тем, о чём лишь догадывался. Сосулька сидела на земле, её глаза были закрыты, а одна лапа с растопыренными когтями активно и влажно работала между её собственных бёдер. Она тихо стонала, полностью погружённая в себя. — Сосулька? — мягко позвал он. Её глаза мгновенно распахнулись, полные ужаса и стыда. Она дёрнулась, отпрянула от него и вжалась в камень, пытаясь прикрыться крылом. Её чешуя покраснела так, будто её ошпарили кипятком. — С-Сергей! Я... я не... — она задыхалась, не в силах вымолвить и слова. Он подошёл ближе и присел перед ней, не пытаясь прикоснуться. — Успокойся. Всё в порядке. Просто скажи мне, что с тобой? Ты стала какой-то отстранённой. Что-то беспокоит? Сосулька, всё ещё пунцовая, опустила голову, пряча взгляд. — Я... я думаю... у меня начался брачный период, — прошептала она так тихо, что он едва расслышал. — Где-то с неделю назад. Меня бросает то в грусть, то в странное веселье... и... — она замолчала, сглотнув. — И мне постоянно хочется... этого. Мне так неловко тебя просить... Я думаю, ты не выдержишь столько раз за день... это же будет слишком для тебя. Сергей вздохнул. Он ожидал чего угодно, но не этого. Природа брала своё. — Понимаю, — сказал он честно. — И да, ты права, я вряд ли физически смогу удовлетворить тебя полностью, пока этот период не пройдёт. Но, солнышко, так нельзя. Нельзя молчать о таких вещах. Это природа. Наше тело, его потребности — в них нет ничего постыдного. Это естественно. — Он улыбнулся. — У меня самого, бывает, возникают мысли заняться сексом с Ночью или Жарой где-нибудь на открытой террасе, не дожидаясь ночи. Мы все подвластны инстинктам. Он помолчал, обдумывая решение. — Не волнуйся. Я как-нибудь решу эту проблему. Обещаю. Сразу после разговора он отправился к Жаре. Если кто и мог помочь в таком деликатном вопросе, так это она. Он нашёл её на солнечном выступе, где она грела свои крылья. — Жар, у меня вопрос по поводу Сосульки, — начал он, опускаясь рядом. — Кажется, у неё начался брачный период. Жара не удивилась. На её морде расплылась хитрая, понимающая ухмылка. — Я уже подозревала. Видела, как она по углам шныряет и вся из себя такая взволнованная. Ну что ж, проблема решаема. — И как? — спросил Сергей. — Купи ей фаллоимитатор, — деловито ответила Жара. — И хорошую смазку. Сочную, скользкую. Сергей смущённо кашлянул. Идея была логичной, но от этого не менее пикантной. — И где, интересно, такое взять? В лавке для драконов? — Я знаю одно местечко в городе Приюта, — уверенно сказала Жара. — Там торгуют разными... э... диковинками для межрасовых пар. Сейчас схожу. А какие у неё предпочтения? Размер, форма? Сергей развёл руками. — Понятия не имею. — Что ж, — Жара усмехнулась ещё шире. — Тогда возьму чуть побольше, чем твой. Для дополнительной стимуляции. — Она увидела, как он непроизвольно наморщился, и тут же успокоила его, похлопав по плечу. — Не кисни! Твой член огромен и полностью удовлетворяет все наши обычные потребности. Но сейчас речь идёт о вспомогательном средстве на пике инстинкта. Не ревнуй к куску резины. Ближе к вечеру, когда солнце уже клонилось к горизонту, Сергей, краснея до корней волос, вручил Сосульке небольшую, но увесистую коробку, аккуратно завёрнутую в простую ткань. — Держи, — пробормотал он. — Это... должно помочь. Сосулька с любопытством развернула свёрток и открыла коробку. Увидев внушительных размеров дилдо и пузырёк с густой прозрачной жидкостью, она ахнула и покраснела так, что могла бы составить конкуренцию закату. Она захлопнула крышку, словно боялась, что игрушка выпрыгнет оттуда сама. — Ох, Сергей... — её голос дрожал от смущения. — Спасибо... что так обо мне заботишься. — Пустяки, — он улыбнулся. — Жара сказала, что брачный период скоро закончится, самые сильные позывы только в начале. Потом всё нормализуется. Сосулька кивнула, прижимая коробку к груди, а затем, не говоря ни слова, развернулась и быстрыми шагами скрылась в глубине коридора, по-видимому, решив немедленно опробовать неожиданный подарок. Сергей проводил её взглядом и с облегчением вздохнул. Проблема была решена. И тут же в его голове мелькнула новая мысль: «Неужели мне летом, когда у Жары начнётся её период, придётся проделать то же самое?» Но потом он отмахнулся от этой идеи. Жара была умна, находчива и совершенно не стеснялась. Она, скорее всего, справится с этим сама. Или найдёт способ так его соблазнить, что он забудет о всякой усталости. С этой мыслью он с лёгким сердцем отправился обратно к своим жёнам.