Часть 4. Неприятно быть оборотнем в руках Благородного

Франкенштейн резко присел на кровати. Капли пота стекали со лба, неприятно касаясь щек. Сбившееся дыхание никак не приходило в норму. Ему не впервой было видеть кошмары с участием Мастера, но чтобы они были такими явными… Франкенштейн устало потянулся, смахивая с лица остатки сна. День был распланирован, времени на отдых совсем не оставалось. Одевшись, мужчина спустился вниз, чтобы приготовить завтрак для членов семьи и гостей. Но, оказавшись на кухне, Франкенштейн заметил Сейру, которая во всю хозяйничала, ловко раскладывая приготовленный завтрак по тарелкам. Завидев хозяина дома, девушка учтиво склонила голову. — Я так рад вашему возвращению, мисс Сейра, — помогая расставлять девушке тарелки, искренне произнес Франкенштейн. — Не стоит. Вам правда лучше? Вы неважно выглядите, — Благородная задержала взгляд на синяках под глазами ученого. — Лучше? — переспросил Франкенштейн, краем уха услышав шум на втором этаже. Видимо, ребята уже проснулись и готовы спуститься на завтрак. — Разумеется, я в порядке. Насколько вы планируете задержаться? — Мы покинем вас завтра утром. Регис хочет немного времени провести с ребятами. — Ну а вы? — оценивающе рассматривая стол, ломившийся от приготовленной Сейрой еды, спросил Франкенштейн. — У меня есть свои причины ненадолго здесь остаться, — сухо ответила девушка, снимая белый фартук и аккуратно вешая его на крючок. — Это касается Родис-нима, я прав? Разумеется, прав. Геджутель попросил тебя следить за ним. — Мои интересы не связаны с желанием господина Геджутеля. Но вы правы. Он беспокоится о Рейзел-ниме. Вчера вечером мы с Регисом ощутили силу Родис-нима. Их разговор мог бы продолжаться бесконечно, пока не перерос в ссору. Но оба понимали, что беседа, которую они затеяли, ни к чему не приведет. Франкенштейн и Сейра слишком хорошо друг друга знали, поэтому разговор был прерван и переведен в другое русло. Спустившиеся на завтрак модифицированные заметили тонко натянутую струну между Благородной и Франкенштейном, но не подали виду. Рассевшись по местам, с благодарностью уплетая приготовленный девушкой завтрак, они обсудили планы на день. М-21 ел без особого желания. Его нутро подсказывало, что с другом, задумчиво пялившемся в тарелку, было что-то не так. Такео и правда странно себя чувствовал после возвращения. Родис-ним просил не говорить о произошедшем, но скрывать от друзей тот факт, что Благородный не такой милосердный, как хочет показаться, было для него слишком сложно. В конце концов, стрелок беспокоился о товарищах, которые также могли попасть под горячую руку Родис-нима. Оборотень не долго смотрел на то, как друг задумчиво теребит кончики волос, совершенно не обращая внимания на то, что те попадают в еду. Ткнув говорливого Тао локтем, М-21 мотнул головой в сторону Такео. — Ой, Такео! А ты чего не ешь?! Мисс Сейра так старалась! М-21 прикрыл лицо рукой. Конечно, что еще можно ожидать от хакера. Такео вдруг дернулся, выныривая из воспоминаний. Подняв голову, стрелок заметил, что на него уставились пять пар глаз, что с интересом наблюдали за его поведением. — Э-э-э. Простите, — неловко улыбнувшись и почесав затылок, произнес Такео. — Все очень вкусно, я просто задумался, простите. — Такео, ты уверен, что все в порядке? Возможно, стоит пройти внеплановое обследование, пока я здесь? — Франкенштейн сканировал сидящего перед ним модифицированного, но никаких изменений, кроме приступа рассеянности и неловкости не заметил. — Все в порядке, — сухо ответил Такео, давая понять, что не будет продолжать разговор. — Простите, — вдруг произнесла Сейра, поднимаясь с места. — Я ненадолго оставлю вас. Под пристальным вниманием присутствующих, Благородная вышла из гостиной. Поднявшись на второй этаж, девушка остановилась у двери, что вела в комнату, где отдыхал Родис-ним. Она не считала, сколько времени простояла у преграды, отделяющей ее от Благородного, который со вчерашнего вечера вызывал у нее немалый интерес. » — Сейра, ты тоже почувствовала это? — Да, — кивнула девушка. — Мы не должны вмешаться? — Господин Геджутель просил не подходить близко к Родис-ниму. — Но Франкенштейн… С ним что-то происходит. — Регис.» На этом их телепатическое общение закончилось. Отдыхая вечером в комнате, что заботливо выделил Франкенштейн, на девушку вдруг обрушилось чувство тревоги, граничащей с паникой. Отчего-то захотелось подняться с кровати и выйти за дверь, покинуть дом, и быть как можно дальше от этого места. Благородная знала, Регис чувствует то же самое, если решил связаться с ней, не покидая своей спальни. Скорее всего, он тоже скован необъяснимым, неожиданно обрушившимся на него страхом. — Не стой там, входи. Из воспоминаний о вчерашнем вечере девушку вывел голос Благородного. «Господин Геджутель просил не подходить к нему близко. Могу ли я…» — Сейра, — повторил Благородный, заставляя девушку набраться уверенности и опустить ладонь на ручку двери. — Простите за неожиданный визит, Родис-ним. Сейра остановилась на пороге, не решаясь пройти дальше. В комнате царила гнетущая атмосфера, заставляющая девушку прислушиваться к звукам и движению. Скользнув взглядом по комнате, Благородная не нашла ничего необычного, за что можно было бы зацепиться. Родис сидел на кресле рядом с окном, откинувшись на спинку, сложив ногу на ногу и блаженно прикрыв глаза. — Не такой уж он и неожиданный, учитывая, что ты мялась за дверью столько времени, — Благородный лениво поднялся с кресла. — Что нужно юной каджу? — Простите, — Сейра виновато склонила голову, понимая, что поступила некрасиво, заставляя брата Ноблесс ждать, когда она наберется смелости войти. — Я хотела бы узнать… — девушка подняла глаза и застыла в немом удивлении. Она не ожидала, что Благородный незаметно приблизится к ней и встанет напротив на расстоянии вытянутой руки. От неожиданности Сейра не сразу сообразила, но в итоге сделала шаг назад, чтобы увеличить расстояние между ней и Благородным, что сканировал ее взглядом. — Что вас связывало с моим отцом? — едва слышно спросила она, затем чуть громче продолжила, — я наслышана от господина Геджутеля, что вы хорошо были с ним знакомы. — В те времена все друг друга знали, — пожал плечами Родис. — Однажды я просто пришел к нему за советом, и твой отец помог мне. — Какого рода помощь вы имеете ввиду? — любопытство взяло верх над смелостью, и девушка, забыв предостережения Геджутеля, сделала шаг вперед. То ли ведомая призывающим взглядом Благородного, в котором чувствовалась невероятная и неизвестная ей сила, то ли собственная глупость от любопытства заставила ее совершить этот опрометчивый поступок. — Еще ближе, Сейра, — холодно отчеканил Благородный, голос которого заставил юную каджу подчиниться и сделать еще один шаг вперед. Сейчас между ними расстояние меньше полуметра. Не позволительно близко для молодой особы. Сейра чувствует странную ауру Благородного каждой клеточкой тела. Она заставляет ее покрываться мурашками, мягкими покалываниями проходя по коже. Неприятно. Тревожно. Опустив голову, чтобы не встречаться взглядом с мужчиной, девушка вдруг почувствовала, как ладонь Родис-нима мягко опускается на ее левое плечо. Она переводит взгляд на руку, и тут же его холодные тонкие пальцы касаются острого девичьего подбородка, заставляя поднять глаза. Девушка застывает в немом шоке, сердце на секунду остановилось, а после забилось в бешеном ритме. На нее смотрели кроваво-красные глаза. Горящие. Полные необъяснимой. Жажды… и… Желания? Так на нее смотрел лишь один Благородный. Раэль Кертье. "— Сейра, все в порядке? Я чувствую что-то странное… Сейра? Сейра?!" Она не могла ответить. В ее голове нет мыслей. Нет слов. Она чувствует, как правая ладонь мужчины соскользнула с плеча вниз по спине, останавливаясь на талии, в то время как левая холодными тонкими пальцами нежно касалась подбородка, заставляя смотреть в бездонные сверкающие красным огнем глаза. Ее сердце замерло, когда Благородный прижал ее к своему телу за талию. Крепко, но осторожно. Ее сердце забилось в бешеном ритме, когда мужчина отвел от нее взгляд, когда склонился, освободившейся рукой убрал волосы за плечи, когда горячим дыханием обжег нежную кожу на шее. Она не могла оттолкнуть его. Стоило Благородному ее коснуться, как она потеряла контроль над телом. Сознание начало взывать к разуму, в страхе металось, пыталось связаться хоть с кем-нибудь. Сейра смотрела прямо перед собой, взгляд уткнулся в плечо Благородного. — Сейра?! Голос продолжать взывать к ней, но Благородная не могла ответить. Она была охвачена необъяснимой паникой, страхом, сковавшем ее. Девушка не понимала действий, совершаемых мужчиной. Он медленно поглаживал ее по спине, выдыхал горящий воздух на нежную кожу. Родис приоткрыл рот, оголяя клыки и готовясь прокусить девичью кожу, как звонкий голос заставил его тут же выпрямиться и отстраниться, недовольно прошипев. — Мисс Сейра, шеф просить спуститься! Срочно! — Продолжим наш разговор позже, — Благородный плавно провел ладонью перед глазами Сейры, освобождая ее от воздействия ауры. Девушка несколько раз непонимающе осмотрелась, совершенно не понимая, как она оказалась в покоях Родис-нима. Виновато склонив голову, Благородная поспешила выйти из комнаты, оставляя мужчину одного. «Черт бы побрал тебя, кем бы ты ни был.»

***

Успокоившись после неудачной попытки набрать еще немного крови для Рейзела, Благородный покинул комнату и направился в покои брата. Он не был там со вчерашнего дня. Войдя внутрь, Родис не почувствовал никаких изменений. И это жутко его раздражало. — Чья кровь тебе нужна, Рейзел? Контрактор у тебя так себе. Почему ты не можешь просто сказать, чтобы я не перебирал всех подряд. Хотел тебе Благородную предложить, так ты не оценишь. Один нелюдь тебе не подошел. Второй тоже не подойдет, подхватишь заразу какую-нибудь, уж слишком темный он. Третьего можно попробовать, но от него запах такой, что воротит. Только ради тебя могу попытаться. Родис отошел от кровати и направился в сторону выхода. Он не заметил, как ладонь брата с онемевшими пальцами едва дернулась, почти соскользнув с груди. Выйдя из комнаты, Благородный прислушался. Обитатели дома должны сейчас заниматься своими делами, вернувшись из школы. А значит, найти третьего нелюдя не составит труда. — Франкенштейн. Я бы хотел немного пройтись. Можно мне сопровождающего? Признаться, я не запомнил окрестности. — Такео, можешь… — Нет, я хочу вон того… М-21. — М-21? Не думаю, что это хорошая идея. Все же Такео лучше разбирается в местности. — Все в порядке. Будем блуждать вместе, если забудем, в какой стороне поворот. М-21, удивленный пристальным вниманием к своей персоне, поднялся с дивана и вышел в прихожую. Быстро переобувшись, он дождался, когда к нему присоединится Благородный. Оборотень не любил бесцельно бродить по городу, считая это абсолютно бесполезным занятием. Да и гулять в вечернее время, когда хочется просто отдохнуть после нелегкого рабочего дня, было просто-напросто лень. Благородный не обращал внимание на негативные мысли, что сплошным потоком шли от третьего нелюдя. Довольствуясь собой, мужчина повернул направо от дома Франкенштейна. Он планировал пойти по тому же маршруту, что и с Такео несколько дней назад. В паре кварталов было интересное местечко, которое Родису хотелось посетить. — Нелюдь, — окликая позади идущего парня, начал Благородный. — Что ты там еле плетешься? М-21 вынырнул из мыслей и тут же поравнялся с Родисом. Оборотню было хорошо знакомо место, рядом с которым они остановились. Квартал был плохо освещен, как будто брошен на произвол маргиналов. Для М-21 до сих пор было удивительно, как подобное место может быть в центре района, где толпами ходят школьники и гуляют мамы с колясками. — Это место подстать тебе, — вдруг произнес Родис, всматриваясь в темный переулок. — И мне, возможно, — на губах его скользнула ехидная улыбка. — Идемте дальше. Здесь нечего делать. — Думаешь? Лампочка последнего, тускло светящего фонарного столба замигала, а потом и вовсе погасла. М-21 осмотрелся. Удачное же время они выбрали — вокруг ни души, и тихо, словно они не в центре города, а в бункере под землей. Но позже до оборотня дошло, что это дело рук Благородного, стоящего в паре шагов от него. Ему бы свернуть и убежать как можно дальше, но ноги пригвоздило к земле. Ему бы по привычке высказать недовольство, но язык онемел, а губы сомкнулись, словно склеенные. Оборотню оставалось лишь всматриваться в неподвижно стоящий напротив силуэт. Кончиками пальцев М-21 почувствовал, как странная тягучая пелена касается его. Он не смог опустить взгляд, чтобы проверить свои ощущения. Прямо напротив него стоял мужчина, что не сводил с него горящие красным глаза. — Идем. Глаза Благородного сверкнули в темноте, и М-21 почувствовал на себе «контроль». Ноги послушно зашагали за Родисом, свернувшим в темноту закоулка. В голове ни одной мысли, ни одного слова. Лишь образ Благородного, что был выше его на две головы. — Такие вы люди трусливые, — в пустоту произнес Благородный, стоя к М-21 спиной. Он не спешил поворачиваться, всматриваясь в темноту. Впереди него — кирпичная стена, краем глаза он заметил, как мимо стоявших на каменной дорожке коробок пробежало какое-то хвостатое животное. Оборотень продолжал стоять. Хотя взгляд его тоже заметил какое-то движение рядом со стеной. — Так редко ходите по одиночке, — Благородный развернулся и сделал несколько шагов навстречу прикованному к дорожке модифицированному. М-21 не шелохнулся. Не потому, что не хотел, а потому, что не мог пошевелиться. До того, как Родис развернулся, парень чувствовал себя менее скованно. Но стоило тому обернуться, как оборотень снова ощутил, как взгляд кроваво-красных глаз прожигает насквозь, заставляет тело гореть. Мурашки пробежали по спине, вынуждая М-21 выпрямиться. Неприятные ощущения в груди, дыхание сперло, в горле начало першить, словно легкие наполнялись ядовитым газом. Аура Благородного медленно распространялась по темному проулку. Оборотень вздрогнул, когда холодные тонкие пальцы коснулись его подбородка, заставляя поднять глаза выше. — Не знаком мне твой запах. Аура тоже странная. Франкенштейн собрал интересных нелюдей в своем доме, — Благородный заметил, как дрожа ладони оборотня сжались в кулаки. Через силу, преодолевая его «контроль». Родис усмехнулся. Третье существо подряд пытается бороться со своей участью быть прикованным. Благородный стоял близко. Буквально в полушаге от М-21, грудь которого вздымалась размеренно, словно он мог себя контролировать. Но Родис понимал, что это не так. Мужчине нужно лишь правильно подобрать слова, чтобы стоящий перед ним парень сорвался. Он все еще сжимал кончик подбородка в своих холодных пальцах, рассматривая лицо седовласого парня со шрамом на губе. Интересно, откуда эта неуклюжая полоска на светло-персиковом личике. А эти серые глаза, которые оборотень через силу старался отвести, смотря куда угодно, но не на Благородного, что буквально дышал ему в макушку. Такие глубокие, кричащие серые глаза, скрываемые надоедливой челкой. Он был под гипнозом. Слушал бархатистый низкий голос, эхом проходящий в лишенной мыслей голове. Оборотень отчетливо чувствовал, как его обволакивает что-то приятно-теплое, плотное. Словно он погружается с головой тягучую субстанцию. Краем глаза М-21 даже уловил ее цвет. Темно-красная, бордовая. Пахнет металлом и жженой бумагой. Ему слишком хорошо был знаком этот запах. М-24… Когда М-24 умирал, его запах был почти такой же… От воспоминаний о напарнике, М-21 прикрыл глаза. Захотелось снова увидеть образ высокого мускулистого мужчины, чье лицо было в шрамах, а глаза, что были так похожи на его собственные, наполнены болью потери и страха не исполнить давнюю мечту. Тело начало потрясывать. От злости. От нахлынувших эмоций. Благородный заметил это, опустил руку и сделал шаг назад, ослабляя контроль над телом оборотня. Родис не понимал, что вдруг произошло. В его планах не было выводить нелюдя на эмоции. По крайней мере на такие. Благородный с интересом наблюдал за поведением модифицированного: он вдруг вознес взгляд к нему, губы сомкнулись в узкую полоску, кулаки сжались в ладонях, его тело начало реагировать странным подергиванием. Соленый запах ударил в нос Родиса. И до него тут же дошло… Слезы? Звонкий хлопок разрезал воздух. М-21 тут же согнулся, касаясь горящей от удара щеки. Не успел он опомниться, как его цепкой хваткой берут за горло, отрывая от земли. Он все еще не успевает прийти в себя, как спина касается холодной каменной стены, отзываясь колкой болью и приглушенным выдохом. Скользнув вниз, оборотень предпринимает попытку подняться. Но перед глазами едко-красная беспросветная белена. Неприятно щиплет, заставляя прикрываться рукой. Он отчетливо слышит медленно приближающиеся шаги. Сжав ладони в кулаки, оборотень резко выпрямился и бросился вперед. Но замер на полшаге, прикованный к земле непонятной силой. — Слезливый нелюдь. Пытаешься наброситься на меня? В голову ударил болезненный импульс, заставляя склонить голову. Но оборотень не собирался сдаваться. Собрав все силы, что были у него на тот момент, М-21 резко выпрямился и с воем бросился на Благородного, целясь кулаком в грудь. Но рука его застыла, едва коснувшись темной-серой рубашки, выглядывающей из-под черного пиджака. Парень не мог поднять взгляд. Воздуха не хватало, и сделать хоть один вдох он не мог. Тело оцепенело, застыв в броске. Холодные пальцы с силой сжимают его горло. Сильно, давяще, яростно, заставляя хрипеть в попытках сделать вдох. Оборотень вцепился острыми когтями в ладони, чьи пальцы сжимали его гортань. Но даже скользившая по запястью правой руки кровь Благородного не заставила того ослабить хватку. М-21 пожалел, что поднял глаза. Холодный пронзительный взгляд, полный ярости и злобы. На губах звериный оскал, обнажающий белоснежные клыки. Зрачки оборотня сузились, но полное осознание того, кто перед ним, пришло лишь тогда, когда шею пронзила колющая боль. Теперь он сам в роли жертвы. Сделав несколько глотков, Родис брезгливо поморщился. Кровь была со странным привкусом сырого порченого мяса. Вместо приятной сладости на языке что-то соленое. Резко оторвавшись от шеи, Благородный впечатал обездвиженного модифицированного в каменную холодную стену. С губ М-21 полилась кровь. Придерживая оборотня за горло, Благородный коснулся языком стекающей струйки. Смакуя, пробуя на вкус, вспоминая, что это может быть за ощущение. Едва знакомое, непонятное, отвратительное. Вновь исказив лицо в брезгливости, Родис сильнее вцепился в горло парня, чье сознание медленно покидало своего хозяина, оставляя тело послушно обмякнуть. — Эй, — жестко приподнимая тело еще выше над землей и заставляя модифицированного открыть глаза, прогнусавил Благородный. — Ты оборотень? Отвечай мне, — пальцы сжали горло еще сильнее, заставляя М-21 вновь вцепиться когтями в ладони Родиса. Но спустя секунду, когда дышать уже стало невозможно и глаза закатились, он ослаблено опустил руки. — Ты оборотень? Не дождавшись ответа, Родис с недовольным рыком отбросил тело в противоположную сторону. Оказавшись на холодной земле, М-21 не двинулся. У него не было сил подняться. Сделать вдох оказалось задачей практически невозможной. Тело потрясывало, мокрые от слез глаза неприятно щипали. Оборотень обессилил. Ни одной мысли не было в его голове. Находясь в прострации, он просто смотрел, как медленно к нему подходит Благородный. Парень не мог пошевелиться. Он чувствовал, как из шеи сочится кровь, все еще ощущал пульсирующую боль от ран, оставленных ядовитыми клыками. — Вечно лезущие не в свое дело оборотни, — прошипел Родис, подходя в плотную к обездвиженному грязному от пыли и крови телу. — Не должны жить под одной крышей с моим братом. М-21 почувствовал невесомость. Тело вновь пронзила яркая вспышка боли. Зрачки расширились, через несколько секунд глаза закатились, на мертвенно-бледных губах застыло болезненная, но, почему-то умиротворенная улыбка. Благородный впечатал тело оборотня в стену, и через мгновение оказался рядом. Податливое бездыханное тело скользнуло по стене вниз, заставляя Родиса упереться М-21 в грудь ладонью, придерживая того навесу. Оголив клыки, Благородный резко вонзил их в грязную шею. Он утолял жажду без удовольствия, иногда морщась от неприятных ощущений на языке. В носу стоял соленый, с привкусом порченого мяса запах. Он пил долго, не контролируя количество глотков. Биение сердца оборотня все еще отчетливо слышалось, что жутко злило, заставляя впиваться клыками еще и еще, оставляя на теле шрамы. — Кадис Этрама ди Родис! Услышав знакомый старческий голос, Родис отпрянул от оборотня, заставляя тело с шумом упасть на холодный камень. Обернувшись на звук, вытирая темно-серым шелковым рукавом струйку крови с губ, Благородный удивился. В паре метров от него, на входе в проулок, стоял старший представитель клана Ландегре — Геджутель К.Ландегре в привычном для него одеянии Благородного. Рядом с ним стоял высокий юноша со стрижкой под горшок, который только заметив бездыханное тело товарища, метнулся вперед. Преодолев короткое расстояние, хакер склонился над ослабленным телом товарища. Перевернув оборотня за плечи на спину, Тао старался нащупать пульс, но давление в голове, беспокойство и колющее сотнями игл сердце мешало ему сосредоточиться. М-21 был холоден. Его мертво-бледная кожа, синеватые подглазины и обветренные губы привели модифицированного на опасные мысли. — М-21?! — тормоша оборотня за плечи, причитал Тао. — М-21?! Что с тобой, М-21?! — срываясь на крик, хакер пару раз несильно ударил товарища по лицу. Но ничего не происходило. — М-21?! Пока Тао приводил друга в чувство, Родис подошел к Благородному, оторвавшему его от убийства. Встав на расстоянии вытянутой руки от Старшего Ландегре, Родис недовольно скрестил руки на груди. — Что ты забыл здесь, Геджутель? — Этот человек, — указывая на полумертвого оборотня, начал Геджутель, — член семьи Ноблесс! Что, по вашему, вы вытворяете?! — Ландегре редко позволял себе срываться на тех, кто был тем или иным образом старше его по титулу, возрасту, положению. Но ситуация, в которую ему пришлось вмешаться, вынуждала Благородного выплескивать злость на стоящего напротив брата Ноблесс. — Человек? — вопросительно вскинув бровь, спросил Родис. — Член семьи? — губы расплылись в недоверчивой усмешке. — Разуй свои слепые глаза, Геджутель. Он оборотень. — Он является им не по своей воле, Родис-ним, — сквозь зубы выдавил Геджутель, прислушиваясь к всхлипам модифицированного, что всеми силами пытался привести друга в чувства. От человеческих возгласов щемило в груди. — М-21 - человек. Люди сделали из него подобие оборотня. — Не говори ерунды, Геджутель, — отведя взгляд в сторону лежащего оборотня, ответил Родис. Но глубокого в сердце все же закралось сомнение. От парня действительно исходил «другой» аромат. Да и аура совсем не похожа на ту, что имели настоящие оборотни. — Быть не может, чтобы люди сделали из соплеменника представителя другой расы. — Я доложу о совершенном вами деянии Франкенштейну. И Лорду, — Геджутель развернулся к Благородному спиной, по которой тут же прошла волна мурашек, вызванная потоком ауры Родиса. Старший Ландегре замер, не в силах двинуться с места. Мужчина сглотнул, почувствовав, как плотная аура обвивает его. Лишенный статуса каджу и духовного оружия, Геджутель сообразил, что сопротивляться нет смысла. — Геджутель, — протянул Родис, подходя к скованному аурой Благородному. Так близко, просачиваясь сквозь пелену, что обволакивала Ландегре. Кадис Этрама коснулся ладонью плеча стоящего перед ним Благородного, отчего тот вздрогнул. — Ты, кажется, кое-что забыл, — прошептал Родис, — а если помнишь, то как смеешь угрожать мне? — Кадис Этрама ди… — Ландегре предпринял попытку развернуться, но пальцы неприятно сжали его плечо, заставляя бросить эту затею. — Замолчи, Геджутель, — пресек его Кадис Этрама ди Родис. — Если кто-то узнает об этом инциденте… Обещаю, ты Вечным сном не отделаешься. И все узнают твой маленький секрет, — Благородный отступил на два шага назад, отпуская напряженное тело Ландегре. Плотная субстанция, сковывающая мужчину, вернулась к своему владельцу. — Уходи. Старший Ландегре не ответил. И не обернулся. Его силуэт растворился в воздухе, но Родис отчетливо слышал его нелестные мысли в свой адрес. — М-21! М-21, открой глаза! Звонкий мужской голос порядком раздражал слух Благородного. После ухода Геджутеля стало так тихо, что причитания хакера были единственным звуком. — Хватит причитать. Жив он, — зло бросил Родис, развернувшись. — Родис-ним?.. — Тао поднял глаза на медленно подходящего Благородного. — Это... Это вы сделали?! Зачем?! — модифицированный сам не заметил, как глаза стали мокрыми от слез, и волна злости мурашками прошла по телу, заставляя выпрямиться и смело взглянуть на приближающегося мужчину. — Зачем?! — повторил он, и Родис заметил, как мальчишку медленно накрывает темно-фиолетовая тень Орудия. — Я слишком зол, чтобы с тобой разбираться. Спи. Тао выпустил несколько наэлектризованных лент в сторону стоящего рядом Благородного. Но стоило тому плавно провести ладонью перед глазами модифицированного, как хакер рухнул на землю, и ленты тотчас же растворились. — Человек, значит. Перешагнув через уснувшего крепким сном Тао, Благородный склонился над оборотнем. Сердцебиение слабое. Дыхание едва ощутимое. Аура практически отсутствует. — Этого не случилось бы, скажи ты сразу, когда я тебя спрашивал. Родис прокусил запястье и набрал немного крови, после чего склонился над лицом полумертвого оборотня. Поморщившись от все еще исходящего от человека запаха мертвечины, Благородный немалыми усилиями заставил себя приоткрыть рот парня и, мягко коснувшись своими губами холодных губ оборотня, влил кровь внутрь. — И как мне вас двоих до дома доставить? — выпрямившись, задал вопрос в пустоту Родис.