Часть 3. Чтобы сделала Аннабет?

Перси не имел ни малейшего представления, каким образом все так сильно пошло наперекосяк. Он задрожал, спрятавшись в особенно темном переулке, и ждал, пока огромная толпа жителей Беллатаона пробежит мимо, крича словно кровожадные фанатики. Ладно, успокойся, сказал ему голос Аннабет. Расскажи мне все с самого начала. Да, это имело смысл. Он глубоко вздохнул и начал отсчитывать в уме. Во-первых, он пошел в мэрию и спросил о быстрой работе, где можно заработать деньги. Во-вторых его направили в храм Звезд (место было очень жутким, и он пожалел, что Артемида не знала о нем, потому что она стопроцентно бы уничтожила его; будем честны, Зои — была любимицей богини, и, судя по тому немногому, что он о ней знал, охотница раскритиковала бы этот храм с требованием его снести, так как он порочит имя ее богини). В-третьих, он вошел в храм (плохое решение, но Зои бы сказала, что это было ожидаемо от мужчины. В этом он не мог с ней не согласиться). В-четвертых, был дождь из звезд. В пятых, его провозгласили следующим послом звезд. Было бы неплохо, если бы быть послом означало просто здороваться, как хотел Боб. Боги, почему он вспомнил всех, кого когда-либо терял… И в шестых, все это место бросилось в погоню, потому что, видимо, нельзя просто отказаться быть послом звезд. Серьезно, Рыбьи мозги? спросил голос Аннабет, звучащий весело. Перси вздохнул. Значит, план Б. Пора украсть лодку. Выглянув наружу, он убедился, что никого не осталось, и бросился в следующий переулок. Причал, по грубому эскизу, который Перси набросал в уме, находился на западе, и все рыбаки оставляли там свои лодки. Он бы действительно заплатил за одну… Ну, ладно. Их потеря. Потребовался час, три обходных пути и еще одна погоня со стороны разъяренных жителей Беллатона, прежде чем причал появился в поле зрения. А потом… Ладно, может, просто не его день. Перед множеством кораблей стояла группа людей, и во главе их был Акира (со всем фанатизмом, которого Перси не ожидал увидеть в этом человеке). Он ведь казался таким нормальным. Это было своего рода предательство. Черт. Акира прищурил глаза, в руке он крепко сжимал трость. — Я знал, что ты придешь сюда, — мрачно улыбнулся он. — Пожалуйста, посол Перси, — взмолился он, и в его голосе прозвучала мрачная зависть. — Не усложняй ситуацию больше, чем нужно. Перси резко остановился и зарычал. Черт, что ему теперь делать? У него в кармане был Анаклузмос, но эти парни были смертными (поверьте ему, он… проверил), а на смертных его меч не действовал. Единственное, что у него оставалось, было… его взгляд переместился с Акиры и его спутников на море. Он мог использовать воду, чтобы отвлечь их… Неясные шепоты в глубине его сознания остановили его. Вместо этого он снова огляделся, слегка напрягаясь, когда звук сотен топающих ног стал громче. О, боги, у него не было времени. Сжав глаза, он подавил чувство беспокойства, схватился за океан и потянул. Вода медленно и неохотно поднялась из моря, а затем возвысилась над испуганными людьми, стоявшими перед ним. — Все еще желаете, чтобы я был вашим послом? — мрачно спросил Перси. Почти все как один закричали и начали бежать, пока не остался только Акира. Он дрожал, его глаза были широко раскрыты, и трость больше не была надежно зажата в его руках. — Ты… ты пользователь дьявольского фрукта? — прошептал он с отвращением. — Звезды… они не могли… Перси поморщился. Чертовы звезды. Поэтому, вместо того, чтобы ответить чем-то, что снова могло быть неправильно истолковано, он прошел мимо, все еще держа над головой океан, всемогущий. — Не могу сказать, что это было лучшее время в моей жизни, — сказал он и оттолкнул воду, войдя в нее. Одна из лодок, несомненно, предоставленная морем, подплыла поближе, и Перси прыгнул в нее. — Мы больше не увидимся, — пробормотал он и исчез.

***

Остров Беллатон вскоре стал лишь точкой вдали и глупым воспоминанием в его голове. Перси расслабился, лежа в лодке, и начал размышлять. Гранд Лайн, да? Он сосредоточился, но потом сдался. Нет. Он не мог расшифровать координаты. Конечно, координаты были, но что-то подсказывало ему, что они не находились ни на Земле, ни в море чудовищ. …что напомнило ему. Где, черт возьми, были монстры? Не то чтобы он возражал против тишины и покоя, но их отсутствие было неестественным и как-то лишало его тех самых тишины и покоя. Он застонал. — Черт возьми, боги, — сказал он. И самой ярой подсказкой того, что он не был на Земле — отсутствие грозового раската грома. Блять. Он определенно был в заднице. Честно говоря, он должен был догадаться в ту же секунду, как море показалось ему пугающим. Теперь, когда он продолжил использовать силы и привык к нему, оно больше не казалось ему непривлекательным, но все еще было непонятным и незнакомым. Он чувствовал в нем что-то… ненормальное, неконтролируемое качество, которого не было даже в море чудовищ. Он все еще мог его контролировать — инцидент в Беллатоне доказал это — но для этого требовалось больше усилий и концентрации. Легкость, к которой он привык в отношении своих божественных способностей за последние несколько лет, исчезла, оставив после себя то же чувство нервозности и беспокойства, которое он помнил, когда был двенадцатилетним мальчиком, только что ставшим полубогом. И на этот раз рядом не было Аннабет, чтобы помочь ему выжить. Ни Аннабет, ни Гроувера, ни кого-либо из его знакомых. Ни лагеря… Что, черт возьми, ему делать? Как ему вернуться домой? Он понятия не имел, как вообще оказался здесь, где бы это ни было, и не знал, есть ли вообще способ вернуться. Вода, конечно же, не давала ему никаких подсказок, а сообщения через радужные послания не вызывали ни малейшего отблеска, к кому бы он ни обращался. Ему пришлось пять раз вылавливать из воды единственную драхму, которая у него была, прежде чем он сдался. И хотя он слышал речь морских обитателей вокруг себя, они его не узнавали. Здесь он не был ничьим принцем, а это означало, что здесь не было и Посейдона. …ни богов? Перси покачал головой, чтобы отогнать от себя мрачную мысль (странно манящую мысль, которую он не мог — которую он не хотел — принимать во внимание). Сейчас не время для катастрофических прогнозов, сказал он себе — он должен найти способ выжить в этом странном новом мире и вернуться домой, а потом он сможет запаниковать, но только там, где Аннабет сможет успокоить его, а Джейсон или дети Ареса с радостью примут участие в спаррингах, чтобы отвлечься. Итак. О чем еще он должен был думать? Он ломал голову, его взгляд блуждал, как это часто бывало здесь, посреди моря, по гладким волнам, рябящим воду. И тогда его глаза сузились, потому что он совершенно забыл. Голос, звавший на помощь! Он не мог вспомнить его точно, не тогда, когда все было так размыто в его памяти, но он был уверен, что это был голос парня и он был странно знаком. Как он был знаком, он не мог вспомнить, и у него было ощущение, что в конце концов в этом и была проблема. Он сказал себе, что этот голос определенно не принадлежал никому из новых участников лагеря, потому что знакомость, которую он придавал быстро исчезающему голосу, казалась старше, чем все они. Что, опять же, было странно, поскольку СДВГ был практически смертным приговором для таких исчезающих воспоминаний. Так… кто это был? Вероятно, не участник ни одного из лагерей, иначе он его хоть немного, да узнал бы. Может быть, монстр? Кто-то, кого он разозлил несколько лет назад и кто вернулся, чтобы отомстить? Честно говоря, это было гораздо более вероятно, чем голос друга. Он нахмурился, ненавидя это мучительное чувство, что происходит что-то странное, хотя, вероятно, это ужасное чувство всегда было с ним. Покачав головой, он наклонился над бортом лодки и окунулся в море. Вода обдала его лицо, но не давила, не причиняла боли и обволакивала его голову прохладной добротой, которой он (странно) не ожидал. И это было как будто щёлкнул выключатель. Он вытащил голову, но море не отступало, простираясь, чтобы полностью покрыть его морской водой. Если бы он не был сыном Посейдона, то его бы, ну, ждало утопление. А так он просто на мгновение задохнулся. Затем вода успокоилась и упала обратно в море, оставив Перси на лодке, мокрым до нитки. — Что за Аид, — пробормотал он. Море загудело. Перси широко раскрыл глаза и вскочил, желая, чтобы вода поднялась вместе с ним. Так и произошло. Легкость, которую он приобрел за годы, все еще была недостижима, и да, он все еще чувствовал себя двенадцатилетним мальчиком без многолетнего опыта управления водой, но вода больше не сопротивлялась. Перси просиял, и на одно мгновение почувствовал себя свободным. Затем реальность вернулась с новой силой. Море, возможно, приняло его, но это было не его море, и это был не его мир. Он глубоко вздохнул. Ладно, что бы сделала Аннабет? Ну, во-первых, Рыбьи мозги, я бы не паниковала. Перси фыркнул. Нет, она бы не паниковала, верно? И ты бы не паниковал, если бы вода не запутала твой разум. Перси кивнул в согласии с голосом в своей голове (не совсем здоровым, но, с другой стороны, все могло быть и хуже) и отбросил последние остатки беспокойства. Меньше паники, больше планирования. Хорошо, первый шаг. Поскольку он был вдали от сумасшедших, поклоняющихся звездам людей, намеревавшихся сделать его священником-послом-кем-то (что это вообще было?!), ему нужно было найти людей, которые не были сумасшедшими и не поклонялись звездам. Он старается думать, что это не будет сложно. Не все люди или острова, с которыми он столкнется, будут сумасшедшими, верно? Верно. Кстати, об островах… Он сделал еще один глубокий вдох, собрался с духом и позволил рукам коснуться воды. Она была прохладной и дружелюбной, и информация, которую он искал, всплыла у него в голове, ее было трудно классифицировать, как и координаты, но, тем не менее, она складывалась в картинку. Он нахмурился. На относительно близком расстоянии не было никаких островов, а постоянно меняющаяся форма моря не помогала. Ему придется спросить. Вздохнув, он направил поток воды, по которому плыла его лодка, так, чтобы он остановился, а затем соскользнул в море и глубоко нырнул. Теперь, когда он начал привыкать к этому, все казалось ему таким же, как дома, в море, хотя кораллы и морская флора и фауна были полны тепла и новизны — чего он не видел за все время своих исследований на родине. Он подплыл к одной из рыб, плывущих в одиночестве, которая казалась ему немного более узнаваемой. Это была голубая рыба-хирург с желтыми плавниками. — Эй! — позвал Перси, надеясь, что он все еще может говорить на языке рыб. Он определенно все еще говорил на языке лошадей, так что эта его способность, вероятно, тоже осталась прежней, но надеяться не вредно. Рыба повернула голову, выглядя гораздо более выразительной, чем Перси привык, что было немного странно. — О, привет! — это… нет, это была она? Голос, который он слышал, был женским. — Кто ты? Перси остановился в нескольких сантиметрах от нее и попытался улыбнуться. — Я Перси, — представился он. — Я надеялся, что ты сможешь мне помочь. — О, конечно! — ответила рыба. — Привет, Перси! Что ты хочешь знать? — и затем, не дав ему задать вопрос, она продолжила: — Знаешь, это странно. Я не думаю, что когда-либо видела человека, с которым могла бы поговорить. А может, и видела? Кто знает, что вообще происходит в этом мире большую часть времени. Видишь тех карликовых рыбок-ангелов? Настоящие животные, я тебе скажу, — она повернулась, и ее глаза расширились, когда она снова увидела Перси. — О-о-о! Кто ты? Я тебя раньше не видела. Перси моргнул. Постой, что? Рыба подплыла немного ближе. — Ты мне знаком. Ты уверен, что мы не встречались? — Мы только что встретились…? — Встретились? Как круто! Перси закрыл глаза. Здорово. Сумасшедшая рыба. Рыба продолжила: — Знаешь… Перси прочистил горло. — Эм, не знаешь, есть ли поблизости другие острова? Кроме того, что к юго-востоку отсюда? Рыба остановилась. — Острова, острова… не могу сказать, что знаю, нет. У меня небольшие проблемы с памятью, когда дело касается островов. Эй, мы что, только что разговаривали? — Неважно, — пробормотал Перси и оттолкнулся назад. На секунду показалось, что рыба последует за ним, но потом она развернулась и, ну, забыла о нем. Он вздохнул и перешел к следующей. После нескольких неудачных попыток (хотя ни у одной рыбы не было таких же проблем с памятью, как у первой), он наконец привлек внимание одной из мутировавших акул, которая проболталась о морских чудовищах, а затем рассказала Перси о нескольких островах к северо-западу от его текущего местоположения. Значит, ему нужно было просто уплыть подальше от Беллатона, да? Он мог это сделать. Он поплыл обратно к своей лодке и поднял руки, показав средний палец острову, который он оставил позади и который, вероятно, никто не мог увидеть. — Прощай, — повторил он, и его лодка начала двигаться.