Глава III

Глава III

Ланмар и раньше чувствовал: что-то произошло, но боялся себе признаться, что пострадал кто-то из Ордена. А Мида Клаччи была особенно ему близка. Они не были любовниками, но питали друг к другу чувства больше, чем дружеские, несмотря на разницу в возрасте. Вообще понятие возраста для людей, перемещающихся между многочисленными мирами, было весьма условным. Дело было больше в другом. Орден не имел жесткого кодекса, но были определённые правила, которыми руководствовались его члены. Одно из них определяло, что члены не могли иметь романтических отношений дабы избежать конфликта интересов и излишней привязанности, которые потенциально повлекли бы за собой нежелательные последствия. Однако это не помешало Ланмару привязаться к девушке. Мидалиса покровительствовала флоре и фауне, в отличии от других пяти человек, отвечавших за благополучие разумного населения ревербераций, как они называли миры, существующие в пространстве-времени. Если где-то грозило вымирание животным или растениям, Мида направлялась туда, чтобы это предотвратить. Как и ее предшественники, справлялась она с задачей с попеременным успехом. Вообще все члены Ордена болезненно переживали неудачи. Но если пятеро не спасли разумных существ – это легче было принять, потому что народы сами отвечали за свои действия и были причиной всех взлетов и падений своих цивилизаций. В отличии от существ неразумных и безмолвных, которых просто истребляли в своих интересах другие виды. И теперь именно Мида, одним своим видом, олицетворявшая природу, погибла. Истинная женственность и сила были в ней заключены: для одних сестра, для других подруга, для третьих защитница, для всех – воплощение матери-природы, непредсказуемой, суровой, но любящей. Она была на голову ниже Ланмара, стройная, но не худая, с соблазнительными формами. Густые отливающие красно-коричневым на свету волосы Мида заплетала в косы, которые могли сойти за бронзовые. Слегка загорелая, с несколькими веснушками на маленьком носике, Мида смотрела на мир, как смотрит мать на свое дитя. Все живое льнуло к ней, где бы она не появлялась. С ее смертью, что-то умерло и у него внутри. - Что случилось? Ответил Фех: - Мида умерла на Островах Ититлор. Мы выясняем причины. Вчера она сообщила о симптомах, напоминающих лихорадку, из-за чего ей не хватило сил для создания портала сюда. Когда я к ней добрался – она была уже мертва. На ней были многочисленные ссадины и синяки. Вся эта ситуация мне показалась странной, поэтому я взял кровь для исследования на всякий случай, но вскрытие проводить не стал. Затем вызвал Ситгура, Шаксу и Цору. Мы пытались связаться и с тобой, но ты был за пределами наших сигналов и не выходил на связь. После чего мы похоронили Миду там же, на ее любимом острове. Я отправился в лабораторию, Шаксу по своим делам, Цора – во дворец Марсо, чтобы все подготовить к нашему приезду, а Ситгур - по следу перемещения Миды между реверберациями. - Фех, переведи дыхание, а я пока расскажу, - перебил Ситгур. – Я выяснил, что на острова Мида прибыла с Мендоса. Там не так давно произошел сход ледника, и Мида отправилась туда, но почему она оттуда скоропостижно бежала мы пока не выяснили. - А почему вы решили, что она бежала? – насторожился Ланмар. - Когда я прибыл на Мендос, я не смог быстро найти свидетелей. В деревне только ходили сплетни, что чужестранка, ухаживавшая за животными, куда-то пропала. Местная задворенка сказала, что Миде помогал мальчишка – она часто видела их вдвоем, когда собирала грибы и ягоды в лесу. Он может что-то рассказать. Но его она тоже давненько не встречала. Я попросил ребятишек узнать, что смогут, дал пару монет и пообещал заплатить за информацию, когда вернусь. Больше ни в деревне, ни в городе мне не удалось ничего выяснить, и я отправился сюда. - Я могу чем-то помочь? Возможно в расследовании? - Нет, дружище, – ответил Ситгур. – Этим занимаюсь я, можешь мне довериться. Мы устанавливаем причины и обстоятельства смерти. - Ты все-таки можешь помочь, но не в расследовании. Помнишь зачем мы здесь собрались? Ну же, вспоминай. – Шаксу мягко направила разговор в другое русло. - Постойте. Да. Новый ученик. Я должен обучить приемника, – мысли начинали постепенно приходить в порядок. - Да, Ланмар. Верно. Но задача твоя усложняется, – с этими словами Цора вышла за дверь и через минуту вернулась в компании с двумя детьми, точнее подростками. – Знакомься, Ланмар – твои новые ученики – Рэм и Рина Ситокруа. - Цора, нельзя так шутить над стариком. - А я и не шучу. Обычно обучением занимается или тот, кто скоро покинет совет, готовя таким образом себе приемника. Или забирая на краткое время ученика у другого советника, в целях расширить его знания в непрофильных областях. Сам будучи, в первую очередь, военным советником и мастером боевых искусств, он обучал Миду навыкам самообороны. Никогда прежде не было, чтобы один человек брал себе в подопечные сразу двух приемников. Молчание нарушил Ситгур: - Ланмар, произошло то, что произошло. Мы должны двигаться вперед, делая все возможное для сохранения равновесия во всех реверберациях. Не хочу списывать тебя со счетов, но уже скоро ты покинешь Совет, поэтому должен подготовить ученика. Кроме того, из-за внезапной смерти Мидалисы, нас осталось пятеро, значит нужно обучить и принять в Совет сразу двоих. Мы тоже будем учить ребят, но в основном, это ляжет на твои плечи, пока мы занимаемся расследованием и своей текущей работой на постах. - Я должен обучить юношу искусству войны, а девушке передать все, что узнал от Миды? Правильно понимаю? - Где твоя проницательность, Ланмар? Растерял по дороге сюда? – подколола его Цора. - Я не прав? Цора продолжила: - Нет, вернее не совсем. По первоначальному плану Рэм должен был стать твоим приемником, Рина – ученицей Миды, но через несколько лет. Пришлось корректировать на ходу. Я и Шаксу с детьми прибыли еще вчера, поэтому успели провести несколько тестов, поближе познакомились с ребятами. Сумели подготовиться лучше, чем ты. Нам пришлось даже придумать новый термин. Рэм и Рина – оверы – то есть разносторонние, универсальные, потенциально могут выбрать себе любой из шести профилей. - Остановитесь. Разве может такое быть? Фех, долго хранивший молчание, сказал: - Ланмар, мы меняемся. Меняется пространство-время. Вселенная динамична и непредсказуема. Значит, таков естественный ход вещей, который мы не выбираем, но которому должны подчиниться. Мы сами не должны существовать. Разве не принято, что недопустимо путешествовать в пространстве дабы не нарушить высший промысел? Тем не менее мы здесь и разговариваем друг с другом. Когда-то само появление Ордена было немыслимым, а теперь нашими трудами спасено множество жизней. Кроме того, Ланмар, ты будешь хорошим учителем, а Рина и Рэм возможно достигнут небывалых результатов. - Ланмар, отнесись к ним как к вашим детям, - добавила Шаксу, так тихо, что ее услышал только Ланмар. Она была подругой Миды и знала, какие чувства те испытывали друг к другу. - Мне надо подумать. Ланмару не нравилось, когда ему что-то или кого-то навязывали против его воли. По сути он был одиночкой, и уж точно не душой компании. Учеников он брал себе ненадолго, учил и возвращал. С приемником так уже не получится, это надолго. А тут ему навязывают и девчонку. Только сейчас он смог внимательно рассмотреть брата и сестру, которые должны были стать его неизменными спутниками на ближайшее будущее. Глаза, холодные и проницательные, у обоих были как голубые топазы. На немного впалых щеках краснел румянец. Они имели редкий цвет волос для этих мест – светло-лиловый. На этом собственно сходство и заканчивалось. У парня - нос прямой с узкими ноздрями, верхняя губа чуть шире нижней, короткая стрижка; у девушки напротив – волосы непослушными локонами спадали чуть ниже плеч, нос с аккуратной вмятиной в центре и выступающим кончиком, губы округлой формы. Долговязый юноша лет двадцати вступал с ту пору, когда мальчик становится мужчиной. Поджарый, он тянулся как молодой побег к солнцу. На первый взгляд из него мог получиться первоклассный боец при усердных тренировках. Девушка была на два-три года моложе брата и намного ниже. Воздушная, с легкой грацией гимнастки она, казалось, ничего не весила. Оба были вызывающе красивы, каждый по-своему. Допуская, что через несколько лет ребята войдут в пору расцвета, это могло стать для них скорее недостатком, чем преимуществом. С такими не выделяться не получится. - Мне нужно побыть одному и кое с кем повидаться в здешних местах. Вернусь поздним вечером, – Ланмар встал и вышел за дверь, прямиком направившись в сад. Системы ирригации и поддержания необходимых параметров влажности и освещенности, способ укладки почвогрунта спроектировала и реализовала Цора. Мидалиса высадила растения и рассказала Цоре, что им требуется для процветания. Проходя аллеи Ланмар улавливал травянистый аромат, напоминавший духи Миды с нотами дамасской розы, как будто она и сейчас была рядом. Пройдя вторые и первые ворота он направился к холмам. Ланмар любил здесь уединяться. Поднявшись на ближайший холм высотой метров двести, он чувствовал себя достаточно далеко от людей, чтобы расслабиться и подумать в одиночестве. Сначала он просто стоял. Ветер усиливался и трепал полы его плаща. В голове было пусто. Потом перед глазами начали сменяться одна за другой картины из прожитых им жизней: он малыш, а мама случайно залепила ему снежком в лицо, но он не плачет, а смеется над мамой, чувствовавшей себя виноватой; первый его портал, когда он чуть не промахнулся и не упал с обрыва в пропасть; посвящение в Орден, которое провел его предшественник и наставник Гилан Крое; первое задание в колонии искателей; фейерверки на празднике полной луны; знакомство с миледи Клаччи, которая разбудила в нем такие эмоции, какие он и не думал, что может испытывать - одновременно благоговение перед женщиной и желание ею обладать. Опомнившись, Ланмар заметил, что стемнело, а на небе обозначились сотни звезд. Теперь он знал, что должен делать.